Обратная сторона долга

      Ночь, словно черное покрывало, накрыла город. Над городом сверкали тусклые огоньки неона, отбрасывая мерцающие блики на грязный асфальт и облупленные стены. В этой тени кипели новые битвы — внутренние и внешние. Город дышал, как уставший зверь, которого словно застигла заспанная тревога. Ветер шуршал через руины, напоминая, что жизнь тут — лишь тень того, что было раньше, особенно для тех, кто помнил другую жизнь.       В этом мире, где правила писала система, а также элита этой системы, для омег страх был её невидимым спутником, а контроль и борьба —железным шлемом. Чонгук стоял у самой границы разрушенного района, в тени давно опустевших зданий. Он чувствовал, как его сердце бьется в груди, — как барабан, что держит ритм этого мира. И внутренняя дрожь, и воля — всё переплелось. Он пришел сюда не просто так, — его внутри звала какая-то сила, которая сильнее разума. Это было ощущение, что именно здесь решится его судьба. Или поставит крест, или даст шанс. Место, пусть было и заброшенным, но Чонгук помнил его из детства, именно в этом месте Тэхен впервые будучи детьми признался ему в любви. Воспоминания его вернули в то утро, когда Тэхен впервые признался ему в любви, — без стеснения и масок, искренне, трепетно. Вспомнил его теплый голос, что тогда звучал чуть ниже обычного, словно шепот, полный надежды и чувства, которое он давно скрывал.

***

      «Чонгук… — тогда говорил Тэхен, — я не могу больше прятать это. Я — твой альфа, и я люблю тебя. И пусть весь мир будет против нас — я буду рядом. Не бойся, я всегда буду с тобой».       Это было сказано мягко, с такой искренней теплотой, что сердце в тот момент, казалось, забилось чуть быстрее. Он помнил, как тогда трепетал, как руки задрожали, как внутри все переплелось — радость, страх и надежда — сосуды его тогда наполнились целым океаном чувств.       Именно в тот день, в этом месте, — его коснулись руки Тэхена, его глаза — оба наполнились искрами и теплом, словно солнце в сердце зимнего утра. Тогда он впервые прочувствовал, что такое любовь — чистая, безусловная, вся жизнь за одним мгновением. Тогда, за этим еще не заброшенным зданием, в тихом шепоте раннего утра, Тэхен тихо, трепетно признался в своих чувствах, и Чонгук — чувствовал, будто магия опустилась на него, — ответил тем же.       — Я — твой, — сказал Тэхен, — всё, что у меня есть — это мои чувства. Я не хочу ничего другого, а ты — мой свет, моя путеводная звезда.

***

      Но прошло время. Время жестких правил, времени борьбы и предательств. Он знал, что тогда его сердце было на грани — он боялся и одновременно жаждал этого сильнее всего. И даже сейчас, когда он стоит в разгаре этой опасной игры, внутри живет этот трепет, как слабый свет, что боится затмения.       «Если я сейчас сдамся — я исчезну», — думал он, смотря в туман ночи. Его внутренний мир был полон противоречий: решимость и страх, гнев и холодная выдержка. Внутри на фоне этого бушевали разрушительные волны — и он знал, что дальше они могут либо его погубить, либо спасти. Он желал Тэхена, точнее его внутренний зверь, а разум твердил, беги как можно дальше, когда он узнает правду он убьет тебя, мимолетное счастье, того не стоит.       Вспышка боли, что скрывалась за спокойствием, вдруг обрушилась на него. Он вспомнил, как однажды, много лет назад, Тэхен однажды тихо подошел и взял его за руку, так просто — как будто боялся, что его слова могут разрушить этот волшебный момент. Тогда он улыбнулся, чуть смущенно, с легким трепетом в голосе. Тогда их глаза встретились. И было ощущение, что вся Вселенная замерла, слушая эти слова. В тот мгновенный миг — время словно остановилось.       