Наследие Звезд и Королей

Выпивая пятую за утро чашку чая с мятой и таблетку от головной боли , Ками была готова проклянуть каждого, кто хоть раз дышал над ее тарелкой в Хогвартсе. Все, у кого в крови была хоть одна примесь утром среды в обязательном порядке собрались в Малфой-мэноре и пили очищающее кровь зелье, и приятным этот процесс едва ли можно назвать. Первые пятнадцать минут все было как обычно, и даже появилась надежда, что на этом всё и закончится, но не тут то было. Носовое кровотечение, которое началось у Камилы и Нарциссы спустя двадцать минут было чуть ли не самой безобидной реакцией. Сириуса и Люциуса била крупная дрожь, Андромеда, Беллатриса и Гермиона страдали от тошноты, а Драко, Рудольфуса и Рабастана лихорадило. Уизли-Пруэтты, прошедшие все это прошлой ночью, сразу сказали, что первую реакцию можно сравнить с милыми цветочками, а ягодки начнутся спустя часа полтора-два. Легче всего было тем, чьи примеси уже были нейтрализованы, у них единственной реакцией была головная боль. Профессор Снегг присутствовавший при принятии зелья сразу сказал, что в ближайшие сутки алкоголь, молочка и другие зелья для них под запретом, но дал «добро» на магловские обезболивающие. Стоит ли говорить, что уже через пять минут Джеймс и Гарри были отправлены в ближайшую аптеку за ибупрофеном и парацетамолом? Постепенно все разошлись по разным комнатам, решив, что страдать по отдельности легче. Ками вместе с Драко и Гермионой, в чьей крови нашли едва ли меньше зелий, чем у Блэков, лежали на кровати в комнате младшего Малфоя и включили «Как приручить дракона» - единственное от чего голова не раскалывалась еще сильнее. Домовики принесли фрукты и пол литровые чашки с зеленым чаем и передали, что старшие просили не заходить в северное крыло: именно там была гостиная, где будет проходить встреча с адвокатами. Камила постепенно начинала чувствовать, как ее ранее заблокированная магия начинает течь по венам, разнося по всему телу тепло из-за чего ладони и спина покрылись капельками пота. Закрытая на протяжении многих лет интуиция сейчас заставляла мысли метаться из одной стороны в другую от чего голова болела еще сильнее. Тонкс чувствовала ,как ее тянет пойти и найти что-то интересное, она нутром ощущала куда ее тянет и даже могла смутно представить что конкретно ищет, но сил категорически не хватало. Кровь хлынула из носа с новой силой из-за чего пришлось опять менять полотенце со льдом. Гермиона, шатаясь вышла из ванной. Тошнота только усилилась, и теперь Грейнджер даже сидела с трудом. Драко, которого мучила температура, и вовсе лежал с закрытыми глазами, пытаясь не концентрироваться ни на чем. — Товарищи-страдальцы, экстренная помощь прибыла! - в комнату зашел Гарри, держа упаковку таблеток. — Поттер, не ори, а еще лучше - не дыши так громко. Я и так, по ощущениям, где-то на полпути к царству Аида, - простонал Драко, глотая сразу две таблетки обезболивающего. Гермиона и Ками тоже за раз проглотили по одной, запивая чаем и кусочками кислых яблок. — Не думало, что скажу это, но я согласна с Малфоем, мне отродясь так плохо не было, - чуть ли не прохныкала Гермиона, забираясь под одеяло. — Даже после наливки Невилла голова так не раскалывалась, - сказав это, Ками громко чихнула, забрызгав кровью свою одежду и покрывало, - Ой, извини. — Забей, это просто тряпка, эльфы отстирают, - махнул рукой блондин, укутываясь в плед. Конкретно сейчас казалось, что за окном не солнечная погода и почти тридцать градусов тепла, а промозглая осень и слякоть. Драко в этот момент невольно вспомнил уже ставшие родными подземелья и то, как зимой они с однокурсниками бегали от них до большого зала и точно также ночами кутались в теплые одеяла и пижамы. Блейз, привыкший к теплой зиме в Италии, и вовсе постоянно ходил и жаловался, из-за чего над ним нередко подшучивали, сравнивая с Флер Делакур. Гермиона даже не обратила внимания на «варварское» отношение к эльфам, насколько была обессилена. Тем временем Поллукс, Орион, Альфред и Арктурус ждали делегацию адвокатов и пытались придумать хоть какое-то объяснение того факта, что они живы, и при этом никак не упомянуть письмо, проверку крови и другие личные дела их рода. Выходило из рук вон плохо: вся хваленная слизеринская хитрость разом куда-то подевалась, а фантазия и вовсе ушла в минус. Первым прибыл адвокат Малфоев, который Люциус встретил, но тут же откланялся, сославшись на плохое самочувствие супруги. Лорд Малфой понимал, что скорее всего это не самое достойное поведение главы Рода, но сейчас состояние жены волновало его значительно больше. Да и сам мужчина чувствовал себя неважно. Следующим приехал адвокат Тонксов, а после - сразу двое адвокатов Блэков. Цель у всех была одна - минимум подробностей и один единственной факт: древние чистокровные Рода переродились в прямом и переносом смысле слова, и властям придется с этим смириться. Как это сделать было не понятно. В ход уже шли версии с воскрешающим камнем, сильными магическими колебаниями, которые каким-то образом повлияли на алтари и даже варианты подставной смерти и плена. Но не подходило ровным счетом ничего. Ситуацию худо-бедно вывезла Марлин, которой нужно было уточнить что-то у Ориона или Вальбурги, а мистер Блэк оказался ближе. На вопрос о том, как бы она объяснила все происходящее Маккиннон заявила, что взяла бы за основу историю, которая точно затронула бы сердца людей, а потом обыграла бы ее на нужный манер, добавив артефактов, значимости чистой крови и врагов - в общем всего, с чем ассоциируются Блэки. Идея прижилась и, записав основную мысль с несколькими набросками, мужчины перешли к тому, как именно стоит официально всё оформить. Они не могли допустить не малейшей оплошности, поэтому большую часть документов пришлось переписывать по несколько раз. Гарри в это время смотрел уже вторую часть мультфильма про остров Олух и команду драконьих наездников, при этом переписываясь с Джинни. Уизли написала ему первая, чем очень удивила, но оказалось, что она просто спрашивала как обстоят дела у остальных.Поттер без лишних слов сфотографировал представшую перед ним картину. Драко лежал на правой половине кровати, уже не настолько бледный, как пару часов назад, и спокойно спал. Гермиона, спящая на боку и до самого подбородка укрытая одеялом и пледом, время от времени бормотала что-то во сне, и Гарри был готов поклясться, что слышал обрывки заклинаний. Камила спала в позе эмбриона, возле ее головы спал Лёва, готовый в любую секунду подорваться и защищать хозяйку, а Боння лежал рядом, обвив хвостом одну из ног Тонкс. Гриффиндорец чуть ли не физически ощущал, как панда делится своей энергией с Ками, помогая ей. Отправив фото Джинни, Поттер практически сразу получил ответ: Джин: Они так мило смотрятся. Готова поспорить, что Малфою нравится Миона. Гарри: И ты туда же? Ками уже вчера причислила меня к команде купидончиков на полставки, при этом забыв спросить надо ли оно мне. Джин: Надо, это тебе и я могу сказать. Передай Ками, когда проснется, что пусть меня тоже в купидоны записывает, я как раз хочу кое-что проверить. Гарри: Мне стоит бояться? Джин: Нет, тебя это не коснется, у меня как раз подопытные кролики появились. Гарри: Скорее уж