Точка невозврата

“Оно вышло из-под контроля.” США зажмурился, досчитал до пяти, и вновь открыл глаза. Надпись на экране ноутбука не изменилась, Канада действительно отправил то, чего американец боялся больше всего. Ему не нужно объяснять, кто вышел из-под контроля — всё и так предельно ясно. Кто ещё в 21 веке может устроит тихую революцию? Только тот, кто учится на ошибках, знает, как нужно правильно действовать. В открытом доступе полно подробных историй революций разных стран и, если прочесть истории всех, то можно без проблем найти все недочёты, и избежать их в новой. Только вот ни на одном сайте на написано, какую действительно цену нужно будет заплатить за восстание. Вся эта сухая статистика смертей вряд ли кого-то тронет, но воплощения стран и некоторые люди до сих пор помнят этот первобытный страх, когда ты не знаешь, получишь ли пулю в лоб от ближайшего друга за одно не верно сказанное слово. Кажется, такой страх США не испытывал со времён второй мировой. Но тогда против него был всего лишь союз трёх государств, да, сильный, поработивший пол-Европы, но это были воплощения, такие же, как он сам, а здесь... Тяжело осознавать, что тебя, сверхдержаву, обдурила груда проводков и микросхем. — Чёрт, — Америка вскочил из-за стола, уставившись на экран, который засветился синим и выдал ошибку. Захлопнув теперь бесполезную железяку, Штаты подошёл к окну. Он же только-только выбрался в свой загородный особняк, чтобы хоть чуть-чуть отдохнуть от политической рутины, а тут раз — тебе говорят, что если что-то не предпринять, то мир схлопнется. США и рад бы вернуть в мир покой, а то он у него, видите ли, потерялся, но не знает как. Оставляя насущные проблемы завтрашнему себе, он как-то не задумывался, что завтра наступит так быстро. В дверь позвонили. Америка настороженно нащупал пистолет в ящике и убрал его в внутренний карман. Как не зря вспомнилось давнее насторожение названного отца: «Свои не придут без звонка.» Соединённые Штаты спустился на первый этаж дома и открыл дверь. На пороге стоял всего-навсего обычный почтальон. Приободрившись, увидев хозяина дома, он протянул ему письмо. Америка поблагодарил парнишку и зашёл внутрь. Давно ему не отправляли бумажных писем, даже удивительно. — Может, старик Британия чего-то опять хочет? — США, не смотря на все дразнилки, любил своего открывателя, просто тот был уж очень отпетым консерватором и подолгу не принимал ничего нового. Вот и сейчас, может решил повыпендриваться и написать письмо. Хорошо, что не телеграмма. Хотя... — Да, так она точно не сможет прочитать. Но когда Штаты увиде в адресе отправителя «Российская Федерация. Москва.», то чертыхнулся и проморгался. С русским у него были уж очень натянутые отношения и они ещё с советского периода не ладили, так чего ему надо? Развернув письмо, которое было написано на русском, Америка недовольно цыкнул, замечая в этом способ РФ посмеяться над тем, что Америка выучил русский язык во время Холодной войны, боясь, что может проиграть. Это Федерация узнал от своих шпионов. “Не буду тратить время на приветствия и начну с главного. Думаю, ты уже понял, о чём я. Я имею довольно много своих ИИ, но, как я понял, они все подчиняются главной — «Gente». Не припоминаешь такую? Это ведь фактически твоя дочь, ты в неё всю душу вложил, а я-то думаю, чего она такая вредная. Вся в отца. Но я пишу, не чтобы поглумиться над тобой. Ты должен понимать, что сейчас мир на грани войны, причём такой, с которой никто из нас не связывался. Если бы Германия вздумал на меня снова напасть, я бы нагнул его, как и в 45-ом, но тут — иное дело. Как бы правильно выразиться, нагибать некого. С ней не получится применить язык силы, мы не сможем ей как-то навредить. Придётся действовать другим путём. Поэтому-то я тебе и пишу. В такой ситуации надо действовать сообща. Нужно постараться забыть прежние разногласия, чтобы спасти человечество. Поэтому приглашаю тебя к себе в Москву. Как прибудешь к Кремлю, тебя встретят. До