Пэйринг и персонажи
Константин Тихонов, Антон Петров, Полина Морозова, Карина Петрова, Борис Петров, Алиса, Семён Бабурин, Катя Смирнова, Бяша, Рома Пятифан/Катя Смирнова, Антон Петров/Алиса, Лилия Павловна, Сова, Антон Петров/Катя Смирнова, Рома Пятифан/Полина Морозова, Медвежутка, Волчик, Хозяин леса, Рома Пятифан/Антон Петров, Антон Петров/Бяша, Катя Смирнова/Полина Морозова, Антон Петров/Полина Морозова, Рома Пятифан, Харитон, Жулька, Бяша/Катя Смирнова
Метки
Драма
Повседневность
Психология
Романтика
Флафф
AU
Hurt/Comfort
Ангст
Дарк
Фэнтези
Забота / Поддержка
Кровь / Травмы
Отклонения от канона
Отношения втайне
ООС
Юмор
Смерть основных персонажей
Первый раз
Психологическое насилие
Засосы / Укусы
Дружба
Канонная смерть персонажа
Воспоминания
Признания в любви
Буллинг
Мистика
Психические расстройства
От врагов к друзьям
Первый поцелуй
От врагов к друзьям к возлюбленным
Aged up
Темное фэнтези
Смерть всех персонажей
Описание
Осень 1996 года. Антон Петров вместе с семьёй переезжает из города в глухой посёлок Заречный — туда, где лес подступает к самым домам, а по ночам в окна кто-то стучит. Здесь всё кажется чужим и враждебным: школа, где заправляет Рома Пятифан с его свитой, местные, которые не любят новеньких, и тишина, которая звенит в ушах громче любого крика.
Примечания
Насилие и жестокость – физическое, психологическое, в том числе школьный буллинг, драки, пытки, убийства, сцены охоты и нападения лесных существ.
Смерть персонажей – включая возможную смерть ключевых героев (как каноническую, так и AU-версии), вплоть до «смерти всех персонажей» в альтернативных развилках.
Сексуальное содержание – откровенные сцены (NC-21): анальный и оральный секс, мастурбация, стимуляция руками и посторонними предметами, фут-фетиш, кинки на силу, запах тела, ношеную одежду, игры с сосками, позиции 69 и doggy style, спонтанный и грубый секс, засосы/укусы, защищённый и незащищённый секс (но упор на безопасность в рамках сюжета).
Нездоровые отношения – неравные, манипулятивные, основанные на принуждении, зависимости или внутренней гомофобии; отношения втайне, измены, треугольники, ревность.
Психические расстройства и травмы – депрессия, тревожность, нервные срывы, галлюцинации/иллюзии, кошмары, депривация сна, раздвоение личности (или его имитация), ненависть к себе, низкая самооценка, фобии (боязнь привязанности, боязнь смерти).
Саморазрушительное поведение – попытки самоубийства (в том числе в прошлом), членовредительство (в рамках дарка), неумышленное употребление наркотиков/алкоголя несовершеннолетними (16–18 лет).
Темы похищения и плена – преследования, попытки изнасилования, удержание против воли, использование кляпов и связывания (БДСМ-элементы).
Посвящение
Посвящается тем, кто в детстве боялся заглядывать под кровать, но всё равно смотрел — и видел там не пыль, а чьи-то жёлтые глаза. Тем, кто слышал шёпот из леса и делал вид, что это ветер. Тем, кто знает: у каждого зверя есть имя, и у каждого имени — своя тропа.
Бесконечная благодарность создателям игры «Зайчик» — за этот мир, где за каждым углом прячется не просто страх, а история. За персонажей, в которых узнаёшь себя, даже если хочется отвернуться.
Глава тридцать вторая. Прощание с Ромой
28 июля 2026, 07:26
Он стоял у корней дуба, и земля под его ногами была тёплой, живой. Корни пульсировали, как вены, и он чувствовал, как они тянутся к нему, как они обвивают его ноги, поднимаются выше, к коленям, к бёдрам. Он не сопротивлялся. Он позволил им принять его, позволил им стать частью себя.
Рома лежал у его ног, и его лицо было спокойным, почти живым. Антон смотрел на него, и слёзы текли по его лицу, смешиваясь с кровью и грязью. Он опустился на колени рядом с ним, и его рука коснулась лица Ромы. Кожа была холодной, но он чувствовал под пальцами тепло — то самое тепло, которое всегда было в Роме, даже когда он был злым, даже когда он был грубым.
— Я похороню тебя здесь, — прошептал Антон. — У корней дуба. Ты будешь частью леса. Ты будешь частью меня.
Он начал копать землю руками. Она была холодной, мёрзлой, но он не чувствовал холода. Он копал, чувствуя, как корни тянутся к нему, как они помогают ему, как они принимают его в себя. Земля была мягкой, податливой, и он углублялся в неё, пока не вырыл яму, достаточно глубокую, чтобы укрыть тело Ромы.
