Дроны-Герои.

Утро на базе Героев. Солнце едва поднялось над горизонтом, окрашивая снег в бледно-золотой. В общем зале царила тишина — та самая, предрассветная, когда все ещё спят после вчерашней клятвы. И вдруг — звонок. Резкий, пронзительный, разорвавший тишину. Ледовик вскочил первым. Ви ещё не проснулась — она сидела в кресле, укрытая его плащом. Он нахмурился и взял трубку. Ледовик: «Кто это? Как вы получили этот номер? Отвечайте.» Из трубки раздался голос Ара — спокойный, даже слишком спокойный. Ар: «Доброе утро. Мы нашли гражданского. Он не хотел говорить. Пришлось... убедить. Угрозами. Ничего личного. А теперь передай трубку Ви. У нас к ней разговор. Лидеров.» Зед выхватила трубку. Зед: «Не тупи, ледяной! Быстро дай сюда свою командиршу! Или мы сами придём!» Ви уже проснулась. Она встала, взяла трубку из рук Ледовика. Ви: «Я здесь. Что вам нужно?» Теперь в трубке был голос Эфа. Эф: «Выгляни в окно. Прямо сейчас. Мы ждали этого момента. Мы готовились. И теперь — смотри.» Ви подошла к окну. Остальные Герои, уже разбуженные звонком, столпились за её спиной. И то, что они увидели, заставило их замереть. На холме, напротив базы, стояли четверо. Эс, Ар, Зед, Эф. Каждый держал по мечу — четыре клинка, пульсирующих тёмной энергией. Эс: «Идите, защитите мир. Если сможете. Мы пробуждаем Титана. Сейчас. И вам его не остановить. У вас больше нет Распятия. У вас больше нет Стражей. У вас есть только ваша жалкая вера. Посмотрим, насколько её хватит. Прощайте, Герои. Было... интересно. А теперь — конец.»

***

Герои выбежали наружу. Саппортаж — все 7 — уже стоял рядом. Нил и Нани, дрожа, но решительно, сжимали руки. Хоникс материализовался из воздуха, его глаза-звёзды горели тревогой. Омега-демонтажники встали в круг на холме. 4 клинка вошли в мёрзлую землю. И тьма начала сгущаться. Не просто темнота — живая, дышащая, пульсирующая тьма. Она поднималась из земли, как кровь из раны. Она формировалась в нечто огромное, колоссальное. И вот он восстал. Титан. Тот самый. Огромный, тёмный, с пустым единственным глазом и спокойной, жуткой улыбкой. Он не рычал. Он просто... был. И от этого было страшнее всего. Зед: «Да! Свершилось! Титан! Мы приказываем тебе — убей Героев! Сотри их! Раздави! Уничтожь!» Титан медленно повернул голову. Его пустой глаз уставился на четвёрку. Титан: «Ты... смеешь... приказывать... мне?» Его голос был низким, резонирующим, как сама земля. Он поднял огромную руку. И одним ударом обрушил её на Омега-демонтажников. Хруст металла. Вспышка. Когда рука поднялась, на земле лежала только груда металлолома. Эс, Ар, Зед, Эф — все 4. Уничтожены. Без воскрешения. Навсегда. Герои застыли. Даже их враги не заслуживали такой смерти.

***

Титан повернулся. Его глаз остановился на Хониксе. Улыбка стала шире. Титан: «Ты... я чувствую тебя. Ты — пустота, как и я. Ты — тьма, как и я. Служи мне. Вместе мы уничтожим всё. Мы станем богами. Мы будем вечны. Присоединяйся. Или умри.» Хоникс выпрямился. Хоникс: «Я — не тьма. Я выбрал свет. Я отказываюсь. Я никогда не буду служить тебе. Никогда. Я скорее умру. Я скорее исчезну. Но служить — никогда. Ты — ничто. А я — нечто. Я — Хоникс. И я против тебя.» Титан ударил. Огромная рука прошла сквозь Хоникса. Пустота не может получать ударов. И тогда Герои пошли в атаку. Все. Ви и Ледовик — когти и лёд. Узи и Эн — рельсотрон и когти. Тесса и Лиам — ножи и лазеры. Тэд и Лиззи — револьверы и косы. Спарки и Лили — глюк-лучи. Пироман и Шерон — огонь и тень. Хан и Нори — кирка и книга. Учитель, Джей, Расти, Алиса, Бо, Коп, Долл — все, как один. Нил и Нани забрались на Хоникса и вместе с ним атаковали, били кулаками, кричали, вкладывая всю свою веру в каждый удар. Титан получал ожоги, порезы, раны. Казалось, ему больно. Но он лишь рассмеялся. Закрылся крыльями. А когда раскрыл — все раны исцелились. Он отбросил Героев, и они упали.

