О чём молчат Снейпы

После того как закончились последние контрольные перед зимними каникулами, Хогвартс словно выдохнул. Ещё несколько дней назад замок был наполнен совершенно другой атмосферой. Ученики ходили по коридорам с усталыми лицами, сжимая в руках конспекты, спорили о формулах, заклинаниях и датах, а библиотека была настолько переполнена, что даже самые отчаянные любители тишины были вынуждены искать себе место на подоконниках. Теперь же всё изменилось. Словно кто-то снял с замка невидимое напряжение. Коридоры снова наполнились смехом. Вместо разговоров о проверочных работах все обсуждали только одно. Святочный бал. Хогвартс готовился. И это было заметно везде. Утром, когда я вышла из спальни Слизерина, я впервые за долгое время остановилась просто посмотреть вокруг. Большой зал уже выглядел иначе. Высокие окна были украшены серебристыми узорами, будто по стеклу прошёл мороз. Под потолком вместо обычного зачарованного неба кружились тысячи маленьких снежинок, которые никогда не падали вниз, а медленно вращались в воздухе. По стенам появились огромные ёлки. Не такие, как дома. Хогвартские. Слишком большие, слишком величественные. На их ветвях горели свечи, которые не плавили снег, покрывающий зелёные иголки. Даже доспехи в коридорах словно решили принять участие в подготовке. Один из них стоял с маленьким венком на шлеме, а рядом другой недовольно ворчал: — Это унижение достоинства рыцаря. — Ты прошлой зимой носил рождественскую шапку, — напомнил ему проходящий мимо ученик. — Это было стратегическое прикрытие. — я невольно улыбнулась. Хогвартс редко бывал таким. Лёгким. Весёлым. Даже профессора казались чуть менее суровыми. Хотя профессор Снейп, конечно, оставался профессором Снейпом. Он всё так же появлялся в коридорах внезапно. Всё так же заставлял первокурсников замолкать одним взглядом. И всё так же делал вид, что его совершенно не интересует происходящее вокруг. Хотя я заметила, как однажды он остановился возле Большого зала, посмотрел на украшения, а потом очень быстро ушёл, будто боялся, что кто-то увидит. На Слизерине тоже всё изменилось. Обычно наша гостиная была местом спокойных разговоров и язвительных замечаний. Теперь же там обсуждали исключительно бал. Кто с кем пойдёт. Кто уже купил платье. Кто будет выглядеть нелепо. Последний пункт, конечно, особенно интересовал Драко. Хотя в этот раз его внимание было занято не чужими ошибками. А собственными. Точнее, одной конкретной проблемой. — Ты собираешься стоять здесь ещё час? — спросил Блейз, сидя в кресле напротив. Драко поднял взгляд. — Я думаю. — Ты уже двадцать минут смотришь в одну точку. — Я анализирую ситуацию. — ответил Драко. Блейз усмехнулся. — Ты выбираешь момент, когда пригласить Арину. — Говори тише. — нахмурился Драко. — Почему? — Потому что если это услышит Пенси, она будет обсуждать это следующие два месяца. — Она уже знает. — ответил Блейз. Драко резко посмотрел на него. — Что? — Пенси знает всё. — Блейз пожал плечами. Это было правдой. Пенси действительно знала всё. Иногда даже раньше, чем сам человек. Драко вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Я просто хочу нормально её пригласить. — Не как Малфой? — спросил Блейз. Драко посмотрел на него. — Что? — Не как человек, который привык, что ему ничего не отказывают. — несколько секунд было тихо. А потом Драко неожиданно улыбнулся. — Ты сейчас решил меня воспитывать? — Нет… Просто помогаю. — ответил он. Драко тихо рассмеялся. — Ужасно звучит. — Знаю. — Так что ты скажешь? — Не знаю. — Драко задумался. — Отличный план. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. Но у судьбы, видимо, были свои планы. Потому что когда Драко наконец решился… Было уже поздно. Я сидела в коридоре на подоконнике и читала книгу, пытаясь скрыться от назойливого шума в любой части замка, когда он подошёл. Я сразу заметила, что что-то не так. Драко Малфой редко выглядел неуверенным. Даже когда волновался. Он просто становился более раздражительным. — Арина. — Да? — я подняла взгляд. Он открыл рот. Закрыл. Я удивлённо посмотрела на него. — ты заболел? — Нет. — Тогда что? — спросила я. Блейз, стоявший чуть дальше, отвернулся, скрывая улыбку. Драко бросил на него раздражённый взгляд. Потом снова посмотрел на меня. — Я хотел спросить… — он не успел. И именно в этот момент из-за соседнего кресла появился Фред Уизли. — Отлично, что мы тебя нашли. — Меня? — удивилась я. Фред улыбнулся. — Тебя. — Джордж появился следом. — Есть маленькое уточнение. — Какое? — спросила я. Фред посмотрел на меня. — Мы хотели узнать, всё ли в силе насчёт бала. — Конечно. — ответила я. Драко медленно повернул голову. — Что? — спросил он. Фред улыбнулся шире. — Я пригласил её. — повисла тишина. Абсолютная. Я посмотрела на Драко. Потом на близнецов. — Драко… — Конечно. — Прости. — начала я, но он поднял руку. — Нет…Не извиняйся — он посмотрел на Фреда и Джорджа. — просто дайте мне пережить тот факт, что два Уизли смогли сделать то, что собирался сделать я. — Фред довольно улыбнулся. — Мы талантливые. — Вы раздражающие. — Это тоже талант. — ответил Джордж. Я не удержалась и рассмеялась. Драко посмотрел на меня. И тоже улыбнулся. Потому что, несмотря ни на что… Он был моим другом. И ему было важнее не то, с кем я иду на бал. А то, что я буду счастлива. Хотя, конечно, признать это вслух он бы никогда не признал. Чем больше я находилась в замке, тем больше мне даже во сне снились разговоры про бал. Из любого конца замка доносилось: — Ты уже выбрала платье? — А кто твой партнёр? — А ты слышала, что Парвати заказала платье из Франции? — А у кого будет самый красивый наряд? Я никогда не думала, что однажды буду скучать по разговорам о зельях. Но оказалось, что обсуждение платьев и причёсок было куда сложнее. Особенно если твоей лучшей подругой была Пенси Паркинсон. Потому что Пенси решила, что мой внешний вид на балу — это её личная ответственность. — Нет. — я посмотрела на неё. — Что значит «нет»? — она подняла очередное платье. — Это не моё. — ответила я. Мы стояли в магазине в Хогсмиде уже почти час. Передо мной лежала куча вещей, которые Пенси заставляла меня примерять. Слишком яркие. Слишком пышные. Слишком простые. И, если честно, я начинала подозревать, что проблема была не в платьях. А во мне. — Пенси, — устало сказала я, выходя из примерочной, — может, я просто пойду в обычной мантии? — она медленно повернулась. — Нет. — Я могу надеть брюки. — Нет. — Почему? — спросила я. Она посмотрела на меня так, будто я предложила прийти на бал в мешке из-под картошки. — Потому что ты дочь Северуса Снейпа. — И? — И ты не можешь прийти на Святочный бал в брюках. — ответила она. Я скрестила руки. — Почему? — снова спросила я. Пенси вздохнула. — Потому что весь зал будет смотреть. — Пусть смотрят. — Арина. — Что? — Ты можешь победить дракона, спорить с профессорами и воровать ингредиенты из кабинета Снейпа… — она заметила, что я поморщилась. — Очень напомнила. — я закатила глаза. — …но ты не можешь выбрать платье.