И сейчас, на грани этой ночи, он думает: — вернуть эту любовь или убежать? Он чувствует, как внутри кипит волна — страсть и страх, надежда и отчаяние, потому что он не знает, возможно ли в том мире такое желанное— чудо. Эти воспоминания остаются в его сердце — так ярко и тепло, словно пламя, которое не погасить. И он закрывает глаза, чтобы сохранить их внутри, потому что знает — именно они дают ему силу двигаться дальше.       — Если я сейчас сдамся — я исчезну, — шепчет он себя вновь и вновь, — но память о тех словах, о его любви — это мой щит. Это моя мечта, но я не готов оставить отца и подставить его. Прости мой зверь, но мы будем держаться подальше от Тэхена...       И тихо, будто в ответ во внутривенной тишине ночи, он ощущает: этот трепет, эта любовь — никуда не делась. Она жива. И в сердце словно зажглась маленькая свеча, что никогда не погаснет, даже в самых темных мгновениях.       В этом месте, в этом времени, внутри его — продолжает жить его мечта. И пусть весь мир против — он знает, что эта любовь, эти чувства — это его внутренняя сила. Они — как ночь, что преодолев свет, устремляются к новому рассвету, но не в этой жизни, не в рамках системы. И Чонгук готов снова закрыть все это на замок и держаться подальше от Тэхена. Он будет камнем, без чувств и эмоций, только ради жизни, чтобы ее сохранить.       Утро сменяет ночь, и город медленно просыпается. На горизонте, в самом темном уголке неба, первые слабые оттенки зарождающегося рассвета начинают окрашивать облака в мягкий розово-оранжевый свет. В отличие от яркого сияния неона ночью, солнце занимает свою позицию медленно, словно в неспешной игре с тенью.       Определенные зоны — мосты, автострады, жилые комплексы — наполняются движением. Первые машины начинают медленно выезжать, словно пробные рыцари, которые проверяют исправность своих механизмов. В воздухе уже слышен гул, исходящий из длинных колонн магистральных маг-камер, каждое движение которых регулируется системой — как сердце большого живого организма.       На улицах мелькают роботы-охранники, интегрированные в режим охраны. Их красные глаза-датчики тщательно сканируют каждый угол, каждый объект. Это — не просто охрана, а часть системы, которая ищет опасности, ищет омег — тех, кто исчезает в ночи или пытается скрыться от слежки, чтобы потом элитная армия пошла уничтожать омег.       Со стороны—примерно в сотне метров в небо взмывают дроны — сотни, тысячи миниатюрных летательных аппаратов, которые начинают свою работу. Они расползаются по всему городу, как сети. Их датчики — как невидимые палочки-сенсоры — собирают данные о каждом движении, о каждом биении сердца, о каждом запахе. И если в системе вдруг обнаруживается след омеги — это мгновенно фиксируется, передается на центральную сушильную станцию, где начинается поиск и алгоритмическое отслеживание.       Облака в небе постепенно открываются, уступая место ясному, яркому свету. Неоновые знаки, пульсирующие и мигающие ярко-розовым, голубым, зеленым, начинают затухать, уступая место натуральному свету. Игра цвета, что ночью создает иллюзию волшебства, постепенно сменяется дневной бодростью. Тэхен давно не спал. Его мысли уже давно вращались вокруг одного — он знал, что сегодня ему нужно увидеться с Чонгуком. Поэтому утро он начал не с привычного бега на тренировках или деловыми звонками, а с ровного и твердого решения — он ехал к тому, кого считал своим. В этот раз, дорога в его голове была не просто маршрутом — это был путь к его чувствам, к внутренней слабости, к тому, что он боялся признаваться чуть больше часа назад. Не было в его характере ждать. Не сейчас. Когда внутри — зверь, который терзает его изнутри, и сердце, словно кричащее о помощи, уже давно не знает куда себя деть. И сегодня он чувствовал, словно эта внутренняя тварь возбужденно стучит в его голове, требуя взять всё в руки, перестать ждать.       