Больная любовь

Вторая встреча. Парк. Демид пришёл на час раньше. Он сидел на той же скамейке, смотрел в ту же сторону, где вчера сидела она. В руках он сжимал блокнот единственное, что нашёл дома, чтобы записывать. Он записывал всё. Ангелина. Волосы светлые, ниже плеч. Глаза серые, с зеленью. Книга старая, в потёртой обложке, на обложке золотой цветок. Когда она появилась, Демид уже знал о ней больше, чем она могла предположить. Он заметил, как она идёт лёгкая, чуть вразвалочку как будто танцует под музыку которую слышит только она. Как поправляет волосы, когда ветер касается лица. Как смотрит на небо перед тем как сесть. – О, ты уже здесь, удивилась Ангелина, садясь рядом. Ты серьёзно пришёл? – Я сказал что приду, ответил Демид. Она усмехнулась: – Ну, мало ли. Многие говорят. – Я не многие. Ангелина посмотрела на него с любопытством. В её взгляде не было страха только искренний интерес. Она наклонила голову и спросила: – И зачем ты здесь? Демид молчал несколько секунд. Он знал, что нельзя говорить всё сразу. Отец предупреждал: «Сначала изучи. Узнай. Приручи. Сделай так, чтобы она привыкла». – Хочу узнать тебя, сказал он просто. Ангелина засмеялась: – Ну, валяй. Что хочешь узнать? – Всё, ответил он. И в этом слове было столько тихой, пугающей серьёзности, что Ангелина перестала улыбаться. Она посмотрела на него внимательнее, словно увидела что-то новое в его лице. Что-то что заставило её сердце биться чуть быстрее не от страха. От непонятного предчувствия. – Знаешь, сказала она медленно, ты очень странный. Но мне почему-то с тобой спокойно. Демид кивнул. Он не сказал ей, что внутри него бушует ураган. Что он считает её моргания (пятьдесят три за десять минут). Что он запомнил, как пахнут её волосы ваниль и что-то цветочное. Что он уже решил: она его. Всё это она узнает потом. Дом Ангелины. Вечер. Мать Демида стояла у подъезда и дрожала. Она выследила Ангелину проследила от самого парка до дома. Она знала что это неправильно. Что это безумно. Но она должна была предупредить эту девочку. Когда Ангелина подошла к двери, женщина шагнула вперёд. – Ангелина, голос сорвался, пожалуйста, послушай меня. Девушка вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла худощавая, бледная женщина с безумными глазами. Она выглядела так, будто не спала несколько дней. – Простите, я вас знаю? Настороженно спросила Ангелина. – Нет, выдохнула мать Демида. Но ты знаешь моего сына Демида. Ангелина нахмурилась. Что-то в её груди ёкнуло неприятное, липкое чувство. – Мы познакомились вчера... Он кажется нормальным. Немного странным, но... – Он опасен! выпалила женщина. Её руки тряслись. Ты не понимаешь. Он мой сын. Я люблю его. Но он копия своего отца. Они оба они не чувствуют, как нормальные люди! Они неадекватные! Если найдут человека который их «излечит» то больше его никогда не отпустят, это становиться одержимостью! – Я... Ангелина отступила на шаг. Что вы несёте? – Мой муж похитил меня, он держал меня в подвале. Запертой! Я кричала, молила его — он смотрел на меня и не понимал. Он думал, что делает правильно. И теперь мой сын смотрит на тебя ТАК ЖЕ! Ангелина побледнела. Она хотела сказать, что это шутка, что такого не бывает. Но взгляд женщины испуганный, затравленный не врал. – Я... я не знаю... Ангелина сглотнула. –Демид не похож на... – Восемнадцать лет он был пустым. А когда встретил тебя эта пустота заполнилась эмоциями которых у него не было. Это только начало. Сначала он будет приходить в парк. Потом у твоего дома. Потом он захочет, чтобы ты принадлежала ему полностью. Уезжай, Ангелина Уезжай, пока можешь! Ангелина хотела сказать что-то в ответ, но не успела. Из-за угла вышел Демид. Он подошёл тихо, бесшумно. Мать не заметила его. Ангелина тоже. Он стоял за спиной матери и смотрел на Ангелину. И в его взгляде было то, от чего у девушки перехватило дыхание. Он не злился. Не ревновал. Он просто ждал. Как хищник, который знает, что добыча никуда не денется. Ангелина посмотрела на него, потом на женщину, которая билась в истерике, и поняла: она запуталась. Мать видела, куда смотрит девушка, и медленно обернулась. Демид улыбнулся. – Мама, сказал он мягко. Ты чего здесь? В его голосе было спокойствие. Абсолютное, пугающее спокойствие. Он подошёл к матери, положил руку ей на плечо и сжал так, что она вздрогнула. – Пойдём домой, сказал он. Мы поговорим. И он увёл её, не обернувшись. Только бросил взгляд на Ангелину короткий, быстрый взгляд, от которого по коже побежали мурашки. Этот взгляд говорил ей: «Я знаю, что ты испугалась. Я знаю, что она тебе сказала. Но это не важно. Ты моя». Ночью Ангелина не спала. Она сидела на кровати и смотрела в потолок. Сердце билось, в голове крутился голос матери Демида: «Он не отпускает». Но почему тогда она не боится его? Почему она всё ещё думает о его глазах? Почему она хочет завтра снова прийти в парк? Она не знала. И это пугало больше