Я — Это звучит несправедливо. — Потому что это несправедливо. — вздохнула она. — вот что тебе не нравится? — Пенси, я не люблю вычурность. Мне важно, чтобы платье не сковывало движения, но в то же время не открытое, не слишком пушистое… что? — пока я говорила Пенси смотрела на меня так, словно видела перед собой восьмое чудо света. — Милая, ты на бал собираешься или на войну? — рассмеялась она. — выбирай и не выёживайся! С танцами было не лучше. Макгонагалл относилась к подготовке так, будто от нашего умения двигаться зависела судьба магического мира. — Плечи прямо, мисс Снейп. Мистер Уизли, вы опять ведёте партнёршу так, будто участвуете в дуэли. Фред невинно поднял руки. — Я просто стараюсь быть осторожным. — Вы наступили ей на ногу. — Это была случайность. — В третий раз? — я посмотрела на него. — Очень невезучая случайность. — ответил он, я закатила глаза. Но, несмотря на всё, мне нравилось. Фред был совершенно не похож на тех людей, с которыми я привыкла общаться. С ним невозможно было слишком долго переживать. Если я начинала волноваться, он специально делал что-нибудь нелепое. Однажды он повернулся не туда и чуть не столкнулся с другим учеником. — Великолепно, — сказала я. — Спасибо. — Я не делала комплимент. — Я всё равно его принимаю. — ответил он. Я улыбнулась. И поняла, что впервые за долгое время жду какого-то события не с тревогой. А с интересом. Еще у меня появились мысли о Римусе. Я очень хотела бы, чтобы он приехал и тоже поучаствовал. К сожалению, так делать нельзя, поэтому я написала ему письмо и пошла в совятник. Но пока я шла успела столкнуться со всеми: Седриком, ученицей Шарм Батона, девочкой-блондинкой из Когтеврана. Она, кстати, когда я извинилась, сказала, что тоже много с кем столкнулась. Она забавная, особенно её сережки с редисками. Я поднималась на башню к совам, ко мне на встречу спускалась растерянная девушка. У нее были верные волосы, азиатская внешность и знак Когтеврана. Она так торопилась, что чуть не сбила меня с ног. Даже не извинилась. Я пробурчала себе под нос, пошла дальше и только хотела зайти внутрь совятника, как на меня вылетел Поттер. Я отшатнулась назад от испуга и прижала руку к груди. — Гарри! — вскрикнула я — вы что все сговорились сегодня?! — я обошла его, позвала свою сову, она села мне на руку, я вытащила из сумки кусочек мяса и протянула ей. — Осторожно, там на лестнице скользко — сказал Гарри. — Я не собиралась лезть — усмехнулась я — у отца сова умная — я погладила сову по макушке.  Гарри улыбнулся, сделал шаг на выход, но остановился. — Арина… — Да? — я повернулась к нему. — Э… э… я подумал… может ты… я подумал, может ты пойдешь со мной на бал — выпалил он слишком быстро, так, что я почти ничего не поняла. — Что? — я нахмурила брови — скажи нормально, продолжая кормить сову. — Э… я хотел тебя спросить.. может ты… хочешь пойти на бал со мной? — спросил он. Да так неуверенно, что мне стало его очень жаль. Я вздохнула. — Гарри, во-первых меня уже пригласили. И это было при тебе. — я посмотрела на него, отдала письмо сове, и вскинула руку вверх. Она улетела — во-вторых… — Мне очень нужна помощь — перебил Гарри, но тут же опомнился. — я же чемпион турнира… а профессор Макгонагалл сказала, что чемпионы турнира танцуют первые и… в общем ты можешь один.. ну первый раз… — Ты хочешь сказать, чтобы я первый танец станцевала с тобой, а потом с Фредом? — Да… — Гарри кивнул. Я задумалась. — просто… мне будет намного спокойнее с тобой, чем с другой девочкой. — Давай я с Фредом поговорю и сегодня перед ужином