Жизнь между строк. Зарисовки

      Ранние сеульские сумерки спустились на город. Но на стадионе, заполненном тысячами людей, было светло и ярко. И это были не только огни софитов, многочисленных вспышек фонарей и камер телефонов, моря горящих лайтстиков, переливающихся всеми цветами радуги в ритме оглушающей музыки. Это был свет, исходящий от сцены, от одного-единственного человека, который своей улыбкой и харизмой смог зажечь и растопить сердца миллионов поклонников по всему миру, а в данную секунду десятков тысяч живых зрителей одновременно.       Финальный концерт J-Hope был в самом разгаре. Публика визжала и подпевала, полностью перекрывая чистейший вокал Хосока. Никто не мог усидеть на своих местах. И хотя танцевального партера на стадионе Гоян предусмотрено не было, все стояли, не в силах преодолеть исходящую от сцены энергетику. Ноги сами отбивали ритм, руки синхронно качали арми-бомбочки, голоса лились стройным потоком, несмотря на то, что публика была абсолютно многонациональной. Всех их объединило сегодня одно — любовь к музыке, любовь к одному конкретному человеку и любовь к группе в целом.       Концерт в рамках заключительного тура Хосока выпал на знаменательную дату для всей группы — тринадцатое июня. Дата дебюта, день ежегодно проводимого фестиваля для всех ARMY — Festa, а тут ещё и концерт. Трибуны были забиты до отказа, ни одного свободного места. Так ещё и урвать билеты довелось далеко не всем желающим. Несмотря на надвигающийся на столицу дождь, атмосфера царила праздничная, открытая, фанаты обменивались подарочками, улыбками и восторгами от происходящего на сцене.       А вдалеке от глаз публики, но всё же в непосредственной к ним близости, за прикрытыми тёмными шторками окнами ВИП-трибуны ликовали коллеги выступающего на сцене певца. Ведь они были бы не семьёй, если бы не пришли в столь важный день поддержать друга, а также удивить и обескуражить не только толпу в зале, но и по ту сторону экранов следящих за трансляцией в прямом эфире зрителей.

***

      Камера под чутким руководством оператора отрывает свой пристальный взгляд от искрящейся фонтанами фейерверков сцены и фокусируется на небольшой части трибуны, находящейся под вторым ярусом стадиона. Эта скромная площадка чуть скрыта в нише, имея свой собственный выход из кулуаров раздевалок и других подсобных помещений.       Многотысячная толпа взрывается истошным воплем. Хосок со сцены приветствует мемберов тёплыми словами, благодарит за визит и поздравляет с успешно завершённой военной службой. Он искрится улыбкой, светится солнышком. А те в ответ одаривают всех вокруг лучами своего счастья. Когда они собирались вместе в последний раз?! На одной из "выписок"?! Но это не то! А тут концерт! Энергия! Родная стихия!       Сюрприз для всех фанатов, да и для самих мемберов тоже — выступление Чонгука с дуэте с Хосоком. “I wonder”… Чонгук в эйфории, он забывает временами, что вообще-то надо петь. Он на сцене, там, где он любит быть больше всего! Он чуть не попадает в ноты, его голос не такой глубокий, как прежде, сказывается отсутствие ежедневной практики, но какая же от него исходит энергетика! На него смотрят тысячи глаз, совершенно не ожидавших такого подарка и чуда…       Но есть одна пара тёмных зрачков, скрывающихся за прозрачными стёклами очков в чёрной оправе, которые смотрят особенно пристально, с обожанием и благоговением. Считывая все эмоции любимого: волнение, страх, эйфорию, кайф… Тэхён знает, как это — быть на сцене после долгого перерыва, вновь ощущать волну, исходящую невидимо от толпы, скрытой за яркими лампами, слышать их голоса, овации и крики. Тэхён, кажется, находится в эту секунду там же: на этом пятачке, залитом светом. Рядом с любимым, который чуть нервно теребит края крутки, открывая то ли намеренно, то ли случайно кусочек своей новой татуировки, вызывая неистовое возбуждение среди поклонников. Тэхён на это лишь ехидно растягивает губы в ухмылке. Уж он-то видел это новое творение с момента идеи до конечного результата её воплощения.       Концерт неумолимо движется к своему логическому завершению, а градус на всех трибунах, включая випку, и не думает снижаться. Танцы Чонгука и Тэхёна уже разлетелись по социальным сетям.       Тэхён не может отвести взгляда от Чонгука. Он сияет, словно звёздочка, озаряя всё вокруг своей лучезарной аурой. В глазах плещется неподдельная радость, на губах играет улыбка, заражающая всех вокруг. Тэхён подходит ближе, нежно обнимает его за плечи, притягивая к себе.       — Ты был великолепен, — шепчет он ему на ухо, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.       Чонгук смеётся, откидывая голову назад, обнажая белоснежные зубы.       — И ты тоже, Тэхён-а! — отвечает он, приобнимая того в ответ.       И тут же, поддавшись порыву, Тэхён затягивает Чонгука в импровизированный танец. Прямо здесь, под громкие звуки уходящего концерта, они кружатся в объятиях друг друга, забывая обо всём на свете. Вокруг них смеются, аплодируют, подбадривают. Но для них в этот момент существуют только они двое, музыка и это позабытое ощущение невероятной свободы и счастья.       На сцене гремит финальная песня, зал взрывается аплодисментами. Конфетти, капли дождя и фейерверки — всё сливается в едином безумном вихре восторга. Мальчики кланяются, посылают воздушные поцелуи, благодарят за любовь и поддержку. Они купаются в этой волне обожания, словно заново рождаясь.       Уставшие, но счастливые мемберы обнимаются, обмениваются впечатлениями и подбадривают друг друга. Чувство единства, долгожданное и такое ценное, заполняет всё пространство.       За кулисами царит хаос: менеджеры бегают, ассистенты суетятся, стафф собирает реквизит. Но парни, довольные, просто наслаждаются моментом.       А потом свет гаснет.       Вечер подходит к концу. Чонгук и Тэхён выходят из здания стадиона вместе через чёрный ход. Их ждёт машина, готовая увезти подальше от этой суеты, в их укромное, в тишину и уединение.       Машина растворяется в пелене ночного города, оставляя за собой лишь воспоминания о невероятном концерте, танцах и эту непостижимую, но такую желанную недосказанность, мелькающую между ними. У них вся ночь впереди. Поклонники же остаются с надеждой и ощущением, что сегодня они были свидетелями чего-то особенного.