Атлант

      — Значит так, Сяо Чжань, — Ван Ибо тяжело вздохнул, — знаешь, раз в твоей голове такие мысли, то я не буду больше тебя трогать и преследовать.       — Что ты такое говоришь, Бо-ди? — парень попробовал взять его за руку, но ему не позволили.       — Нет. Как только решу вопрос с вашей безопасностью, сразу верну вас на Землю. И это будет последний раз, когда ты меня увидишь.       Он развернулся к двери, но Сяо Чжань схватил его мёртвой хваткой и прижал к себе.       — Я не отпущу тебя, ты слышишь?       Ван Ибо головы не повернул.       — Ты сделал выбор, А-Чжань. Теперь дай уйти.       Ибо оттолкнул чужие руки от себя, быстрыми шагами преодолев расстояние , вышел. Не обернулся, не увидел, как любимый осел на пол, не увидел, как пошли слёзы, не увидел, как тот смотрел в одну точку, царапая пол короткими ногтями. Правитель не видел начавшейся истерики. Не слышал крика своего же имени.       Он не глупый, понимание того, что все слова, сказанные ранее, — это всего лишь страх. Но они так задели. За живое.       Сяо Чжань продолжил сидеть на полу, слёзы бежали немыслимо быстро. Растирая рукавом по лицу, он задыхался в собственных всхлипах.       Что же он натворил? Как смог подумать о нём такие страшные вещи?       — Почееемуууу... — он снова всхлипнул и ударил кулаком по полу.       Сил не было. Всё это время он держался так как была вера в будущее, вера в спасение, вера в любовь. Знал что где-то там был человек, которому он не безразличен, который преодолевал огромное расстояние только ради того, чтобы увидеть его на секунду. И ведь теперь сам ,так глупо всё разрушил.       Он всхлипнул. Как всё исправить? Разум говорил: «Беги, найди его и верни. Убеди!» — но тело не двигалось. Убедить? А в чём убедить? Сяо Чжань не знает. С чего вообще пришли такие ужасные мысли? Ван Ибо ухаживал, сколько они виделись вживую, он всегда был вежлив, лишние себе не позволил. Да даже секс был по инициативе самого Чжаня.       Что теперь делать? Как быть?       В тишине здания отчётливо слышен душераздирающий вой, переходящий в всхлип.       Генерал дёргается от этого крика и даже оборачивается, появилось желание пойти и успакоить. Только взгляд падает на Ибо, его плотно сжатая челюсть, от чего даже заиграли желваки, не дали двинуться с места. Ему жаль парня, но больно ему за другого человека.       Ван Ибо тоже слышит — и крик, и вой, слышит брошенное в спину «почему». Но он не вернётся, впервые в жизни его смогли сломать. Чувство скверное на самом деле. И даже не это страшно, а то, что перед своими людьми не смог сдержаться. По щекам бегут до ужаса унизительные слёзы. Правитель даже не пытается их остановить, он не кричит, вообще не издаёт ни звука. Прикрывает глаза рукой и сильно жмурит, в надежде развеять всё произошедшее.       Не помогает...       — Вэнь Нин, — он убирает руку и старается глубоко вздохнуть. Но от бесконечных слёз воздуха не хватает. — Смотри за ним. Ни... сука... — он потёр глаза. — Ни один волосок чтобы не упал. Выполняй все капризы, всё, что захочет. Только на землю не пускай.       — Да, господин, — Вэнь Нин кланяется, его сердце сжимается от невыносимой боли за этого человека.       Ван Ибо спускается вниз и уходит в сторону государственного дома, где ещё час назад спокойно спал невинный комочек в его кровати.       Преодолел расстояние быстро — солдаты, попадающиеся на пути, старались быстрее ретироваться.       Он думает о том, что нужно выбросить всё из головы и решать проблемы по мере их поступления. Там на земле дел куча просто, нужно решить проблему с тектоническими плитами, ведь они движутся, и в любой момент Атлантида может уйти под воду. А ещё нашли змея Гуанъяо, нужно вытрясти душу из гадюки. Плюсом к этому Ван Ибо участвует в гонках, и ему нужно успеть закончить со всем этим до начала соревнований.       