тебе скажу, хорошо? — ответила я. Но даже так Гарри засиял от радости. — Да-жа, конечно, я… я очень тебе благодарен! — он быстро обнял меня, так же быстро отпустил и в препрышку спустился с башни. К разговору с Фредом я готовилась. Подбирала слова, как объяснить и так далее. Я была готова рассказать ему все от и до, но только я сказала ему про предложение Гарри ему помочь, как Фред тут же невозмутимо ответил. — Хорошо — и улыбнулся. — Хорошо? — удивилась я. — Ну да — он улыбнулся ещё шире — Арин, я не обижусь если ты в какой-то момент устанешь от меня и пойдешь танцевать с Драко. Чего уж там говорить про Поттера. Все нормально. — Фред посмотрел на меня и так искренне улыбнулся, что я не могла сдержать улыбки. Я крепко обняла его. — Спасибо за понимание — ответила я. Репетиции продолжились, но для меня их стало в два раза больше. Потому что после репетиции с Фредом я оставалась в зале, ждала Гарри и мы вместе с другими чемпионами репетировали танец чемпионов. — Чемпионы должны показать не просто движения, — объясняла профессор Макгонагалл, проходя между парами. — Они должны показать уверенность. — я посмотрела на Гарри. Он стоял рядом со мной и выглядел так, будто его попросили добровольно зайти в логово дракона. — Уверенность, — тихо повторил он. — Да. — А если её нет? — Тогда придётся сделать вид. — я посмотрела на него. Он нахмурился. — Ты умеешь? — Я дочь Снейпа. — Ладно. — Гарри задумался — это действительно объясняет многое. Первая репетиция была… Плохой. Очень плохой. Настолько плохой, что даже Макгонагалл на секунду закрыла глаза. А это был опасный знак. — Мистер Поттер. — Да, профессор? — Вы держите мисс Снейп так, будто боитесь, что она исчезнет. — Простите. — И вы смотрите на свои ноги. — Я проверяю, куда наступаю. — ответил он. Я не выдержала. — Гарри. — Что? — Ты танцуешь со мной. — Да. — А не с полом. — рядом кто-то засмеялся. Гарри покраснел ещё сильнее. — Я стараюсь. — Я знаю. — и именно поэтому я не злилась. Проблема была не в том, что он не хотел. Проблема была в том, что Гарри Поттер совершенно не умел двигаться под музыку. Танец чемпионов был сложнее обычного. Не просто шаги. Были повороты. Смена направления. Переходы между парами. Поддержки. Моменты, где партнёр должен был уверенно вести. И именно это было главной проблемой. Гарри постоянно думал. Слишком много. — Ты опять считаешь. — Нет. — ответил он. Я остановилась. Посмотрела на него. — Ты считаешь. — Может быть. — Гарри. — Я боюсь ошибиться. — это прозвучало честно. И я сразу перестала раздражаться. Потому что я понимала. Он привык, что ошибка может стоить очень дорого. В бою. На турнире. В опасной ситуации. Но танец был другим. Здесь никто не пытался его убить. — Послушай. — я встала напротив него. — ты не сдаёшь экзамен. — Иногда кажется, что да. — Нет. — я улыбнулась. — если ты наступишь мне на ногу, я тебя просто ударю. — он удивлённо посмотрел. — Это должно меня успокоить? — Немного. — ответила я. Он засмеялся. И впервые расслабился. Я так серьезно отнеслась к этому, что даже после репетиций мы с Гарри оставались и дорабатывали все движения до идеала. После нескольких дней репетиций я пришла к выводу, что победить дракона, вероятно, было проще. Дракон хотя бы показывал, что собирается тебя атаковать. Гарри Поттер — нет. Он мог в одну секунду идеально выполнить сложное заклинание, придумать план в безвыходной ситуации и броситься спасать кого угодно, даже если это было совершенно неразумно. Но стоило поставить его в зал, включить музыку и