Сердце из обсидиана

Фаенон проспал еще цикл и сбросил одеяло спуская ноги с кровати. Холодный каменный пол обжёг босые ступни, но он лишь поморщился — после всего пережитого такие мелочи его не волновали. Мышцы ныли после долгого сна, крылья за спиной потянулись, разминаясь, и несколько белоснежных перьев сорвались с них, медленно планируя на пол. — Ну наконец-то, — пробормотал меч, наблюдая за ним от изголовья. — А то я уж думал, ты решил проспать до следующего тысячелетия. — Пять цикла — не тысячелетие, — отозвался Фаенон, разминая шею. — Для меня — как тысячелетие! — возразил клинок. — Я тут сидел, караулил, скучал! Ты даже не представляешь, каково это — торчать у кровати, пока твой хозяин дрыхнет и видит сны! Архангел хмыкнул, но ничего не ответил. Он встал в полный рост, и в этот момент меч засуетился. Из рукояти вырвались маленькие красные ручки — те самые, что уже однажды превратили его доспехи в платье горничной. На этот раз они действовали иначе. — Стой смирно, — скомандовал клинок. — Я тут, пока ты спал, немного... потренировался. Красные ручки замерцали, и вокруг тела Фаенона начали материализовываться доспехи. Не те тяжёлые, чёрные, что были на нём раньше, а нечто новое. Пластины ложились на плечи, грудь и предплечья с мягким, почти музыкальным звоном. Металл был тёмно-серым, с едва заметным синеватым отливом, а по краям доспехов вилась тонкая золотая гравировка — руны, которых Фаенон никогда не видел. Они слабо светились, пульсируя в такт его сердцебиению. Нагрудник облегал торс идеально, не сковывая движений. Наплечники были легче прежних, но выглядели прочнее — заострённые, хищные, с прорезями для крыльев. Наручи удлинились, закрывая тыльную сторону ладоней, а на костяшках пальцев проступили едва заметные шипы. Поножи, набедренники, сапоги — всё подогнано до миллиметра. Когда последняя пластина встала на место, меч удовлетворённо вздохнул. — Готово! Как тебе? Фаенон повертел руками, размял плечи, сделал пару пробных взмахов крыльями. Доспехи сидели идеально — не жали, не тёрли, не мешали движениям. Он приподнял бровь. — Неплохо. Откуда ты... — Я же разумное изделие, вообще-то, — перебил меч с ноткой гордости. — У меня в памяти куча древних чертежей. Пока ты спал, я перебирал варианты. Этот — из эпохи Войны Рассвета. — Ладно. Сойдёт. — «Сойдёт»?! — возмутился меч. — Я старался, между прочим! — Я сказал «спасибо». — Нет, ты сказал «сойдёт»! Это разные вещи! Их общение прервал низкий, вибрирующий смешок от двери. Мидей снова стоял на пороге, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к косяку. Его золотистые глаза с откровенным интересом скользили по фигуре Фаенона, задержавшись на новых доспехах. — А жаль, — протянул он, и в его голосе прозвучала неприкрытая игривость. — Мне нравилось, когда ты был голым. Фаенон замер. Его крылья взметнулись, но он сдержал порыв. Вместо этого он медленно, очень медленно повернул голову к демону. — Что ты сказал? — Правду, — Мидей пожал плечами с самым невинным видом. — Пять цикла ты лежал в моей постели совершенно обнажённый. Я успел привыкнуть. Архангел прищурился. Его сапфировые глаза опасно