Спорим на желание?

Утро обрушилось на Эрлинга потоком рилсов, где Джуд с брюнеткой сумасшедшей красоты сидел в ресторане. "Звезда Реал Мадрид проводит романтический вечер со своей девушкой, американской моделью" - как будто лично Холанну сообщал каждый заголовок. Эрлинг еще не успел толком проснуться и подумал, что это какой-то дерьмовый сон. Резко и необратимо заболела голова. Он был в каком-то оцепении. Девушка? Откуда у Джуда взялась девушка? Они расстались позавчера, поцеловав друг друга на пороге их коттеджа. Джуд улетал чуть раньше. — Скоро увидимся, - шепнул он Эрлингу, обнял его и сел в такси. Холанн немедленно почувствовал себя трехлетним пацаном, которого родители потеряли на вокзале. Он не знал, куда приткнуться. Начинал что-то делать и бросал - все мысли были о Джуде. Хотел сходить покататься, но почувствовал, что ноги никуда не несут, еще когда надевал носки. Он хотел только лежать на ковре и вспоминать всë то, что четыре дня делали на этом ковре они с Беллингемом. Его целомудренное стремление не сводить все к сексу продержалось до первой ночи. Да и Джуд просто не оставил ему шанса. В первую ночь он пришел к Эрлингу в ванную, когда тот чистил зубы. Холанн увидел его в зеркале - безупречное тело, горящий желанием взгляд. Джуд подошел сзади, нежно, но решительно провел рукой по животу Холанна и не остановился над резинкой боксеров. Пальцы сжали член викинга, который, конечно, уже стоял, как каменный. — Я не могу, - сказал Джуд очень низким, хриплым голосом. - Не могу ждать, когда мы соберем это чертово Лего. Холанн бросил щетку в раковину. Тот поцелуй был чересчур мятным, но обоим было на это плевать. Их первый секс будто сжег в Эрлинге любые сомнения. Он знал, что теперь все будет только так и только с ним - или никак вообще. И вот три дня спустя ... после всего ... девушка??? — Тихо! - рявкнул сам себе Эрлинг. Он помотал головой, отгоняя панику, от которой затошнило. — Это журналисты. Они врут. Они пишут чушь. Про меня тоже. Его мутило, и он налил себе воды. Это не помогло. Тогда он зашел в душ и просто сунул голову под воду. С мокрых длинных прядей на пол лилась вода, но ему было плевать. Он открыл один из этих блядских постов и пролистал фотографии. Джуд был на них другим, не таким, как недавно с ним. Более наглым, уверенным. Он обнимал брюнетку очень уверенным мужским жестом. Он очевидно не видел камеры и потому не думал о ней и никем не пытался казаться, просто жил жизнь. Очень естественным, собственническим, мужским жестом он прижал к себе девушку и улыбался ей. Он был, видимо, очень стильно одет, потому что выглядел как модель, и в комментах что-то там пищали про то, что Беллингему идет Dolce & Gabbana. Он выглядел настолько роскошным, свободным, дерзким и успешным мужиком, что Холанн вынужден был моргнуть. "А кто я? У меня никого особо и не было, только футбол", - вспомнил он слова Джуда. Тогда тот сидел перед камином, милый простой мальчик, скромный, робкий. Здесь же был какой-то абсолютно другой человек, люди не могут меняться настолько быстро! Холанн задыхался. Он чувствовал, что его будто ударили по лицу. Он настолько не был готов к таким фото, что не успел собраться. Он увидел их без единой защиты, поэтому боль и ревность будто впрыснули ему прямо в кровь. — Как это возможно? - подумал он. — Как, почему он такой ... другой? Откуда взялся этот парень, звезда, модель, настолько уверенный в себе, с такой дерзостью обнимающий эту ... как ее ... Эшлин, да. Нахуй, худшее имя в мире. Где мой Джуд, который перед отъездом поставил рядом фигурки Стива и Дастина и написал мне записочку You die - I die? Он очень старался собраться с мыслями, но получалось плохо. Кое-как он соскреб себя с кровати и встал на беговую дорожку, ему нужно было двигаться, чтоб не взорваться. Поставил самый крутой угол подъема и огромную скорость и побежал. Кровь колотилась в висках. "Мне ты проиграешь", - очень четко вспомнились слова. " Я тебе говорил, Эрлинг, в этой игре тебе не победить". — Нет, - прошептал Эрлинг. — Он не мог ... Не мог просто играть ... Просто на спор, ради спора ... Не мог. — Мог, - безжалостно ответил ему внутренний голос. Ты знаешь его три недели, с чего вдруг так доверяешь? Он мог что угодно. Ты сам придумал себе милого влюбленного мальчика, искреннего и уязвимого. Ты хотел его таким, а он совсем другой. Он хищник. Милые мальчики не играют в Реале в 19 лет. Он сказал, что выиграет спор, и выиграл. Ты не сможешь выиграть игру, потому что тебя просто больше нет. Ты не сможешь сыграть спокойно и хладнокровно. Он хотел, чтобы ты был не в форме, и ты не то что не в форме сейчас, от тебя останется только пустая оболочка, если все это с его стороны было игрой. Эрлинг подошел к окну и прижался лбом к стеклу. Я не знаю, как пережить этот день, - тупо подумал он. Тренировки, упражнения, болтовня с парнями. Я не могу. Но он смог. Он ходил, говорил, бегал, что-то даже забил. Тело двигалось на рефлексах. В голове билась единственная мысль - если всë это было игрой, мне конец. Я не просто проиграл ему, от меня останется только пыль. Но зачем так, зачем? Неужели ему настолько нужно было доказать что-то Эрлингу? Самоутвердиться? Настолько важно, чтобы ударить с ноги? Ок, у него получилось. — Но неужели это действительно того стоило???!!! - заорал мысленно Холанн.