Красные маки

Психопат Я лениво оглядел внутренний двор. Студентов было море. Кто-то сидел прямо на газоне. Кто-то фотографировался возле сакуры. Кто-то пил кофе. И тут… — О… На другом конце двора мелькнул знакомый длинный светлый хвост. Уголок моих губ сам собой пополз вверх. — Ну здравствуй… Жертва. Дейдара стоял возле фонтана в окружении четырех девушек. Как всегда. И как всегда что-то вдохновенно рассказывал, размахивая руками. Интересно… Он хоть раз в жизни ходил один? Я тихо подошел со спины. Еще шаг. Еще. И со всей дури навалился на него, обхватывая за плечи. — ДЕЙДАРА-А-А! — БЛЯТЬ! Тот едва не подпрыгнул на месте. — Хидан! Слезь с меня, придурок! — Не хочу. Я еще сильнее повис на нем. — Господи… ты сколько весишь?! — Достаточно. Девушки тихо захихикали. Одна прикрыла рот ладонью. Вторая откровенно любовалась Дейдарой. Третья явно не понимала, что вообще происходит. — Девушки… — тяжело вздохнул Дейдара. — Простите, это… — Любовь всей твоей жизни, — перебил я. — Это моя головная боль. — Одно другому не мешает. Я широко улыбнулся. — Извините, дамы, но я его украду. — Никто тебя не спрашивал! — возмутился Дейдара. — Конечно не спрашивал. Я уже схватил его за рукав куртки. — Пошли. — Куда?! — За кофе. — Сам себе купи. — Не-а. — Почему? — Потому что ты купишь. — С чего бы?! Я посмотрел на него с искренним удивлением. — Потому что я так сказал. — Это вообще не аргумент! — Для меня аргумент. Дейдара обреченно закатил глаза. — Вот скажи… — М? — Почему из всей нашей компании именно ты постоянно выбираешь меня? Я сделал вид, что задумался. — Потому что Сасори меня пошлет. — Угу. — Итачи посмотрит так, что мне станет скучно. — Верно. — Какузу заставит платить самому. — Абсолютно. — Кисаме может случайно утопить. — Очень вероятно. — А ты… Я хлопнул его по плечу. — Ты слишком добрый. Дейдара тяжело вздохнул. — Когда-нибудь эта доброта закончится. — Нет. — Почему ты так уверен? — Потому что тогда ты перестанешь быть Дейдарой. Он несколько секунд молча смотрел на меня. Потом снова закатил глаза. — Ладно… — Но только маленький кофе. Я победно улыбнулся. — Два больших. — Хидан! — И пирожное. — Даже не мечтай. — Тогда три кофе. — Да чтоб тебя… Я довольно рассмеялся. Вот. Теперь день уже не казался таким скучным. А Дейдара… Ну, Дейдара в очередной раз смирился со своей незавидной судьбой быть моим самым любимым человеком для издевательств. Мы с Дейдарой неторопливо шли по дорожке между корпусами. В одной руке у меня был большой стакан с кофе. В другой — пакет с пирожным, которое этот блондин все-таки купил. — Ты охренел, — бурчал Дейдара. — Почему я вообще тебе что-то покупаю? — Потому что ты хороший человек. — Нет. — Потому что красивый. — Тоже нет. — Потому что боишься меня. — Еще чего. Я рассмеялся. — Ну признайся. — Не дождешься. Я специально пошел спиной вперед. — Да ладно тебе. Вот поэтому у тебя и девушки не задерживаются. Слишком серьезный. — У меня как раз… — Не-не-не. Даже не начинай. Я картинно замахал рукой. — Сейчас опять начнешь рассказывать про искусство, душу и вдохновение. — Потому что ты ничего в этом не понимаешь! — Конечно не понимаю. Я нормальный. — Ты психопат! — Спасибо. — Это не комплимент! — Для меня — комплимент. Я расхохотался и сделал резкий разворот… И тут же во что-то врезался. Вернее… В кого-то. Стакан выскользнул из руки. Горячий кофе плеснул на мою футболку. И почти полностью оказался на форме девушки, стоявшей напротив. На секунду повисла тишина. Я медленно опустил взгляд. Черный пиджак. Белая рубашка. Школьная форма. Бордовое каре. И… — Да ты издеваешься… Та самая. Она спокойно посмотрела сначала на испорченную форму. Потом на мой залитый кофе футболкой. И только после этого подняла глаза на меня. — Смотреть вперед — полезная привычка. Я раздраженно усмехнулся. — Это ты бля,сейчас мне говоришь? — Да. — Может, сама научишься ходить, не бросаясь под людей? Она даже не изменилась в лице. — Интересно. — Что? — Ты шел спиной вперед. Дейдара тихо кашлянул, явно пытаясь не засмеяться. Я бросил на него быстрый взгляд. Только попробуй. Эта ж тем временем спокойно достала из кармана салфетку и попыталась промокнуть пятно. Без паники. Без истерики. Без криков. Это почему-то раздражало сильнее всего. — Пиджак, скорее всего, придется сдавать в химчистку. Она снова посмотрела на меня. — Оплатишь. У меня дернулся глаз. — Чего? — Химчистку. — С какого это хрена? — С такого, что кофе был у тебя. Я зло усмехнулся и сделал шаг вперед. — Слушай внимательно… Она даже бровью не повела. — Ты виновата не меньше моего. — Возможно. — Тогда почему платить должен я? — Потому что ты взрослый человек. Она говорила так спокойно, будто объясняла что-то маленькому ребенку. — И взрослые люди обычно признают свою часть ответственности. Я почувствовал, как внутри начинает закипать раздражение. — Не учи меня жить. — Тогда веди себя соответственно. Дейдара уже отвернулся, закрывая рот ладонью. Еще немного — и этот предатель рассмеется. Я зло цокнул языком. — Денег не получишь. И химчистку тоже. Развернувшись, я сунул руки в карманы и пошел прочь. — Псих какой-то… — донеслось спокойное вслед. Я резко остановился. Медленно повернул голову. — Чего сказала? — Ничего. Она уже снова промакивала рукав салфеткой. Будто разговор был закончен. Будто меня… Просто вычеркнули. Я еще несколько секунд смотрел на нее. Потом раздраженно выдохнул. — Бесит… И быстрым шагом направился к корпусу университета. День официально был испорчен. Во второй раз.