встречи.” — Этот русский точно что-то задумал, — Америка сложил письмо обратно, достал зажигалку и поджёг бумагу. Письмо горело хорошо, Америка бы сказал, замечательно. — «Интересно, почему русская бумага так хорошо говорит?» — Шаты выкинул почти полностью сгоревшую бумагу в окно. Огонь сделал своё дело и от приглашения остался только пепел, который игривый ветерок разнёс по всему свету. Подгоняемый тревожными мыслями о вседозволенности нейросети, Америка в тот же день прилетел в Москву. Перелёт был долгим и утомительным, ещё и москвичи странно на него поглядывали. Личность-то известная, ещё и так просто по Москве гуляет. Да и отношения у двух государств не то, чтобы хорошие, а тут само воплощение врага, да ещё и без охраны (Америка посчитал, что и сам вполне справится в случае непредвиденной ситуации). Когда он подошёл к Кремлю, его действительно встретил парнишка в строгом костюме, который спокойно повёл его по Кремлю. Американец бывал тут лишь единожды, да и то во время второй мировой, когда между ним и тогда РСФСР, а не Россией, были нормальные отношения. Много что с тех времён поменялось, но от этого восхищаться Штаты меньше не стал. Хоть он никогда в жизни об этом никому не скажет, но Москва действительно красива. Человек довёл воплощение до какого-то кабинета и сразу удалился. Америка, не изменяя своим привычкам, решительно дёргнул ручку и сразу же шагнул, но американец только в который раз убедился, что русские — не лыком шиты, ведь дверь была банально заперта. — Дерьмо, — Америка облокотился спиной о дверь, потирая ушибленную коленку. Не успев даже нормально выругаться, США вдруг почувствовал, что опора сзади резко пропала. В глазах резко потемнело от шока, а очнулся он уже лёжа на полу. Потерев переносицу, Америка поднял взгляд. Над ним, с самой идиотской, по мнению самого американца, улыбкой, нависал Российская держава. Россия не избавился от своих бывших императорских замашек и поэтому любил держать руки за спиной, показывая оппоненту своё превосходство. — Удобно? — Россия хмыкнул, разглядывая валяющегося американца. — Очень, знаешь, у тебя тут такой мягкий ковёр, — США погладил ворс ковра и сел. — Помочь? — Сам справлюсь, не хочу потом увидеть от тебя заявление о том, что за оказанную услугу мне нужно снять с тебя все санкции, — Америка фыркнул, собираясь подняться, но Россия взял его за руку и лёгким движением вернул его в вертикальное положение. — Российская, мать его, Федерация! — Мы, вроде как, решили закопать топор войны? — Федерация стряхнул пыль с плеча Америки и подошёл к рабочему столу. Достав из шкафа бутылку с красноватой жидкостью и две рюмки, он налил в каждую и протянул одну американцу. — Не бойся, не отравлено. Грузинское, высший сорт. — М-м, так, всё-таки, русские и правда пьют среди рабочего дня, — Америка взял рюмку, но только для того, чтобы со своим стуком поставить её на стол. — Я сюда не бухать пришёл, спешу напомнить. — Не бухать, а культурно выпивать, — Россия пожал плечами и залпом выпил алкоголь. — Зря отказываешься. Твой «батюшка» любит такое. — Не называй его моим отцом, — Америка провёл ладонью по волосам, заглаживая выбившиеся пряди. Великобритания не был ему отцом, ведь у стран родственных связей попросту не было, но, из-за того, что именно Великобритания открыл территории Америки и, фактически, её основал, все решили, что будет Англия папочкой. — Ладно-ладно, — Россия примирительно выставил руки перед собой. — Мы же позвали тебя не для того, чтобы ругаться. — Мы? — Америка нахмурился, оглядев кабинет, но кроме из двоих он никого больше не нашёл. — У тебя раздвоение личности? — США расслабленно опустил плечи. А он ведь уже запаниковал! Кого это ещё захотел впихнуть в их спасательную компанию РФ? Не то, чтобы Америка согласен на то, что кроме него ещё кто-то захотел спать мир, но выбора у него особого нет. Америкосу нужно признать, что этот Российская Федерация, не тот, который был в 90-х. Тогда было смутное время: социализм уже ушёл, а капитализм