сверкнули. Он сделал шаг вперёд, затем ещё один — и с силой опустил пятку на хвост Владыки, который как раз лениво покачивался у его ног. Мидей взвыл. — Ах ты ж...! — Ой, — произнёс Фаенон с ледяным спокойствием, глядя на него сверху вниз. — А это твой хвост? Надо же. Такой длинный, что я случайно наступил. — Случайно?! — прорычал демон, пытаясь высвободить конечность. — Ты прицелился! — Не выдумывай. — Я видел, как ты смотрел! — Тебе показалось. Меч, наблюдавший за этой сценой, тихо хихикнул в углу. Владыка перевёл яростный взгляд на клинок, но тот тут же притворился неодушевлённым предметом. — Вы оба... — начал Мидеймос, но осёкся, потому что Фаенон наконец убрал ногу с его хвоста. Архангел наклонился, разглядывая пострадавшую конечность. — Больно? — Нет! — рявкнул демон, прижимая хвост к себе. — Просто... неожиданно! — Вот и славно, — Фаенон выпрямился и, не удержавшись, добавил: — В следующий раз думай, что говоришь. — В следующий раз я тебя свяжу этим хвостом, — буркнул Владыка. — Попробуй. — И попробую! — Мальчики, — вмешался меч усталым голосом, — может, вы уже перейдёте к делу? Война на носу, а вы тут как старые супруги. Два возмущённых взгляда устремились на клинок одновременно. — Мы не супруги! — Кто тут старый?! Меч захлопнул глаз, всем своим видом выражая покорность судьбе. Перепалка утихла. Фаенон поправил наплечник и подошёл к окну — высокому витражному проёму, сквозь который пробивался тусклый красный свет лавового кольца. За окном расстилался Город Проклятых: шпили замков, цепи, острова в огненной бездне. Где-то там, внизу, уже собирались легионы — Владыка готовился к войне. Когда архангел заговорил снова, его голос звучал совершенно иначе. Игривые нотки исчезли, уступив место холодной, расчётливой серьёзности. — Нужно напасть на Рай. Мидей, потиравший ушибленный хвост, замер. Его глаза сузились, превратившись в две золотистые щели. Он медленно выпрямился. — Я тоже это планировал, — произнёс он, и его голос стал ниже, тяжелее. — Мне кое-что оттуда нужно. Фаенон обернулся, встречая его взгляд. — Артефакт? — И не только, — Владыка шагнул ближе. — Но об этом позже. Сначала — армия. Он развернулся к двери, но на мгновение остановился и бросил взгляд через плечо. — Ты идёшь в Архив? — Да, — кивнул архангел. — Нужно найти информацию о пророчестве. И об артефакте. — Будь осторожен, — произнёс Мидеймос, и в его голосе мелькнуло что-то, чего он, кажется, сам не ожидал. Фаенон приподнял бровь. — Это ты мне говоришь? — Я серьёзно, — Владыка нахмурился. — После того сна ты изменился. Твоя аура... она другая. Если что-то пойдёт не так... — Я справлюсь, — перебил его архангел. — Иди. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Затем Мидеймос коротко кивнул и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Его шаги стихли в коридоре, и в комнате снова воцарилась тишина. Фаенон выдохнул. Подошёл к изголовью и взял меч, привычным движением закидывая его за спину. Клинок пристроился в специальных пазах на новых доспехах — идеально, как будто их создавали друг для друга. — Ну что, — произнёс архангел, направляясь к выходу, — идём в Архив.