Он залетает в комнату и начинает быстро собирать рюкзак — отправка через... Ван Ибо смотрит на наручные часы и замечает странное. Стрелки бегут назад, как будто время возвращается. Поднимает глаза и смотрит время на часах, которые стоят на столе. Время идёт назад.       Стук в дверь тихий, не желающий бить по нестабильной нервной системе. Ибо слышит, только взгляд от часов не отводит. Отвечает тихо, едва различимо:       — Войдите.       — Господин Ван, — в дверях появляется генерал. Ван Ибо хмурится, потому что его человек звучит слишком громко. Пальцем показывает, чтобы говорил тише. — Что-то странное происходит.       — Что снаружи?       Он облокачивается на стол, его моральное состояние заставляет желать лучшего.       — Ибо,на самом деле пиздец там, — генерал подошёл ближе, впервые за долгое время он выглядел действительно напуганным.       Они знакомы с ранних лет. Когда Ван Ибо было пять , он с отцом поехал на осмотр ремонта детских домов. Там, пока его отец был занят, он гулял по этажам и заглядывал в комнаты. И вот в одной из них сидел мальчик и прижимался, по-видимому, к старшей сестре.       Он прошлёпал вглубь комнаты и забрался на кровать, прямо напротив них. И во все глаза уставился на мальчика. Да, поначалу Вэнь Цин и Вэнь Нин не хотели его подпускать, но Ван Ибо, если почувствовал, что это его души родное, то всё. Пиши пропало!       Он добился от отца, чтобы брата и сестру взяли к ним на воспитание. Сестру выучили лучшие врачи Атлантиды, а брата воспитали солдатом на равне с будущеми правителями. Ибо никогда не отпускал от себя ни на шаг, за исключением контроля новой земли.       Ван Ибо пошёл в своего отца, Лю Ван Цинхэн-Цзюнь, предыдущий правитель государства Атлантиды любил всё контролировать самому. Он вёл абсолютно всё самостоятельно, и единственный, кому он доверял, был Хан Ту. Правитель усмехнулся самому себе, единственное различие — доверие он испытывает ко многим людям. Но каждого он видит насквозь. Такая натура советника.       — Нин, поконкретнее. Что с часами, кстати?—указывает пальцем на наручные часы.       — Вся техника вышла из строя, аппаратура тоже с ума сошла.       — Мы же проверили, планета была чистой?       Ван Ибо посмотрел на генерала.       — Чистой, но это внешне.       — Что ты имеешь в виду? — ему показалось, что голос стал ещё напряжённей.       Он выпрямился и проследил за взглядом друга. Тот смотрел через стекло балконных дверей. Повернувшись, правитель увидел чёрную, бескрайнюю бездну.       Мужчины не моргали. Они, конечно, проверяли и водоёмы, но...       Медленными шагами они приближались к балкону, генерал вышел вперёд, закрывая собой главу. Оказавшись на улице, почувствовали очень влажный воздух, до такой степени, что кожа покрывалась мелкими солёными каплями .       — Собираем всех. Уводим в горы!       Ван Ибо хлопает его по плечу и первый срывается на бег. Ему нужно успеть! ♡♡♡       Сяо Чжань так и не смог пошевелиться после ухода Бо-ди. Сил не осталось ни на что, горло село от постоянных криков. Он лежит на холодном полу, зажав ладони между коленей, и шмыгает опухшим носом.       Друзья так и не пришли. Они уверены в том, что их Чжань-Чжань проводит время с главой новой земли. Они даже не подозревают, что происходит в стенах их пристанища.       Он снова дёргается от очередного всхлипа и сквозь толщу слышит быстрые шаги. Парень даже не делает попытки поднять голову, когда дверь открывается с оглушительным ударом о стену.       — А-Чжань, — он видит перед собой своего Бо-ди и начинает плакать с новой силой. — Ну тише, маленький мой.       Ван Ибо берёт его на руки как самое драгоценное, что у него есть, бережно. И с каким-то придыханием целует в лоб, нашептывая слова утешения.       — Любимый, пожалуйста, перестань плакать. Всё хорошо, я рядом, маленький мой...       