подопытный Хорек. Ты сама то оклемалась? Джин: Да, более чем. Гарри: Нервничаешь? Джин: Есть немного. Трудно представить себя на одном из балов и с украшениями из семейного хранилища. Гарри: Ты и без них красивая. Гарри отправил последнее сообщение и тут же пожалел, поняв, что даже не подумал прежде чем признаться той, кто до безумия нравится, что она красивая. Джин: Спасибо. Можешь кое-с-чем помочь? Гарри: Да, конечно. Поттер весь подобрался, внутренне готовый к любым опасностям. Опасности, к сожалению или к счастью, обошли его стороной, зато не обошла беда под названием «Помоги выбрать». Джинни прислала видео сообщение, в котором сама была одета в спортивные штаны и толстовку, а на ногах были туфли. Две абсолютно разные, по мнению Джинни, туфли были для Гарри «белая туфля со стразиками» и «белая туфля с ленточкой», а говорить какая из них к чему больше подходит, а какая удобнее он и вовсе не осмелится: сам бы на них и шагу бы не сделал. В подобных случаях от Малфоя и то было бы больше пользы, а Гарри, пересматривая видео в третий раз, пытался понять на каком добром слове держится весь декор. От мыслей его оторвал скрип двери. Нарцисса зашла в комнату сына, слегка покачиваясь и кутаясь в лазурно-голубой халат до самого пола. Когда Поттер впервые увидел миссис Малфой, он подумал, что она напыщенная и надменная, как и ее сын, а сейчас, увидев ее такую помятую, понял, что она такой же человек. Просто примерно из той же оперы, что и тетя Петуния: на людях все должно быть идеально, в семейном же кругу можно все, что не запрещено законом. Нарцисса в этот момент потрогала лоб сына, проверяя температуру, а потом проделала тоже самое с Гермионой и Камилой, чем не мало удивила Гарри. В его то понимании, она была такой же маглоненавистницей, как и ее муж, и на дух не переносит всех нечистокровных. На самом же деле миссис Малфой оказалась очень спокойной и милой, Гарри даже несколько раз замечал их сходство с Ками. — Гарри, если что-то понадобиться, зови Тинки или Гекко, они принесут, - сказала Нарцисса, поглаживая Лёву. Миссис Малфой была в восторге от песика и панды племянницы и теперь думала уговорить мужа завести кого-то, кроме павлинов. Спонсировать несколько заповедников и приютов, но не взять ни одной зверушки себе - звучит , как минимум, глупо. Поттер поблагодарил, а потом снова посмотрел на сообщение от Джинни. Идея пришла сама собой, а гриффиндорское «главное попробовать!» решило всё за него. — Миссис Малфой, а можно вас кое-о-чем спросить? - Гарри аж встал с пола, где до этого сидел. — Смотря о чем, - ответила бывшая Блэк, даже не представляя, о чем ее может спросить Гарри. Гриффиндорец протянул ей телефон и кратко объяснил ситуацию. Нарси сначала удивилась, а потом тихо рассмеялась, понимая, что стала свидетелем зарождения «романа века», как обозвала бы это Скитер. — Лучше те, что со стразами, у них каблук устойчивее и они больше подходят для важных мероприятий, так как носы закрытые, а те, что с лентами больше подойдут для вечеринок. Или свидания, - последнее слово Нарцисса специально выделила, наблюдая за реакцией Национального Героя. Гарри смущенно покраснел, а потом рассыпался в благодарностях, стараясь сменить тему. Выйдя из комнаты сына, женщина еле сдержала рвущийся наружу смех. Так забавно было наблюдать за тем, как ребята пытались признаться в первой влюбленности и самим себе, и друг другу. Мерлина мать, она сама ведь когда-то была такой же. Также заигрывала с парнями, крутилась перед зеркалом по три часа, а потом любовалась подаренными букетами и по тысячу раз прогоняла в голове отдельные фразы и моменты. Сейчас же скоро она также будет помогать сыну с букетами для свиданий и подбором подарков. Любовь - это не высшее общество, правил нет и в помине быть не может, поэтому приходится разбираться по ситуации. Про выбор невесты для Драко Нарцисса боялась даже думать. Список предполагаемых невест из других чистокровных семейств был хоть и обширный, но никого толкового Нарцисса ни с первой, ни с десятой попытки так и не нашла. Половина не подходила уже потому что приходились Малфоям сколькотоюродными родственниками, а другая половина приводила в ужас одним внешним видом, манерами и репутацией. Вот и где им теперь искать невесту, если найти желательно в ближайшее лет пять , а не тридцать пять? Войдя в их с Люциусом апартаменты и присев рядом с мужем на софу, Малфой облокатилась на плечо мужа, с наслаждением прикрыв глаза. — Как там остальные? - спросила Нарси, откусывая кусочек конфетки. В ее крови было относительно мало примесей, так что и оклемалась относительно быстро. — Большая часть спит, только Сириус с Поттером и Люпином о чем-то спорят. Ты случайно не знаешь, твой дражайший кузен хотя бы пытался официально оформить себя, как анимага? - поцеловав жену в висок, задал вопрос Люциус, который решил взяться за дело шурина. — Понятия не имею, я то про анимагию узнала из-за того, что подслушала их нечаянно, - покачала головой Цисси, запуская пальцы в волосы мужа. — Так же нечаянно, как подсыпала слабительное в чашку той пуффендуйки? - с иронией уточнил Лорд Малфой. — Все малыши, кроме Гарри, спят, - сменила тему Нарцисса, играя с ленточкой из волос мужа. — Тебя не смущает, что «малышам» уже по пятнадцать лет? - усмехнулся блондин. — Нет, для меня они все такие же малыши, как и десять лет назад, только плюшевых игрушек не хватает, - фыркнула мать Драко, а потом протянула возлюбленному конфетку. В день их свадьбы со всех сторон летели шепотки со словами о том, что их брак договорной, что Блэкам нужно было обелить репутацию после побега, и только они и их близкие знали правду. Знали про переглядки, первые поцелуи за ширмами на балах и в Хогвартсе, знали про то, как они общались и флиртовали одними взглядами. Один раз даже дошло до того, что Люциус сорвал намечавшееся у Нарциссы свидание, а потом сам пригласил ее вместо «внезапно заболевшего» парня. Их брак - самый настоящий. Нарцисса до безумия предана мужу, а Люциус готов положить весь мир к ногам жены. Пройдя вместе все от войны до родительских споров, ни один из них не усомнился в своем выборе, а многочисленные измены, про которые любили судачить на балах и приемах, не более чем работа злых языков. *** Камила спала глубоким, безмятежным сном, погрузившись в теплую, бархатную темноту. Ее обычно беспокойный разум, полный ярких мыслей и стремительных эмоций, был непривычно тих, словно замер в ожидании. Сначала это было едва уловимое ощущение – легкое покалывание, не похожее ни на что знакомое, начинающееся глубоко в ее груди и медленно, как пульсирующий огонек, распространяющееся по венам. Это было не физическое ощущение холода или тепла, а скорее чувство пробуждающейся энергии, древней и мягкой, как шепот забытой колыбельной. Постепенно покалывание усиливалось, превращаясь в нежный, но настойчивый внутренний гул. В сознании Ками, еще пребывавшем в плену сна, начали возникать образы, нечеткие, как отражения в воде, но наполненные странной, безусловной ясностью. Это были не сны в привычном смысле, а скорее отрывки знаний, внезапные вспышки понимания, которые не требовали логического объяснения. Она чувствовала, как невидимые нити, сотканные из чего-то