Метки
Описание
В 1993 году Юджени Дарвиш погибла так же, как жила: среди грохота карнавальных барабанов и свиста пуль в трущобах Рио. В Аду она не стала смиренной грешницей — она превратилась в ослепительный, кричащий неоном кошмар, выгрызший себе право называться Оверлордом. Она привыкла, что за её блеск нужно платить кровью, а любовь — это сделка с сильным. Но когда её путь пересекается с Морриган, ледяной принцессой Гоэтии, Юджени понимает: тишина может быть опаснее любого крика.
Викторианский шелк и португальский нрав.
27 июля 2026, 11:33
Морриган никогда не считала себя эмоциональной. Её учили, что чувства - это помехи в радиоэфире вечности. Но после того, как портал в Рио семидесятых захлопнулся, в её груди поселился странный, ноющий резонанс.
Сова провела три ночи в закрытой секции Архива, куда не заходили даже её братья. Используя древние связи своего отца с небесными канцеляриями (у Гоэтии всегда были свои каналы для «обмена любезностями» с Раем), она просеивала списки Победителей.
Когда на серебряном пергаменте проявились два имени - Маноло и Лусия Дарвиш, чистые, сияющие, не запятнанные ни одной тенью фавел, - Морриган впервые за столетия выдохнула так облегчённо, что пламя свечей в зале дрогнуло. Она нашла их. Но сказать об этом сейчас - значило убить Юджени надеждой. Нужно было подготовить почву.
Морриган решила взять инициативу в свои лапы. Она отправила Юджени письмо - настоящий винтажный конверт, пахнущий сургучом и холодным ветром, с приглашением в приватную зону ресторана «L'Éclipse». Это место находилось на стыке районов, в нейтральной зоне, где время замирало по желанию владельца.
Морриган пришла первой. Она сидела за столиком, накрытым чёрным бархатом, и смотрела на антикварные часы. Она знала: Дарвиш не придёт вовремя. Пунктуальность была для Юджи признаком слабости, подчинения графику. Оверлорд всегда является тогда, когда её уже перестали ждать.
Морриган выглядела безупречно. На ней было платье в стиле эдвардианской эпохи: глухой воротник из черного кружева, брошь с дымчатым кварцем и длинные перчатки. Она выглядела как гостья из Лондона девятнадцатого века, застывшая в своей печальной красоте.
Спустя сорок минут двери распахнулись.
Юджени вошла размашисто, но тут же осеклась, пытаясь «включить леди». Это было зрелище, от которого у Морриган потеплело внутри: Юджи старалась. На ней было тяжелое, дорогое платье в викторианском стиле, расшитое тёмным бисером. Она явно консультировалась со своими друзьями из «старой гвардии». Её перья были уложены волосок к волоску, а на шее сверкало колье, которое явно стоило как пара кварталов.
Юджи подошла к столу, неловко поклонилась (едва не задев крылом вазу) и, вспомнив уроки этикета, схватила руку Морриган, запечатлев на ней неуклюжий поцелуй. Это выглядело как в плохом детском театре: слишком много шума, слишком много усердия, слишком много Юджени.
—Добрый вечер... э-э... ваше сиятельство, - пробасила Юджи, усаживаясь и едва не промахиваясь мимо стула. - Как я тебе? - она резко подалась вперёд, указывая на свои рукава-буфы. - Это «жиго», Самира сказала, так носили в тысяча восемьсот девяностые. Специально искала! Это же под стиль твоего папаши закос, да?
Морриган мягко улыбнулась, глядя на это буйство неоновых перьев, запертых в винтажный корсет.
—Это действительно стиль «жиго», Юджени. И твоя брошь - это реплика украшений эпохи Тюдоров, хотя к этому платью она подходит... смело. Ткань - лионский шёлк, ручная работа. Ты действительно хороша в подражании.
—Вообще-то я для тебя это искала! - Юджени мгновенно вскипела, её хохолок начал выбиваться из-под воска. - Я три дня мучила портного, чтобы он убрал все мои любимые цвета! Я думала, тебе будет приятно видеть рядом... ну, кого-то твоего уровня! А ты мне лекцию читаешь про Тюдоров?
Морриган протянула руку и аккуратно коснулась кружева на рукаве Юджи.
—Ты прекрасна в этом. Но... - она на секунду замолчала, глядя на то, как бирюзовое перо выбилось из-под чёрного бархата. - Если честно, какой-нибудь алый корсет с золотым шитьем и твои привычные мачете подошли бы тебе куда больше. Ты пытаешься спрятать свой огонь в моём холоде. Это благородно, но... мне не нужно твоё отражение. Мне нужна ты.
Юджени замерла. Её гнев сдулся, как проткнутый шарик. Она посмотрела на Морриган, которая сидела такая безупречная, такая «правильная», и вдруг поняла: Морриган не хочет видеть в ней аристократку. Она хочет видеть в ней тот самый пожар, который когда-то сжигал Бразилию.