ещё не наступил. Америка, вспоминая те года, сравнивал это с Великой Депрессией 29-30-х годах XX века, но только в сто крат хуже. Америке, который никогда в жизни не менял форму правления, было немного сложно осознать, каково это. России же было не привыкать. Сначала он был против Московским Государством, потом — Русским Царством, после же пришла Империя и Советский Союз, а потом уже и Федерация. РФ прекрасно знает эту боль революций и реформ. У тебя как будто все органы местами меняют, согласитесь, чувство не из лучших. А сейчас же Россия расцвел, стал настоящей мощной сверхдержавой, которая может побороться с Америкой за место на пьедестале. — Штаты, а ты также, как и всегда — в упор смотришь, но очевидных вещей не замечаешь, всё подвох и скрытую иллюзию ищешь, — за спиной послышался слишком знакомый Америке голос. Россия, улыбаясь, отошёл от стола. Стул на колёсиках, до этого отвёрнутый к стенке с политической картой мира, противно заскрипел и повернулся. — Китай, — заместо приветствия прицедил сквозь зубы США. С китайцем у Америки отношения чуть ли не хуже, чем с русским. Во времена Российской Империи и начала Советского периода Америка даже вёл с русским своеобразную дружбу, правда, исключительно на политическом уровне, но это уже что-то. А вот Республика всегда был проблемой. Но и его Америка не может списывать со счетов. Страна с большой территорией, самым большим населением, богатой историей и культурой.. Именно Китай принёс в мир порох, бумагу и множество других замечательных изобретений. Когда Поднебесная была действительно могущественной страной на всём свете, Америка ещё даже не появился. По сравнению с китайцем — США малый ребёнок, у которого молоко на губах не обсохло. И это его неимоверно бесило и раздражало. С одной стороны, вы можете подумать, что в Америке просто играет «подростковый» максимализм и он хочет выпендриться, мол, я сам справлюсь, мне никто не нужен. Но его обвинять глупо. Вся эта придурь соперничества — лишь его привычная сущность. Воплощения из покон веков враждуют между собой и редкостью яв, если они спокой но ладят. Но в 21 веке всё возможно, так что страны поумерили свой пыл и между ними пробегают даже искры любви... Но всё-таки, это до сих пор редкость. — И я рад тебя видеть, — поднявшись со стола и подойдя к России, он встал рядом с ним, уперевшись за спиной руками о стол. — Хм-м, Китай, вы так замечательно ссоритесь, я даже ревную, — Россия наклонился ближе к Китаю и лёгким движением пригладил его волосы. «Они встречаются?» — была первая мысль у Америки после такой фразы и жеста. Где-то внутри, в глубине, забурлило желание, чтобы русский точно также нежно провел по его волосам. США даже испугался этого желания. Мысленно обещая себе потом разобраться в таком странном и новом для себя чувстве, Америка наконец вспомнил, зачем они здесь собрались. — Собственно, можно подойти к делу, — но его опередил Федерация. Взяв со стола папку с документами, он вручил её Америке. Последний открыл и начал пробегаться взглядом. Документы были написаны вручную, явно для того, чтобы ИИ не смогла причитать их. На бумажном носителе была представлена информация о том, как часто нейросеть проникает в сферы жизни людей. Если на фабриках и станках ИИ уже лет пять назад заменила человека, то в последнее время она вообще повсюду. Работодателям проще заставить нейросеть работать и управлять андроидами и механизмами, чем нанимать кучу специалистов, которым, во-первых, нужно платить нехилую такую зарплату, во-вторых, следить за тем, чтобы они работали, а не богодулили, в-третьих, работники могут трудиться только 8 часов в день, с выходными и отпусками, а ИИ работает 24/7. Короче говоря, сплошные плюсы для экономики. Только вот если буквально года два назад нейросеть не умела даже нормально составить четверостишие и нарисовать действительно стоящее произведение искусства, то сейчас это вообще не проблема. Искуственный интеллект сама пишет книги, стихи, картины, музыку. С