Один шаг вперед

Санс лежал на диване в гостиной и смотрел телевизор. В последнее время он ничем особым не занимался, находясь либо в комнате, либо в гостиной. Иногда он тратил свое свободное время, которого у скелета было больше, чем достаточно, на то, чтобы доделать костюм на Хеллоуин. Делал он это не из интереса, а из чувства, что обязан это сделать. Но каждый раз, как он начинал это делать, его поражали воспоминания. Он все еще не мог понять, что произошло в тот день, но оно не покидало его и сейчас. Можно было бы сказать, что он трус, но он избегал Ториэль. Даже к Фриск или к Флауи, к двум аномалиям, у него не было страха такого рода. На телевизоре шла передача, где люди угадывали слова, но Санс пропускал все мимо ушей, погрязнув в своих мыслях. Он принял, что Флауи был первой аномалией. Той самой, которую ничего не сдерживало. Хорошо, что он практически ничего не помнил с того времени, как цветок устраивал в Подземелье ужас, ведь от одного лишь момента с манипуляциями над его братом он был недоброжелателен к цветку. Также он попросил Папируса передать Ториэль пряжу, потому что странное чувство его не покидало. Неловкость, которая не приходила к нему давно. Он замечал, что теперь мысли насчет его подруги были через чур уж навязчивыми. Это было ужасно. Рядом с ним, на диване лежали несколько пустых пачек из-под чипсов. Его не мог никто наругать за беспорядок, ведь Папирус сейчас занят. Он усердно работал и реже появлялся дома. Сансу тоже стоило бы найти работу, но был ли в этом смысл, если когда-нибудь он все равно вернется на работу часового? Эта временная линия не вечна. Настанет и ее конец. Скелет чувствовал себя бесполезным куском мусора. Он мысленно усмехнулся, вспоминая слова одного надоедливого золотого цветка. Он сидел на шее брата, который работал для них двоих. Папирус ходил на полноценную работу, он убирал весь дом, готовил и тянул за собой Санса, дабы тот не отставал. Он так его любил и был благодарен за все. Но, честно говоря, он не понимал своего брата. Папирус вел себя так, будто их диалога про аномалию просто не было. Для чего младший скелет все это делает, заботится о нем, если это не имело смысла? Сейчас было утро. Санс проснулся, на удивление, рано. Но лишь потому что вчера он рано лег спать. Голова раскалывалась от странного чувства, будто он уже несколько раз сегодня просыпался. Не заостряя на этом внимания, комик достал свой блокнот. Открыв, он не обнаружил новой записи, хотя точно помнил, что записывал семьдесят первый день. Только скелет начал позволять себе думать, что все может наладиться, как аномалия совершила новый ход. Санс выключил телевизор и положил себе ладонь на череп, закрывая глаза. Наверное, ему просто стоило еще раз поспать. Послышался щелчок, и до скелета донесся холодный ветер. — Санс!! Ты снова весь день на диване?!! — Папирус подошел ближе, находясь в шаге от дивана. — Ты ел хоть что-нибудь?!! — Ну, как видишь. — Скелет указал на несколько пустых пачек из-под чипсов. — Я имел в виду что-то нормальное. — Папирус тяжело вздохнул и начал собирать мусор. — С тех пор, как мы все вместе шили костюмы, ты ни разу не выходил из дома!! — Прости. — Сказал скелет с большей усталостью, чем желал. — Все нормально. Просто, хотя бы пряжу Ториэль ты мог бы отдать самостоятельно!! Скелет направился на кухню и, выкинув по пути мусор, начал орудовать кухонными приборами. — Тебе чем-то помочь? — Спросил Санс, считая нужным сделать хоть что-то. — Не нужно. — Папирус повернулся к нему, задумавшись. — Только если ты почистишь и нарежешь картофель. — Папс. Ты так сильно стараешься. — Сказал скелет, попутно нарезая овощи. Папирус в это время нарезал капусту. Куски были неловкими и неравномерными, но намного аккуратнее, чем в то время, когда готовить его учила Андайн. — Ну конечно!! Монстры надеются на меня! — Папирус закончил с капустой и закинул ее в воду. — И я бы хотел, чтобы ты тоже немного постарался! — Это сложно. — Я знаю. Поэтому у тебя всегда есть рядом такой брат, как я!! — Папирус похлопал его по плечу и продолжил носиться по кухне. Папирус встал рядом и начал чистить морковь. И Санс заметил, что нарезал Папирус намного лучше. В этот раз оставался хотя бы не маленький кусочек овоща. — И еще, сегодня в Нью-Хоуп вернулся король Азгор! — Скелет взял телефон и показал сообщение из группы, в которой Санс, на свое удивление, тоже находился. — Да, точно. И поэтому мы сегодня идем к нему на чаепитие. — Сказал Санс, даже не повернув голову, почти дочистив все свои овощи. — Помню. — Что? — Недоуменно спросил талисман всех монстров. В группе пришло новое сообщение. Как раз о том, как Азгор предлагает всем собраться у него. — Ваушки!! Санс, ты прямо предсказал будущее!! — Что? — Оу. Постой. — Через несколько секунд лицо Папируса изменилось с улыбки на удивление. — Оно продолжается? Санс промолчал, но это и было ответом для Папируса. Он начал что-то печатать в телефоне. — Я думал, что это уже прекратилось!! Ты снова останешься дома? — Не. Я же не могу вечно избегать внешний мир. — Скелет принялся нарезать уже полностью дочищенную картошку. Да и вряд ли Ториэль будет на этом чаепитии. Да, она говорила о том, что хотела бы все обговорить с Азгором, но не обязательно же это произойдет в первый же день его прибытия, а значит, он сегодня с ней не встретится. — Спасибо, что сказал мне. — Папирус принялся нарезать морковь. — Конечно, ты промолчал, но ты не солгал мне! Это уже хороший шаг!! Санс чувствовал себя так плохо от того, что Папирусу приходилось благодарить его за обычное молчание. Это ужасно. Скелет ничего не ответил, просто продолжал молчать, дорезая овощи. — Сколько раз это произошло? — Папирус тоже дорезал морковь и закинул ее вместе с картофелем, посолив. — Или ты мне уже отвечал на этот вопрос, а я не помню?! Это так странно! Наверное, он отвечал. Хотя, за свои слова ручаться он не собирался, ведь большую часть времени он попросту отмалчивался. — С тех пор, как мы выбрались на Поверхность, сегодня это произошло впервые. — Санс уселся на стуле. — Точнее, сегодняшний день происходит уже четвертый раз. Папирус, помешав, уселся рядом. Он вечно потирал то щеку, то затылок, будто боясь что-то спросить. Оно и понятно. Санс рассказал ему об этом лишь спустя несколько лет, и то из-за обиды своего младшего брата. Он не хотел давить, как в тот день, но и не хотел быть в неведении, как раньше. — Не волнуйся. Я привык. — Санс пожал плечами. — Можно сказать, оно у меня в костях. Папирус промолчал, полностью игнорируя попытку разбавить обстановку. Он не разозлился, но и не посмеялся. Выражение лица вообще не изменилось. — А как это ощущается? — Ну. Знаешь. Как будто я уже прожил тот или иной момент, знаю, что произойдет, знаю, о чем будут диалоги, но я никогда не проживал это. В общем, странно. — Санс улыбнулся и развел руками. — Интересно, почему ты это так сильно ощущаешь. — Папирус задумался. — Не знаю. Очередная ложь в копилку. Он знал. Это происходило из-за того случая с бывшим королевским ученым. Вот только этого ученого никто не помнил. "Ну знаешь, Папс, это происходит, потому что я работал в то время, когда ты не помнишь, чтобы я работал, на монстра, которого никто не помнит, в лаборатории, которую перестроили лишь тогда, когда Альфис стала королевским ученым. Представляешь?" Звучало бредово. Санс даже усмехнулся лишь от одной мысли об этом. Папирус продолжил готовить, и через некоторое время суп был готов. Скелет наложил две порции, и одну из них поставил перед Сансом. Низкий