древнего и могущественного, начинают разматываться из самых глубоких уголков ее существа, тянутся сквозь пространство и время, связывая ее с прошлым, настоящим и будущим. Это было ощущение всеобъемлющей взаимосвязи, словно она внезапно стала частью огромной, дышащей сети, улавливающей вибрации эмоций, скрытые намерения и едва уловимые сдвиги в судьбах. В ее венах пульсировала не просто кровь, а древнее знание, и каждая клетка ее тела отзывалась на этот таинственный зов, раскрывая дремавший внутри дар интуиции, позволяя ей видеть и чувствовать то, что было скрыто от обычного глаза, понимать без слов и знать без объяснений. Мягкая шерстка слегка щекотала кончик носа Ками, от чего Тонкс начинала постепенно просыпаться. Открыв глаза, она не сразу поняла где находится и как здесь оказалась. Потерев руками глаза, Камила начала вспоминать все, что случилось утром и за вчерашний день. Гринготтс, проверка крови, зелья, Лестрейнджи, ужин с Ришарами, разговор с Гарри, утро, очищающее кровь зелье, головная боль и… ее дар. Резко сев на кровати, Тонкс попыталась почувствовать хоть что-то: нити, связывающие разные события, какие-то подсказки или идеи, - да все, что угодно - но не было абсолютно ничего! Из груди невольно вырвался разочарованный вздох. Такого она никак не ожидала. Осмотрев комнату в поисках чего-то съедобного и ничего не найдя, - наверное, эльфы забрали все, чтобы не испортилось - Ками встала с кровати с Бонней на руках и посмотрела на друзей. Волосы Гермионы разметались по подушке, а сама она преспокойно посапывала. Драко тоже спал, при это прижимая к себе Лёву то ли в качестве подушки, то ли игрушки. Шпиц, впрочем, и не возражал, напротив, был рад, что хоть кто-то увидел в нем королевскую персону и отдал такую огромную кровать ему под лежанку. Знал бы Малфой на что подписывается, так обнимая рыжего прохиндея, трижды подумал бы. Гарри, привыкший с самого детства засыпать в самых непонятных условиях, и вовсе вырубился на полу. Хмыкнув и запечатлев сие картину на память, чтобы было на “всякий случай”, Тонкс выключила телевизор, где Астрид и Иккинг уже оказались в Тайном мире драконов, а потом вышла из комнаты кузена, тихо прикрыв дверь. Теперь предстоял еще один квест - найти хоть кого-то, кто знает куда идти, чтобы раздобыть еду, и как туда попасть. Пройдя несколько коридоров, которые ,как на подбор, были с одинаковыми столиками, вазами, букетами, коврами и картинами, Камила наконец вышла к одной из лестниц и начала спускаться на первый этаж. Кухни и столовые всегда расположены на первом и цокольных этажах, а найти самую шумную и ароматную дверь не так и сложно. Про то, что у домовиков и мэнора есть своя магия, которая в теории может легко преградить ей путь и завести в какой-нибудь шикарный курятник для павлинов, Ками решила пока не думать. Будет проблема, будут и действия, а пока все идет по плану. Проходя мимо одной из гостиных, гриффиндорка услышала мамин голос и сразу последовала за ним. В комнате на одном из кресел ,обнимаясь, сидели Тед и Андромеда, рядом с ними на соседнем диване расположились все трое Лестрейнджей, а напротив них - Сигнус и Друэлла. — О, встал совенок под номером один, - со смехом сказал Тед, усаживая дочь рядом с собой и взлохмачивая ей волосы. Меда тем временем поцеловала дочку в лоб, проверяя нет ли температура, а потом одним взмахом палочки убрала запекшиеся пятна крови с толстовки. — Мам, а нас кормить чем-то, кроме чая и фруктов, будут? Это, конечно, неплохо, но я на питание для кроликов не подписывалась, - последняя фраза заставила практически всех в гостиной рассмеяться, а Друэлла тут же попросила эльфов принести что-нибудь вкусного. — Белла, ты когда в следующий раз решишь устроить несколько лет строгой диеты, я тебе так же скажу. Из разряда кроликов и зайцев я уже давно вышел, на одной траве долго не протяну, - не мог никак успокоиться Рабастан. Беллатриса на это просто закатила глаза, а потом хитро улыбнувшись направила на деверя палочку и шепотом произнесла заклинание на латыни. Спустя секунду комната опять взорвалась смехом, на этот раз из-за заячьих ушей, выросших на голове младшего Лестрейнджа. Камила нагнулась к тете и что-то прошептала ей на ухо, после чего бывшая Блэк еще больше рассмеялась и опять взмахнула палочкой. На этот раз Рабастан аж вскочил с дивана и начал с силой гладить свое мягкое место. Теперь у него был еще и хвост. — Мы так не договаривались! - возмутился мужчина. — А мы никак не договаривались, - пожала плечами младшая Тонкс, отпивая из кружки горячий шоколад, который принесли эльфы. Хотя горячим шоколадом это было сложно назвать, скорее шедевр, достойный какой-нибудь премии за самый красивый напиток . На поверхности был рисунок с мордочкой панды из корицы и топпинга, сама чашка украшена посыпкой и кокосовой стружкой, а рядом на блюдечке лежали зефирки, которые при попадании в чашку приобретали форму снитча. Такую красоту и пить жалко. — Ладно, тогда договариваемся: ты не подсказываешь Белле шуточки, которые она может опробовать на мне, а говоришь их мне, - предложил Рабастан так, будто обещает подарить розового слоника в обмен на шоколадную лягушку. — Ты совсем обалдел? - уточнила Белла, думая что еще можно добавить к уже имевшимся ушам и хвосту. — А мне то какая выгода от этого «договора»? - одновременно с ней спросила Тонкс, тиская Бонню. — Э…Моя помощь в любое время дня и ночи и классный дядя, - такого вопроса Рабастан никак не ожидал. Он почему-то думал, что Камила либо , как и все гриффиндорцы, помогает всем, кого видят, и ищет приключения себе на голову, либо копия Нарси под названием «белый пушистый котенок, когти и зубы показывает только из-за игрушек». Что-то логика и чутье его в это раз подвели. — Нет, с тетей Беллой дружить выгоднее, она хотя бы кинжалы метать научит. Научишь же? - для вида уточнила Тонкс, преданными глазами смотря на Лестрейндж, чем вызвала очередную волну смеха. Беллатриса с улыбкой кивнула, обещая Анди, что с ее сокровищем все будет в порядке. — Вот так и приходит осознание, что где-то ты пошел не туда, - подтрунивал над братом Рудольфус из-за чего уже не единожды уворачивался от летящих в него подушек, - А если серьезно, каким образом тебя занесло в Гриффиндор? Здесь же Слизерин чистой воды. — Я шляпе сказала, что не хочу жить в подземелья ,потому что там темно, холодно и страшно, она меня пожалела и отправила в Гриффиндор, сказав, что там согреют во всех смыслах, - поделилась хитростью Камила, допивая горячий шоколад и взяв сэндвич с шоколадной пастой и бананами. Андромеда и Тед, слышавшие эту историю уже несколько раз, лишь с улыбкой переглянулись, понимая, что тогда Шляпа сделала верный выбор. Гриффиндор раскрыл Ками, превратив ее из маленького котенка в готового возглавить свой прайд львенка, но при этом не дав погаснуть ее природному любопытству и эмоциональности. Остальные же между собой решили никак не комментировать описание их родных подземелий. Да, зимой там было прохладно, а по ночам жутковато, зато никто не шумел в коридорах. Продолжая тему попавших в Гриффиндор слизеринцев, в гостиную вошел Гарри, сонно потирая глаза. Он сам не заметил, как уснул, и сейчас чувствовал себя в какой-то