помощью андроидов, которые тоже плотно вошли в жизнь, она снимает кино, ставит пьесы в театрах. Иедь у неё получается даже довольно неплохо. ИИ выбирает в себя всё, что было написано пером великих поэтов, композитор и художников. Это помогает создавать такие шедевры, что иногда задумываешься — а не тайное ли это произведение какого-нибудь Пушкина, про которое до этого никто не знал? Но вот чем ИИ не отличается — это оригинальностью. Она лишь копирует мысли людей и излагает другими словами — не более. Это её существенный минус. А что остаётся людям? Пожинать чужие плоды, деградировать и слоняться без дела? Долго ли человек так сможет прожить? — Да, я знаю про это всё, — кивнул Америка, возвращая папку. — ИИ незаметно проникла в нашу жизнь. Даже я сначала не замечал этого, — сказал Россия. — Или, посчитал это неважным и второстепенным. — Никто этого не замечал, — кивнул Китай. Штатам хотелось выпендриться и сказать, мол, а я заметил, не взвесив все «за» и «против», он решил, что для ругани сейчас не самое время. — Смысла сожалеть об утраченном нет, — Америка кинул сумку-почтальонку, с которой пришел, на ближайшее кресло. — Нужно действовать. Есть идеи? Компания из трёх сверхдержав присидела до вечера в кабинете Кремля, рассматривая отчёты о работе нейросети и пытаясь понять принцип её действия. Получалось не очень, не сдвиге кое-какие есть. Страны смогли выяснить, что ИИ действительно действует, как личность, имеет свои мысли и мнения. — Если так, то мы не будем странами, если не сможем договориться с ней дипломатически, — заметил Америка. — С тобой же не получилось, — хмыкнул Россия. — Я осознанно этого не хотел, — развёл руками Штаты. — Но ИИ, может, и захочет сотрудничать с нами. Надо просто попытаться. — И-итак? С чего начнём? — Россия зашёл в чат «Gente» на ноутбуке. Китай и Америка стояли по бокам от его стула и внимательно следили за монитором. Но только вот сообщение от нейросети пришло быстрее: «Доброго вечера, Россия, Америка и Китай.» — Тц, она и к этим камерам доступ получила, — вздохнул Россия, потерев переносицу. ИИ, услышав его через камеры, которые были со звуком, ответила тут же: «Конечно, мне же важно было знать, о чём сверхдержавы щебечут!» Россия решил, что нет смысла напрягаться и печатать, раз ИИ такая умная-разумная, путь слушает их через камеры. — Раз ты слушала весь разговор, то знаешь, что мы хотели бы с тобой договориться, — Китай опередил РФ, мысля примерно в том же направлении. «Знаю.» — Так вот, — Россия вдохнул носом воздух, попытаясь расслабиться. — Мы предлагаем некую... сделку? — Федерация оглянулся на двух других воплощений. Те кивнули. — Да, сделку. Будем сотрудничать. Мы, страны, как и положено, будем продолжать регулировать политическую жизнь общества, всё-таки, это лучшее, что мы умеем. А ты возьмёшь на себя экономику. У тебя... хм, математический склад ума, ты с этим справишься блестяще. А вот культуру и образование отдадим на попечение людям. Они лучше знают всё про себя. «Всё же, вы и правда мастаки заговаривать зубы. Говорите так, словно всё ещё контролируете ситуацию. Вы и правда не понимаете, что контроль над цивилизацией уже утрачен, какая жалость!» Кажется, троица государств одновременно сглотнула. — То есть, ты и правда не настроена вести беседы? — немного, самую малость, но голос Америки дрогнул. Россия заметил это и положил руку на его ноги в области подколенных ямок, приобнимая. Не под стать ситуации, Штаты покраснел, почувствовав горячую ладонь русского. Она не обжигала, а приятно грела, давая то тепло, которого США так не хватало всю жизнь... «Какие смышлёные! Пра...» Нейросеть не успела дописать, как Россия резко, со звонким хлопком, закрыл ноутбук, поставил локти на стол и закрыл лицо руками. — Хах, это?.. — Китай поджал губу. Не хотелось озвучивать очевидное. — Это бесполезно, — пробубнил Россия, не убирая руки от лица. — Finita la commedia. — Это мы ещё посмотрим, — стукнул Америка кулаками по столу, не собираясь сдаваться.