скелет, попробовав, улыбнулся и показал большой палец, как обычно, говоря, как это вкусно. Рослый скелет улыбнулся и тоже начал с энтузиазмом есть. Отмечая для себя, Санс впервые видел, как Папирус ест свою приготовленную еду. Обычно он только раздавал ее своим друзьям и брату. Еще несколько часов пролежав на диване и записывая сегодняшний день по памяти, Санс с братом начали собираться. Папирус с собой взял коробку малинового чая. Видимо, для Азгора в подарок. Санс предложил своему брату выйти пораньше, дабы тоже приобрести какой-нибудь подарок в магазине. С одной стороны, Папирус был рад, что Санс решил выйти пораньше, а с другой, причина для выхода была очевидной. Купив в магазине коробку зеленого чая, братья направились к бывшему королю. Его дом особо ничем не выделялся. Самый обычный уютный домик с припаркованной машиной рядом. Похоже, пока Азгор находился в городе, ему позволили получить водительские права. В зашторенном окне горел свет. Постучав, открыли Фриск, которые тоже пришли навестить Азгора. Вскоре подошел и сам пушистый, принимая подарки от скелетов. — Приветик. — Сказал Азгор и указал в сторону кухни. — Не желаете чашечку чая? — Конечно!! — Сказал Папирус, стараясь не нервничать при бывшем, но все еще с большим статусом, короле. Он наклонился к ушной раковине Санса и прошептал. — Санс!! Мы в доме у короля!! Папирус несколько раз подпрыгнул и направился мыть руки. В доме все выглядело совершенно нетронутым. Скорее всего, Азгор здесь пребывал впервые. На стенах висели разные картины с изображением природы, цветов, прекрасных пейзажей. Гостинная находилась там же, где и кухня. Флауи смотрел телевизор, что-то ворча под нос, переключая каналы каждые несколько секунд. Андайн в это время помогала Азгору с чаем, попутно рассказывая про нынешние дела. Как одна часть людей помогает обустроится, как другая часть старается их прогнать. Рассказывает про Папируса, который очень хорошо совладал с многими людьми. — Также у людей есть интересный праздник, хэллоуин. На него нужно наряжаться в костюмы, раздавать и получать сладости!! Будешь участвовать? — Спросила Андайн. Она начала что-то искать в телефоне, похоже свой костюм, и начала показывать Азгору. — Конечно, это не в твоем стиле, так что никто не заставляет. — Ох. — Азгор аккуратно взял ее телефон в свои большие пушистые руки. — Только если я буду раздавать конфеты. — Так я и думала!! — Она хлопнула его по плечу и продолжила заваривать чай. Санс продолжил рассматривать дом, не вслушиваясь в диалоги. Двери были везде открыты, но в спальню короля он входить не стал. Конечно, увидеть там самую обычную кровать было удивительно. Он ожидал увидеть что-то более грандиозное. Хотя, это же Азгор. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на которой была фотография троих монстров-козлов и человеческого ребенка. Кажется, он подсмотрел что-то личное. Все знали, что у короля был сын Азриэль и ребенок Чара, которых они приютили. В один день король и королева трагично потеряли своих двоих детей, а после король издал указ об убийстве упавших людей. Что ж, не заостряя внимания на этом, скелет направился в ванную. Благо, раковина была низкой, хотя она была немного заполнена белым мехом. Иронично, ведь это был лишь первый день нахождения Азгора в этом доме. Комнаты в его доме были самыми обыкновенными. Свойственные Азгору картины и дом в обычном, милом стиле парня, который любит ухаживать за растениями. После, подойдя на кухню снова, все, кроме Азгора, сидели на диване, что-то обсуждая. Хотя, это было больше похоже на споры Андайн с Флауи и попытки Папируса их подружить. — Ты ведь Санс, да? — Вдруг раздался громкий голос. Комик и не заметил, как к нему подошли. — Не думал, что мое имя настолько извесанстное, что сам король его знает. — Хох. Я о тебе наслышан. Андайн мне рассказывала, что вы с Ториэль близки. — Он грустно улыбнулся. — Упс, не поймите неправильно, я между вами с Ториэль не стою. Понимаете, кишка тонка для этого. — Сансу стало очень неловко, но королю, кажется понравилось его шутка. — Ох. Нет-нет, все в порядке. Я рад, что она может двигаться дальше. — Азгор взглянул мимо него с теплой улыбкой. Санс взглянул в ту же сторону, где находилась стена. Потом, король взглянул на Фриск. — И я рад, что у нее есть семья. — Ну, она просто роговая мамаша, да? — Кажется, я понимаю, почему вы так ладите. — Немного усмехнувшись, сказал Азгор. — Она тоже любила шутки. Во время их диалога раздался спасительный звонок в дверь. Азгор, не торопясь, пошел открывать. Только отворив дверь, он подобрал букет цветов, лежавших на столике рядом со входом, и передал гостье. Скелет огляделся на диван. Наверное, среди всех, здесь не хватало лишь Меттатона. Да, Альфис сидела тихо, но не значит, что ее и вовсе нет. А как помнил Санс, Ториэль не должна была приходить. Но, к его сожалению или счастью, что-то поменялось, и на пороге у дома Азгора стояла никто иная, как Ториэль. Она была одета в сиреневое платье в желтый горошек. Санс поймал себя на мысли, что рассматривает его чересчур долго и отвернулся, подошел к дивану, желая устроиться среди остальных. — Это так круто, что король нас пригласил к себе домой!! — Папирус, будто вспомнил что-то, приложил кулак к своей груди. — Наконец-то он увидел мое величие! — Да, Папирус, это так круто. — Саркастично сказал Флауи, закатив глаза. — Флауи, ты не рад?! — Искренне спросил скелет — Да он вообще ничему не рад!! — Рявкнула Андайн. — Но, Азгор разбирается в цветах. Может, хоть он сможет усмирить его!! — Флауи!! Кстати, я приобрел книгу о том, как ухаживать за цветами, как ты и советовал! — Папирус поднял указательный палец вверх. — Ведь я – твой лучший друг! — Думаешь, у Флауи это будет в корнях, если он монстр-цветок? — Подмигнул Санс. — Ну, мы же должны проложить семя нашей дружбы!! — Гордо сказал Папирус. — Хех. Круто. — Я знаю! — Смотрите, не запутайтесь в лозах, пока будете читать. — Сказала Ториэль, придерживая букет. — Кстати, говоря о цветах, у кого-нибудь есть лишняя банка? — Ох, сейчас. — Азгор начал рыться в шкафчиках на кухне, ища подходящую банку. Ториэль в это время отчужденно смотрела на цветы. Она присела на диван рядом с Сансом. Ему пришлось подвинуться, ведь он сидел на краю. От такой близости скелету стало не по себе. Тело покрылось мурашками, и он старался не смотреть на дамочку, сидевшую рядом, чувствуя, что и так пропитан неловкостью. — Санс, кстати, ты не ответил мне. — Ториэль нахмурилась. — Это вопрос жизни и смерти. — Ой, сорян. — Санс достал из кармана телефон и прочел несколько сообщений. В них его козья подруга предлагала сделать несколько забавных снимков. — Вы сидите в метре друг от друга!!! — Прокричал в другое ухо Папирус. Подошел Азгор с подходящей банкой. Она была из розового стекла с красной лентой. Застав эту картину, он промолчал. К нему подошла Андайн и погладила по плечу. — Не волнуйся, в море еще полно рыбы. Папирус, Андайн, Альфис и Фриск с Флауи ушли помогать раскладывать посуду и переносить ее. Санс с Ториэль в это время отправляли забавные стикеры или гифки друг другу. Ториэль отправляла очень своеобразные приколы, от чего скелету становилось лишь смешнее. Они бы так и продолжали, если бы дамочка резко не выхватила у него телефон, злобно посмеиваясь. — Эй, так нечестно, это выше моих возможностей. — Сказал комик, пытаясь забрать украденный телефон. Ториэль подняла свою руку с телефоном, не дав ему забрать гаджет. — Будет низко с моей стороны позволять такое отношение. Они вместе