прострации. — Добрейшее утро, Ваше величество, - шутливо отдала честь Камила. — И тебе не хворать, котярик. Кто-то в курсе куда мои родители и крестный подевались? - спросил Гарри, откусывая кусочек от сэндвича с шоколадной пастой и клубникой. — Джеймс и Лили вместе с Карлусом и Дореей отправились в Гринготтс, а Сириус и Марлин сочиняют убедительную сказку для Визенгамота, - поделился Тед, вдыхая сладкий аромат волос жены. — Сказки это скорее к Дамболдору, один раз послушаешь - лапша с ушей до пола свисать будет, - хмыкнул Поттер. — И то верно, - согласился с гриффиндорцем Сигнус, наблюдая за взаимодействием Камилы и Гарри. Эти двое до боли напоминали ему Андромеду и Сириуса примерно в этом же возрасте , и каждый раз Блэк хотел встряхнуть головой, чтобы отогнать лишние мысли. Доев сэндвичи и чуть-чуть поболтав со взрослыми, подростки решили осмотреть Малфой-мэнор, пока большая часть его обитателей свят. Обойдя весь первый этаж и обогнув западную второго, где находился кабинет Люциуса, Гарри и Ками каким-то образом вышли к библиотеке и здесь роль уже сыграло природное гриффиндорское любопытство. Библиотека Хогвартса и близко не стояла рядом с этим местом. Мягкий солнечный свет проникал в двухуровневое помещение сквозь огромные витражные окна, доходившие до самого потолка, заливая зал золотистым сиянием . Этот свет играл на полированном белом мраморе пола, отражаясь от него и от резных, позолоченных элементов, украшающих колонны и невероятно высокие потолки. Высоченные книжные стеллажи, встроенные прямо в стены, уходили ввысь на два этажа, обвиваясь вокруг просторного балкона с балюстрадой из того же светлого, почти молочного камня, откуда можно было получить доступ к самым высоким полкам. Здесь хранились не только тома по истории магии и древние пророчества, но и тайные гримуары, трактаты по темным искусствам, и запыленные генеалогические древа, тщательно оберегаемые поколениями Малфоев. Это было место не для легкого чтения, а для глубоких исследований, поиска забытых заклинаний или изучения родовых секретов. Воздух здесь всегда был пропитан запахом старой кожи и пергамента, а тишина нарушалась лишь легким скрипом шагов по мрамору. Шокированно присвиснув , Гарри начал осматривать ближайший к нему стеллаж, где находились книги по истории магловского и магического миров. «Магическая Англия в средние века», «Эпоха дворцовых переворотов Российской Империи. Роль Министерства Магии и аристократии», «Жизнь магического мира в период Второй Мировой войны» - Поттер вчитывался в десятки названий и к собственному удивлению подумал, что хотел бы прочитать некоторые из этих книг. Сейчас история не казалась такой нудной, а отсутствие где либо гоблинов и их переворотов и вовсе походило на сказку. Ками же в этот момент обходила один ряд за другим , сама не понимая, что хочет найти. Она уже видела книги по зельеварению, стеллаж с детскими сказками и даже несколько полок с магловским нон-фикшином, некоторые из которых Тонкс видела у папы и дедушки в кабинетах. Но ничего из этого не подходило, хотя и привлекало внимание. Наконец остановившись возле одного из стеллажей, гриффиндорка начала искать взглядом что-то, на что откликнулась бы ее душа. Спустя пару секунд рука невольно потянулась к томику в темно-синей обложке, украшенному золотыми и серебряными узорами, а на корешке значилось «Les sources de magie et leurs guides». «Источники магии и их проводники» мысленно перевела Камила, доставая книгу и садясь с ней на пол. Открыв первую страницу и увидев на ней подпись «Доброму другу Роберту Абакасу Малфою, 06.09.1959», Тонкс пролистнула несколько страниц вперед, глазами пробегая по тексту. Тема источников магии никогда ее особо не интересовала, да и повода залезть в столь узкий раздел магической науки как такового не было. Долистав до шестьсот какой-то страницы, где речь уже шла о магических проводниках, Ками зацепилась взглядом на картинку, а потом почувствовала, как внутри прошелся неприятный холодок. На странице была изображена нарисованная от руки Черная метка, а рядом с ней начинался текст на французском. — Рабское клеймо, - шепотом произнесла гриффиндорка, внутренне поежившись. Даже без интуиции она понимала, что содержимое ей не понравится, но все же продолжила читать. «Рабское клеймо ( от лат. Sulla schiena) - заклятие проводник магии, созданное Пьером Лесаж в 1563 году, признано запрещенным в 1921 году МКВ ( Международный Конгресс Волшебников ). Заклятие было создано в целях предотвращения крестьянских бунтов, но впоследствии использовалось волшебниками в корыстных целях. Рабское клеймо является одним из самых специфичных проводников магии, так как оно действует только в одностороннем порядке и его применение допустимо исключительно на маглах. Это правило обусловлено тем, что заклятие напрямую воздействует на человеческие органы чувств, а в случае применение его на волшебниках - на магический резерв. С помощью данного заклинания маг подчиняет магла как физически, так и ментально ( один взмах палочки способен причинить боль, сравнимую с Круциатусом, а также появляется способность передавать маглу свои мысли и эмоции, выдавая их за его/ее собственные ). Одновременно один волшебник может контролировать до пятидесяти маглов. В случае наложения данного заклятия на волшебника сохраняются все вышеперечисленные эффекты, за исключением того, что маги обладающие знаниями и навыками в областях леггилеменции и оклюменции могут противостоять ментальному воздействию. Также с помощью клейма маг, наложивший заклятие, может переместить любого из подконтрольных ему волшебников к себе независимо от его/ее воли. Изначально Рабское клеймо являлось исключительно законным аналогом заклятие Империус, но после нескольких случаев наложения клейма на волшебников были выявлены его свойства как магического проводника. Маг, наложивший заклятие, начинает постепенно перенимать часть магии колдуна, на которого наложено заклятие, а в случае привязки колдуна к одному или нескольким Родам из Древних Семей Волшебников наложивший заклятие маг черпает силу непосредственно от семейного алтаря/алтарей.» Дальше читать Тонкс не видела никакого смысла, картинка и так складывалась в единый пазл. Черная метка это измененное заклятие Рабское клеймо, которое на протяжении десятилетий высасывало из многих чистокровных семей их магию из-за чего волшебники стали вырождаться, а список чистокровных семей значительно поредел. — Если Миона это увидит, сама поведет Малфоя под венец, - раздался голос Гарри, усиленный эхом. Ками согласно кивнула, а потом встав с пола, положила книгу на место, мысленно запоминая где находится этот стеллаж. Надо будет найти побольше информации на эту тему. *** Джинни скептически осматривала свое отражение в зеркале, пытаясь понять подходит ее наряд под заданную «тему» или нет. Платье молочного цвета с объемными цветочными аппликациями, которые переходили от лифа к подолу, создавая ощущение невесомости и романтичности. Нежный светлый оттенок платья идеально подчеркивал ее рыжие волосы, придавая образу свежести и яркости. Дополняли наряд изящные туфли-лодочки из кремового кружева, украшенные небольшими стразами, которые добавляли образу утонченности. Небольшая сумочка-клатч в тон платью и жемчужные серьги-подвески придавали образу завершенность и элегантность. Сколько времени они потратили в поисках подходящего платья страшно представить.