Там, где начинается небо

Лену выписали из больницы через три дня после того, как она пришла в сознание. Врачи сказали, что она слаба, что ей нужен отдых, что организм должен восстановиться после шока и потери крови. Она чувствовала себя разбитой, но она была жива. И это было главное. Миу была рядом с ней каждую минуту. Она сидела у её кровати, держала её за руку, приносила чай и еду, которую Лена почти не ела. Она смотрела на Лену с такой нежностью, что у Лены перехватывало дыхание. — Ты не должна была спасать меня, — сказала Лена однажды. — Ты могла погибнуть. — Я не могла оставить тебя, — ответила Миу. — Ты — моё небо. Лена улыбнулась, и на её лице появилась та самая улыбка, которую Миу так любила. — Я люблю тебя, — сказала Лена. — Я тоже, — ответила Миу. Через три дня после выписки у Лены был день рождения. Она не хотела праздновать, не хотела шума, не хотела ничего. Она хотела только одного — быть рядом с Миу. Но Миу не была рядом, когда Лена проснулась утром. Миу оставила записку на столике: «Я скоро вернусь. Ты отдыхай. Я хочу сделать тебе сюрприз». Лена улыбнулась и перевернулась на бок, чувствуя, как сон снова накрывает её. --- Торговый центр «Скайвью». Два часа спустя. Миу ходила по этажам уже больше часа. Она знала, что хочет купить — часы. Те самые, с гравировкой на задней крышке. Лена любила часы, у неё была маленькая коллекция. Миу видела, как она смотрит на витрины магазинов, и запомнила это. Она нашла идеальные. Тонкий ремешок, сияющий циферблат, изящный дизайн. Она попросила продавца выгравировать на задней крышке: «С днём рождения, Лена. Ты — моё небо». Продавец кивнул, и через двадцать минут часы были готовы. Миу взяла их в руки, провела пальцами по гравировке и улыбнулась. Она представила, как Лена развернёт подарок, как её глаза засияют, как она обнимет её и скажет: «Ты лучше всех». Миу почувствовала, как тепло разливается в груди. Она завернула часы в подарочную упаковку, положила в красивый пакет с логотипом магазина и направилась к выходу. Она знала, что Лена ждёт её, что они будут пить кофе и смотреть старые фильмы весь вечер. Миу улыбалась, идя по эскалатору вниз. А потом она почувствовала запах газа. Едкий, сладковатый, с металлическим привкусом. Она замерла на мгновение, и в этот момент раздалась сирена. Громкая, резкая, оглушающая. Люди закричали. Кто-то побежал, кто-то упал. Миу оглянулась и увидела, как металлические заслонки начинают опускаться, перекрывая выходы. Свет начал мигать и погас, загорелось аварийное освещение. — Бегите к служебным выходам! — крикнула Миу, пытаясь организовать людей. — Не паникуйте! Дышите через ткань! Она помогла нескольким людям подняться, указала им направление, и когда толпа немного рассеялась, она побежала к выходу. Она держала пакет с подарком в руке, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. И в этот момент кто-то сзади толкнул её ногой в спину. Миу упала на колени, пакет выскользнул из рук и покатился по полу. Она попыталась подняться, но ноги не слушались. Террорист, стоящий над ней, что-то говорил, но Миу не слышала его. Она видела только пакет, который лежал в нескольких метрах от неё. Она поползла к нему, чувствуя, как страх накатывает на неё. — Не трогай его! — крикнул террорист, но Миу не слушала. Она протянула руку к пакету, и в этот момент она услышала выстрел. Пуля вошла в левую часть груди, чуть выше сердца. Миу почувствовала, как её тело пронзает острая боль, как мир начинает кружиться. Она упала на спину, но её рука всё ещё сжимала пакет с подарком. Она чувствовала, как тёплая жидкость разливается по её груди. Она смотрела на потолок, и мир вокруг неё мутнел. Она чувствовала, как сознание покидает её, как темнота накрывает её. Она сжимала пакет в руках, пока силы не покинули её --- Отель. Номер Лены. Два часа спустя. Лена проснулась от странного чувства. Она потянулась к Миу, но кровать была пуста. Она села, огляделась — на столе лежала записка: «Я скоро вернусь, не скучай». Лена улыбнулась, встала, налила воды. Включила телефон, чтобы написать Миу, и увидела новости. Экстренный выпуск: «Террористическая атака в торговом центре «Скайвью». Захват заложников. Есть пострадавшие. Здание залито газом. Ожидаются жертвы». Лена уставилась на экран. «Скайвью». Тот самый торговый центр. Миу пошла туда, чтобы