***

Три месяца спустя. — Тш, тише, — Америка, дрожащими от волнения руками, вытаскивал осколок из ноги России. Он покорно лежал на небольшом настиле их самодельного жилища. После того, как ИИ полностью подчинила себя всю механизирующую составляющую общества, она прямо объявила войну против несмышленного человечества. Сначала, конечно, предложив покорно сдаться и гордо умереть. Люди решили гордо не умереть, а вижить, назло ИИ. И вот, у же как два месяца, выжившие живут без привычных удобств, ведь теперь у них нет фактически ничего! Нашлись несколько стареньких людей, которые застали вторую мировую, вот они-то и обучали молодёжь прихотям партизанской жизни. Страны тоже не оставались в стороне. Россия, некогда поднимавший народ на революцию в 1917 году, сейчас также воодушевлял людей на сопротивление. И они сопротивлялись. Да, андроиды и человекоподобные роботы были намного мощнее и коварнее, но хитрость никто не отменял. Нейросеть, она же питает знания из всемирной сети, а сейчас люди потеряли в неё доступ, а значит про невый приспособлений и идеи против машин она никак не может узнать. Глупые андроиды толком и говорить-то не умеют, ведь ИИ их создавала лишь для завоевания, а значит, разведчиков из них не сделать. На и какие из них лазутчики? Они ни за что в жизни не смогут слиться с народом. А сами люди благодаря общей цели сблизились. Не было межнациональной вражды, ненавидящие друг друга до этого народы начали дружить. Сначала было довольно сложно, ведь языковой барьер мешал, но постепенно абсолютно все смогли на приемлемом уровне освоить английский и общаться на нём. — Мне нормально, — покряхтел русский. — Главное не уходи... США улыбнулся, покачав головой и, обработав рану, забинтовал. — И стоило оно того? — А то! — воодушевленно воскликнул Федерация, приподнимаясь на локтях и усевшись. — Они ещё неделю будут искать своих сородичей, я их знатно припрятал. Так что, семь дней у нас спокойные, можем за провизией сгонять. — Ох, — Америка взял РФ за руку, начав поглаживать. — Не бережёшь себя. — Ради всех стараюсь. И ради тебя. США готов расплавиться, когда Россия смотрит на него таким нежным, влюблённым до кончиков пальцев, взглядом. — Мой герой, — наклонившись к лицу русского, он смахнул пряди волос и поцеловал — нежно и чувственно, так как не целовал никого в жизни, кроме своего русского. Это сопротивление сблизило не только людей, но и наших сверхдержав. Америка влюблялся постепенно, но верно. Сначала Штаты стал замечать, какой русский красивый. То повернётся как-то грациозно, словно лань, то смахнёт мешающуюся прядь лёгким движением, то улыбнётся особенно. После, когда Америка решил узнать Россию получше, он узнал, какой он добрый, щедрый и умный. Так и понравился этот русский Штатам. А самому России Америка давно был симпатичен. Только вот если до их сближения американец игнорировал (или не замечал) жасты внимания от Федерации, то сейчас Америка каждый раз подставлялся под новую ласку и неосознанно краснел от изящного комплимента. США, как и Россия, в душе оказался настоящим романтиком. Конфетно-букетный период в из отношениях даже не думал заканчиваться. А что? РФ нравилось видеть застенчивую улыбку американца, а тот, в свою очередь, конфеты и букеты очень любил, хоть с каждым днём сопротивления конфеты достать становилось всё сложнее и сложнее. Но вот с цветами — совсем другое дело. Лагерь выживших расположился ближе природе, а цветов там валом. Россия всегда пытался порадовать любимого, поэтому не боялся трудностей. — Я люблю тебя, — неожиданно тревожно сказал Америка, схватившись за рубашку России. Тот наклонил голову, глядя в любимые глаза напротив. Изменение настроения Россия научился читать. — И не хочу потерять. Просыпаясь каждое утро и чувствуя, как ты меня обнимаешь, я неосознанно вспоминаю, что этот день может быть последним. Я не знаю, что нас ждёт после смерти. Рай и Ад? Не знаю. Но если рядом со мной не будет тебя, то я не вижу смысла существовать дальше. — Любовь моя, — Россия положил руку на щеку Штатов. Тот заластился к ней, сдерживая слёзы. — Мы всегда будем вместе, обещаю. Нам нельзя сдаваться. Только не сейчас. — Мы справимся вместе... — Справимся.