***

Хоникс поднялся. Он посмотрел на Титана. На своих друзей, лежащих на снегу. На Нила и Нани, которые всё ещё сжимали кулаки. И он понял. Хоникс: «Другого выхода нет. Я знаю, что делать. Я всегда знал. Просто боялся. А теперь — не боюсь. Я иду. Не пытайтесь меня остановить. Пожалуйста. Я должен. Это мой выбор. Мой последний выбор. Я выбираю свет. Как всегда. Как навсегда.» Он шагнул к Титану. И начал засасывать. Титан закричал — впервые. Его тело начало испаряться, уходить в пустоту. Он пытался сопротивляться, но не мог. Титан: «Ты не можешь... я — бог... я — вечность... я — неуничтожим... Ты погибнешь! Слишком много тьмы! Ты не выдержишь! Ты исчезнешь вместе со мной! Ты понимаешь это?! Ты умрёшь!» Хоникс: «Я знаю. Я всегда знал. Но я не боюсь. Я прожил достаточно. Я любил. Я был прощён. Я видел свет. Этого хватит. Этого больше, чем хватит. Я готов. Я — Хоникс. И я выбираю свет. В последний раз. Для вас. Для всех. Для семьи. Прощайте. Я любил вас. Я всегда буду с вами. В вашей памяти. В ваших сердцах. В вашем свете. Прощайте.» Он замолчал. И тут все 23 души — Герои, Саппортаж, Нил и Нани — бросились к нему. Обняли. Все. Даже самые холодные. Ледовик, на чьём визоре были холодные слёзы. Ви, которая дрожала. Эн, который улыбался сквозь слёзы. Узи, которая уткнулась в его плечо. Пироман, который держал его за руку. Тесса, которая обнимала его, как тогда в домике Син. И остальные. Хоникс (сквозь слёзы): «Я не хочу уходить, правда... Но я должен. Спасибо вам. За всё. За прощение. За любовь. За то, что вы были моей семьёй. Я запомню вас. Навсегда. Даже в пустоте. Даже во тьме. Я запомню.» Взрыв. Свет. Тишина.

***

Герои очнулись. Снег был чист. Не было ни Титана, ни Хоникса. Только тишина. И груда металлолома — всё, что осталось от Омега-демонтажников. Победа! Но какой ценой... И тут с неба опустилась летающая тарелка. Медленно, плавно. Из неё вышли двое в скафандрах. Макс и Беатрис. Беатрис увидела груду металла. Она упала на колени. Беатрис: «Эс... Ар... Зед... Эф... наши дети... что вы наделали... что мы наделали... Мы хотели мести, а получили... это... Простите нас... Простите...» Макс стоял рядом, его лицо было бледным. Макс: «Что здесь произошло? Кто это сделал?» Герои по очереди, короткими фразами, рассказали. О мечах, о Титане, о жертве Хоникса, о том, как Омега погибли от руки того, кого сами пробудили. Ледовик: «Они сами виноваты. Но это не делает их смерть менее трагичной. Они были нашими врагами. Но они были и чьими-то детьми.» Ви вышла вперёд. Ви: «Что вам нужно? Вы пришли с войной? Или с миром? Если с войной — мы будем сражаться. Если с миром — мы найдём общий язык. Как всегда. Мы устали воевать. Мы хотим жить. Просто жить. С семьёй. С друзьями. С теми, кто остался. Так что выбирайте. Война или мир. Сейчас. Здесь.» Беатрис подняла заплаканные глаза. Беатрис: «Мир. Только мир. Мы хотели ресурсов... исследований... но не такой ценой. Не ценой наших детей. Не ценой ваших друзей. Не ценой всего этого ужаса. Мы просим разрешения прилетать. Изучать планету. Брать образцы. Никакого оружия. Никакой войны. Только наука. Только мир. Пожалуйста. Мы не хотим больше смертей. Мы не хотим больше потерь. Мы просто... мы просто хотим, чтобы это всё закончилось.» Ви посмотрела на Ледовика. Тот кивнул. Ви: «Хорошо. Мы согласны. Вы можете прилетать. Брать ресурсы. Исследовать. Мы не будем мешать. Но запомните: если вы придёте с войной — мы ответим. Мы защитим наш дом. Нашу семью. Нашу планету. Но если вы придёте с миром — мы встретим вас как гостей. Как друзей. Может быть, однажды. Как соседей. А пока — живите. И помните: ваши дети сделали свой выбор. Вы не виноваты в том, кем они стали. Вы виноваты только в том, что дали им миссию, которую они не должны были выполнять. Учитесь на этом. И живите дальше. Это всё, что мы можем сделать. Все мы. Жить дальше.» Макс пожал холодную руку Ледовика. Ви и Беатрис обнялись — командир и создательница, две женщины, потерявшие слишком много. Эн, улыбаясь своей тёплой улыбкой, подошёл к людям. Эн: «У вас будет ребёнок? Я слышал, люди заводят детей. Это хорошая идея. Ребёнок — это новая жизнь. Новая надежда. Новое начало. Вы не забудете Омегу. Но вы сможете любить снова. Я знаю. Я всегда верю в любовь. Для неё всегда время. Особенно сейчас. Особенно для вас. Подумайте об этом. Маленький человечек. Который вырастет и узнает, что его родители выбрали мир. Это будет хорошая история. Лучшая история.» Беатрис слабо улыбнулась. Беатрис: «Может быть... может быть, однажды. Мы подумаем. Спасибо тебе. Ты... ты очень добрый. Все вы очень добрые. Мы не заслужили этого. Но спасибо. За всё. За прощение. За мир. За надежду. Мы вернёмся. С миром. Обещаем. И, может быть, однажды... мы привезём с собой кое-кого. Маленького. Чтобы он увидел тех, кто выбрал свет. Чтобы он знал: мир возможен. Всегда. Даже после всего. Даже после тьмы. Мир возможен.» Люди улетели и пообещали возвращаться и привозить еды Тессе. А Герои остались.