всего. Дом Демида. Ночь. Мать сидела на кухне и молчала. Её руки тряслись, на столе стояла чашка с остывшим чаем, который она так и не выпила. Демид стоял в дверях, глядя на неё. В его взгляде не было ни злости, ни обиды только спокойное, холодное любопытство. – Ты напугала её, сказал он тихо. Зачем? Мать подняла на него глаза. В них стояли слёзы. – Я пыталась её спасти, прошептала она. Ты ведь не понимаешь, что делаешь. Ты думаешь, что это любовь? Это болезнь! Это одержимость! Твой отец сломал мне жизнь! – Она не сломана, спокойно ответил Демид. Ты здесь. Ты с нами. – Потому что я не могла уйти выкрикнула она, ударив ладонью по столу. Он угрожал убить моих родителей! Он следил за мной везде! Я была в клетке, Демид! В настоящей клетке! – Но он любит тебя, сказал Демид. Он всегда говорил, что любит. – Это не любовь! закричала она, вскакивая. Это... это... Она не договорила. В дверях кухни появился отец. Он стоял молча, сложив руки на груди, и смотрел на неё с той же холодной улыбкой, что и всегда. Но в этот раз в его глазах был стальной блеск. – Дорогая, сказал он мягко. Ты устала. Иди в спальню. – Нет! она отшатнулась. Я не пойду... – Я сказал иди, повторил он и голос стал твёрже. Она сжалась. Словно зверь, который знает если ослушаться, наказание будет болезненным. Она медленно пошла к двери. У выхода она остановилась и посмотрела на сына: – Демид, ты ещё можешь остановиться. Ты не такой, как он. Ты можешь выбрать... – Я уже выбрал, — перебил он. Спокойной ночи, мама. Она вышла. Дверь за ней закрылась. Отец сел напротив сына. Он смотрел на Демида с гордостью, которую не скрывал. – Ты справился правильно, сказал он. – Не дал ей сбить тебя с толку. – Она сказала, что ты похитил её, произнёс Демид без эмоций. – Да, кивнул отец. Похитил. И что? Она счастлива. У нее есть дом, семья, я. Она привыкла. – Она тебя боится, заметил Демид. – Страх и любовь это одно и то же, усмехнулся отец. Когда она перестала бояться, она перестала бы меня любить. Ты поймёшь это, когда у тебя будет своя. Демид задумался. Ему не нравилось слово «страх». Он не хотел, чтобы Ангелина его боялась. Но он понимал что сказал отец. – Что мне делать дальше? спросил он. Отец наклонился ближе. Глаза его блеснули в полумраке. – Она испугана, сказал он. Мать напугала её. Если ты позволишь ей успокоиться, она решит, что ты безопасен. И тогда она расслабится. А когда она расслабится, она будет твоей. – А если она уедет? – Не позволь, пожал плечами отец. Просто будь рядом. Везде. Ты должен стать её тенью. И однажды она поймёт, что без тебя — пустота. Демид молчал несколько секунд. Внутри него шевелилось что-то темное. Он понял план отца. И он ему понравился. – Хорошо, сказал он. Третья встреча. Парк. Через два дня. Ангелина не пришла вчера. Демид ждал три часа, сидел на скамейке и считал прохожих. Её не было. Он не злился. Он просто знал она придёт сегодня. Потому что он ждал. И она пришла. Ангелина появилась в парке в четыре часа дня. Она шла медленно, оглядываясь по сторонам. Заметив Демида на скамейке, она замерла. На её лице застыло колебание уйти или подойти. Она подошла. – Привет, сказала она тихо. Голос дрожал. – Привет, ответил Демид. Он улыбнулся, но улыбка была другой не той, что в первый день. Мягкой, почти нежной. Ангелина села на край скамейки, держась на расстоянии. – Твоя мать приходила ко мне, сказала она. – Я знаю, кивнул Демид. Она переживает за меня. Она всегда переживает. – Она сказала, что ты... что ты опасен, – Ангелина сглотнула. Что твой отец похитил её. Демид молчал несколько секунд. Он смотрел на неё и внутри него всё клокотало. Он хотел сказать правду. Хотел сказать, что мать права. Что внутри него пустота и тьма. Но он вспомнил слова отца: «Расслабься. Привыкни. Стань тенью». – Моя мать больна, сказал он тихо. У неё нервный срыв. Она боится, что я уйду и оставлю её. Поэтому она говорит такие вещи. Она хочет, чтобы я был с ней всегда. Рядом. Это болезнь, Ангелина я не опасен. Ангелина смотрела на него. В его глазах была искренность. Она хотела верить. Она хотела, чтобы всё было просто. – А про твоего отца? спросила она. – Отец просто любит её, пожал плечами Демид. Он сделал глупость в молодости. Но они вместе до сих пор. Это ведь что-то значит? Ангелина молчала. Она думала о той женщине с безумными глазами, о её криках. Но сейчас, глядя на спокойного, тихого парня перед собой, она начинала сомневаться. – Я не знаю... прошептала она. – Ты не должна мне верить, сказал Демид, но дай мне шанс. Позволь просто быть рядом, если я сделаю что-то что тебе не понравится, ты уйдёшь. Договорились? Ангелина смотрела в его глаза. В них была такая глубина, такое спокойствие, что она невольно улыбнулась. – Договорились, выдохнула она. Демид кивнул. Внутри его ликовало тёмное чувство. Он сделал первый шаг. Она ему поверила. Теперь он будет рядом. Всегда. А когда она привыкнет, уже не сможет уйти.