Эта тревога его зверя — не просто страх потерять. Нет, это — осязаемый зуд, желание заполучить, защитить, забрать и держать все под контролем. Он чувствовал, как зверь бушует сильнее, чем когда-либо. Страх внутреннего зверя за ночь не стих, а наоборот — разгорается всё сильнее.       Еще одной причиной его поспешных планов было ощущение, что кто-то другой уже заигрывает с его бетой, пытается завладеть ее вниманием — и Тэхен не собирался допустить этого. Он уже привык считать его своим, и именно в этом он видел свою миссию — защитить, присвоить, оставить за собой.       Время не давало ему шансов. Он знал, что сегодня — не просто день для повседневных дел, обычных вещей, движений по привычному сценарию, система сегодня дала сбой. И, даже его одежда говорила сама за себя — классическая черная футболка, простые джинсы и кеды. Весь мир бы не догадался, что перед ними — не кто иной, как один из элитных альф, который уничтожает омег, безжалостно и жестоко, подготовленный для этого мира как палач.       — Если бы кто-то взглянул бы на меня сейчас… — прошептал Тэхен — никто бы не заметил, что за этим простым образом скрывается зверь. Который, концентрируется только на одном — идти дальше, не задерживаться.       Он чувствовал, как его внутренний зверь всё сильнее настаивал: «Это мой шанс. Не позволяй никому забрать его! Он мой, и я его защищу любой ценой».       И потому он мчался по улицам, будто бы пересекал саму границу своей судьбы, не обращая внимания на окружающую рутину. Пустые тротуары, тихие авто, шепот ветра в ветвях. Шаги уличных роботов-технорегуляторов — ощутимый напоминание о том, что всё под контролем системы.       Взгляд его был холоден, но внутри таилась нечто — что-то теплое и сильное одновременно. Он знал, что именно сейчас, в этих утренних часах, начинается новый день — для него, для Чонгука, для всей системы, которую он защищает. И он готов с этим столкнуться.       Тэхен сидел за рулем своей машины, мчавшийся по узкой дороге, которая петляла через пригородные улицы города. Время — позднее утро: солнце окрашивает небо в нежно-розовые и персиковые тона. Внутри машины — тишина, нарушаемая лишь тихим шумом двигателя и шорохом ветра через приоткрытое окно. Этот путь для Тэхена был как шагом к новой жизни — он чувствовал, что сегодня все должно сложиться иначе. Именно отсюда, с этой дороги, он собирался впервые по-настоящему приблизиться к тому, кто с первого взгляда начал значить для него больше, чем все прошедшие годы вместе взятые.       Размышляя, он то и дело поглядывал на дорогу перед собой, думая о предстоящей встрече, чувствуя внутренний тянущийся трепет — такой, что даже его холодный характер не мог его подавить. Но вдруг, всё произошло неожиданно: в один момент машина заскрипела, как будто что-то глубоко внутри сломалось, задыхаясь. Звук был резким и неприятным — будто бы грузовая цепь рвалась в месте, которое должно было держать всё в порядке. Тэхен мгновенно почувствовал, как сердце ухнуло чуть сильнее. В зеркало заднего вида — гладкая бесконечность дороги и медленно исчезающий город за спиной.       Машина замедлилась. Вдруг — остановилась. Время будто свернулось в узкую щель, и он остался в полной тишине, ощущая, как внутри в нем народились тревога и раздражение. Его пальцы зацепились за рулевое колесо, сжимая его, словно пытаясь удержать контроль.

«А если…» — мелькнула в голове мысль, — «если всё сегодня развалится?»