—То есть...я зря напялила эту скатерть? - буркнула Юджи, чувствуя, как корсет невыносимо давит на ребра.
—Не зря, - Морриган сжала её ладонь. - Теперь я знаю, на что ты готова пойти ради меня. Но в следующий раз... надень то, в чем тебе будет удобно бить морды. Мне не хватает твоего настоящего шума.
Юджени расплылась в своей привычной хищной ухмылке:
—Ладно, птичка. Но за ужин платишь ты - этот шёлк сожрал мой бюджет на патроны.
Приватная ложа ресторана была отделена от основного зала тяжёлыми портьерами из лунного шёлка, которые гасили шум, но не могли скрыть вибрацию. Там, за стеной, кипела жизнь: гремел джаз, звенел смех и лилось дешёвое пойло. А здесь царил полумрак, освещённый лишь парящими свечами, пламя которых замирало, когда Морриган повышала голос.
Стол был накрыт по высшему разряду Гоэтии. Перед Морриган стояла тарелка с прозрачными ломтиками «эфирной рыбы», которая светилась холодным синим светом. Юджени же заказала нечто максимально земное и острое - гору мяса в огненном соусе, от которого по комнате плыл запах перца и чеснока. Морриган тянула «Звёздный нектар» - густое серебристое вино, которое не пьянило её, а лишь заставляло глаза сиять ярче. Юджени же прикончила вторую бутылку крепкого адского рома.
—Ты... ты вообще когда-нибудь бываешь весёлой? - пробормотала Юджени, чей язык после рома начал слегка заплетаться. Её викторианский воротник был расстёгнут, а одно алое перо нагло торчало из причёски. - Пьёшь эту свою ртуть и даже не краснеешь. А у меня... у меня в голове уже карнавал начался!
Музыка за стеной сменилась на что-то быстрое, с четким ритмом барабанов. Юджени замерла, её лапа непроизвольно начала отбивать такт по скатерти. Она вдруг почувствовала себя запертой в этом дорогом склепе.
—А я, может, тоже хочу танцевать! - внезапно выпалила она, хватая Морриган за тонкое запястье. Её голос прозвучал жалобно, почти по-детски, с той искренней обидой человека, которого не пустили на праздник. - Почему мы сидим здесь, как две старые бабки? Из-за меня, да? Чтобы твой папаша не узнал, что ты ужинаешь с грязной грешницей?
Морриган медленно поставила бокал. Она не рассердилась. Она видела, как Юджи душит этот корсет и эта вынужденная тайна.
—Танцы Гоэтии - это не веселье. Это техника, - сказала сова.
Она встала, и пространство вокруг них вдруг расширилось, раздвигая стены ложи. Морриган начала двигаться - плавно, почти не касаясь пола. Её крылья раскрылись, описывая в воздухе идеальные дуги. Это было похоже на вращение планет: холодно, безупречно и бесконечно красиво. В каждом её жесте была грация существа, которое знало порядок Вселенной.
Юджени смотрела на неё, завороженная. В этом винтажном платье Морриган казалась ожившей легендой. Но Юджи не была бы собой, если бы не попыталась всё испортить своим хаосом.
—Красиво... но скучно! - Юджени вскочила, сбрасывая туфли. - Смотри, как это делают там, где кровь горячее льда!
Она начала танцевать самбу - так, как танцевала на той платформе в девяносто третьем. Это была не геометрия, это была жизнь. Её бедра двигались в яростном ритме, крылья хлопали, поднимая ветер, а викторианское платье трещало по швам. Она кружилась вокруг Морриган, заполняя холодный зал своим жаром и неоновым светом.
Морриган замерла. Её аналитический ум пытался просчитать этот ломаный ритм, но сердце (или то, что было на его месте) подсказало другое. Она позволила Юджени вовлечь себя в этот беспорядок.
Они столкнулись в центре зала. Юджени, тяжело дыша, пахнущая ромом и острым перцем, и Морриган, прохладная и застывшая. Юджи обхватила сову своими мощными крыльями, притягивая к себе.
В порыве этой странной, хмельной страсти они сошлись клювами. Это был не просто поцелуй - это был удар тока. Жар Юджени встретился с холодом Морриган, и в тишине ложи послышался тихий треск магического разряда.
Юджени замерла, её зрачки расширились. Она впервые почувствовала, как Морриган не просто «позволяет» себя касаться, а отвечает - её маленькие лапки вцепились в расшитый бисером жилет Юджи.
—Ты... - выдохнула Юджени, отстраняясь на миллиметр. - Ты только что...
—Я зафиксировала критическое повышение температуры, - прошептала Морриган, и её щеки под серыми перьями впервые стали нежно-розовыми. - И, кажется, мне это нравится больше, чем техника.