попросить сделать поворот… Он превращался в человека, который впервые увидел собственные ноги. И это начинало меня раздражать. Очень. После официальных репетиций в Большом зале мы часто оставались одни. Профессор Макгонагалл уходила последней, оставляя нам несколько советов. — Мистер Поттер, не забывайте, что партнёр ведёт танец. — Да, профессор. — И мисс Снейп, постарайтесь не делать всю работу за него. Когда дверь за Макгонагалл закрывалась, зал становился совершенно другим. Тишина. Только музыка. Большие окна, за которыми падал снег. Свечи, отражающиеся в мраморном полу. И мы вдвоём. — Ещё раз, — сказала я. Гарри посмотрел на меня. — Мы уже повторили это двадцать раз. — Двадцать один не повредит. — Арина. — Поттер. — он тяжело вздохнул. — ты разговариваешь как Снейп. — я замерла. — Это оскорбление? — Немного. — Тогда я запомню. — ответила я. Он усмехнулся. — Я знал, что не стоит это говорить. Проблема была в том, что Гарри торопился. Постоянно. Он хотел скорее закончить движение, скорее перейти к следующему шагу, скорее убедиться, что он всё делает правильно. Но танец так не работал. — Стой. — я подняла руку. Гарри остановился. — Что? — Ты опять торопишься. — Я не тороплюсь. — Ты сделал поворот раньше музыки. — я посмотрела на него. Он замолчал. — Правда? — Да. — Но совсем чуть-чуть. — Гарри. — Ладно. — он поднял руки. Мы снова встали в исходное положение. Музыка началась. Шаг. Поворот. Движение. В этот раз получилось лучше. Я уже хотела сказать ему, что он молодец… И тут он снова ускорился. Я закрыла глаза. Медленно вдохнула. — Нет. — сказала я себе. Гарри остановился. — Что нет? — спросил он. Я посмотрела на него. — Ничего. — Ты так говоришь, когда что-то есть. — Нет. — Арина. — я молчала. Потом снова встала. — Ещё раз. Через час я уже чувствовала себя так, будто сдала три экзамена подряд. Ноги болели. Волосы выбились из причёски. Я устала настолько, что даже не хотела спорить. А Гарри… Гарри всё ещё старался. И это было самым раздражающим. Потому что невозможно было злиться на человека, который действительно пытался. — Давай последний раз. — сказала я. Он улыбнулся. — Ты говорила это десять минут назад. — Теперь последний настоящий. — А прошлые? — Они были подготовительными последними. — вздохнула я. Гарри рассмеялся. — Это звучит как что-то, что сказал бы Снейп. — Опять сравниваешь? — Уже привык. — мы начали. Музыка. Первые шаги. Поворот. И тут Гарри снова сделал движение слишком резко. Я остановилась. Просто остановилась. Несколько секунд стояла молча. Потом медленно закрыла лицо руками. — Какое же ты бревно, Поттер… — прошептала я. Тишина. Я услышала, как он замер. — Что? — переспросил он. Я не убрала рук. — Ничего. — Нет, нет. — в его голосе появились смешинки — повтори. — я опустила руки. Посмотрела на него. — Ты хочешь повторить? — Немного. — он улыбнулся. Я устало вздохнула. — Ты бы знал… — я сделала паузу. Потом громче сказала — ты бы знал, какое ты бревно, Поттер! — на секунду стало тихо. А потом Гарри рассмеялся. Не вежливо. Не потому что нужно. Просто рассмеялся. Я посмотрела на него. — Что? — Ничего. — он всё ещё улыбался. — просто… — он покачал головой. — никто мне никогда так не говорил. — Неужели? — Нет. — Тогда, возможно, кто-то должен был. — ответила я. Он снова засмеялся. — Возможно. После этого что-то изменилось. Не в танце. Гарри всё ещё ошибался. Всё ещё иногда сбивался. Всё ещё иногда смотрел на ноги. Но он перестал бояться. Он начал смеяться над ошибками. Начал отпускать напряжение. — Ещё