      Он взглянул на приборную панель, где ярко светилось — «Ошибка двигателя». Внутри всё сжалось — он не привык к такому беспомощному состоянию. Минуту он сидел неподвижно, чувствовал, как ледяное ощущение охватывает его сердце. Ветер за окном начал поскрипывать, напоминая о безысходности. И вдруг, как будто по прихоти судьбы, из руля вырвалось слабое дергание — и машина словно бы вздохнула, застыв, — и застыла без движения.       Тэхен стал вслушиваться в тишину, качая плечами и чувствуя на себе холодные касания ветра. Он быстро сжал губы и взглянул вперед. Зачем всё так складывается сейчас? Почему всё рушится именно тогда, когда он нужен там — рядом с Чонгуком? В мыслях снова всплывает, а вдруг уже кто-то овладел его бетой, кто-то присвоил его себе. Взгляд его стал тверже. Он вытянул руку к дверце, потянул ручку и встал, смотря на свою полузастывшую машину. Его мысли — как искры, блуждающие в темной ночи — начали искать решение. Этот день не мог провалиться. Не сейчас. Не после того, что он собирался сделать.       Он вздохнул, сжал кулаки и сказал себе тихо:       — Ладно, — чуть улыбнулся, — сейчас я сделаю паузу. И одним или другим способом — я доберусь.       И, оставляя машину, он пошел по дороге к заправке, думая, что все — всего лишь временные препятствия. Что любой сломанный механизм можно починить. Главное — не потерять цели и веру.       Тэхен медленно подошел к заправке, его машина — остановилась в стороне. Он прошел по улице, заметив силуэт, сосредоточенно занятый шомпулем в руке. Это был Чонгук — весь в работе, как и обычно, как показалось Тэхену, он сосредоточенно проверял что-то под капотом старой машины. Тэхен остановился, понимая, что этот парень — его единственная надежда. Он не сопротивлялся, чувствовал, как внутри бушует хаос — внутри зверь и желание, что требует, чтобы он не тянул. Он мягко подошел, слегка смущаясь, и тихо произнес:       — Простите, можете помочь? Моя машина сломалась.       Чонгук поднял голову, заметив Тэхена, и сразу почувствовал атмосферу — холодную и настороженную. Он нахмурился, глядя на Тэхена, как на человека — явно пришедший сюда либо убить, либо проверить, и точно не потому что машина сломалась. Его настораживало и то, что он был в непривычном образе, которую ему навязала система, все это было вне привычных правил.       — Движок заглох? — тихо спросил он, показывая жестом показывать на машину, которая была в пятиста метрах от заправки.       — Не знаю, я в этом не шарю, — Тэхен чуть наклонил голову, — в первые с таким сталкиваюсь на дороге. Обычно мой зверь меня не подводит. Можешь помочь дотолкать?       Чонгук, не мог отказать, его что-то толкало помочь альфе. Он отложил все дела, и пошел в сторону машины Тэхена. Они шли в тишине и подойдя к автомобилю, Чонгук взялся открыть дверь тачки, как он случайно коснулся руки Тэхена. Это было словно удар током для обоих, но они откинули это все. Тэхен толкал сзади, а Чонгук, открыв переднюю дверь, толкал машину спереди, периодически выкручивая руль в нужную сторону. Они работали в унисон — толкая, подтягивая и катя ее к заправке. Тэхен чувствовал, как его мысли перемешиваются с ощущением весенней свежести — и одновременно тревоги.       Добравшись до заправки, Тэхен едва себя сдерживал, его внутренний зверь требовал своего. Они оставили машину перед заправкой и прошли внутрь, Чонгук уже примерно оценивал масштабы работы, но не хотел оставлять альфу в бедственном положении, а зря он потерял бдительность с этим проклятым истинным альфой. Тэхен резко подошел к Чонгуку, глаза горели, сердце всё еще бьется быстрее от того, что он близко. Он вдруг почувствовал внутри бешеное желание — настолько сильное, что не мог больше ждать.       — Ты — мой, — прошептал он, неожиданно наклонившись и крепко прижимая его губами к своим. Нежный, трепетный поцелуй — но он был полон страсти и решимости, забирая всё: дыхание, чувства, контроль. Внезапно, словно пружина сжалась до предела, Чонгук резко отбросил его — в тот момент, когда их губы коснулись, он ударил Тэхена прямо в пах, — отталкивая и гневом, и самозащитой одновременно. И тут же, без раздумий, он приложил сильный удар прямо в скулу Тэхена, — при этом его глаза горели не только яростью, но и ненавистью. Он оттолкнул его, как бы вырываясь из закостеневшей цепи, желая не просто разорвать момент, а уничтожить всё то, что внутри его дурманило и требовало поддаться этому альфе.       — Не трогай меня! — его голос прорезал тишину, отдаваясь эхом и гулом в ушах, он звучал холодно и жестко, словно из глубины ледяной пропасти — полон гнева и боли, как удар кулаком по чувствам. — Не смей! Не смей прикасаться ко мне! Я — не твоя игрушка, не твоя бета, не твоя шлюха!!!!!! - Чонгук орал, его глаза были полны ненависти к этому похотливому альфе - Твоё единственное право — это только смотреть и молчать, пока я сам не захочу стать твоим, а я сука, никогда не лягу под тебя Ким мать твою Тэхен! Ты мне отвратителен, ты жалкое подобие человека, ненавижу альф чей, запах пропитан кровью!!!       Тэхен, отдышавшись, не ожидал такого натиска. Его охваченный одновременно страстью, что бета действительно строптив, и раз так с ним, то ни одного альфу не подпустит к себе, но и отчаянием, он быстро осел на пол, сжимая кулаки и пытаясь понять, где он ошибся. В его глазах — смесь боли и желания, словно он хочет дать всё Чонгуку, лишь бы прикоснуться к нему, но одновременно понимает — это опасно, и ему предстоит бороться за каждую секунду, чтобы иметь возможность называть его своим.       Чонгук отступил, тяжелым дыханием, и стоял у прилавка, словно бы с горящими глазами, готовый наброситься вновь, если потребуется. В его теле — напряжение, все его чувства кипели, будто искра, готовая взорваться в любой момент.       — Не смей больше трогать меня, — тихо и твердо повторил он. — Не смей навязывать мне свои чувства. Но, я не такая мразь, хочешь — добейся, посмотрим на сколько тебя хватит и как скоро ты свалишь к своим шлюхам, которых трахаешь каждый раз.       И хотя внутри у Чонгука бушевала ярость и желание, он знал — сейчас Тэхен получил урок. Его трепет, его страсть — не исчезли, уступая место холодной боли. Однако в умную головушку Тэхена пришло понимание, что в этом мире всё не так просто. Он медленно поднялся, поглядел на Чонгука — и осознал, что эта битва только началась.       Чонгук шагнул к сломанной машине, внимательно осмотрел ее. Он легко открыл капот, надел перчатки, которые всегда лежали в кармане, и сразу же почувствовал, в чем тут дело. Стартер был отсоединен, один из кабелей от батареи — оборван, а возле двигателя — небольшая трещина на корпусе радиатора. Он хмуро посмотрел на Тэхена, стоявшего немного в стороне, и немного подсказал:       — Тут проблема не только в аккумуляторе, — он почти с презрением поглядел на повреждение, — радиатор треснул, придется менять. Это стоит примерно сто— двести тысяч вон. И если я правильно вижу, свечи тоже уже подустали, понадобится замена — еще пятьдесят тысяч.       Тэхен, выслушав, не спешил спорить. Он смотрел на этого молодого человека — на его уверенность, профессиональность и спокойствие. Его глаза чуть сузились, и он просто кивнул:       — Хорошо. Сделай все, что нужно. — Он добавил чуть громче, чтобы было понятно — любые деньги. — Я заплачу.       Чонгук отошел к машине, снимая перчатки, и стал считать.       — Итак, за работу возьму у тебя пятьсот тысяч вон, плюс детали, — которые он оговорил ранее, — итого за ремонт — семьсот тысяч вон. И это — ценник для мастера, который знает свое дело. На работу уйдет дня три.       Чонгук специально завысил ценник, он хотел посмотреть любые деньги Тэхен заплатит за возможность увидеть его снова, и чтобы Чонгук оказался под капотом его машины, он внимательно смотрел на альфу хищно улыбаясь, а голос Тэхена прозвучал без раздумий:       — Не важно, сколько стоит. Сделай качественно. Я тут больше не задерживаюсь.       