смеялись, и Санс не оставлял попыток забрать телефон. Вот только каждый раз, когда он тянулся и находился близко с Ториэль, его не покидало странное неприятное чувство. У него будто что-то кололо в груди. Каждый раз он заострял внимание на ее лице. На том, как мило лежит ее шерстка, или какие же у нее все-таки красивые глаза. Он не хотел признавать, но ему это даже нравилось. Он каждый раз боялся говорить, ведь его голос будто дрожал. Благо, смех это хорошо сдерживал, хотя вдохи и выдохи получались рваными. В один момент она резко наклонила голову, когда Санс хотел подняться на цыпочки. Испугавшись, он отступил на два шага и рухнул на диван. — Хахах, ой, прости. Не хотела напугать! — Ториэль начала к нему подходить, как он, к своему удивлению, вскочил с ее телефоном в руках. — Нахал! — Хех. — Отдышавшись, он начал рыться у нее в телефоне, пока она просто делала свои снимки на его. Это было так глупо, но так привычно. — Ты отправляешь Фриск картинки "с добрым утром"? — Ну да, а что? Санс старался сдержать свой смех, но это выходило очень плохо. Она начала подходить к нему, и у Санса будто все отключилось. Он не стал отходить, да даже двигаться, он просто следил за тем, что сделает его подруга. Она с ехидной улыбкой забрала у него свой телефон, кинув телефон Санса на диван. В это время, когда она забирала телефон, их руки соприкоснулись, и его сердце сжалось. Скелет все еще не имел понятия, что с ним происходит. Но благо, Ториэль не замечала никакой странности. — Так, каков твой ответ, ленивец? — А? — Спросил комик, полностью прослушав ее вопрос. — Сделаем вот такую фотку? — Ториэль показала фото из разряда тех фоток, которые обычно делают друзья, чтобы прикольнуться, и выкладывают в интернет. — Фриск мне сказали, что это популярно и Альфис сказала, что это... в тренде. Ну как? — Да, д-давай. — У Санса слегка вздрогнул голос. Он откашлялся, и Ториэль, кажется, не заметила. Они встали в необычные позы и запустили таймер. У Санса выступил еле-заметный румянец. Вряд ли бы кто-то заметил, но хозяин своего тело чувствовал это. Румянец у монстров образовался от небольшой потери контроля магии, либо ее переизбытка. Они могли слегка краснеть, когда болели, когда замерзали или нагревались, либо при необычных чувствах. Прямо как люди, только это ощущалось всем телом. Ведь монстры полностью состояли из магии. Может, он и впрямь заболел? Хотя, здесь было жарковато, может и из-за этого у него такая реакция. Таймер прошел, и Ториэль подбежала к телефону посмотреть, что получилось. Она показала Сансу. Тот глупо улыбнулся и показал палец вверх. Уже привычная от него реакция для всех окружающих. Далее изо двери на кухне, которую скелет сначала и не заметил, вышел Папирус. — Санс!!! Ты чего так долго?! — Он застал своего брата, разглядывающего что-то в телефоне Ториэль вместе с самой Ториэль. — Вы прямо, как две улитки!!! Пойдемте уже! Папирус зашагал обратно. Скелет не знал почему, но от этого сравнения ему стало еще теплее. Они вдвоем направились к двери. За ней находилась веранда и сад. В саду пока что ничего не было, кроме дерева, которое было здесь еще века назад. Но газон был очень милым, хоть и мокрым. Перед приходом Азгор, должно быть, убрал листья. Здесь было очень спокойно и приятно сидеть. Было так умиротворенно. За круглым столом все уже расселись. Осталось два свободных места: для него и для Ториэль. Они были рядом, и в итоге комик сидел между Папирусом и Ториэль, стараясь сосредоточиться на аромате чая. Рядом с ней сидел Азгор, дальше Андайн, после Альфис, Фриск и величайший скелет. Санс старался не смотреть в сторону Ториэль, но не смотреть на ученую, которая была по другую сторону, было пыткой, ведь он ставил в неловкое положение и ее, и себя. В итоге он просто рассматривал свою чашку чая, пока остальные болтали. — Санс, ты чего?! — Нахмурился Папирус. — Ты же не собрался спать сидя!! — Не кипятись, бро, я даже случайн– Папирус закрыл ему рот, не дав договорить, и сквозь перчатку послышалось фырканье. — Ой, только не это!!! — Папирус, ты так отчайанно пытаешься остановить своего брата. — Сказала Ториэль, еле сдерживая смех. — О боже!!! Мне что, вам двоим рот закрывать?!! — Папирус вскинул свои руки. В это время Азгор и Фриск улыбчиво смотрели на них, Флауи, как обычно, хмурился, но ничего не говорил, а две девушки намазывали что-то на тосты. Вскоре к Азгору пришел один человек, из-за чего ненадолго пушистому нужно было их покинуть. Альфис ушла ему помогать. В это время Папирус с Андайн и Фриск начали играть, бросая фрисби. — Думаю, нам бы тоже следовало сыграть как-нибудь. Я буду бросать, а ты ловить зубами. — Ториэль ехидно улыбнулась. — Среди нас двоих на собаку больше смахиваешь ты. — Скелет усмехнулся. — Умолки. — И как ты можешь так спокойно сидеть? — Сказал цветок, взирая на Ториэль. — Рядом с убийцей твоих шестерых детей! Ты постоянно обвиняла его, а сейчас сидишь и молчишь!! Ну разве не двуличие?! Ты просто жалкая! — А откуда ты.. — Кстати, а вы до сих пор не поговорили? — Сказал скелет, тоже решив намазать себе что-то неизвестное на столе на тост. — Ох, нет. — Она посмотрела на цветы. — Мне.. нужно время. И ему думаю тоже. Это сложно. — Ну, понятно. — Сказал шутник, мысленно закрывая тему. Флауи смотрел то на одного, то на другую. Его лицо изменялось с каждой секундой, будто он смотрел на что-то неприятное. К удивлению, смотрел он молча. Кажется, он желал ответа на свой вопрос, поэтому его выбесила смена темы, но говорить он это не стал. Закатив глаза, растительный повернулся к остальным. Они уже были все в грязи. Причем, Андайн с Фриск начали новую игру. Они кидали грязью, которую подбирали с земли, а Папирус закрывался от них, ведь в него эти куличи тоже попадали. — Своеобразная у них игра. — Давай не будем об этом... — Ториэль продолжила молча смотреть, представляя, сколько нужно будет стирать одежду Фриск. — Идиоты. Папирус отворил дверцу веранды и зашел в дом, оставляя грязные следы за собой. Андайн и Фриск смеялись ему вслед. Последующие 30 минут Ториэль уговаривала свое дитя умыться. Скелет и рыба уже сидели вымытые. Первого и уговаривать не нужно было, он для этого и вернулся под крышу, а вот ребенок сопротивлялся. Но силой дружной синей магии они затащили Фриск в ванную. Ториэль дала им запасную одежду. Видимо, случалось это не впервые. Далее, Азгор унес все чашки на кухню и за тем же круглым столом на веранде разложил игру под названием "скрэббл", предлагая всем разделиться на команды. — Альфис, я не позволю тебе остаться последней!! — Папирус указал на нее. — Давай будем в одной команде!! — Что?! — Ошеломленно посмотрела Андайн. — Д-давай. Что ж. Санс просто притворился спящим, оставляя дело выбора другим. Вдруг его кто-то резко ухватил за плечо. — Эй, ботан!! Ты теперь в моей команде!! — Указала на себя Андайн. — Что ж. Не бывает рыбы без костей. — скелет пожал плечами. Его не то что бы заботило, в чьей команде он будет. Фриск объединились с Азгором, оставляя Флауи с Ториэль. Он был недоволен. Хотя, цветок был бы недоволен любому сокоманднику. Первым пошел Азгор и разложил слово "кораблестроитель". — Ваше величество, вы в ударе!! — Сказал Папирус. — Тогда я выложу... — Андайн выложила слово "рыба" так, будто стараясь сломать стол. — Никто же не говорил, что слово должно быть длинным! — В-вообще, по правилам, ч-чем слово длиннее, тем л-лучше. — Да?!! Почему мне никто не сказал?! — Да ладно, это же всего-лишь игра!! — Папирус выложил слово "кулинария" и гордо улыбнулся. — Кто будет