Возрождение смерти

      Все коридоры Хогвартса были заполнены шумом болтовни учеников, но единственное месте, где царила тишина, — были подземелья. В это мрачное и прохладное место с лестницы доносились голоса ребят, бурно что-то обсуждающие у входа в самую тёмную и таинственную часть замка. В них всегда царил страх, и всё потому, что никто не хочет испытывать гнев декана Слизерина на себе.       Разрушив тишину подземелья, где были слышны только дыхания учеников, прогремел бой часов, означавший, что начался урок. Студенты с Гриффиндора и Когтеврана прошли в класс зельеварения. Сейчас был урок у третьего курса, поэтому с небольшим опозданием в класс вбежали трое друзей с Гриффиндора и заняли свои места.       Этими учениками были, конечно, всей школе известные по делам прошлый двух годов Гермиона Грейнджер, Рон Уизли и избранный судьбой Гарри Поттер.       — Фух, успели. Представьте выражение Снейпа, если бы заметил, что мы опоздали, — хоть они сидели раздельно друг от друга, но достаточно близко, что бы шепот Рона доносился до их слуха.       — Если бы не ты, мы бы успели вовремя, — донёсся твёрдый шепот Гермионы.       — Я?! Это ты с Драко кулаками махалась! Если бы не ты, мы бы давно уже тут сид...       Рон не успел договорить, как дверь в кабинет распахнулась, и из неё в класс влетел, как тьма Снейп. Настроение у него, как обычно, не было. А всё из-за того, что Люпин попросил новую дозу аконитового зелья, Драко — в больничном крыле, а ещё сейчас занятие с Гриффиндором, а это значит, что Невилл опять взорвёт котёл.       Дойдя до рабочего стола, на котором окуратными стопками лежали работы учеников, он развернулся и оглядел класс своим презрительным, смотрящим в душу взглядом.       — Страница 472. Бодроперцовое зелье. Всё необходимое записано в учебнике и на доске. Берите котлы и приступайте к работе, — профессор указал на складское помещение в классе, а сам, усевшись за рабочее место, начал проверять работы, мельком посматривая за учениками.       Грифендорцы и Когтевранцы принялись за работы. Все разбились по парам, начали нагревать котлы с водой. Через пару минут студенты начали добавлять ингредиенты. Гермиона была в паре с Невиллом, и большую часть работы делала она, точно сверяясь с инструкцией. Гарри и Рон варили зелье вместе: Поттер сыпал в котёл желтоватого цвета светопыль, а Рон неуклюже помешивал варево.       Пока Снейп проверял работы, ему вспомнилась ситуация в лесу. Всё же странно. Что делает посторонний человек на территории Хогвартса? Куда она исчезла? И кто она?       Бум!       Интересно, он когда-нибудь приготовит зелье без взрыва котла?       — Минус десять очков гриффиндор. Долгопупс, после уроков — в мой кабинет, — голос Снейпа стал более холодным. Всё же за эти три года ему уже жутко надоела наблюдать, как студент портит котлы.