Он снял с себя куртку и сунул деньги на крышку капота, — сразу же понимая, что эти деньги — ничто перед тем, что он хочет еще раз увидеть Чонгука, а также исправить сегодняшнюю досадную ошибку, когда счел, что бета ляжет сразу под него. Да, этот бой он проиграл, но он не сдастся. Он вернет— контроль в свои руки и заполучит этого бету.       — Вот. — Он почесал затылок и пожелал: — Сделай всё быстро, и, — написав номер на бумажке — Позвони как будет готова моя тачка и я заберу ее.       Чонгук взял деньги, внимательно посчитал, после чего посмотрел на Тэхена.       — Могу сделать за пару дней, — сказал Чонгук улыбаясь. — Если заплатишь сверху еще сто тысяч вон.       — Я заплачу, — Тэхен кивнул, отсчитал еще сто тысяч вон и отдав деньги, сдержанно и холодно проговорил. — И заплатил бы еще больше, если нужно.       Он повернулся, собрался уходить, чтобы вызвать такси. Внутри бушевала смесь гнева и решимости — большие ожидания и желание скорее вернуться в это место и подойти к бете под другим углом. Тэхен быстро прошел к дороге, вызвал такси через приложение. Машина подъехала почти сразу. Он сел и посмотрев на Чонгука, назвал адрес Намджуна, ему срочно нужно было поговорить с лучшим другом.       Водитель кивнул, и такси тронулось места. Тэхен сидел, глядя в окно, оставляя за спиной проигранный бой желанному бете, но внутренняя гонка и теплое, а еще предчувствие — что пусть он и потерял этот день, но верит, что впереди есть что-то важное, что стоит того, чтобы бороться за Чонгука. И он совсем скоро будет с ним.       Тэхен сидел в такси, руки сжаты в кулаки, лицо — почти бесчувственное, но глаза горели тревогой. Внутри всё сжалось от переживаний — он знал, что сегодня у него не получилось, что он допустил ошибку. В голове — мотивы, его желание защитить, но на сердце — ощущение, что он потерял контроль. Через несколько минут такси остановилось. Тэхен вышел и направился к многоэтажному дому. Он знал, что он здесь не просто так. Всегда приходит к другу, когда нужен совет. Он поднялся на нужный этаж, подошел к двери и постучал. Дверь открылась почти мгновенно. Внутри встретил его знакомый — Намджун, — широко улыбающийся, спокойный и немного уставший, как всегда.       — Тэхен. — он поднял брови, заметил его встревоженный вид: — Что случилось?       Тэхен перешагнул порог, демонстрируя свою внутреннюю растерянность. Он поглядел ему прямо в глаза, чуть поник — и голос его задрожал.       — Я попытался… — он замолчал, не находя слов. — Я пытался Чонгука присвоить себе. Сыграть роль того, кто может всё. Но он… он не захотел слушать. Он отпихнул меня и ударил.       Губы Тэхена дрожали, он явно боролся с эмоциями, которые сейчас вспыхнули внутри него, словно огонь. Он боялся, что все потерял только из-за того, что не сдержался, не смог удержать зверя в узде.       — Я думал, он поймет. Он нужен мне. Я кажется влюбился в него и я хочу помочь ему, — тихо сказал он. — А он… — его голос оборвался, — он меня просто отверг…       Намджун внимательно слушал, не перебивая. Его лицо было спокойным, но внутри он понимал — это был трудный разговор. Он подошел ближе, положил руку на плечо друга, мягко утешая. При этом, Намджун знал Чонгука, знал правду, и понимал, почему тот отвергает. Тэхен не такой как Намджун, если Тэхен ненавидит омег, то Намджун укрывает сразу двоих: Чонгука, и своего любимого Джина. И он понимает, если Тэхен узнает правду убил бы обоих.       — Ты знаешь, что я скажу? — спросил он тихо. — Иногда, чтобы понять, кто ты есть, нужно пережить отказ. Не от людей, а от себя. Да, ты хочешь его, ты привык получать все, что пожелаешь. С тобой ляжет любой, ты так думал, но вот тебе отказали. И ты сломался….       Тэхен вздохнул, его взгляд опустился, и он поднял глаза лишь тогда, когда услышал важное продолжение.       — Ты — не то, что случилось с ним. Ты — тот, кто любит, и кто готов бороться за это. Но ты не всегда можешь быть тем, кто спасет всех сразу. Иногда — нужен перерыв, чтобы понять, что ты не всесилен. Покажи ему себя настоящего, а не то, что придумано системой. Именно так, можно добиться. Именно, так я и добился своего Джина, вспомни как я его добивался.       — Но я чувствую себя ничтожным, — прошептал Тэхен. — Я надеялся, что он поймет, что я — с хочу быть с ним, что я — его защита… А он отвернулся.       Намджун мягко улыбнулся:       — Веру в себя не нужно подтверждать через других. Главное — вера в то, что ты делаешь. И знай: отказ — не конец. Это шанс пересмотреть, понять, что действительно важно.       Он окружил его рукой, укрепляя привязанность и поддержку.       — Ты сделал всё, что мог. А дальше — время и действия за тобой. Не позволяй мгновенным отказам сломать тебя. И помни — даже самый сильный из нас иногда нуждается в том, чтобы его кто-то поддержал.       Тэхен долго молчал, вслушиваясь в слова друга. Внутри боролись противоречия: желание продолжать борьбу и страх потерять всё, что ему дорого. Но он понял — сейчас важнее всего сделать шаг назад, взять паузу и снова стать сильнее. Он тепло улыбнулся:       — Спасибо, Намджун. За поддержку и за смелость — сказать мне правду.       — Всегда, — в ответ сказал Намджун, — и помни — ты не один. Время научит тебя тому, что нужно.       Тэхен вздохнул, посмотрел в окно — и почувствовал, как внутри зажглась небольшая искра надежды, что даже отказ — это лишь ступенька на пути к вере в себя и к тому, чтобы любить по-настоящему, и самое главное добиться Чонгука.       Тем временем, после ухода Тэхен, Чонгук взял телефон, его руки дрожали чуть сильнее, чем он мог бы представить. Внутри кипели противоречия: с одной стороны — гнев и боль, с другой — пустота и желание услышать хоть что-то, что могло бы вернуть его к ясности. Он вышел с заправки и сел в машину Тэхена, и посмотрел на телефон. Он долго вглядывался в экран, словно боясь той правды, что скрыта за цифрами и именами, а затем, не раздумывая, набрал номер. Пальцы на кнопку — и голос отца раздался тихо, словно шепот из воспоминаний.       — Алло, папа... — начал Чонгук, стараясь говорить ясно, чтобы он мог понять каждое слово. — Мне нужно тебе кое-что рассказать. Истинную правду.       В голосе звучала тревога и трепет. Он знал, что сейчас он открывает свою самую сокровенную тайну, и больше ничего не будет так, как раньше.       — Я встретил Тэхена. Своего истинного альфу, месяц назад, когда он проверял меня. Я не говорил, чтобы не тревожить тебя. Он не знал моего имени, но уже нашел….. Он пришел сегодня, чтобы… присвоить меня себе. — Внутри его бушевала буря, и слова льстили ему, словно кинжалы. — Он хотел заполучить меня, как свою собственность…       Пауза. В дыхание отца чувствуется — трепет и удивление, тишина, которая кажется тягучей и тяжелой, как груз в сердце.       — Он не знает. Не знает, что я — не обычный бета. Что у меня есть свои тайны — и одна из них для него — самое ценное, что я храню от всего имар иначе мне не продолжить жить — глубоко вздохнув, Чонгук добавил — Я рассказываю тебе это, потому что больше не могу скрывать. Он — опасен. Но, но мой чертов зверь требует его рядом, разум идет в разрез с ним и мне кажется, я скоро сойду с ума. Но, он поцеловал меня, хоть я и оттолкнул, но я не хотел….       Звук очередной паузы и тихое, взволнованное дыхание.       — Ты хочешь быть с ним на свой страх и риск? — наконец спросил отец мягко, но с оттенком строгости. — Бывает так, что правда выходит наружу, и всё рушится. Но это — не конец. Это лишь начало новой жизни, новой борьбы. Помни: ты — сильней, чем думаешь. И самое важное — верь в себя. Проверь его намерения, если он решил, пусть добивается, а если пройдет проверку, позволь себе быть с ним слабым. Да, страшно, да можем умереть оба, но я позволю тебе рискнуть. Вспомни, как он любил тебя когда вы были детьми, где-то внутри него спит эта любовь, просто проверь его на прочность….       Чонгук сжал телефон, его глаза искрились, и в его сердце зажглась новая искра уверенности. Он понимал, что ещё много трудностей, но теперь он знал — правда внутри него, и она даст ему силы двигаться дальше. Он тихо выключил телефон и долго сидел, вдыхая запах своего альфы полной грудью. Внутри — будто проснулся ветер перемен. В этом дне еще были незавершенные битвы, но он точно знал — он не один. А слова, что он сейчас услышал от отца, — это его щит и надежда.       