ходить, ты или я? — Спросила Ториэль, оставляя выбор Флауи. — Мне без разницы. — Хорошо. — Ториэль выложила слово "забота". — Твоя очередь, Фриск. Удачи. Они улыбнулись, помахали ей и выложили слово "собака". — Знаю я одну надоедливую собаку!! — Папирус скрестил руки. — Все собаки такие милые. Кроме нее!! — И чем эта собака так ужасна? — Спросила Андайн. — Это не описать словами!! — Папирус взглянул на своего брата. — Санс!! Хватит растягивать игру!! — Ну.. — Скелет начал выкладывать "квантовоэлектродинамический". Андайн вопросительно на него взглянула. — Вот. — Что за х.. бред. Слово должно быть настоящим!! — Оно настоящее. — Санс подмигнул, его выражение лица не изменилось. — Агх. Ладно! Главное, что оно длинное. Фу-ху-ху, посмотрим, что вы предпримете!! Альфис выложила слово "микроминиатюризация" и почесала затылок. — Да вы угараете!! Нельзя просто придумывать слова! — Андайн вскинула руки. — Папирус, скажи что-нибудь!! — А что такое микромини... — Скелет попытался прочесть слово, не в силах выговорить разом. — Это п-процесс уменьшения габаритов э-электронных узлов и деталей. — Неловко сказала ученая. — Уже можно выйти из игры?!! — Флауи глядел на этих двоих, как на что-то несусветное. — Боишься продуть? — Сказал скелет. — Что?! Я никогда тебе не продую, мусорка!! — Флауи начал думать, какое бы слово собрать, но в голову ничего не приходило, поэтому он выложил слово "математика". — Неплохо. — Сказал Санс. — Я и без тебя знаю!!! И так все и продолжалось. Азгор выложил слово "конденсация", Андайн выложила слово "излучение", Папирус выложил слово "гравитация". Так они спокойно и шли, пока снова очередь не дошла до старшего скелета. — "Метилхлоризотиазолинон" сойдет? — Н-ну, я тогла выложу "а-автоэлектростеклоподъемник". — Ну все! Хватит придумывать!! — Андайн стукнула по столу. Благо, ничего не рассыпалось, ведь Азгор предусмотрел и купил игру на магнитиках. — Андайн!! Осторожнее! — Ты! — Она указала на Санса. — Ты хоть и в моей команде, но жульничать я не позволю!! Скелет был не в силах спорить и просто улыбался кошачьей улыбкой. — И Альфис! Как ты... Я думала, мы не жульничаем!! — Я-я не... — Хэй, подруга, поищи эти слова. Они реально существуют. — Предложил ей скелет. Она рыкнула, но дальше спорить не стала. В конечном итоге выиграла команда Альфис и Папируса. С одной стороны рослый скелет был доволен победой, но с другой он жаловался на своего брата. — Санс!! Ты же просто поддался! — Папирус указал пальцем. — Не, просто Альфис слишком умная. — Игриво отвел глаза шутник. — Если бы ты постарался, то мог бы победить!! — Папирус скрестил руки. — Не хочу. — Санс улыбнулся и закатил глаза. — И почему я не удивлен. — Вздохнул Папирус. Скелет скрестил руки и направился к Андайн. Санс в это время помогал ребенку с одеждой. У них начался спор, стоит ли надевать Фриск шапку. Они стояли на своем, что им одевать шапку не нужно, но Санс не оставлял попыток надеть ее. Пришла Ториэль, посмотрела на дитя, и они уже завязывали уши своей шапки. — А почему Санс в шапке не ходит? — Обиженно они произнесли. — Ну, не нам это решать, дитя мое. — Она улыбнулась и прикрыла свой рот, стараясь не подать виду своего озорства. — Ну, я через чур светл головой для такого. Причем, шапка мой шарм не красит. — Хахах, ну, я бы поспорила! Ты бы в ней выглядел мило, прямо до потери головы! — Расхохоталась Ториэль. Она не видела никакого скрытого подтекста, говоря это. Просто способ подшутить. Но у Санса было лишь одно слово в мыслях, проигроваемое раз за разом. Мило. Он задумался, он бы и впрямь выглядел мило в шапке? Скелет откинул эту мысль, связывая ее слова с обычной шуткой, но вот тело, услышав ее слова, бурно отреагировало. Он покрылся слегка заметным румянцем, отвернулся и направился к двери, чтобы скрыть это и побыстрее удалиться. — Я пойду первым. — Старался Санс сохранить свой тон голоса. — А то вы меня и к ночи не дождетесь. Он вышел за дверь, слушая продолжаемый хохот со стороны пушистой леди, пока дверь не закрылась. Он прикрыл свой рот перчаткой, находясь в недоумении. — Что, мать твою, происходит? — Прошептал он и засунул руки в карманы. Санс решил немного пройтись вокруг. Он плохо помнил дорогу, но Папирус сделал самодельную карту, чтобы Санс не потерялся. Он улыбнулся, вглянув на это. Было странно, что Ториэль так на него воздействовало и ему, наверное, стоило подумать о чем угодно, кроме нее. Он и впрямь старался. Но, вспомнив вопрос Фриск, он начал прикидывать образы у себя в голове. Папирус бы носил какую-нибудь необычную шапку, которая могла бы выделиться. Альфис бы носила что-нибудь нежное розовое, если бы не постеснялась. Ториэль бы выглядела просто прекрасно в шапке. Она смотрела на него и смеялась, как она это делала обычно. Ей всегда нравились его шутки. И, задумавшись о Ториэль, он снова почувствовал это приятное покалывание, это необычное чувство, от которого невольно начинал проявляться румянец. Скелет сразу же отбросил эту мысль и начал думать о чем-то другом, ища объект на улице. Он заметил собаку. Не их надоедливую собаку, которая вечно ворует атаки Папируса, а обычную белую собаку. Она была далеко и не заметила его, просто играя в грязи. Санс усмехнулся про себя и продолжил путь по карте Папирусп. Он спокойно доберется и отоспится в тишине, пока не прибудут остальные. Он шагал, смотря на карту. Наверное, стоило смотреть вокруг, чтобы запомнить, но он старался запомнить по ощущениям. Он не мог представить свое недоумение сейчас, если ему попадется знакомая вывеска или построение, и он запутается в карте сильнее, прикидывая, какой был путь в Подземелье. Он уже свернул несколько раз. В общем, по его расчетам, оставалось еще две трети пути. Как же не хватало коротких путей. Он прошел еще немного и врезался во что-то. Оно было мягким. Кажется, он врезался в кого-то, ведь этот звук точно напоминал соприкосновение с курткой. Немного отойдя, шутник решил осмотреть свое препятствие. — Ой, сорян. — Решил сказать Санс. Перед ним стоял человек. Выше его более чем на одну голову точно. Он был в зеленой куртке, значит, скелет отгадал этот звук. С русыми волосами и щетиной. Его собеседник недоброжелательно обернулся. Он взял Санса за шиворот. Просто взял, не поднимал, не притягивал. Человек наклонился и нахмурился. — "Ой, сорян"? — Повторил тот. — Смотри куда идешь. Вы, монстры, все такие невежливые? — Ой-ой, прости, приятель, я тебя не заметил. — Санс попытался мягко убрать руку от себя. — Давай, не будем горячиться и поговорим, как нормальные люди. Санс стал осматриваться вокруг, чтобы оценить ситуацию. Поблизости был небольшой магазин семян с открытой дверью. Оттуда доносились крики. Но, главное, что это были не испуганные вопли. Пока что. — С вами, монстрами, будто можно разговаривать! — Мужчина приподнял его за воротник. Санс все еще доставал до земли, но чувствовал, как обстановка накаляется. — Вы пришли сюда, чтобы свергнуть всех людей, не так ли? Убьете нас, поглотите наши души, а потом устроите войну с целой армией из монстров, поглотивших людей! Санс продолжил думать. Если он сейчас использует магию, то только спровоцирует этого человека. Тогда оба исхода будут обернуты не в его сторону. Человек был точно не один, сильнее его и находился прямо впритык. Если он сделает его душу синей, то собеседник может посчитать это за атаку и просто атаковать в ответ, не отпуская. А значит и возможности уклониться не будет. Но даже если он и сможет вырваться из под хватки, сделав душу синей, то люди просто обвинят его