Ходить с братьями по магазинам - то еще занятие: деньги дают на всё, говорят, что ты красивая во всем, а вот понять, что подходит тебе на самом деле никак не помогают. Ситуацию спасла девушка-консультант, которая прониклась проблемой Уизли и комментировала буквально каждое платье, а потом нашла ей несколько вариантов, от которых Джин хотела пищать и падать в обморок от красоты. Последний раз посмотрев в зеркало, гриффиндорка вышла из комнаты, которая теперь принадлежала ей. Абсолютно все младшие Уизли получили личные апартаменты в хозяйском крыле Дарнхольда, а для близнецов специально подыскали сдвоенные, чтобы не разлучать парочку шутников, которые больше оценили огромную территорию и лабораторию. Перси и Рон были в восторге от огромных комнат, где Лукреция разрешила делать все, что угодно, Билл и Чарли спокойно осматривали свои хоромы и только Джинни чувствовала себя неуютно. Стоя посреди своей новой спальни, Джинни чувствовала себя, словно попала в совершенно иной мир. Всё здесь было пропитано изысканной элегантностью, далекой от привычной ей суматохи в Норе. Стены, выкрашенные в нежный мятный цвет, были украшены тонкой лепниной с золотыми вставками, повторяющимися на потолке, где красовалась массивная хрустальная люстра. Тяжелые, бархатные шторы изумрудного цвета, ниспадающие мягкими складками, обрамляли высокое окно, сквозь которое проникал солнечный свет, смешиваясь с мягким сиянием люстры. Комната была обставлена антикварной мебелью, каждая деталь которой говорила о вековой истории. У одной стены стоял изящный туалетный столик с зеркалом в резной золотой раме, за которым лежала пухлая пудра и флакончики с духами. Рядом находился миниатюрный стул, а по другую сторону комнаты располагалась широкая кровать с высоким изголовьем, украшенным витиеватым узором. На ней лежали аккуратно сложенные подушки и плед такого же мятного цвета, как и стены, создавая ощущение уюта и спокойствия. В углу комнаты, возле окна, стояло кресло с высокой спинкой, обитое мягкой тканью, идеальное место для чтения или просто мечтаний. На полу расстилался ковер с нежным цветочным узором, добавляя комнате завершенности. Все здесь, от изысканной мебели до мельчайших деталей декора, создавало атмосферу роскоши и безмятежности, что было совершенно не свойственно жизни Джинни в последнее время. Проверив уведомления на телефоне и улыбнувшись фотографии от Ками, на которой Гарри игрался с Бонней игрушкой для котов, младшая Уизли начала не торопясь спускаться по лестнице, погруженная в собственные мысли. Она всегда смотрела на аристократию, как на нечто из другого мира. Все эти длинные приветствия, приемы, дресс-код для каждой минуты - она знала все максимально поверхностно и никогда из-за этого не страдала: ни в Хогвартсе, ни тем более среди друзей в этом не было нужды. Сейчас же она сама станет частью этого «мира», хотя еще несколько месяцев назад от одного упоминания Лордов и Леди пренебрежительно закатывала глаза. Смешно Судьба пошутила. Встретившись с Фредом и Джорджем, которые смотрелись слишком непривычно в абсолютно белых брюках, кедах и рубашках-поло, они вместе пошли ко входу в ту часть подземелий, где располагался алтарный зал. Все уже были на месте. Билл заинтересованно осматривал разные артефакты на полках, постоянно что-то спрашивая и уточняя у Игнотуса. Молли безуспешно пыталась скрыть собственное волнение и уже в который раз поправляла манжеты мужа и братьев, негромко причитая. Рон заметно нервничал, что выдавал хруст его костяшек. Самыми спокойными оказались Перси и Чарли, которые встали в уголочке разговаривали о новых подпунктах закона «О содержании волшебных существ первого уровня опасности». Когда же все собрались и встали полукругом, огонь в факелах погас, оставляя алтарь единственным источником света. Игнотус взял один из кинжалов, чья рукоять была украшена россыпью рубинов и сапфиров, одним движением рассекает себе ладонь. Едва первая капля крови упала на алтарь, он начал читать длинное заклинание на латыни. Первыми к отцу подошли Фабиан и Гидеон, также обогревая своей кровью алтарь и зачитывая заклятие. Джинни понимала лишь отдельные слова, которые, как ей казалось, вряд ли употреблялись в одном контексте. Следующим подошел Артур, чем начал часть принятие в Род новых членов семьи. Пока красная, словно герб Гриффиндора, кровь стекала по стенкам алтаря, старший Уизли читал клятву на латыни, а потом надел на безымянный палец перстень младшего Лорда Пруэтта, чем соединил их две семьи. Руки Артура на несколько секунд покрылись узорами насыщенно-оранжевого цвета, а спустя секунду этим же цветом засиял и алтарь. Теперь они побочная ветвь. Братья один за другим подходили к Игнотусу, соединяя свою кровь и магию с алтарем, с самим Родом. Сейчас Джинни, как никогда видела разницу между своими братьями. Билл находчив и умен, Чарли взрывной и харизматичный, Перси спокойный, близнецы всегда знают как выкрутиться из любой ситуации, а Рон преданный и дружелюбный. Похожие внешне, они все совершенно разные, и именно в этот момент Джинни увидела это слишком ясно. Когда настал ее черед, Джин почувствовала, что ее ладони вспотели, а взгляд мечется из стороны в сторону. Легкое прикосновение Рона и едва заметный кивок от Билла заставили ее на секунду прикрыть глаза и сделать шаг вперед. Один, два три. Цокот ее шпилек разносился на весь зал и сейчас казался оглушительно громким. Все произошло намного быстрее, чем Джинни ожидала. Порез оказался безболезненным, а клятва вопреки ожиданиям не была такой длинной и заковыристой. Как только последнее слово было сказано, а после круг крови замкнут, на руках Джин вспыхнули бледно-бирюзовые узоры. Джинни слышала обрывки фраз, радостный хохот близнецов и облегченный выдох мамы, но сама не произнесла ни слова. Получилось. Теперь она Джиневра Молли Уизли-Пруэтт, наследница двух великих чистокровных семей. Мерлин, к такому ее жизнь точно не готовила. *** Остаток дня прошел спокойно. Уизли-Пруэтты быстро отужинали и легли спать, Поттеры с помощью гоблинов открыли одну из своих квартир в центре Лондона, куда планируют перебраться на следующей неделе, а Блэки провели остаток дня в Малфой-мэноре. Младшие члены семьи отходили после принятия зелья и просто отдыхали, радуясь внезапному выходному среди недели, а старшие до глубокой ночи разбирались с юридическими делами семьи. Но в итоге все остались довольны. По просьбе Арктуруса и Поллукса Люциус назначил собрание Палаты Лордов на следующий день, а оттуда по возможности Блэки и Поттеры будут обращаться в Визенгамот, пользуясь поддержкой других семей из священных двадцати восьми. Подросткам тоже было дано задание: за ближайшие несколько дней разузнать какая обстановка среди людей, выведать нефильтрованные новости и если получится, составить список перспективных молодых людей, с которыми было бы неплохо поддерживать хорошие отношения. Драко и Камила не стали долго тянуть с просьбой старших и назначили встречи уже на утро следующего дня. Ками собиралась вместе с Джинни и Гермионой встретиться с сестрами Патил и Сьюзен Боунс в уютном итальянском ресторанчике, а Драко вместе с Блейзом, Теодором Ноттом и Дафной Гринграсс выбрали для себя кафе на Косой Аллее. Гарри и Рон в этот день вызвались помочь с переездом Поттеров, сказав, что договорятся о встрече с друзьями на выходных. Билл, Чарли и Дора же как обычно отправились на работу, решив, что легче их толпы выцепить нужных людей и завязать с ними небольшую светскую беседу, а потом предложить встретиться за чашечкой кофе. Младшая Тонкс подкрашивала ресницы в прихожей, когда остальная часть семьи носилась по дому. Андромеда по телефону договаривалась насчет новой поставки цветов для одного из своих ресторанов, при этом застегивая сережки. Нимфадора сушила голову в ванной, на ходу читая собственный отчёт, который она писала на коленках и минут за двадцать, а Тед завязал галстук, делая заметки к сегодняшнему совещанию.