После ресторана Юджени наотрез отказалась от портала. Хмель в её голове шумел, как прибой в Копакабане, а викторианский корсет, наконец-то расшнурованный Морриган в ложе, больше не мешал дышать.
—Пойдём пешком, Морри! - Юджи взмахнула крылом, едва не задев уличный фонарь. - Посмотри, какая ночь! В Рио такие ночи пахли жасмином и порохом. Я... я когда-то бегала по таким улицам босиком, и мне казалось, что я могу допрыгнуть до луны.
Она шла «летящей» походкой, чуть покачиваясь, её огромные лапы уверенно печатали шаг по асфальту Кольца Гордыни. В этом состоянии Оверлорд Дарвиш превратилась в фонтан пьяных откровений:
—А ты знала, что я в двенадцать лет украла целого поросёнка? Прямо с вертела! Бежала с ним три квартала, а он был горячий, зараза...Или вот! - она резко остановилась, ткнув когтем в сторону облезлой витрины. - Я один раз подралась с матросом из-за пачки сигарет. Выбила ему два зуба, а он мне - этот шрам на крыле. Ну, тогда это была рука. Видишь? Это мой трофей!
Морриган семинила рядом, придерживая Юджени за локоть. Она слушала этот хаос из воспоминаний с мягкой, почти невидимой улыбкой. Для неё это была антропология жизни, которую она никогда не знала.
Идиллия оборвалась в узком проходе между Клубом Юджи и деловым центром. Из тени, опираясь на трость, вышел Валентино. Он явно был не в духе: его розовые очки блестели в свете вывесок, а изо рта вырывались облачка ядовитого дыма.
Юджени мгновенно «перемкнуло». Её нетрезвый ум считал только одно: опасность. Она забыла, что Морриган может стереть этого мотылька из реальности одним взглядом. В её голове она снова была той девчонкой, защищающей младших в подворотне.
—Слышь, розовый! - Юджи вылетела вперёд, распушив хохолок до невероятных размеров. Она заслонила Морриган собой, широко расправив бирюзовые крылья. - Шаг назад! Если ты хоть на дюйм подползёшь к моей... к моей леди, я из твоих усиков сделаю зубочистки! Понял?!
Валентино замер, а затем разразился противным, скрипучим смехом.
—О-о, посмотрите-ка! Возомнила себя рыцарем? - он окинул Юджени брезгливым взглядом. - Дарвиш, ты пьяна в хлам. Ты заслоняешь собой Гоэтию? Это самая смешная херня, которую я видел за весь цикл. Она может превратить тебя в пыль раньше, чем ты моргнёшь, а ты машешь своими общипанными крыльями?
Юджени не слышала его логики. Она рычала, её когти скребли по асфальту.
—Мне плевать, кто она! Она - моё! Проваливай, пока я не вспомнила, как в Рио потрошили таких, как ты!
Морриган вздохнула. Она аккуратно положила руку на вздыбленную спину Юджени. Холод её пальцев мгновенно прошил Юджи насквозь, остужая гнев.
—Достаточно, Юджени, - тихо, но властно произнесла сова.
Она вышла из-за спины Оверлорда. Её вид - винтажное платье, безупречная осанка и абсолютно черные, бездонные глаза — заставил Валентино мгновенно заткнуться. Воздух в переулке стал тяжёлым.
—Маркиз Валентино, - Морриган склонила голову набок, и в этом жесте было столько скрытой угрозы, что у сутенера дернулось веко. - Моя спутница сегодня... излишне эмоциональна. Но её слова имеют под собой основание. Вам стоит сменить маршрут. Сейчас. Пока я не решила, что ваш розовый свет слишком сильно утомляет моё зрение.
Валентино сглотнул. Он был психопатом, но не идиотом. Против Гоэтии у него не было шансов.
—Конечно, принцесса... - пробормотал он, пятясь в тень. - Просто... забавная пара. Наслаждайтесь своим... питомцем.
Когда он исчез, Юджени всё ещё тяжело дышала, топорща перья.
—Ты видела, как он... как я его... — она обернулась к Морриган, и в её глазах было столько детской гордости и нетрезвого обожания, что у совы щемило сердце.
—Ты была очень храброй, Юджи, - Морриган поправила ей съехавшее плечо викторианского платья. - И очень глупой. Но...никто никогда не пытался защитить меня от Оверлорда.
—Я всегда буду... - Юджени зевнула, её силы внезапно закончились. - Всегда буду впереди.
Морриган обняла её за талию, помогая дойти до дверей пентхауса. Она знала, что завтра Юджи будет мучиться от похмелья и стыда за свою «неуклюжую защиту», но этой ночью она впервые почувствовала себя в безопасности — не из-за магии, а из-за того, что кто-то готов был драться за неё просто так.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.