в атаке. Далее это распространиться по интернету, и люди снова устроят монстрам войну. Значит, магию он использовать не будет. — Воу, приятель, спокойно. Ты думаешь, я одолею тебя и поглощу душу? У меня кишка тонка для этого, понимаешь? — Санс постарался улыбнуться и разбавить эту ситуацию шуткой. Его собеседник недоуменно посмотрел, но не отпустил. — Ты шутки со мной шутишь? Не выебывайся! — Парня это только разозлило, и он поднял Санса над землей, куда он уже не доставал. — Я и не выебываюсь. — Неловко сказал скелет, поднимая свою руки в жесте "сдаюсь". — Это просто шутка. Я же скелет. И "кишка тонка" это, как бы, каламбур. Хех, сорян, шутка несмешная, если ее объяснить. Он сжал воротник сильнее, будто уже стараясь оторвать его. — Заткнись ты уже! Вы все монстры желаете лишь одного. И я не позволю тебе заговорить мне зубы. — Хэй, полегче с моей одеждой. Ты же знаешь, как бывает лень покупать новую. — Санс усмехнулся и, кажется, уже довел своего собеседника. Тот окинул его холодным взглядом и собирался уже действовать. Сзади на плечо зеленой куртки кто-то аккуратно, но внушаемо положил руку в красной перчатке. Это был Папирус. Санс мысленно ударил себя за то, что заставил своего брата не только волноваться, так еще и застать его в конфликте с человеком. Вот блин. — Извините, я понимаю, вы напуганы, — Его рука сжалась. Голос хоть и звучал дружелюбно, без угрозы, но достаточно строго. — Но не могли бы вы отпустить моего брата? Персона, все еще державшая Санса, повернулась, чтобы что-то ответить. Но вся его резкость и смелость смылись, как только он повернул свою голову к Папирусу. Санс редко видел это выражение лица у Папируса, он мог сказать, что и сам продрог до костей. Он не улыбался и смотрел так, будто если человек не отпустит, высокий скелет впервые в жизни решит действовать. Хватка на воротнике Санса ослабла, пока тот совсем не разжал руку. Скелет начал падать, но его великий брат удержал, сделав его душу синей. Аккуратно положив, Папирус подбежал. — Санс, ты в порядке?! — Папирус сразу же начал его проверять. — Как видишь, все пучком. Хотя было неожиданно встретить человека рукой к шее. — Комик показал на свой воротник. — Агх! О боже!! Ну вот и как прикажешь мне волноваться за тебя?!! — Папирус закатил глаза и встал, перекрывая Санса, лицом к человеку. — Хэй, бро, все и впрямь в норме. — Скелет хотел обойти, но Папирус рукой его остановил. — С-Санс, это моя работа – помогать испугавшимся людям, не твоя. Так что, — Папирус почесал затылок. — Не мог бы ты..? — Не мешать? Папс, я же все понимаю. Ты делаешь благое дело. — Что?! Нет! Никаких "не мешать"!! Просто, не хочу ставить обычного монстра-гражданина под опасность. — Ок, я уловил. Иронично, но в этот момент Санс заметил, как к нему со всей скорости летел камень. Причем, немаленький, с намерением нанести большой вред монстру. Его лицо на миг изменилось. Папирус, стоявший со скрещенными руками, заметил смену обстановки, быстро развернулся, ловко словил камень одним движением и просто раскрошил, сжав руку. Он потер свою руку о штаны, дабы вытереть от оставшейся пыли. Сказать, что Санс был в неком шоке, это ничего не сказать. Он приобрел кошачью улыбку и стал наблюдать за происходящим. Поняв, что Папирусу он в этом деле точно не ровня, он больше постарается не встревать в конфликтах с людьми. — Человек! Я вижу твое замешательство на лице!! Мы и впрямь не хотим навредить!! — Папирус продолжал что-то говорить, но Санс все думал лишь о том, как же его брат чертовски крут. Он буквально за секунду раскрошил камень в руке. — Тебе и твоим друзьям стоит успокоиться!! — Не п-подходи!! Я вас, монстров, как орешки щелкаю. — Сказал совершенно безоружный парень. — Я и не подхожу, я просто хочу, чтобы вы успокоились! Я верю в то, что вы все можете еще исправиться и получить второй шанс!! — Папирус раскинул руки. — Давайте просто мирно обсудим ваши страхи и разногласия. Незачем угрожать невинным монстрам! — А то что?!! — А то мы уже будем разговаривать с тобой по-другому. Ты, кусок дерьма!! — Сказала только что подошедшая Андайн. — Андайн!!! Парень огляделся и понял, что находится в невыгодном положении. Он точно не осилит и одного монстра, Папируса. А здесь были сразу два монстра, не считая Санса. Мужчина поднял свои руки. — Ладно. Уговорили. Он зашел в здание, чтобы сообщить своим дружкам. Было мило, что он решил их хотя бы не бросить на произвол судьбы. Они вышли с поднятыми руками и извинились. Просто извинились, к большому удивлению. Папирус ярко улыбнулся, покачал пальцем, говоря, чтобы они не влезали в такую опасную авантюру в следущий раз и помахал им на прощание. Далее они помогли пострадавшим монстрам. Остальные действия планировалось продумать уже в здании. — А ты не так уж и черств, Папс. Я посмотрю, не настолько у тебя и сердце каменное, что ты решил их просто отпустить. — Санс несколько раз посмеялся, и Папирус повернулся к нему. — Оу, не смотри на меня этим каменным лицом. Ты жесток, как камень. — Достаточно уже. — Ой, да ладно. Ты улыбаешься. — Указал шутник на своего брата, еле сдерживаемого смех. — Не могла же эта ситуация так сильно тебя травмировать!! — Он раскинул руки и нахмурился, сразу через секунлу начав смеяться. — Она меня не травмировала, это было просто великаменно. — Это даже не имеет смысла! — Папирус подтолкнул своего брата в плечо. — В этом и смысл. — Санс подмигнул. — Это тяжелый случай. Ого, а я сегодня в ударе. — Заткнись. Скоро я и впрямь тебя ударю. — Потер он переносицу. — Ты уже перебарщиваешь. — Папс, у тебя просто стальная душа. — Санс щелкнул пальцем. Андайн, которая сдерживалась в силу серьезной ситуации, тоже засмеялась. — Андайн, не подыгрывай моему брату!! — Фухуху, я пытаюсь!! Но у твоего брата просто глыба мыслей!!! — Сказала Андайн и разразилась смехом. — О, вот это была очень хорошая шутка. Андайн показала свои пять пальцев, и Санс сразу же дал ей пять, словив ее мозговые импульсы. — Я отрекаюсь от вас двоих!! Папирус агрессивно зашагал дальше по пути. Андайн побежала к нему и кричала что-то неразборчивое. К этому времени подошла Ториэль с Фриск за руку. Они держали Флауи. Сзади шли Азгор с Альфис. Ториэль посмотрела на Папируса, который чуть ли не бежал и охнула. — Ох, неужели мы что-то пропустили? — Она обиженно взглянула на своего друга пониже. — О-ох, ты не представляешь. — Сказал скелет, пока по его лицу расплывалась неловкая улыбка. — У меня этот день теперь просто высечен в памяти. — Неужто что-то настолько захватывающее?! Я хочу слышать все! — Ну не сказал бы.. — Старался он держать свой голос в узде. — Но я постараюсь тебе все передать. Когда они дошли, Меттатон был уже там. Они все обустроили на своих местах. Санс, пока все обсуждали нараставшую ситуацию с людьми, решил вздремнуть. Далее Фриск встали, Папирус дал ему взбадривающий щелбан, после которого спать не так уж и хотелось. Они начали просто. — Мне нужно всем вам кое-что сказать... — Говорили они, будто отрывали от души кусок себя. Папирус смотрел на них с надеждой, Альфис с Андайн показывали палец вверх, Ториэль будто гордилась за свое дитя. Он подольше задержался на ее выражении лица, чем на остальных, но постарался не делать это часто. Санс уронил свой телефон и полез доставать его. Благо, никто не обратил внимание, и Фриск продолжили. Вот только то, что они сказали, повергло Санса в шок. Казалось, даже Флауи хотел дать им слово и молчал весь их монолог. Человек рассказал все о своей силе сброса, о том, как они убивали всех присутствующих, про