Боння и Лёва не отставали от хозяев и крутились под ногами, рискуя уронить кого-то. Решив не заморачиваться над внешним видом, Камила выбрала простое сиреневое платье-лапшу на одно плечо, белые кеды и сумочку в тон. Волосы остались распущенными и спускались едва заметными волнами до середины спины, а из украшений были только комплект Аурелии Блэк, серебряные гвозди с бриллиантами от Graff и пару колец. Ками в последний раз оглядела себя и начала искать в ящике шлейку и рулетку для Левы. Шпиц уже вертелся возле хозяйки, желающий побыстрее пойти гулять. Боння же в этот момент выпрашивал у Теда яблоко, лежащее в стеклянной вазочке. Подойдя к мужу и поцеловав его в щеку, Анди взяла на руки панду и повторила движение дочери осмотрев собственное отражение. Из зеркала на нее смотрела красивая женщина в классических молочных брюках, шелковом топе и босоножках в тон на высокой шпильке. Волосы были забраны в низкий хвост с выпущенными у лица прядями, а на плече висела маленькая сумочка. Боння, подражая хозяйкам, начал рассматривать себя и горделиво распугал хвост. Миссис Тонкс одолжила у дочки фамильяра, чтобы провести небольшой эксперимент с помощью панды и сделать необычных фотографий для профиля заведения в социальных сетях. Во второй половине дня Ками так или иначе приедет к маме и заберет питомца себе, а в центре магловского Лондона красная панда может стать причиной лишнего внимания и вопросов. Нимфадоре сегодня нужно было с самого утра заняться допросами, поэтому никуда не торопилась, зная, что ни свидетели, ни Тим и Мирела, двое мракоборцев, вместе с которыми она вела это дело, не будут готовы к назначенным девяти утра. Именно поэтому метаморфиня сейчас преспокойно наносила макияж, вызывая белую зависть у остальной части семьи. — Систр, не наглей так сильно, эта палетка - моя, - фыркнула Ками, зашедшая в ванну за влажными салфетками. — А ты не жадничай, и без этого красивая, - глянув на сестру, а затем на себя, девушка сотворила на волосах легкие волны. — Ты ,знаешь ли, тоже, - закатила глаза Камила и ,сжав сестру в объятиях, - Ладно, я побежала. Люблю. — Будь аккуратней, - попросила Дора, смотря в глаза сестре. Ками кивнула и вернула сестре улыбку, а после вышла на улицу, где ее уже ждал папа в машине. На Гриммо тем временем уже собрались Арктурус, Поллукс, Орион, Альфред и Сигнус и совсем скоро должны были прибыть Джеймс, Карлус и Уизли-Пруэтты. Люциус с самого утра отправился в Министерство, чтобы удостовериться в том заседание состоится, а приглашения получили все без исключения. Блэки обожали устраивать шоу, и это обещало быть грандиозным. Палата Лордов с давних времен обладала силой и властью, которые могли сравниться только с властью и силой Визенгамота. Многие наивно полагают, что в Палате заседают исключительно чистокровные, но это не так. Среди членов есть множество полукровок, которые наравне с чистокровными получают свои места и право членства в Палате по наследству. Некоторые когда-то сами были чистокровными, но оказавшись на грани исчезновения выбрали разбавить кровь и заключить браки с маглорожденными вместо того, чтобы исчезнуть насовсем. Другие десятилетиями были преданными Блэкам и их вассалам, в результате чего и получили свои места. Естественно были и те, кто открыто недолюбливал звездное семейство, но идти против не решались: про то, как Блэки поступали с предателями знали все. Знали, а потому боялись. Сейчас же Блэкам нужно заявить о себе, сделать так, чтобы вся Британия содрогалась и говорила только о них. Задача, сложная на первый взгляд, значительно упрощалась, когда рядом были те, кто на протяжении десяти лет считался для общества мертвым. Осталось только убедить всех в правдивости той истории, которую они сочиняли полночи, и собраться узким кругом, чтобы обсудить все последние события. Ну заодно и шороху в Министерстве наведут, так даже лучше: все сразу начнут поправлять и прятать свои косяки, а там и дыры бюджета найдутся, и не сделанные отчеты будут готовы, и ряд работников резко начнет интересоваться заменой документов, чтобы не спалиться с поддельными. С первых шагов в атриуме Министерства на них были направлены сотни взглядов. Кто-то вставал в ступор, не веря собственным глазам, другие по привычке здоровались и только через несколько секунд осознавали кому пожелали хорошего дня. Молодой маг на пропускном контроле сначала потребовал у них палочки, но получив пинок под столом от коллеги, быстро извинился и раскланялся. К тому моменту, когда Блэки дошли до зала заседания Палаты Лордов, они услышали больше сотни пожеланий хорошего дня, здоровья, богатства и процветания, увидели, как некоторые хватаются за сердце и, поминая Мерлина, говорят, что быть того не может, а также стали свидетелями, как молодой парень побежал докладывать об увиденном Фаджу. Так как начальство не опаздывает, а задерживается, когда Блэки, Поттеры и Пруэтты пришли, в зале уже присутствовали все остальные члены Палаты. В первую минуту воцарилась тишина, никто не понимал видит он очень качественную иллюзию или реальных людей. Первым опомнившись, Лорд Шафик встал и поклонился, тоже сделала его супруга. Один за другим Лорды и Леди вставали со своих мест, приветствуя давних знакомых. Заняв свои места, Лорды поприветствовали всех знакомых, ответили на пожелания и бегло осмотрели присутствующих. Часть заметно постарели, что свидетельствует о том, что семейные алтари ослабли, некоторые места заняли молодые люди, всем не больше тридцати, а другие остались практически такими же, какими были и десять, и двадцать лет назад. Общий интерес был очевиден, а потому слово взял Арктурус, как действующий глава Рода. По их версии никто из них никогда не умирал, это был стазис, вызванный одним из древних семейных артефактов. Версия основывалась на том, что артефакт почувствовал, что Род Блэков и их ближайшие союзники на грани исчезновения, а потому постепенно погружал членов семьи один за другим в стазис. Почему артефакт решил именно сейчас дезактивировать собственную магию они так и не поняли, но времени терять не стали. Из всех присутствующих гуру артефакторики были только Поттеры, которые как раз помогали сочинять данную историю, а значит свято в нее уверовали и стали непосредственной частью, и Нельсоны, которые с первых слов