выбрать подарок на день рождения Лены. Лена знала это. Она видела, как Миу выходила утром с заговорщицкой улыбкой, и догадывалась, куда она направляется. Она начала звонить Миу. Один раз, второй, третий — трубка не отвечала. Лена чувствовала, как внутри всё сжимается. Она надела пальто и выбежала из номера. --- У торгового центра. Оцепление. Лена прорвалась сквозь толпу зевак, оттолкнула полицейского, который пытался её остановить: — Моя девушка там! Она внутри! Пустите меня! — Мадам, проходите за ограждение, здесь опасно! — Я не уйду, пока не узнаю, что с ней! Она стояла у шлагбаума, смотрела на здание, которое всё ещё окутывал дым. Она чувствовала, как внутри всё замирает — холод, страх, отчаяние. Прошло два часа, прежде чем первые носилки вынесли из здания. Лена вглядывалась в каждое лицо, каждого пострадавшего. И вдруг она увидела. Знакомые волосы. Знакомое лицо. Бледное, почти белое, с кислородной маской. Рука безвольно свисала с носилок. Врачи делали ей искусственное дыхание, но она не дышала. — Миу! — Лена закричала и рванулась вперёд. Полицейские схватили её, удерживали, не давали пробиться. Но она вырывалась изо всех сил, смотрела, как скорую увозят, и не могла дышать. Она прыгнула в машину скорой помощи и сжала руку Миу, чувствуя, как её пальцы холодные и неподвижные. Она держала её руку и чувствовала, как слёзы текут по лицу. — Дыши, — шептала она. — Пожалуйста, дыши. --- Больница. Коридор. Лена сидела на пластиковом стуле в пустом коридоре отделения реанимации. Смотрела в стену, не моргая. Её лицо было сухим, хотя внутри она кричала. Она сжимала пакет с подарком. Тот самый, залитый кровью Миу. Она открыла его и достала коробочку. Часы. Дорогие, красивые. На задней крышке — гравировка: «С днём рождения, Лена. Ты — моё небо». Она не заплакала. Она просто смотрела на гравировку, гладила её пальцами и не могла поверить, что Миу успела это сделать. Что она думала о Лене. Даже когда всё рушилось. Дверь открылась, вышел врач. — Вы Лена? — Да, — она встала, шатаясь. — Пуля прошла в нескольких миллиметрах от сердца. Лёгкое задето, потеря крови очень большая. Мы сделали всё возможное. Сейчас она в коме. Мы не знаем, когда она очнётся. Лена смотрела на него, и внутри всё оборвалось. — Можно мне увидеть её? — Да. Но только на минуту. --- Палата интенсивной терапии. Лена вошла в палату и увидела Миу. Та лежала на койке, подключённая к аппаратам. Её лицо было бледным, почти прозрачным, дыхание — слабым, через трубку. Лена подошла к кровати, села рядом, взяла её за руку и поцеловала её. — Ты дура, — сказала она тихо, почти шёпотом. — Ты хотела купить подарок для меня? Ты чуть не умерла из-за этого. Она сжала часы в другой руке. — Я не просила тебя о подарках. Я просила тебя остаться рядом. Она поднесла руку Миу к своим губам и поцеловала её — холодную, неподвижную. — Я хочу, чтобы ты вернулась, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты подарила мне эти часы сама. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня и улыбалась. Мне не нужны подарки. Мне нужна ты. Она склонилась к Миу, коснулась губами её лба: — Я буду ждать. Я всегда ждала тебя. Даже когда не знала, что ты придёшь. Она села обратно на стул и так и сидела, держа Миу за руку, пока за окном наступал рассвет. --- Три дня спустя. День рождения Лены. Лена сидела в номере отеля. Она праздновала одна. На её руке блестели часы с гравировкой, которые Миу купила для неё. Она смотрела на них и чувствовала, как внутри всё сжимается. Чай пришёл к ней утром и заставил её поесть, хотя она почти ничего не ела. Он принёс ей чай и сказал: — Лена, тебе нужно отдыхать. Она очнётся. Она сильная. Лена кивнула, но ничего не ответила. Сообщения приходили одно за другим — от Фа, Ань, Ной, от пилотов, от стюардесс, от диспетчеров. Но Лена не смотрела на них. Она смотрела на часы и ждала. Было 21:36. Она почти потеряла надежду. --- Палата интенсивной терапии. 