то, как он может возвращаться во времени, изменяя события. Радушно их не приняли. Папирус, наверное, был единственным, кто даже под конец не терял веры, бросая иногда взгляд на Санса. Скелет не бросал взгляд в ответ. Лучше бы ему и впрямь дали поспать. Теперь, когда Фриск рассказали, он тоже чувствует вину, что скрывал это. Что за морока. Зал погрузился в молчание, когда человек наконец-то договорил. Меттатон что-то пробормотал себе под нос и вышел за дверь, сохраняя свой гламур в походке. Король смотрел вниз, его выражение лица не было видно за тенью. Ториэль была потрясена. Она зажала свой рот рукой и не верила словам Фриск, но также это было скорее удивленное выражение, нежели озлобленное. Чего нельзя было сказать про Андайн. — Что прости?!! — Ударила она по столу с такой силой, что в руку вбились щепки. — Ты сейчас рассказываешь нам, как заставлял всех нас страдать, убивал нас одного за другим, чтобы что?!! Чтобы мы тебя простили?!! — Она подошла ближе к Фриск. Всего в нескольких шагах она нависала над ними. Перед дитем встала Ториэль. — Ради чего?!! Зачем?!! Ториэль, отойди! — А-Андайн, стой! Н-не надо, они м-могут сбросить. — Подбежала Альфис. Также подошел Папирус в примирительном жесте. — Может, у них была весомая причина?.. — Простите. — Сказали Фриск все с тем же нечитаемым выражением лица. — "Простите"?!! И это все, что ты можешь сказать?!!! — Андайн хотела действовать, но, послушав ученую, оступилась. — Мне нужно было рассказать вам всем... Андайн перепрыгнула стол и подошла к Сансу с другой стороны стола все с тем же яростным лицом. — А ты!! Ты чего молчишь?! — Сказала она, указывая прямо на Санса, тыкая ему в грудину. — Ты же обычно ворчишь больше всех, почему ты молчишь?!! Скелет молчал и посмотрел на ее палец, все указывая на него. Со стороны Фриск донесся противный смех. — Какие же вы идиоты!! Он и забыл, что здесь находился цветок. Но, кажется, никто кроме него внимания и не обратил. Комик тяжело вздохнул и взглянул ей в лицо, вызвав растерянность. — Я знал. — Тяжело сказал он. Все повернулись на него. — Ч-Что?! — Андайн выглядела потрясенной и преданной. Она схватила его за толстовку. Кажется, сегодня был особый день. Обычно его не так часто хватают за воротник и поднимают в воздух. — Ты знал и молчал?!! — Да. — Но ты мог сказать! — Она начала трясти его. — И не сказал!! — Да. — Андайн, С-Санс не мог сказать. Это б-было бы бессмысленно, все в-воспоминания после сброса обнуляются. — Подбежала Альфис. — А ты откуда знаешь? — Андайн взглянула так, будто впервые видела ученую, стоявшую рядом. — Я т-тоже знала об аномалии. Только я-я не знала, что это Фриск. — Презрительно она взглянула на Санса. — Но э-это и впрямь бессмысленно. Сила аномалии сильнее н-нас. — Да вы шутите. — Сказала Андайн уже тише. Санс заметил, что ее жабры опустились вниз. Видимо, это был пик ее шока. — Андайн, отпусти моего брата. — Подошел Папирус. Он сказал это такой интонацией, что, кажется, даже Андайн опешила. Она посмотрела на Папируса, снова на Санса, неразборчиво рыкнула, но отпустила его. Он постарался удержаться, чтобы не показать, что это принесло ему боль. Он не знал, как сейчас отреагирует Папирус на его синяки на ногах. — Папс, как ты можешь до сих пор так к нему относится?! Он не заслужил!! Он даже не пытался тебя спасти! — Она снова ударила стол. — Андайн.. Альфис права, никто бы из нас не помнил бы, если бы Санс рассказал. — Папирус протянул руку, и она отшатнулась. — Хочешь сказать, что ты тоже знал?!! — Можно и так сказать. Мне Санс недавно рассказал. Только без.. таких подробностей. — Оу, класс!! Давайте, кто еще это знал и скрывал это от меня?! Рядом с нами находиться убийца, а.. а ты не удосужился даже помочь Папирусу!! — Она махнула рукой. — Как ты можешь просто его прощать, Папс?! Он печально вздохнул и улыбнулся. — Это решать не тебе, Андайн. — Сказал он без каких-то упреков. — Вот это драмма! — Раздался голос из уже открытой двери. Меттатон опирался на косяк. — Думаю, нет ничего такого, если мы обидемся на наших лгунов. — Он окинул взглядами Фриск, Санса и Альфис. — Что ж, а мне пора тестировать свой новый продукт, пока, дорогуши. — Откуда не возьмись, выехал розовый лимузин и подхватил Меттатона, когда тот драмматично опрокинулся, прикладывая ладонь ко лбу. — Мне.. нужно подумать. — Сказала Ториэль все с тем же выражением лица. Она вышла за дверь. Фриск тоже удалились молчаливо. И Санс решил быстренько улизнуть за этими двумя, пока не начался второй раунд с Андайн. — Санс. — Сзади раздался голос, как гром из ясного неба. Папирус очень тихо подкрался, что Санс аж вздрогнул. Видимо, вот и пришло вреся упреков от Папируса. — Скажи мне, ты и впрямь помнишь все это? Все ужасы, которые рассказали Фриск. Скелет неловко перебирал пальцами. Шутник несколько секунд переваривал вопрос. — Ну, не совсем. — Развел руками комик. — Не волнуйся ты так. Было видно, что Папирус хотел допытываться до всей правды, но, сбавив свой пыл, решил остановиться. И Санс был ему очень за это благодарен. Может, когда-нибудь он и расскажет ему сам. — Хорошо. — Выдохнул высокий и скрестил руки. Когда они вышли вместе на улицу, там стояла Ториэль и Фриск. Леди опиралась на здание и смотрела наверх, будто сквозь тучи на небе. Ее дыхание оставляло небольшое облако от конденсации воздуха. Лунный свет, пробивавшийся сквозь облака, освещал ей лицо. Она выглядела несчастной. Ребенок рядом тер свои ладони друг о друга, чтобы согреться. Было странно, что они не шли домой. Он предположил, что Ториэль хочет поговорить с Азгором. — Тори, что-то случилось? — Сам не заметил он, как сказал это. Он отвернулся еще до того, как она успела повернуться к нему, чтобы снова не сталкиваться со своей новой проблемой. — Папирус, не мог бы ты, пожалуйста, отвести Фриск домой? — Она заставила себя улыбнуться. — Конечно!! Пойдем, человек! — Папирус взял за руку Фриск и посмотрел на своего брата. — Я бы хотела, чтобы Санс остался здесь. Если ты не против, конечно. — Она перевела свой взгляд с Папируса на него. — Только если вы не будете его сильно задерживать моего брата!! Он мне должен еще рассказать сказку!! — Хихи, ладно. Постараюсь. — Она помахала на прощание и повернулась к скелету. — Санс, мы можем сходить в одно место? — Ведешь меня совершенно одного в совершенно незнакомое место и не говоришь куда? — Скелет усмехнулся. И еще до того, как она открыла рот, добавил. — Лады. — Извини, я сама не знаю, что это за место. Мне его один монстр посоветовал под постом в интернете. Они дошли до небольшого здания, которое своей внешней архитектурой напоминало что-то между баром и рестораном. Крыша была алой, как и сама вывеска. Золотым шрифтом было написано "Алое местечко". Кажется, над названием они не постарались. Когда они зашли, у Ториэль забрали ее верхнюю одежду, оставив в прежнем платье, и им двоим указали на стол. Пол был застелен алыми коврами, а вот скатерть на столе была белой с золотыми орнаментами. В здании играла приятная мелодия. — Здесь мило, не правда ли? — Сказала Ториэль. — Хотела сюда сходить со своим другом, а то с ребенком было страшновато идти, сам понимаешь. — Хех. — Все что мог сказать скелет. Он все еще не понимал для чего дамочка привела его в этом место. У него было лишь два предположения. Первое он сразу же откинул, оставив лишь неприятную мысль о важном разговоре в связи с речью Фриск и его словах, которые он тогда произнес. Он уже мысленно возненавидел себя за то, что сказал это. Да, он не хотел скрывать это, раз