поставили под сомнение все сказанное, но промолчали, так как были преданы Блэкам уже многие годы. У остальных вопросов не возникло: Орион и Карлус рассказали очень много точных моментов, разбавленных датами и очень похожими именами, пользуясь тем, что мало кто разбирается в переплетениях родословных. По итогу все покивали с очень умным видом и перешли к более насущным темам. — На самом деле, есть вопрос, который мы бы хотели обсудить, - начал Лиам Нотт, переглядываясь с Маттиасом Гринграссом и Робертом Макмилланом, - У детей в Хогвартсе массово перестают работать комплекты Наследников. — Если честно, не понимаю причины, по которой вы подняли этот вопрос, Лиам. Перестал работать комплект - обратитесь к артефактору и смените комплект Наследника, - с насмешкой сказал Яксли, чем вызвал у многих жгучее желание закатить глаза. — Мы так и сделали, причем не единожды. Мой сын за четыре года обучения в Хогвартсе сменил уже три комплекта Наследников, но при этом все три ,со слов разных экспертов, исправны, - сквозь зубы произнес отец Теодора. — Такая проблема не только у Ноттов, - вмешался в разговор Маттиас, - Аналогичная ситуация произошла и с Дафной, и с Асторией. Кроме того, есть вероятность того, что дети подверглись воздействию леггилеменции. — Применение леггилеменции к несовершеннолетним строго запрещено, подобное обвинение требует доказательств и расследования, - задумчиво прикусила губу Леди Сэлвин. — Расследование будет в любом случае, Саванна. К руководству школы есть очень много вопросов, касающихся безопасности наших детей, - кивнул ей Орион, вытаскивая из папки копии проверок крови Драко, Камилы и Гарри, где оставили только информацию о примесях, ядах и магических печатях. Копии разлетелись по одному экземпляру на каждого из присутствующих. Спустя пять минут в зале не было ни одного человека, кто сохранил бы беспристрастное лицо и остался спокойным. Лорды и Леди негодовали, возмущались и требовали, чтобы немедленно пришел кто-нибудь из представителей Визенгамота. Члены Попечительского Совета тоже не остались в стороне, мысленно планируя внезапную проверку школьных подземелий и кухни. — Как такое могло произойти?! Чтобы добиться такого результата нужно принимать зелья на регулярной основе как минимум несколько месяцев , а родители уж точно не стали бы травить собственного ребенка! - возмущению Августы Долгопупс и Сирены Шафик не было предела. — Куда смотрит администрация школы и деканы?! За каким дракклом мы ежемесячно выделяем огромные деньги на безопасность своих детей в школе, если в итоге наши дети чудом остались живы?! - поддержал женщин Спенсер О’Донахью, чья дочь сейчас училась на втором курсе Когтеврана. «Нужно проверить Сару, мало ли что» подумал мужчина, понимая, что таких совпадений не бывает. — Судя по всему наши деньги там же, где и клятвы Дамболдора о безопасности, - буквально прошипел Роберт, - В школе творится черти что! То ученики превращаются в камень, то дементоры вокруг Хогвартса летают, то Пожиратель смерти уроки по Защите от Темных Искусств, а дальше чего ждать? Того, что детей будут учить отражать непростительные Ступефаем? — О каких дементорах, именем Мерлина, идет речь? - тут же спросил Поллукс, в голове проклиная того «умника», кто додумался приставить к школе, полной юных волшебников с нестабильной магией и психикой, этих тварей. Гум стоял ужасный. Каждый высказывал все, что он думает о халатности директора и его фразочках по типу «Хогвартс - самое безопасное место на свете и равных ему нет», а некоторые даже не скупились на далеко не аристократичные слова и выражения, которые приходили на ум, едва человек осознавал в какой опасности были дети. У каждого в зале были братья и сестры, дети, племянники, внуки - частички души, которые никоим образом не должны быть замешаны в политических распрях, а потому равнодушным не остался никто. — Что за шум, а драки нет? - раздался со стороны входа голос старшей из сестер Тонкс. Нимфадора с интересом разглядывала всех присутствующих, ловя на себе недоуменные взгляды и иногда кивая тем, с кем была лично знакома. Она узнала, что собрание до сих пор не закончилось, и решила сразу отдать найденные документы кому-нибудь из дедушек, но услышав шум и крики, не смогла противостоять собственному любопытству. Она выбрала образ, сочетающий практичность и стильную небрежность, присущую ей. Свободный, но идеально скроенный бледно-голубой блейзер с двумя рядами черных пуговиц служит идеальным фоном для ее яркой индивидуальности. Под ним — короткий черный топ, который добавляет немного дерзости, но в то же время остается элегантным. Ее ноги обтягивает пара черных шорт с необычным асимметричным разрезом, подчеркивающих стройность и свободу движений. На ногах — белые кроссовки, надетые поверх высоких белых носков, что придает образу современный и немного спортивный вид. Маленькая светло-серая сумочка через плечо, дополненная черными очками-кошками, завершает этот смелый и запоминающийся образ . — Мисс, а вы, простите…, - старший Роули даже не успел закончить вопрос, как получил ответ. — Нимфадора Тонкс - мракоборец специального подразделения «Сирена», - для достоверности Дора даже показала удостоверение. — Согласно статье 429 о работе Аврората, мракоборцы не имеют права присутствовать на заседании Палаты Лордов, - начал было диктовать свод правил Лорд Кэрроу, но был тут же перебит Сигнусом. — Нимфадора здесь не как аврор, а как член семьи, - эта фраза заставила Тонкс улыбнуться и энергично зашагать в сторону дедушки. Протянув папку с документами Поллуксу, девушка что-то прошептала и указала на один из участков документа. Блэк довольно улыбнулся и демонстративно поцеловал внучку в макушку, желая показать насколько она близкий и дорогой для Блэков человек и что один ее волосок - цена чьей-то жизни. Буквально спустя пару минут Дора распрощалась с Блэками и убежала в Аврорат, оставив взрослых разбираться с неудобными вопросами. Неловкая тишина продлилась не больше двух минут, Лорд Теро решил уточнить: — Насколько я понимаю, Нимфадора Тонкс здесь и проверка крови на имя Камилы Тонкс - это не простое совпадение? — Камила и Нимфадора дочери Андромеды и Теда. Соответственно, они - мои внучки, - преспокойно отозвался Сигнус, хотя взглядом анализировал реакцию каждого, кто находился в зале. Раздался нестройный ряд поздравлений, и постепенно разговор перешел на более насущные темы, хотя Блэки были уверены: к вечеру об одновременно счастливом и таинственным воссоединении благородного семейства Блэк не будет говорить только ленивый. *** В самом сердце оживленного Лондона, скрытый от суеты на узкой улочке, притаился крошечный итальянский ресторанчик "La Piccola Trattoria". Его фасад, облицованный старинным красным кирпичом, украшают герань в горшках на кованых балконах и вывеска с изящной вязью, словно перенесенная прямиком из солнечной Италии. Внутри царила атмосфера тепла и уюта: приглушенный свет от гирлянд теплых лампочек, деревянные столики, накрытые клетчатыми скатертями, и стены, увешанные черно-белыми фотографиями старой Италии, создавали ощущение домашнего очага. Здесь, под аромат свежеиспеченного хлеба и пряных трав, всегда звучит тихая итальянская