Змеиное зеркало

До Рождества оставалось ровно три недели, когда Хогвартс начал кутаться в первые тяжелые сугробы. В промозглый понедельник всех главных старост школы срочно вызвали на общее собрание в просторный класс у Северной башни. Директор Макгонагалл без лишних прелюдий огласила вердикт: восьмому курсу поручалось полностью взять на себя организацию традиционного Рождественского бала — от праздничного декора до составления списков гостей, чтобы сплотить наконец разделенные факультеты. Стоило директору выйти, как в комнате поднялся гул возмущения. — Бал? Серьезно? — замахал руками староста Когтеврана, мрачно глядя на пергамент. — Мало нам министерских комиссий, так теперь еще гирлянды вешать и слушать, кто с кем танцует? Я пас. Пусть младшекурсники развлекаются. Его тут же поддержал староста Пуффендуя, бубня что-то о завалах по трансфигурации и о том, что искать пару перед всей школой — чистое унижение. Драко сидел за столом, скрестив руки на груди, с абсолютно непроницаемым выражением лица, хотя перспектива провести вечер в окружении жующих слизней и восторженных парочек его тоже не впечатляла. Рядом с ним Александра, как Главная староста от Слизерина, с холодным презрением наблюдала за этим балаганом. — Хватит ныть, — ледяным, режущим тишину голосом оборвала споры Александра, поднимаясь со стула. — Директор дала указание, и обсуждать тут нечего. Если у кого-то лапки и танцевать они умеют только под палочкой преподавателя — это ваши проблемы. Распределение обязанностей висит на доске. Свободны. Не дожидаясь ответа возмущенных старост, она развернулась и быстрым шагом покинула аудиторию, оставив за собой шлейф раздражения и молчаливого восхищения. Вернувшись в женскую спальню Слизерина, Александра застала настоящий хаос. Дафна Гринграсс, Ханна Аббот и Сьюзен Боунс вовсю обсуждали грядущее событие, усыпав кровати каталогами модных мантий из «Тканей и мантий Мадам Малкин». — Александрушка! Ты слышала? Будет бал! Первый настоящий бал за столько лет! — радостно выдохнула Ханна, подбегая к ней с пачкой глянцевых журналов. — Ты уже знаешь, какое платье наденешь? С кем пойдешь? Александра с усталым вздохом бросила сумку на кровать и холодно отрезала: — Никакого бала для меня не будет. И уж тем более — партнеров. Я не собираюсь тратить время на этот цирк. Девочки разочарованно затихли, но Александра лукавила. Глубоко в тайнике своего сундука она уже прятала идеальное, сшитое на заказ по семейным эскизам платье глубокого черного цвета с серебряным отливом, которое жгло ее изнутри. План наряда был готов, но вот мысль о том, с кем именно придется появиться в Большом зале, оставалась пустой. Истинного жениха, которого ей подобрали родители из высших чистокровных кругов, она так до конца и не знала, а идти с кем попало было ниже ее достоинства. В то же время визг метели за окном заглушал тихий разговор в пустом коридоре подземелий. Драко стоял у каменной колонны, сжимая в руке стакан с огневиски, пока рядом прохаживался Теодор Нотт. Тео, устроившийся на Гриффиндоре, умудрялся знать обо всем на свете. Обладая редким даром оракула, он видел чужие судьбы насквозь — прошлое, настоящее и сплетения будущего были для него открытой книгой, хотя об этой тайне не догадывался никто, кроме его родителей. — Ты выглядишь так, будто тебя уже приговорили к поцелую дементора, Малфой, — хмыкнул Тео, поигрывая палочкой. — Из-за бала? Брось. Я, например, планирую пригласить Дафну Гринграсс. Она девушка с головой, по крайней мере, не будет визжать при виде каждого фейерверка. Драко мрачно посмотрел на друга и отхлебнул из стакана: — Плевать мне на бал и на Гринграсс. Я вообще никуда не пойду. Пусть этот цирк ведут другие. Тео загадочно усмехнулся, бросив на Драко взгляд, полный невысказанного знания. Он прекрасно видел то, чего сам Малфой еще боялся признать даже себе: невидимые нити уже тянули Драко и Александру навстречу друг другу, и рождественская ночь должна была стать точкой невозврата. Но вслух он ничего не сказал — время еще не пришло. До рождественского бала оставалось три недели. Срок, за который в Хогвартсе могло измениться абсолютно всё.