уж Фриск решили самостоятельно все разболтать, но сил говорить об этом сейчас совершенно не было. С каждой секундой нахождения в этом месте становилось неуютней. Он был скован четырьмя стенами и находился в одном помещении совершенно один, не считая незакомцев, с дамочкой, которая постоянно вызывала у него странную реакцию. — Что пожелаете? — Подошел оффициант в белом костюме с красной бабочкой. — Нам чего-нибудь крепкого. — Сказала Ториэль, уже решив за двоих. — Мы можем предположить Шипастую Мяту. — Похоже, это было название. — Давайте. — Она вздохнула, когда оффициант записал это и ушел. — Санс. А вот и оно. Настал этот момент. — Да? — Спросил скелет, стараясь сохранить свою обычную манеру речи. — Я весь во внимании своими двумя глазницами. — Фриск рассказали мне, как они умирали целое множество раз. Ты ведь не защищал их? — Спросила она, смотря в стену. Это застало его врасплох. Он ожидал любого вопроса, кроме этого. Санс поднял руку и открыл свой рот. И до того, как он сознался, Ториэль перебила. — Не отвечай. Я знаю, что не защищал. Иначе бы они не умирали такое количество раз. — Она сжала край стола. — Как ты сказал, ты знал, что они могут сбрасывать. Ты также знал, что они убивали всех и ничего не сделал. Она замолчала на несколько секунд. Комик перебивать ее не стал, продолжая молчать и сохранять тишину. Им принесли два бокала и напиток. — Когда я только услышала об этом, я хотела... я не знаю. Придушить тебя. Спалить своей магией огня. Закричать. Потому что ты мог хотя бы предупредить. Не встать на пути – я понимаю, что ни в случае с монстром, ни в случае с Фриск это бы хорошо не обернулось. Но предупредить. Санс опустил взгляд. — Фриск говорили о том, как они убивали всех раз за разом и знаешь. Я хотела сделать хоть что-то. Но я посмотрела на их лицо. Они смотрели в пол, будто ждали, что я их возненавижу. — Она медленно выдохнула. — И я поняла, что не могу их ненавидеть. Как бы не старалась. Но и сразу простить я не могу. — Значит, ты и меня не простила. — Просто константировал Санс. — Да, не простила. — Ториэль взяла бокал, но не отпила, просто держала в руке, будто он ее согревал. — Но я устала злиться на всех подряд. На Азгора. На себя. На Фриск. На тебя. Это совершенно не помогает никому. А Фриск сейчас нужен кто-то, кто сможет поддержать. Кто не оттолкнет их после всего сказанного. Прошла еще минута в неловком и строгом молчании. — Я пока не простила ни тебя, ни их. Но я была бы рада услышать, почему ты и откуда ты все это знаешь. А потом посмотрим, как я к этому отнесусь. О боже, ему хотелось провалиться сквозь землю. — Хех. Это глупая и неинтересная история. Ториэль облокотилась о стол и полложила свой подбородок на ладонь тыльной стороной. Она выглядела решительной. — Мне было бы интересно послушать. Если это вдруг поможет мне понять моего ребенка, я бы хотела услышать это. — Она вздохнула. — Я вижу, что тебе может быть некомфортно, но если есть хоть маленький шанс мне помочь Фриск, я буду давить, прости. — Ты меня загнала прям в угол, дамочка, хех. Хочешь выташить всех моих скелетов из шкафа? — Он попытался пошутить. — Знаешь, тебе может это показаться несмешной шуткой, но раньше я был ученым. Ториэль выпучила свои глаза. Она и впрямь выглядела потрясенной, но шутить или подкалывать не стала, принимая за должное. — Поэтому я знал в теории об аномалиях и их возможностях. Мне просто помог опыт, это все. — Он развел руками. — Это муторно и скучно. — Я готова слушать хоть весь вечер. — Она улыбнулась своей теплой улыбкой. И это было искренне. На несколько секунд он потерял дар речи. И не в силах отказать, кивнул. — В общем... И он начал рассказывать про Решительность, ее происхождения, свойства. Про то, как ученые изучали аномалии, не упоминая доктора. Про то, как изучали временные линии и хотели даже обладать этой силой. Многое пришлось упускать, обходить стороной или придумывать что-то новое, ведь, по сути, всей этой команды ученых не существовало. Про то, как создали даже маленький чип, который может сохранять одну вещь сквозь временные линии. Про то, как создали устройство, которое отслеживало аномалии. Было бы неплохо, вообще, этот чип забрать для своей новой тетради. — Как-то так. Когда я встретил Фриск, я знал, что этот ребенок – аномалия. — А как ты это понял? — Я, можно сказать, чувствую, когда они возвращаются к своему сохранению. Знаешь, пробегает неприятная дрожжь по телу и чувство, будто ты уже что-то делал. — И, насколько он помнил, у многих было небольшое чувство дежавю на первых перезапусках Флауи. — Например, у тебя не было чувства, будто ты уже знала упавших детей на момент прихода? — Ох, да, было. — Она прикрыла рот рукой и вскинула брови. — Это потому что у меня тоже есть небольшое дежавю? — Бинго. — щелкнул он пальцами. Он не врал, просто недоговаривал про то, что чувствовал он сохранения и сбросы намного лучше из-за одной определенной персоны, чье лицо он не помнил уже долгое время. — Санс, ты же сказал, что аномалия самостоятельно пользуется своей силой? — Спросила она. Скелет кивнул. — Странно. Фриск сказали, что сбросы на Поверхности производят не они. Это делает кто-то другой. Но, судя по твоему выражению лица, ты ничего об этом не знаешь, извини. Сбросы на Поверхности производит на Фриск? Он не знал, что страшнее. Что он все это время обвинял маленького ребенка, который, хоть и пользовался своей силой, но изначально хотел вывести всех наверх, как он помнил, и не смог, из-за какой-то новой силы. Или то, что какая-то новая для Санса сила просто стирает временные линии в определенный момент. — Странно. — Он задумался. По сути, они стали аномалией, когда упали в Подземелье, судя по информации с устройства. Интересно, а зачем они вообще спрыгнули? Но ключевым моментом было именно падение, а значит, стоить разузнать у Фриск, что случилось при падении вниз. — Надо узнать у малыша. — Извините, можно, пожалуйста, оплатить? — Спросила Ториэль их оффицианта, проходившего мимо. — Вам с собой? — Он указал на недопитую бутылку. — Да. Он протянул терминал для оплаты. Санс начал искать купюры или свою карту, но она уже приложила свою. — Раз я тебя сюда привела, я и оплачиваю. — Сказала она. — Хэй, ты ставишь мне в неловкостное положение. — Не хочешь быть нахребриком? — Она улыбнулась и тихонько засмеялась. — Ладно. Нам пора бы поторопиться, а то дети с Папирусом уже волнуются наверняка. — Он становится ворчливым без сказки. — Санс закатил глаза с улыбкой. — Кстати. Я слышала, что сегодня произошло. Я не знала, что сначала люди напали на тебя. А ты не сказал. — Она повернулась к нему, от чего он снова почувствовал эту странную вещь. Скелет отвернулся и надел капюшон, надеясь, что она не заметит его слегка уловимый румянец. — Все в порядке? — В полном. — Сказал он, стараясь взять самообладание. — Ты же знаешь. Я не пропаду. — Да, ты тот еще хрящ. — Она взглянула наверх. — Смотри. Все облака рассеились! — Сказала она на половине пути. Шутник тоже поднял свою голову, открывая лицо. Она, заметив его выражение, решила подколоть. — Что, нравятся звезды? — Хех. Можно сказать, я настоящий профекосмоссионал в этом деле. Например, ты знала, что полярная звезда почти не меняет своего положения на небе, указывая на истинный север? И еще. Ты знала, что это не одна звезда, а целая система из трех светил, главным из которых является сверхгигант? — Он взглянул на нее и, вспомнив, сразу же отвел свой взгляд обратно. — Х-хех. Просто интересный факт. Мало, кто это знает. — Это просто