Он перевернул Рому на спину, сложил его руки на груди, закрыл ему глаза. Потом он наклонился и поцеловал его в лоб — в последний раз.
— Спи, — сказал он. — Спи спокойно. Я всегда буду с тобой.
Он начал засыпать его землёй. Сначала ноги, потом тело, потом лицо. Он делал это медленно, почти благоговейно, чувствуя, как каждое движение отдаётся болью в его груди. Когда яма была заполнена, он поднял голову и посмотрел на дуб. Корни начали обвивать место, где лежал Рома, принимая его в себя, делая его частью себя.
Антон сидел на коленях у могилы и смотрел на землю, которая теперь скрывала Рому. Он чувствовал, как корни тянутся к нему, как они касаются его кожи, как они шепчут ему что-то на языке, которого он не понимал. Но он знал, что они говорят о любви. О вечности. О том, что смерть — это не конец.
И в этот момент он вспомнил.
Он вспомнил, как боялся. Как боялся сказать Роме, что любит его. Как боялся, что это неправильно, что это грех, что это разрушит их. Он вспомнил, как он прятал свои чувства за злостью, за отстранённостью, за молчанием. Он вспомнил, как Рома смотрел на него, когда он отворачивался, и как в его глазах была боль — та самая боль, которую он причинял ему снова и снова.
— Я был трусом, — прошептал Антон, и голос его дрожал. — Я боялся сказать тебе, что люблю тебя. Я боялся, что ты отвергнешь меня. Я боялся, что это будет неправильно.
Он закрыл глаза, и слёзы текли по его лицу.
— Но это было правильно, — сказал он. — Ты был правильным. Ты был всем, что у меня было. И я не сказал тебе этого. Я не сказал тебе, как сильно я тебя люблю.
Он открыл глаза и посмотрел на дуб. Корни пульсировали, и он чувствовал, как они тянутся к нему, как они принимают его. Он знал, что Рома слышит его. Он знал, что он рядом.
— Я люблю тебя, — сказал он, и голос его был твёрдым, как никогда. — Я люблю тебя, Рома. Я люблю тебя больше, чем свою жизнь. Я люблю тебя больше, чем лес. Я люблю тебя больше, чем всё, что есть в этом мире.
Он замолчал, и в этот момент он почувствовал, как ветер коснулся его лица, как он прошептал его имя. Он чувствовал, как корни обвивают его, как они тянутся к его сердцу, как они становятся частью его.
— Я буду любить тебя вечно, — сказал он. — Я буду ждать тебя. И когда ты вернёшься, я буду здесь. Я всегда буду здесь.
Он встал и посмотрел на лес. Он был тёмным, плотным, живым. Но в этот момент он не чувствовал страха. Он чувствовал только любовь. Любовь к Роме, к Бяше, к Кате, к Полине. Любовь к лесу, который стал его домом.
Он повернулся и пошёл вглубь леса, оставляя за спиной дуб и могилу, которая теперь была частью него. Он шёл, и корни обвивали его ноги, ведя его вперёд. Он знал, что это не конец. Это только начало.
И когда он вышел на поляну, где стоял старый дуб, он остановился. Он знал, что здесь он должен остаться. Здесь он должен стать Хозяином.
— Я готов, — сказал он, и голос его разнёсся по лесу, как шёпот ветра.
Корни обвили его тело, и он закрыл глаза, чувствуя, как его кожа становится корой, как его пальцы становятся ветками, как его сердце становится частью леса. Он чувствовал, как боль уходит, как она сменяется покоем. И в последний момент, когда темнота накрыла его, он услышал голос Ромы, который шептал ему из глубины корней:
— Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя.
Антон улыбнулся, и слёзы потекли по его лицу.
— Я тоже, — прошептал он. — Я тоже.
И лес принял его в себя.
Прошли дни. Или недели. Или вечность — он не знал. Он стоял у корней дуба, и его тело было частью леса. Он чувствовал, как растут деревья, как падает снег, как ветер шевелит листья. Он слышал голоса — голоса леса, голоса тех, кто ушёл. Бяша, Катя, Полина, Рома. Они были с ним. Они всегда были с ним.
Он чувствовал их любовь. Их боль. Их надежду. И он знал, что он не один.
Он смотрел на посёлок, который виднелся вдалеке, через просвет между деревьев. Он смотрел на дома, на свет, который горел в окнах. Он знал, что там живут те, кто помнит его. Мама, Оля, Семён, Жулька. Они смотрели на лес, и он чувствовал их взгляды. Он знал, что они ждут его. Он знал, что он должен вернуться.
Но не сейчас. Сейчас он должен был быть здесь. Он должен был защищать лес. Он должен был быть Хозяином.
И он был готов.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.