21:36. Миу пошевелила веками. Она чувствовала, как боль в груди пульсирует, как тело не слушается. Она приоткрыла глаза и оглянулась. Белый потолок, белые стены, аппараты. Она вспомнила, что произошло. Она не знала, сколько времени прошло. Она приподнялась на локтях, чувствуя, как боль пронзает грудь. Она нажала на кнопку вызова медсестры. Медсестра пришла быстро. — Сколько времени? — спросила Миу, и голос её был слабым. — 21:38, — ответила медсестра. — Позвоните Лене, — сказала Миу. — Скажите ей, что я очнулась. --- Номер Лены. 21:39. Телефон зазвонил. Лена схватила его, не глядя на экран. — Алло? — Лена? Это больница. Миу очнулась. Она просила передать, чтобы вы приехали. Лена не помнила, как вылетела из номера. Она не помнила, как бежала по коридору, как садилась в такси. Она помнила только, как вбежала в палату и увидела Миу. Миу лежала на койке, бледная, но с открытыми глазами. Когда она увидела Лену, на её лице появилась улыбка. Лена подошла к кровати и присела на край койки. Она смотрела на Миу, чувствуя, как слёзы текут по лицу. — Эй, — сказала Миу, и голос её был почти шёпотом, потому что ей было тяжело дышать. — Ну, ты чего плачешь? Стрелки ещё не дошли до полуночи, значит, я успела. Она улыбнулась и взяла Лену за руку. — С днём рождения, моя хорошая. С днём рождения, небушко моё. Лена наклонилась и обняла Миу, чувствуя, как её сердце бьётся в унисон с сердцем Миу. — Я люблю тебя, — прошептала Лена. — Я тоже, — ответила Миу. Они стояли в тишине, обнявшись, и чувствовали, как мир вокруг них становится спокойным. Первый день, когда Миу пришла в сознание, был самым тяжёлым. Она лежала на больничной койке, и каждое движение отдавалось болью в груди. Она не могла шевелиться, не могла даже повернуть голову, чтобы посмотреть на Лену, которая сидела рядом. Она могла только смотреть на неё глазами, полными боли и благодарности. Лена сидела на стуле рядом с койкой, держала Миу за руку и смотрела на неё. Она чувствовала, как пальцы Миу слабо сжимают её ладонь, как она пытается улыбнуться, но боль мешает ей. — Ты здесь, — сказала Миу, и голос её был слабым, почти неслышным. — Я всегда здесь, — ответила Лена. — Я не уйду. Она наклонилась и поцеловала Миу в лоб. Её губы задержались на коже Миу на мгновение дольше, чем нужно. Потом она поцеловала её в щёку — левую, потом правую. Провела губами по переносице, коснулась кончика носа, потом подбородка, уголков губ. Миу не могла отвести от неё взгляд — она смотрела, как Лена целует её лицо, и внутри неё что-то таяло. — Что ты делаешь? — спросила Миу, и голос её был хриплым от слабости, но в нём слышалась улыбка. — Целую твоё лицо, — ответила Лена. — Я хочу запомнить каждую его часть. Она снова наклонилась и поцеловала Миу в лоб. Потом в висок, в скулу, в уголок глаза, где собирались слёзы, которые Миу не могла сдержать. — Я люблю тебя, — сказала Лена, и её голос был ровным, но в нём слышалась такая сила, что Миу почувствовала, как внутри неё что-то переворачивается. — Я тоже, — ответила Миу. --- Второй день. Утро. Миу проснулась от того, что почувствовала, как Лена гладит её по голове. Она открыла глаза и увидела её лицо — такое близкое, такое тёплое. Лена улыбнулась ей, и Миу почувствовала, как внутри неё что-то теплеет. — Доброе утро, — сказала Лена. — Доброе утро, — ответила Миу. Лена наклонилась и поцеловала её в лоб. Её губы были мягкими и тёплыми. Лена поцеловала её в щёку, потом в другую, потом в кончик носа, в подбородок, в уголки губ. — Ты делаешь это каждый день, — сказала Миу. — Потому что я хочу, — ответила Лена. — Потому что я люблю тебя. Миу хотела сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Она чувствовала, как Лена смотрит на неё, как её глаза светятся от любви. Она хотела сказать, что тоже любит её, но вместо слов Лена наклонилась и поцеловала её в губы. Поцелуй был долгим и нежным. Лена целовала её медленно, чувствуя, как её губы касаются губ Миу. Она чувствовала, как Миу отвечает на поцелуй, как её дыхание становится глубже, как её сердце бьётся быстрее. Когда они отстранились, Миу смотрела на неё с такой нежностью, что у Лены перехватывало дыхание. — Я люблю тебя, — прошептала Миу. — Я тоже, — ответила Лена. Она снова поцеловала Миу, и этот поцелуй был более страстным. Она чувствовала, как её губы касаются губ Миу, как она целует её с языком, как она прижимается к ней, несмотря на боль, которую чувствовала Миу. — Я хочу, чтобы ты знала, — сказала Лена, отстраняясь. — Я хочу, чтобы ты знала, как сильно я тебя люблю. — Я знаю, — ответила Миу. — Я всегда знала. Они лежали в тишине, и Лена чувствовала, как внутри неё что-то успокаивается. Она знала, что Миу нужна её помощь, и она была готова дать её.