чудесно. — Сказала та, хихикая. — Или, например, ты знала, что солнце – не самая большая звезда? Например, есть Стивенсон 2-18. Ее радиус превышает радиус Солнца примерно в 2150 раз. — Ого. Мне кажется, если ты продолжишь, я сама стану фанатом космических штук. Так что хватит с космосом. — Она посмеялась. — Тебе до космоса, как нам до Эриды. Лучше оставайся на своих пирогах. — С подколом сказал он. — Хэй, какой же ты грубый скелет! — Ее улыбка ни на дюйм не сполза с лица. — С вами, я, мистер, никуда больше не пойду. Они добрались до дома Ториэль. Она начала перебирать свои ключи. Как только дверь отворилась, ребенок стоял у входа. — Ох, Фриск, сколько времени?! — Она взглянула на время в телефоне. — Тебе же уже пора спать! Они взглянули на Ториэль, подошли, обняли ее, перевели взгляд на Санса и продолжали его сверлить. Он повернул голову на бок, ожидая, что ребенок ему скажет. — Как же я рад, что вы пошли вдвоем!! Я бы не вынес больше ни минуты нахождения с вами!!! — Папирус, признай, тебе бы понравились нашей компании. — Ториэль подошла и похлопала его по плечу. — Нет, не понравилось бы!! Ваш юмор ужасен!! — Папирус взглянул Ториэль в лицо, потом перевел взгляд на руку с бутылочкой. Санс на несколько секунд повернулся к ним, а потом продолжил молчаливый диалог с Фриск. — Это что, алкоголь?! — О боже, Фриск, долго ты будешь смотреть?! Раздражаешь! Я что-ли должен делать всю работу с этим мусорным мешком за тебя?! — Прискакал Флауи. — В этом четровом просто горшке невозможно перебираться!! А еще, от тебя, мусорка воняет... алкоголем?!! О боже, фу!! — Что такое, малой? — Он потрепал ребенка по голове, полностью переключив свое внимание. — Ты ведь рассказываешь Папирусу сказки перед сном? — Они взяли конец своего свитера и начали его мять. — Не мог бы ты и мне рассказать? Пожалуйста. — Оу. Неужели злой цветок не дает уснуть ночью? — Хэй!!! Я не мешаю этому грызуну спать. Он сам меня постоянно будит и раздражает! — Он преобрел жуткое лицо. — Надеюсь, после твоей сказки этот надоеда не проснется. — Эх, прости, малыш, но одна сказка в день. Если я и расскажу, то Папирусу прийдется уступить свою сказку. — Сказал Санс достаточно громко, чтобы его брат услышал. Он тут же обернулся. — Что?!! — Он подошел и обхватил Санса. — Я ни за что не уступлю свою сказку!! И вот, сам не поняв как, Санс лежит на диване между ребенком и своим братом, накрытый одеялом со сказкой в руках. Ториэль встала, чтобы посмеяться. Даже сделала несколько снимков, но благополучно ушла. Рядом с ними сидел цветок. Наверное, он так и спит. Санс не стал задумываться об этом, он и сам фанат поспать стоя. — Ну?!! — Нахмурился Папирус. — Я не могу просто сесть? — Брат, я хочу, чтобы Фриск почувствовали какого это – быть мной!! А для этого ты должен читать в постели. Я даже дал им выбрать сказку. — Ладно. — Вздохнул он. Через несколько страниц Фриск уснули, положив голово ему на плечо. Он не понял в чем было удобство, ведь скелеты были сами по себе жесткие, но убирать голову не стал. Еще через десяток страниц уснул Флауи, хоть он и ворчал всю книгу, что не будет спать. Единственным, кто выдержал до конца был Папирус. Санс зевнул и сказал, что на этот раз закончит. Он прочел треть книги. Папирус, хоть и был недоволен, все же с ним согласился. — Честно говоря, я думал, что ты тоже уснешь. — Сказал он тихо, стараясь не разбудить детей. — Зачем мне засыпать здесь, если я могу заснуть по дороге. — Сказал он, положив подушку под голову ребенка и поправив одеяло. — Санс, нет. Может, в тот раз я и сжалился, но в этот раз я тебя нести не буду. — Он скрестил руки. Они зашли на кухню, где готовила Ториэль, чтобы попрощаться с ней. Она поблагодарила за то, что они уложили Фриск спать. А то в последнее время они были сами не свои, им снились кошмары, и они постоянно просыпались ночью. — Если понадобится помощь, зовите моего брата! Он в этом профессионал!! — Сказал он, замолчал, а потом добавил через несколько секунд. — Но только, если он захочет рассказать две сказки!! — Оу, бро, не будь таким жадным. — Усмехнулся скелет. — Это ты не будь таким ленивым!! Ты мне обещал рассказать сказку! — Папирус указал пальцем. — Кстати, я хотела бы встретится с вами через два дня. Вы не против? — Сказала Ториэль. — Ну, знаешь.. — Санс хотел отказать, но не знал, как ей это деликатно подать. — Конечно мы не против, Ториэль!! Верно, брат?!! — ...Конечно. Скеле-братья направились домой. Санс не дошел до своей комнаты и уснул на диване. Ну, точнее, лицо его было на диване, а вот тело на полу. Папирус сказал ему спать нормально и, хоть подниматься и не хотелось, пришлось ради того, чтобы дополнить записи. День 71. Кажется, аномалия снова использовала свою силу. Распишу по памяти. 1. Шло чаепитие с Азгором. Ничего такого. Азгор милый парень. Папирус позвал меня помочь с чем-то.. эээ.. Дальше я ничего не делал. Поспал. Мы сыграли во что-то. Фриск хотели устроить собрание, но через несколько минут, как они вышли, все оборвалось. *Черточка, означающая возвращение к началу дня.* 2. Я остался дома. Пролежал весь день на диване. Записал несколько каламбуов в блокнот. Жаль, что сейчас не вспомню. *Черточка* 3. Все тоже самое, что и в первый раз. Вот только первым на улицу пошел я. Мне зарядили камнем. Ничего особого интересного. *Черточка* 4. Не знаю, есть ли смысл записывать сегодняшний день, ведь все может повториться. Но я запишу. Я рассказал Папсу про то, что аномалия использовала свою силу четыре раза. Люблю его оптимизм. Далее я решил снова пойти к Азгору. Варик остаться дома мне не понравился. Да и в любом случае, Тори не будет на чаепитии, как я помню. Она на чаепитии. Я не буду здесь все это описывать. Хоть это и личный блокнот, Лады, у меня горели щеки и ну, и это странное чувство. И еще она очень милая, когда очень хорошая подруга. Хах, нет, все же не буду расписывать. Нда, нужно обзавестись замазкой. Хотя будет неинтересно. В этот раз мне не зарядили камнем, ведь пришел Папирус. Черт, он был так крут. Серьезно, чувак. Он перехватил камень, который кинули в меня и раскрошил. *Расписан весь их диалог с шутками*. Я не могу не записать это. Он так злился. Рейджбайтинг удался. Фриск рассказали всем о том, что они аномалия. Это не настолько интересная часть. Ториэль очень идет лунный свет. Хах. И ей почаще бы надевать это платье. Ну-с, в общем, мы с ней поговорили о ребенке. О решительности, аномалиях и т.д. Она сказала, что сбросы на Поверхности совершает не ребенок. А кто? Ладно, меня не волнует. Я все равно ничего не могу сделать. Рассказал ребенку сказку. Их, видимо, как и меня, мучают кошмары. Ториэль предложила навестить их через два дня. Ну за что? Мы согласились. Ну, Папс согласился, хех. Он реально крут. Мне все еще нужно понять, что со мной происходит. Санс отложил от себя блокнот и лег спать, надеясь, что он уснет. И если уснет, то спокойно. Но спустя несколько минут он достал телефон. Неведомое желание вело его к галерее. Он, не сопротивляясь, сонно открыл ее. Там было множество забавных фотографий с Ториэль. У Санса натянулась улыбка до ушей, и он неловко посмеялся. На всех фотографиях она выглялела такой счастливой, одаряя его прекрасной улыбкой, которая заставляла душу Санса сжиматься, а уголки губ подниматься. Он выключил телефон, отложил подальше, и, тяжело вздохнув, печально уткнулся в рукава своей толстовки. Ему стоило бы снять хоть ее. Перевернувшись на спину, он взглянул в потолок. Медленно все начало расплываться, а сам скелет ушел в мир снов. Тяжелых снов.