***

      Sana hanc iuvenem animam. Serva hanc puellam a destructione et da ei vires ad magna perficienda. Condona eius peccata et vitia...¹       Снова голос. Я всё пропадала в тьме сознания, которое словно накрыло дымкой. Временами до моего слуха доходил голос, который что-то шептал надо мной. Как будто в глубине моего сознания начал проявляться свет, который тянул к себе своей манящей яркостью. Потянувшись к нему, я оказалась высоко в горах. Я стояла между выступающими склонами, которые вели к проходу между серыми каменными гигантами. Когда я прошла вперёд, то заметила, что на мне не было моей одежды, а появилось белое одеяние, доходившее мне до щиколоток. После я подметила, что и сапог тоже нет, но я не чувствую жуткий холод, который обычно бывает в горах на такой высоте.       — Не думал, что встречу тебя так скоро, Адель.       Я вздрогнула от неожиданности. За моей спиной оказался средних лет, мужчина крепкого телосложения, с широкими плечами. Одет он был в белое одеяние, на голове красовался ореол с золотыми крыльями. Когда я повернулась на голос, на меня уставились два разноцветные глаза: один был, как небо, голубой, а другой — как свежая весенняя трава, зелёный.       — А вы кто? — я всё также удивлённо смотрела на него и на место, где оказалась. Где я вообще? Я умерла?       — Не совсем. Ты находишься между жизнью и смертью, — заметив моё удивительное лицо, незнакомец чуть улыбнулся — Ты сказала это в слух. Меня зовут Гермес. Я проводник душ в царство мёртвых.       — Как понять «не совсем»? И где мы?       — Пройдёмся? — мужчина взглянул на меня, и когда я подошла к нему, двинулся в глубь гор. — Это лимб — место пребывания душ, которые не попали в рай, но и не заслужили ада или вечных мук по независящим от них причинам.        Гермес рассказывал о месте моего пребывания, а я всё слушала с удивлением на лице. Почему я? Как так вышло, что я повторила её судьбу? Он шел неторопливо, поглядывая на меня из под густых ресниц. Я же рассеянно топала за ним, обрабатывая всю новую информацию.       — По случившимся обстоятельствам вы погибли и должны были попасть на распределение своей души, но так случилось, что кто-то очень хочет вернуть вас к жизни.       — Тот шепот. Это было заклинание… — я вспоминала мужской голос, который шептал заклинание, но не могла его узнать. Интересно, кто боролся за мою жизнь?       — Да. И это причина того, что ты ещё здесь. Твоё тело пыталось сопротивляться и обрести покой, но этот некто обладает сильной ментальной магией, из-за чего твоя душа начала соединяться с телом. — Мы остановились у изумрудного озера, которое уже давно замёрзло. Оно было как изумруд, укрощавшие серебренное кольцо.       Бах! Небо поразила вспышка белого света, как от молнии. Ещё одна. Небо озарилось белезной, облака начали сливаться с вспышками. Гермес вглядывался в вспышки с лёгкой ухмылкой. Я же смотрела с непониманием происходящего: мой взгляд падал то на проводника, то на небо. Так мы простояли несколько минут, а потом Гермес, отведя свой разноцветный взгляд, достал свёрток пергамента и протянул мне. Моё лицо озарило ещё более непонимание.       — Так как твоя судьба должна была провести тебя не сюда, а на распределение, мы с архангелами решили принять решение: разрешить вернуть тебя к жизни, но при условии. Прочти это, когда очнёшься, — я приняла свёрток из его руки. Вспышки стал сопровождать гром. Бах! Наши взгляды встретились. У меня было так много вопросов о том, что происходит, а ответов мне дали мало. Видимо, прочитав мои эмоции в глазах, Гермес понимающе сжал моё плечо. — Скоро ты всё поймёшь, Адель.       Бах! Голова озарилась болью, в глазах потемнело. Очередная вспышка — и я окунулась в тьму.

