Музыка по радио

Марк снова приехал раньше оговорённого времени. Снова нервничал, но настраивал себя на решительные действия. Можно было бы дать себе поблажку: «Сделай что-нибудь в следующем году — он как раз с понедельника! — к чему пытаться успеть в последний вагон?» Но оттягивать было уже некуда. Марку казалось, что время на исходе, и пора позвать Виктора куда-нибудь именно сейчас. Может, праздничность атмосферы вокруг накладывала какую-то обречённость, а может, он просто устал мучиться от бессонницы, вызванной его неуверенностью. — Потом вы поедете домой? — спросил Марк, когда Виктор сел. Снова рядом. — Я мог бы вас отвезти. — Не хочу тратить ваше время, — покачал головой Виктор. — Я же сам предлагаю. Подарок на новый год, — придумал повод Марк. Виктор улыбнулся. — Если только это действительно не слишком неудобно для вас. А я в качестве благодарности поищу что-нибудь для вас в ресторане. У них хорошее праздничное меню… — Да не надо мне никакой благодарности, сколько можно, — разозлился вдруг Марк, заводя машину и отъезжая от подъезда. «Ты не понимаешь или понимаешь, но притворяешься глупым, чтобы не лишиться таксиста и немного собеседника?» — мог бы спросить Марк, но они не переходили на «ты». Были и другие причины, но он убедил себя, что главная именно эта. Виктор ничего не ответил, и уже пару минут спустя Марк не выдержал его молчания. — Простите. Не хотел быть грубым. «А чего хотел? Надо было придумать, прежде чем открывать рот». — Всё в порядке. Понимаю, как раздражает, если хочешь быть дружелюбным, а человек ломается. Но я не ломаюсь — просто не привык к безвозмездному добру. Если вам действительно будет не очень неудобно меня подождать, я был бы благодарен. Искать такси в праздничный день, пусть и днём — то ещё мероприятие. — Договорились, — кивнул Марк. — Как на счёт историй? — Вы приготовили что-нибудь для меня? — услышал улыбку Виктора Марк, и захотелось остановить машину и объяснить ему причину своего дружелюбия немедленно. Но Марк снова выбрал бездействие и всю дорогу рассказывал про забавных пассажиров. Когда Виктор, пообещав освободиться, как и прошлый раз, через пару часов, ушёл, Марк занялся работой. Чтобы отвлечься и не ждать ставшего любимым пассажира, как верный пёс. И всё-таки, когда Виктор закончил, Марк был особенно взволнован. Он отрепетировал речь и решил, что озвучит её, когда они подъедут к дому Виктора. В конце концов, если он откажется, не случится ничего ужасного. Марк расстроится и потоскует несколько дней, но это не так плохо, как неопределённость. Но в его планы снова вмешался Виктор. — Вокруг такая суматоха, а праздничного настроения совсем нет. А у вас? — спросил он, когда машина остановилась у его дома. Марк пожал плечами. — Как-то так вышло, что у меня никогда его не бывает. Но я уже давно не переживаю по этому поводу. Просто смотрю то, что идёт по телевизору, нарезаю салаты и в целом чувствую себя неплохо. — Вы встречаете один? — неожиданно спросил Виктор, глядя на Марка с непонятной горечью. В груди Марка вдруг стало нестерпимо тесно. Редко у него находилась компания для новогодних празднований, но именно в этот год хотелось быть с кем-то. — Просто вы работаете, — поспешил объяснить свой вопрос Виктор, — когда могли бы быть дома — нарезать эти самые салаты. — Один. А вы? — И я один. Может… — не договорив, Виктор смутился и покачал головой. — Простите. Просто я всю жизнь в компании — родители, друзья, жена, — и сейчас мне как-то даже немного страшно. С непривычки, конечно. В общем, не берите в голову. — Почему не празднуете с дочкой? — зачем-то спросил Марк, почему-то тоже испугавшись, что Виктор с какой-то стати предложит встречать Новый год вместе. — Новый ухажёр жены отвёз их на Бали. Меня тоже звали, но я люблю зиму, особенно снежную, и не люблю навязываться. Марк сделал глубокий вдох. Все подготовленные реплики вылетели из головы, но им на место пришли другие, более подходящие для момента. — Если вы предлагаете — ну, не предлагаете; собирались предложить… Короче, если вы предлагаете свою компанию, потому что не хотите быть в одиночестве — я пас. Но, если вам хоть немного интересно провести время… — теперь уже смутился Марк. — Звучит-то как — как будто замуж зову. В общем: если я вариант безнадёги, то лучше поищите кого-то ещё. — Я не настолько социализирован, чтобы предлагать кому-то случайному столь важное действо, — он поджал губы и развёл руками. — Да, для меня оно важно. Вчера полдня наряжал ёлку и думал, что приготовлю. — Вы умеете готовить, наверное? — опять спросил не то, что надо, Марк. — Раз пишете об этом. — Я учился на повара, даже работал какое-то время, но понял, что не моё, — кивнул Виктор, а затем неуверенно добавил: — Весомый плюс в пользу того, чтобы пойти со мной? — А как же ваш… друг? — выбрал нейтральное слово Марк. — Друг… — усмехнувшись, повторил Виктор, а затем отвернулся. — Друг нашёл себе другого, более близкого друга. Марк, поняв, что один из основных сдерживающих факторов самоустранился, выдохнул с настолько явным облегчением, что Виктор уже мог бы как-нибудь пошутить. Но им обоим было не до шуток. — И вы зовёте меня, потому что вам нужен новый друг? — с некоторой иносказательностью спросил Марк. Виктор засмеялся. — Честно говоря, я немного запутался, но пока похоже, что вы не против? А мне просто приятна ваша компания. Заметил это ещё в первый раз. Вы молчали, в машине играла ненавязчивая музыка и хорошо пахло. Потом мы стали немного болтать, и я поймал себя на мысли, что мне бы хотелось общаться с вами больше. Но был мой так называемый друг — давайте разговор об этом пока опустим, — и я не мог ничего предложить, чтобы не нарваться на неприятности. И теперь я свободен, вы как будто тоже, хоть мы и не говорили об этом, и мне хотелось бы встретить Новый год в компании человека, который кажется мне подходящим для этого праздника. Может, вы жестокий маньяк, но я узнаю об этом позже. А сейчас мне действительно просто нужен друг. А дальше как получится, ведь друзья, как вы, конечно, и сами знаете, бывают разные. Марк думал над этой речью недолго. Слушал колотящееся сердце, не верящее, что всё действительно складывается так, и пытался угомонить мысли. А потом осмотрелся и завёл машину. — Я ошибся? — нахмурился Виктор. — Я припаркуюсь, и мы пойдём нарезать салаты. В них я чертовски хорош, так что эту часть праздничного стола беру на себя, — улыбнулся Марк. И ему наконец стало спокойнее и легче. Может, маньяк Виктор, и он так красиво сумел заманить его к себе — может быть что угодно. Но Марк тоже узнает об этом позже, а пока он был готов стать другом и, если повезёт, кем-нибудь ещё.