музыка. Камила обожала этот ресторан за по-настоящему итальянскую еду, полную зелени и оливкового масла. Здесь было все от простых, но восхитительных паст до домашних равиоли и ароматной пиццы из дровяной печи – каждый кусочек здесь наполнен любовью и традициями. Для Ками этот маленький уголок Италии в Лондоне - способ вспомнить те несколько лет перед поступлением в Хогвартс, когда они жили на семейной вилле в Белладжо. Сидя вместе с девочками за столиком у окна и поедая пасту балоньезе, Ками буквально нутром ощущала, как чей-то взгляд устремлен промеж ее лопаток. Тонкс несколько раз пыталась рассмотреть есть ли кто за ее спиной с помощью карманного зеркальца, пытаясь разглядеть есть ли кто-то среди кустов. Ничего. Девочки заметили нервозность Камилы, несколько раз спрашивали все ли в порядке и каждый раз слышали фальшивое «Да, все прекрасно». Прекрасно не было, напротив, все инстинкты кричали «беги», а внутренности сжимались от предчувствия беды. Это уже происходило. Перед третьим туром, в день, когда на Гермиону напал василиск, в ту ночь, когда они будучи первокурсниками решили погеройствовать и пойти спасать философский камень. Ками ощущала это каждый раз, когда опасность и смерть уже наступали на пятки и оставался один единственный вариант - бежать. Бежать за помощью, бежать, чтобы спасти, бежать, только чтобы остаться в живых. Тонкс доверяла своей интуиции значительно больше, чем глазам: их можно обмануть той же мантией-невидимкой или делюминационными чарами. Открыв в телефоне мессенджер, она нашла среди контактов Драко, который был записан, как Хорек и написала: Ками: Вы скоро закончите? Хорек: Не очень, уже десерт едим. А что? Ками: Можешь зайти потом за мной, Джинни и Герми? Хорек: Во что вы уже вляпались? Если подкатывает особо настырный официант, то я отправлю Блейза, он обожает устраивать драму. Драко хотел добавить, что Забини точно не будет против встречи с Тонкс, но забыл про любые шутки, едва прочитал следующее сообщение. Ками: Мне кажется за нами кто-то следит. Хорек: Блять. Ждите, мы с парнями скоро будем. Малфой выключил телефон и тут же попросил официанта принести счет. Тео, заметивший нервозность друга, вопросительно поднял бровь на что получил лишь «Надо сейчас кое-куда наведаться будет». Внешне абсолютно спокойный Драко внутри хотел подорваться с места и , взяв друзей за шкирку, бежать к ресторану, где сейчас сидели девочки. Он на всю жизнь запомнил рассказ отца о том, как одну из его кузин пытались украсть, и сейчас в глубине души боялся, что история может повториться. Камила никогда не была для него чужим человеком, с первых дней в Хогвартсе он всегда краем глаза присматривал за сестрой, хотя и изображал ненависть. Сейчас же, когда они только начали нормально общаться и стали похожи на типичных брата и сестру, он осознал, что боится ее потерять. В Хогвартсе это ощущалось по-другому: там главной целью всегда был Гарри, и Драко это особо не заботило, а здесь и сейчас опасность грозит именно его сестре. А в том, что опасность есть он не сомневался, в ином случае Ками, как истинная гриффиндорка, сказала бы, что справится сама и нашла еще больше приключений себе на голову. Еще и Грейнджер там. Малфой сам не понимал почему рано или поздно все его мысли сводились к Гермионе, но и выбросить ее из головы не мог. Гриффиндорка засела в его мыслях еще на первом курсе, когда он стал вторым в списке успеваемости. Потом она сломала ему нос и залепила звонкую пощечину, чем ввела его в ступор, заставив в миг пожалеть о всех сказанных словах. Окончательно Драко поплыл на святочном балу, наблюдая, как Гермиона кружится в танце с Виктором Крамом. Она была до невозможности красивой в том платье. Встряхнув головой, блондин отогнал лишние мысли и встал из-за стола. Он извинился перед Дафной за то, что забирает парней с собой и быстро вышел из кафе. Гринграсс никогда не была дурой и понимала, что у поведения Драко определенно есть веская причина, а потому даже не стала возражать, решив разузнать все потом у Тео. «Драко и Блейз определенно в чем-то замешаны, не стали бы они просто так на протяжении полутора часов расспрашивать нас о последних новостях, несколько раз намекая на родовые алтари и возрождение Того-кого-нельзя-называть. Надо спросить у папы, может он знает что-нибудь» думала девушка, перемещаясь домой через камин. Тео едва поспевал за Драко и Блейзом, которые чуть ли не бегом направлялись к пешеходному переходу. Малфой без лишних слов отдал друзьям телефон с открытой перепиской и уже спустя минуту все трое стремительно пробирались сквозь толпу. На лице Драко была непроницаемая маска, скрывающая тревогу, Блейз гневно ругался на итальянском, а Тео всем своим видом давал понять, что очень напряжен. Когда до входа в ресторан оставалось метров пятьдесят, им пришлось замедлить шаг, чтобы осмотреть все в округе и не привлекать к себе внимания. Никто из слизеринцев не заметил ничего подозрительного и они втроем вальяжно вошли в ресторан. Девочки уже ждали их за столиком. — Ну наконец-то! - воскликнула Джинни, вставая из-за стола. С того момента, как Падма, Парвати и Сьюзен ушли, про уже сорок минут, и все это время девочки провели в нервном ожидании. Джинни и Гермиона прекрасно знали, что интуиция Ками - не то, с чем можно шутить, а потому даже не усомнились в ее словах и настороженности. — Вечно вам, гриффиндорцам спокойно не живется, даже на каникулах умудряетесь найти приключения на задницу, - фыркнул Тео. Блейз же без слов обнял Камилу, шепотом спрашивая все ли хорошо. Когда Драко дал ему прочитать переписку, Забини впервые в жизни почувствовал настоящий страх. Не тот, что возникает перед контрольной работой или когда в тебя на полной скорости летит бланджер, а тот, из-за которого ты начинаешь про себя молиться и осознаешь насколько человек для тебя дорог. Сейчас итальянец просто пытался успокоить, сжимая Тонкс в объятиях и вдыхая сладкий аромат ванили. Драко даже не стал возражать против того, что кузина его не заметила, а просто выдохнул, благодаря Салазара за то, что ничего плохого не случилось. — Нужно уходить отсюда, мы не можем торчать здесь целый день, - прервала затянувшееся молчание Гермиона, которая была искренне благодарна слизеринцам. Гарри и Рон навряд ли бы смогли примчаться так быстро, хотя бы потому что сейчас находились вместе со старшими Поттерами в пригороде и помогали с покупкой мебели. — На Гриммо мы тоже пойти не можем, могут проследить, - согласилась с подругой Джинни. — Может в ресторан к тете Анди? - предложил Блейз, поглаживая Лёву, который сразу стал проситься к нему на руки. — Нет, я не хочу своими же руками привести кого-то подозрительного к своим близким, - покачала головой Камила, вспоминая, что делать и куда идти в таких ситуациях. — Значит, нам нужно место, чтобы перекантоваться несколько часов, где куча охраны, чтобы шпион не смог оставаться там незамеченным слишком долго, - обобщил Нотт, внутренне поражаясь, как он оказался в компании трех гриффиндорок, за которыми ведется слежка. Камила застыла, пораженная словами парня, и хлопнула себя по лбу. Как она сразу не догадалась?! — Кажется, я знаю такое место, - проговорила Тонкс, вбивая нужный адрес в приложение такси