Спорим на желание?

Эрлинг чувствовал себя потерянным. Он устал от бесконечного ожидания сообщений от Джуда. Никогда в жизни он не был от кого-то зависим, а это однозначно была зависимость. Он выходил на тренировку и не мог сделать простейших заданий, ноги путались, все мысли были об одном - напишет/не напишет. Джуд писал, но этого уже было мало. Что дальше - думал Эрлинг? Приехать к нему и с порога сказать - хочу тебя так, что подыхаю? Схватить его и наконец сделать с ним все то, о чем Эрл думал, когда ночами как придурок дрочил на него снова и снова? Так Беллингем живет на тренировочной базе, Эрлинга там знает каждая собака - да он шаг за ворота сделать не успеет, как набегут мужики из команды обниматься, а заодно и репортеры начнут строчить во все соцсети: "Сенсация, Эрлинг Холанн в разгар сезона приехал на тренировочную базу Реала". Вот блядь будет классно потом объяснять своему тренеру, что нахрен тебе тот Реал не уперся, и ты просто хотел трахнуть их новенького. Но сам Эрлинг знал, что это не главная проблема. Он нашел бы возможность приехать. Он дошел уже до такой степени одержимости, что готов был сука без прикола с Реалом подписаться, лишь бы провести с Джудом ночь. Вот только, во-первых, он не был уверен, что Джуд не посмотрит на него недоуменно и не выгонит. А во-вторых, дело было не в ночи. Он не просто хотел секса с ним. Он хотел проводить с ним каждую чертову минуту, рассказывать ему каждую свою историю. Болтать с ним вечерами, узнать, какое он любит мороженое, показать ему свою коллекцию мотоциклов. Он чувствовал себя таким уязвимым перед каким-то мальчишкой, что постоянно хотелось орать от бессилия. Да что со мной такое?! - бесконечно думал он. Но когда в очередной раз в пять утра вместо сна разглядывал новые рилсы с Джудом, его пронзила четкая мысль. Я блядь так тупо и нелепо в него влюблен, - подумал он и застонал сквозь сжатые зубы. Он понял, что ему нужна пауза. Все это обрушилось на него слишком быстро, чтобы переварить всë это без крови. Две недели назад он и не знал, что вообще может повестись на парня. И ладно секс, живем в 21 веке, он норвежец, а не какой-то дикарь, в их стране толерантность к квир-культуре была максимальной, это никогда не было чем-то неприемлемым, такая же норма, как его отношения с Изабель. Ок, он не чувствовал раньше влечения к парням, но все бывает в первый раз. С этим он разобрался бы. А вот что делать с этой дурацкой, камнем рухнувшей на него любовью, он вообще не представлял. Однажды ночью он понял, что хочет одного - сбежать. От себя, от ожидания. Покидал в сумку вещи, заказал билеты. Уже на пороге понял, что если возьмет телефон, весь план пойдет по пизде - так же станет бесконечно пялиться в экран. Но исчезнуть молча было нельзя. "Выходные в горах, нужно немного воздуха, не теряйте". Добавил фото с прошлой своей поездки, где смотрит на закат из окна шале. Бросил телефон на столик и уехал. 18 ДНЕЙ ДО МАТЧА В принципе план сработал, потому что Эрлинг хотя бы наконец снова мог спать. В разгар сезона им нельзя было заниматься экстремальным спортом, чтоб не травмироваться, но Эрлинг катался и на борде, и на лыжах так же легко, как дышал, так что все равно гонял, хоть и куда аккуратнее, чем когда мог ни в чем себе не отказывать. А все остальное время просто сидел у камина, читал Хемингуэя, пил глинтвейн или спал. Ему нечего было ждать, и это освобождало. Но недолго. Вечером третьего дня в дверь постучали. Он как раз сварил себе новую порцию глинтвейна и рассыпал на барную стойку новый набор Лего - дом Байерсов из Очень странных дел. Только начал собирать их гирлянду, как пришлось отвлечься. За окном валил снег, ветер свистел, и Эрлинг подумал, что это кто-то из персонала пришел убедиться, что Холанн не планирует сломать себе шею, катаясь в метель. Как он ни пытался спрятаться от всех, слишком уж был заметным, чтобы его тут не узнали. - Здорово, - Джуд стоял на его пороге и сиял. Его всего засыпало снегом, как будто он уже сто лет стоял у двери, снег был и на волосах, и на ресницах, и эти снежинки на его темных бесконечных ресницах с ноги вынесли Холанна из реальности. Господи, он был настолько счастлив увидеть Джуда, что в ту минуту хотел одного - с порога заорать: " Да, даааа, ты здесь!!!", захлопнуть дверь и немедленно его раздеть. Но остатками ума понимал, что будет выглядеть полнейшим кретином. Джуд ведь не знал о его метаниях и о том градусе восторженности, абсолютно подростковой и неуместной, которая сейчас его накрыла. Поэтому усилием воли весь этот поток истерической радости он смог сдержать. Но взгляд сказал за него всë. - Ты что здесь делаешь? - пытаясь казаться невозмутимым, спросил он, но голос звенел, и улыбка до ушей сбивала весь настрой казаться равнодушным. - Приехал потусить с тобой. Можно? - удивительно, но Джуд спросил ... робко? Он будто и правда сомневался. А в переписке так дерзил, будто всë ни по чем, - довольно подумал Эрлинг. Ему нравилось видеть, как Джуд смутился. Он мог бы сейчас сказать что-то колкое просто из вредности. Но он стоял там в пижамных штанах со снеговиками и фигуркой Демогоргона в руках, в воздухе пахло глинтвейном, фонарики вокруг делали свет волшебным, и среди всего этого не было места для колкости. - Вообще-то, - сказал он и ослепительно улыбнулся, просто от радости, - это очень хорошая идея! Обнял Джуда, и сугроб с его волос высыпался Эрлингу за шиворот.