раз, — сказала я. Он вздохнул. — Конечно. — Что? — Ничего. — Гарри. — Я просто подумал, что если я пережил дракона… — он улыбнулся и посмотрел на меня — то я точно переживу танцевальную тренировку с дочерью Снейпа. — Это сейчас была шутка? — я прищурилась. — Да. — Смело. — Знаю. — ответил он. Я улыбнулась. И мы снова начали. Потому что каким бы невозможным он ни был… Он всё-таки становился лучше. Медленно. Очень медленно. Но становился. Хотя я всё ещё была уверена: если бы у меня был выбор между научить Гарри танцевать и объяснить дракону правила приличия… Я бы серьёзно задумалась. Наконец все наладилось. Я репетициях с Фредом я танцевала уже автоматически, а вот с Гарри… я не могла не радоваться. Бревно стало поленом. Он начал двигаться, перестал ошибаться и постепенно мы смогли станцевать с ним идеально! Даже лучше Грейнджер и Виктора Крама. Даже Макгонагалл оценила и призвала всех тянуться к нашему результату. Но платье всё ещё оставалось проблемой. За несколько недель до бала я окончательно сдалась. Мы с Пенси вернулись в комнату после очередного похода в Хогсмид. Я бросила сумку на кровать. — Всё. — Пенси посмотрела на меня. — Что? — Я решила. — Мне уже страшно. — Я пойду в брюках. — Арина. — она вздохнула, закрыла глаза и потерла переносицу. — Да? — Ты серьёзно? — Абсолютно. — На Святочный бал? — Да. — В брюках? — Да. — ответила я. Пенси несколько секунд молчала. Потом села рядом. — Ты понимаешь, что я не позволю? — спросила она. Я улыбнулась. — Ты не можешь заставить меня. — Ты недооцениваешь мою настойчивость. — Возможно. — Очень возможно. — мы обе рассмеялись. Но внутри я действительно уже решила. Мне просто не хотелось надевать что-то чужое. Все платья, которые я примеряла, выглядели красиво. Но ни одно не ощущалось моим. Вечером я вернулась в спальню позже обычного. Пенси уже была там. Она сидела на кровати и читала журнал. Я сняла мантию и остановилась. На моей кровати стояла коробка. Красивая. Тёмная. С аккуратной серебряной лентой. Я нахмурилась. — Пенси? — Что? — она подняла взгляд. Я указала на коробку. — Это не твоё? — она посмотрела. — Нет. — ответила она. Я подошла ближе. На коробке не было имени. Только маленькая записка. Я узнала почерк сразу. Даже не нужно было открывать. Почерк был слишком знакомым. Строгим. Аккуратным и всего несколько слов. «Надеюсь, это подойдёт. Если не понравится, верни» Я замерла. Пенси тихо спросила. — Это от него? — я кивнула. Почему-то говорить было трудно. Я осторожно сняла ленту. Открыла коробку. И замерла. Там лежало платье. Не такое, какие обычно выбирают для балов. Не кричащее. Не слишком роскошное. Оно было… Тёмно-изумрудное. Глубокий цвет, почти как у герба Слизерина. Ткань мягко переливалась в свете свечей. Рукава были прозрачными, тонкими, доходящими до самых кистей. Они казались почти невесомыми. На ткани были маленькие аккуратные блёстки. Не яркие. Не вызывающие. Они напоминали крошечные звёзды на тёмном ночном небе. Я медленно провела пальцами по ткани. И почувствовала, как внутри что-то сжалось. Он не спросил: «Тебе нравится?» Это был бы не он. Северус Снейп не умел говорить такие вещи. Но он заметил. Он заметил, что я не могла найти платье. Он заметил, что я отчаялась. И он сделал то, что умел лучше всего. Он решил проблему. Пенси смотрела на меня молча. Потом тихо сказала: — Оно идеально. — я не ответила. Только снова посмотрела на записку. Я осторожно закрыла коробку. И впервые за несколько дней подумала: Может быть… Этот бал действительно будет особенным.