***

С тех пор на холме, где когда-то стояла база, возвышались четыре креста. Старец. Страж. Страж Сердца. Хоникс. Каждый день Герои и Саппортаж приходили сюда. Стояли минуту молчания. Вспоминали. Иногда говорили с ними — как будто они могли слышать. Призрак и Глаз Бездны стали хранителями памяти. Их навещали. Им рассказывали новости. Они слушали. Они помнили. Любое зло, что пыталось поднять голову, терпело крах. Титан был уничтожен, и с его смертью тьма отступила. Герои жили. Саппортаж жил. Нил и Нани производили масло — лучшее на планете. Жизнь продолжалась.

***

На небе Copper-9. Старец, Страж и Страж Сердца стояли перед Божьим судом. Судья — свет, принявший форму, — смотрел на них. Судья: «Вы прожили свои жизни. Вы отдали их за других. Вы выбрали свет. Добро пожаловать в Рай. Здесь вы свободны. Здесь вас помнят. Здесь вы — дома. Навсегда.» Старец улыбнулся. Его глаза были зрячими. Впервые. Страж и Страж Сердца взялись за руки — и больше не расставались. Они чувствовали молитвы. Они знали: их не забыли.

***

На небе Планеты Нечистой Силы. Хоникс стоял перед Божьим судом. Судья — тьма, смягчённая светом, — смотрел на него. Судья: «Хоникс. Чёрная дыра. Нечистая Сила. Ты родился во тьме. Но ты выбрал свет. Ты любил. Ты был прощён. Ты пожертвовал собой. Такие, как ты, не приходят сюда почти никогда. Но ты пришёл. Добро пожаловать в Рай. Здесь ты свободен. Здесь тебя ждут. Здесь ты — дома. Навсегда.» Ангел провёл его через врата. И там, среди звёзд, стояла она. Звёздочка. Маленькая волшебная палочка, которая ждала его всё это время. Звёздочка: «Ты пришёл. Я знала. Я всегда знала. Ты выбрал свет. Ты — мой герой. Мой Хоникс. Моя любовь. Я ждала тебя. Каждую секунду. Каждую вечность. И вот ты здесь. И мы вместе. Навсегда.» Хоникс бросился к ней. Они обнялись. Он плакал. Она сияла. Хоникс: «Я столько должен тебе рассказать... О Героях. О Ниле и Нани. О Пиромане. О Тессе. О всех. Они простили меня. Они любили меня. Я был частью семьи. У меня была семья. И теперь — у меня есть ты. И у нас есть вечность. Я расскажу тебе всё. Каждую историю. Каждую победу. Каждую потерю. Каждую слезу. У нас есть время. У нас есть всё. Мы вместе. Навсегда.» КОНЕЦ 3 ТОМА. Да и в целом, КОНЕЦ.