Сяо Чжань, прижимаясь к груди, начинает подвывать. Ему страшно, страх, что этот прекрасный момент развеется.       Выбежав на улицу, правитель спешит передать парня солдатам. Но тот вцепился в одежду и не отпускает, рыдает навзрыд.       — Господин, что нам делать? — к нему обращается младший лекарь.       Ван Ибо опускается вместе с ношей на колени и берёт того за голову, заглядывая в глаза. Но не успел ничего произнести, как мощная волна ударила о землю, покрыв часть суши водой.       Сяо Чжань очнулся будто от сна, он посмотрел на обернувшегося парня. Тот смотрел назад, наблюдая, как вода уходит обратно в океан. Им повезло, волна небольшая, не утащила никого.       Он хмурится и, когда возвращает внимание любимому, видит заплаканные, но ясные глаза.       — Бо-ди, что происходит?       — Ибо, — он поворачивается на зов генерала и встаёт, поднимая собой Чжаня. — уходи с ним, мы тут сами.       — Нет! — кивает Сычжую. — забирай и поднимайся. Что с кораблями? Осмотрели?       Он отпускает парня и, не обращая больше никакого внимания, уходит.       — Ибо, стой, ты сволочь!       Чжань срывает горло, но на него лишь мимолётно посмотрели. Младший лекарь начинает тащить за собой, но тот лишь упирается. Давит пятками в землю, пытаясь тормозить.       За этой истерикой устают наблюдать друзья. Ван Хаосюань закидывает его на плечи и, удерживая извивающееся тело, идёт вперёд, выше в горы.       — Заметил? — рядом идёт Сун Цзиян и всё время оборачивается назад.       — Что должен был? — не поворачивая головы, спрашивает Хаосюань.       — Ветра нет, чувствуешь?       — А ещё на кожу опускается какая-то влага, — продолжил Ван Чжочэн.       — Это осадки от океана, — всхлипывая, ответил Сяо Чжань.       — Чего? — Хаосюань поставил друга на землю и уставился на него.       Сяо Чжань трёт глаза рукавами и пытается нормально дышать. Но выходит крайне плохо, воздуха не хватает совсем.       — Когда образовалась эта дыра, океан расширился. Грубо говоря... — вздохнул прерывисто, — вода поднялась и вышла за берег. И при большом движении, когда резко поднимается вода, появляются осадки.       — Есть какие-то предположения, что это и как исправить? — спросил Сун Цзиян.       — Я же не знаю, что происходит. Я видел только волну и отталкиваюсь только от этого.       — Вообще-то сломались техника и аппаратура. Часы ходят задом наперёд. Духота, осадки, большая волна, — Вэнь Цин развела руками.       — Что-то большое и опасное в воде, — Сяо Чжань стал успокаиваться. — надо к Ибо, сказать, чтобы не подходили к воде.       — Успокойся, думаю, он знает, что делать. В конце концов, это его планета, — Ван Чжочэн кивнул вниз по горе, туда, где бегали военные.       — Нет, он не знает, — Вэнь Цин вложила ладошку в руку будущего мужа. — на самом деле воду ещё не успели толком изучить...       Договорить ей не дал крик Сяо Чжаня:       — В смысле не изучили? Как, блять, можно быть такими беспечными?       — Чжань-Чжань, не кричи на неё, — вмешивается Ван Чжочэн.       — Что изучено? — не обращает внимания тот.       — В основном земля и горы. Водой занялись недавно, перед вашим прибытием.       Вэнь Цин опускает глаза, крепко держа за руку парня.       — Это может быть протест на вмешательство людей.       — Да это абсурд, — Хаосюань разводит руки в стороны и усмехается.       — Абсурд? Ты посмотри туда, — Сун Цзиян кивает головой вниз. — волна за волной.       — Что это? — Сяо Чжань прислушивается, сквозь шум вокруг пробивается чей-то вой, смешанный со стоном, глухой такой звук, как из-под толщи льда. — Бо-ди, Ибооо..       Он хмурится ещё больше, потому что людей внизу накрывает новая волна. Там, где только что стоял Ван Ибо, оказывается пусто. Его голова не показывается ни через минуту, ни через две. Удержать Чжаня на месте становится невыполнимой задачей.