***

      Вы уже придумали применение новому телу?       Сидя на ветки могучего дуба, Мрак наблюдал за моими неторопливыми движениями. Мы снова были в глубине запретного леса. Я всё ходила и разминала своё тело перед обращением, чтобы то прошло лучше. Купол, под которым мы находились, пришлось доработать, так как в тот раз, как оказалось, нас заметили из-за того, что он пропускал свет огней так же я решила учились шумоизоляцию, чтобы уж наверняка нас не нашли.       — Во-первых, доступ к труднодоступным местам. Во-вторых, удобная слежка из укромных тёмных мест, — закончив с разминкой, я напоследок прохрустела костяшками пальцев и начала обращение.       Тело начало меняться обретая новый облик. Сперва уменьшатся и сужаться, а затем темнеть. Вскоре я упала на снег чёрным жгутиком. Чуть поёрзав на свежей траве, привыкая, я проползла от одного края барьера до другого. Это тело отличалось от остальных: оно не имело каких либо конечностей, что было чуть неудобно. Остановившись под дубом, Мрак, всё наблюдавший за мной, слетел ко мне и всё так же продолжил смотреть.       Необычно и превосходно. Обычно такие змеи не водятся в этих окрестностях, но вы будете особенной, мисс, — он всё так же не отводил своих, как чёрные жемчужины, глаза от моей не менее чёрной чешуи, а потом каркнув и поклонившись, полетел на охоту.       Я никогда не держала его постоянно при себе. Если он хотел что либо сделать, он летит и делает, будь то охота, сон или убийство.       — Аааааа!!!       Тело напряглось. Я быстро приняла свой облик и достала палочку. В округе никого не было. Стоит гадать, что это была одна из учениц. Раздался ещё один крик — я обратилась в мелвила и побежала на звук, перед этим сняв защитный купол.       Бежала я недолго. Добежав до опушки, я притаилась в кустах. Передо мной предстала картина: молодой мальчик с чуть растрёпанными тёмными чёрными волосами, которые скрывали молниеносный шрам, в очках, перепрыгивал через ветви древней дремучей Ивы. На одной из веток я разглядела девочку с кудрявыми каштановыми волосами, которая летала и орала во всё горло.       «Хогвартс — самое безопасное для учеников место». Ага, отец, верю, верю.       Пока я размышляла о том, что вообще тут происходит, девочка схватила худого мальчика за рубашку, и тот полетел уже вместе с ней. Так они летали секунд десять, прежде чем девочка толкнула своего друга в нору под деревом, а затем полетела туда сама. Что вообще в этой школе творится? Ива чуть по шаталась и приняла своё привычное положение, пока через несколько минут к ней снова не подошла и не потревожили.       Это был тот мужчина, который следил за мной только что он тут делает? Лунный свет озарил его лицо, которое была так знакомо. Мальчишка Снейп!       В голове вспыхнули воспоминания. Уже так достаточно лет назад я в волчьем обличие спасла мальчика от шайки подростков, как как-то лежала рядом на траве, пока тот делает какие-то заметки в учебнике. Это был он. Сколько же времени прошло? Из-за того, что после смерти я стала бессмертной, я не вела счёт времени, но видно, его прошло много — как минимум лет пятнадцать с последнего дня нашей встречи.       Ива снова разозлилась, что её потревожили, и начала размахивать в разные стороны своими ветками, пытаясь достать нарушителя её покоя. Маг взмахнул своей палочкой, и она затихла, открыв проход в корнях, и тот, взмахнув снова нырнул туда.       Теперь вопросов стало ещё больше: я знала, что тот проход вёл к визжащий хижине, но не знала, для чего там собрался такой состав. Мне стало интересно и мне нужны были ответы, поэтому я решила подкараулить их в своём укромном месте.       Пока я ждала, где-то в пяти метрах от меня раздался хруст веток и чей-то шёпот, но я не видела кто. Необратив внимание, так как это могла быть живность леса, я ждала. Ещё через минут двадцать из прохода появилась целая компания людей. Первыми показались на лунном свете рыжий мальчишка в неопрятной школьной форме, которого поддерживали под руку, черноволосый мальчик Поттер и мужчина с кудрявыми чёрными волосами и в тюремной робе. Тут мне вспомнилась заметка в газете о сбежавшем заключенным Сириусе Блэке. Видимо, рыжий был ранен в ногу — раз его вели под руки, а он прыгал на одной ноге. После них вышла девочка с кудрявыми волосами и мужчина с короткими светлыми волосами и небольшими шрамами на лице, который крепко держал скрюченного, жирного и неопрятно одетого мужчину. Они разбились на группы, болтая о всяком и оставив мужчину со шрамами с жирным, как шарик, мужчиной, что-то твердя ему.       Ну раз всё хорошо, мне тут делать нечего, только вот где зельевар?       И тут началось. Я уже было собралась идти на поляну и продолжать тренироваться, но нет. Мужчину со шрамами начало трясти, а Блэк, подбежав к нему, начал сперва показалось, обнимать, но, присмотревшись поняла, что удерживать того. И пока никто не видит, жирный, обратившись в крысу, сбежал.       — Римус, ты принимал лекарства? Ты человек, Римус! Человек! Не дай волку завладеть тобой! — он пытался вразумить мужчину, которого, как оказалось, зовут Римусом.       