Чонгук, выйдя из машины подошел к капоту и, аккуратно поднял его и внимательно осмотрел внутренние узлы двигателя. Он еще раз проверил кабели, идущие к аккумулятору, — убеждаясь, что один из них оборван и нужно заменить. Он снял соединение, достал из ящика запасные кабели и аккуратно подключил новые, закрепив их винтами.       Далее он перешел к радиатору — а именно к трещине по краю. Он приложил руку, ощутив структуру металла, и понял, что радиатор требует полной замены, поскольку утечка уже началась. Он достал новый радиатор, аккуратно удалил старый, очистил поверхности от грязи и коррозии, установил новый, закрепил зажимами и подтянул все болты.       Затем перешел к свечам — снял старые, осмотрел их состояние. Несколько из них были изношены, и требовали замены. Взял комплект новых свечей, вставил их на место, затянул и проверил, чтобы не было протечек.       Потом вскрыл крышку масляного фильтра, заменил и его, а также залил свежее масло в двигатель, проверил уровни. Всё делал аккуратно, тщательно, чтобы ничего не пропустить. Одновременно он осматривал шланги и пыльники — в некоторых местах были трещины или изношенные уплотнители. Он заменил это, чтобы исключить любые утечки и повысить надежность.       Закончив, он закрутил все крышки, опустил капот и скользящим движением сначала проверил работу мотора на холостом ходу, потом весело и уверенно запустил двигатель — и слушал, как он работает, чувствуя, что всё исправлено.       Закончив с машиной, он взялся за цену и подготовил список деталей для заказа, чтобы всё было точно и ясно. Он мог сказать Тэхену, что сделает быстро, но он был не готов видеться с альфой повторно за день, ему нужно время. При этом, он решил, что сделает одолжение альфе и вымоет завтра его машину. И точно скажет, что если он не будет заботиться о ней, то однажды он умрет именно в ней. Ибо за железом нужно следить.       К вечеру, когда работа уже была почти закончена, к заправке подъехали Намджун и Джин. Взгляды их — спокойные, но уставшие, будто они уже давно знали, что эта ночь завершится не так, как планировалось. Они вышли из машины и прошли внутрь заправки, зная, что было тут сегодня утром.       — Какие новости? — спросил Намджун, вытянувшись и присаживаясь на соседний стул.       Чонгук грустно улыбнулся, глядя на свою работу и на уставших друзей.       — Он приходил, мой ебанный истинный альфа, — коротко ответил он. — Столкновение с Тэхеном худшее происшествия за день и одновременно отдается теплом, но я не подпустил его к себе. Наоборот, я сделал всё, чтобы починить его машину, приедет через пару дней за ней, хоть она и готова. Не хочу я за день его видеть два раза — это пытка для меня.       Джин, скрестив руки, напрягся и покачал головой.       — Тэхен — опасный альфа. Он не заслуживает шанса. Его действия — грубость, грубость и еще раз грубость… Ему нельзя доверять. Надо было на хуй послать его с его машиной, пусть сам бы толкал ее до города, — он покачал головой. — Не делай ошибку — не стоит надеяться, что он изменится. Этот тупой идиот не исправим, система хорошо промыла ему мозги.       Чонгук взглянул на него, чуть усмехаясь — с вызовом и холодом в глазах.       — Проверим выдержку этого альфы, — тихо сказал он. — Если добьется — я стану его, не выдержит — опустит руки. Значит, любовь — не вечна. Мы же в детстве были вместе, до системы…. Отец считает, что эта любовь вернет настоящего Тэхена, хотя мне больше хочется согласится с тобой Джин, но я сыграю с ним в эту опасную игру.       Намджун и Джин молчали, слушая его, каждое слово в их глазах было как вызов судьбе. В этот вечер тени прошлого сплелись с надеждами и сомнениями, а в сердце Чонгука закладывался новый — тяжелый, но жизненно важный — урок.       Он понимал одно: всё только начинается. И он готов к этому бою.