Послышались ломания костей и жуткие вопли. Дети собрались в одну кучку и прижались друг к другу, наблюдая за происходящим. Крики не прекращались, но вскоре перешли на вой. Оборотень! Я напряглась. Не к добру всё это. Звуки затихли. Я разглядела около ивы стоявшего на задних лапах большого оборотня, который одним рывком отмахнул Блэка, который всё это время удерживал его. Аууу! Обратившийся Римус заметил детей, которые как пылинка, забились в корни ивы. Он ринулся на них, но не успел. В ту же секунду на него напал чёрный лохматый пёс.       Схватка была жестокой. Пёс вцепился пастью в передние лапы ночному монстру, одновременно раздирая когтями шею. Послышались клацание пасти. Он пытался предупредить, что он защитит этих детей любым способом, но и причинять боль другу не хочет. Оборотень не знал, кто такой Римус: это был уже другой разум, другое тело — он безжалостно вгрызся в шею пса. Так они нападали и раняли друг друга, потихоньку истекая кровью, до тех пор, пока оборотень не схватил лохматого пса за грудную клетку своими зубами, впившись до крови клыками, пока не послышался жалобный лай, и откинул в кусты на склоне.       Мальчик в круглых очках встал и с ужасом взглянул на пса, обессилено лежавшего на траве. Подойти к нему не дала девочка, которая всё это время с испугом наблюдала за оборотнем, который вновь нашёл их взглядом и готовился напасть.       Деваться было некуда, или их растерзают, либо я отделаюсь парой шрамов. Чуть выйдя из леса я подкралась поближе, уже приготовилась к нападению, засев и готовясь к прыжку на лунного зверя.       — Вот вы где, Поттер, — из корней ивы послышался мужской баритон, а затем и его обладатель. Сперва профессор кинулся к детям, явно с намерением отчитать, но, заметив оборотня, закрыл их своим телом.       Ладно, пора действовать.       Замахнувшись длинной и худой лапой, оборотень намеревался разорвать тело сперва зельевара, а потом закусить на десерт учениками. Но не смог. Выскочив, я впилась острыми зубами в лапу, пока не почувствовала привкус железа. Отскочив, я встала между монстром и профессором, зарычав и оскалив клыки. Со мной тягаться было сложнее, чем с псом, да? Выбирай равных соперников, псина.       Началась новая схватка: мы вцепились друг в друга мёртвой хваткой, разрывая друг друга когтями и клыками до крови, точнее только его. Так как мои размеры были больше обычного волка, мне было удобнее доставать до слабых точек противника. Если Блэк старался сильно не поранить Римуса, то мне было наплевать. Раскрасив его лицо глубокими красными порезами, с которых лилась кровь, я не заметила, как пропустила укус в левый бок. Глаза пронзила вспышка — всё тело озарилось болью, но она мгновенно прошла. Клыки монстра так и впивались в меня, пока я пыталась достать до нежной кожи на брюхе зверя.       Всё то время что мы кромсали друг друга, на своей спине я чувствовала пристальный взгляд чёрных ночных глаз, но не было времени обращать на это большего внимания.       Когда челюсть у оборотня чуть расслабилась, я смогла достать до живота и нанесла такой удар, что от боли он разжал пасть и завыл. Бок был чист без капли крови, только вот шерсть теперь вся в слюнях. Фу. Я отошла к школьной кучке и предостерегающе глядела на оборотня, который весь был в крови, а из пасти всё лилась серенада боли. Но в его глазах читалось, что отступать он не намерен. Уже было замахнувшись на меня, послушался вой:       — Аууу!       Уловив чей-то вой, я сразу обернулась на звук. Он доносился из леса. Лунный монстр, услышав вой, прихрамывая, побежал на него, чуть скуля от боли. Когда он скрылся за деревьями, я обернулась к детям и зельевару, больше наблюдая за вторым.       С вами всё в порядке, мисс? Я слышал вой и крики, — надо мной, каркая, пролетело маленькое чёрное облако перьев и приземлилось на одно из больших корней дерева.       Переведя взгляд с озадаченного профессора на напуганных учеников, я посмотрела на Мрака, который спокойно чистил свои перья под крылом.       Со мной всё хорошо, пернатый.       — Вы, мистер Уизли, в медпункт, а вы двое к —директору живо! Минус пятьдесят очков у гриффиндора. — тишину разрушил твёрдый и злой профессорский голос, после которого друзья сжались и, подхватив рыжего мальчика под руки, понесли в Хогвартс.       Мужчина всё так же оставался стоять, смотря в спину ученикам.

***

      Убедившись, что, никуда не свернув по пути, гриффиндорцы отправились в школу, я размышлял о случившемся, но долго думать мне не дали. Позади меня раздался звук шагов. Я обернулся, и передо мной предстала давняя знакомая. Крупная волчица с разноцветными шоколадно-морскими глазами и белоснежно-белой шерстью. Мне вспомнились противные учебные годы, которые скрашивались появлением таково же волка, который отпугнул компанию паршивого Джеймса, как они сидели вдвоём по деревом и отдыхали. В сердце что-то странно отдалось от редких школьных воспоминаний.       — Столько лет прошло, не думаю, что это ты, — Я не отводил взгляд от волчицы. Она нагнув голову в бок развернулась и в последний раз кинув на меня взгляд ушла в чащобу леса. А может, и она?       Развернувшись в противоположную сторону, я отправился, уставший, в школу.