***

Демонический Архив находился в той же части Ада, куда они спускались с Каэлем целую вечность назад — казалось, с тех пор прошла целая жизнь. Это был колоссальный полуразрушенный замок, прилепившийся к скалистому острову над рекой застывшей лавы. Когда-то здесь хранились знания всей преисподней: договоры, пророчества, карты, генеалогии древних родов. Теперь же Архив пребывал в запустении. Часть башен обвалилась. Стены зияли трещинами, сквозь которые сочился тусклый красный свет. Крыша главного зала провалилась, и внутрь свободно залетали пепел и сернистый ветер. Но самое главное — книги. Сотни тысяч книг, свитков, кодексов — все они ещё были здесь. Покрытые пылью, оплетённые паутиной, но целые. Фаенон прошелся на площадку перед входом, сложив крылья, и огляделся. Ни души. Только ветер завывал в пустых проёмах окон. — Мрачновато, — заметил меч с его спины, моргнув глазом. — Даже по меркам Ада. Архангел толкнул тяжёлую дверь, и она со скрипом поддалась. Внутри пахло старой бумагой, плесенью и чем-то ещё — чем-то древним, что спало здесь веками и не хотело просыпаться. — Кстати, — вдруг оживился меч, пока они шли по тёмному коридору, освещённому лишь слабым сиянием рун на доспехах, — ты знал, что этот Архив построили ещё до Первого Владыки? — До Мидеймоса? — уточнил Фаенон. — Ага! — глаз клинка загорелся энтузиазмом. — Говорят, его возвели Древние — те, кто населял Ад ещё до демонов. Их цивилизация исчезла задолго до того, как Мидей захватил власть. Никто не знает, куда они делись. Но их постройки до сих пор стоят. А некоторые книги здесь написаны на языке, который никто уже не может прочесть. Архангел замедлил шаг, оглядывая стены. Теперь он заметил то, на что раньше не обратил бы внимания: кладка в основании стен отличалась от верхней части. Более древняя. Более грубая, но в то же время — более точная. Камни подогнаны друг к другу без зазоров, без раствора, словно их сплавили воедино неведомой магией. — Интересный факт, — признал он. — У меня их много! — похвастался меч. — Вот, например, знаешь ли ты, что... Договорить он не успел. В воздухе перед Фаеноном что-то мерцнуло. Архангел инстинктивно схватился за рукоять меча, но тут же замер: из пустоты проступил призрачный силуэт. Не целое тело — лишь фрагменты. Голова, ключицы и руки, парящие в воздухе, сотканные из полупрозрачного золотистого света. Лицо — прекрасное и пугающее одновременно — смотрело на архангела с лёгкой, почти насмешливой улыбкой. — Вообще-то, — произнёс призрачный бог мелодичным голосом, — он прав. Архив действительно построили Древние. Фаенон отреагировал мгновенно. С лязгом выхватив меч из-за спины, он выставил клинок перед собой, принимая боевую стойку. Крылья распахнулись, задевая стены узкого коридора. — ТЫ! — выдохнул он, и его голос дрогнул. — Я... я испугался! — Я заметил, — спокойно отозвался Каослана. Меч, всё ещё зажатый в руке архангела, издал сдавленный писк. Его глаз расширился до предела, уставившись на призрачного бога. — ОНО ГОВОРИТ! — взвизгнул клинок. — ТО ЕСТЬ ОН! БОГ! ПРЯМО ЗДЕСЬ! ФАЕНОН, ОН ЗДЕСЬ! — Я вижу, — процедил архангел, не опуская оружия. — Зачем ты явился? Разве мы не достаточно общались во сне? Каослана — вернее, его фрагментарная проекция — медленно облетела вокруг архангела, рассматривая его с тем же выражением лёгкого любопытства, с каким разглядывают забавного зверька. Его золотистые руки, парящие отдельно от тела, сложились в жесте, напоминающем молитвенный. — Во сне я мог говорить с тобой только в твоём подсознании, — пояснил бог. — А здесь, в Архиве, граница между мирами тоньше. Здесь я могу... проявляться. Ненадолго. — Зачем? — повторил Фаенон. — Чтобы помочь, — Каослана склонил голову к плечу. — Ты ищешь информацию об артефакте Высших ангелов. Я знаю, где она лежит. И я знаю, что это такое. Архангел медленно опустил меч. Его сердце всё ещё колотилось где-то в горле, но паника отступала, сменяясь привычной настороженностью. — Почему ты не рассказал об этом во сне? — Потому что во сне Бездна пыталась тебя сожрать, — резонно заметил бог. — Было не до лекций. Меч, всё ещё подрагивая, выдавил: — Он... он логичен. Это пугает ещё больше. Каослана перевёл взгляд на клинок, и его улыбка стала чуть шире. — Забавный объект. Очень... разговорчивый. — Я не объект! — возмутился меч. — Я личность! — Конечно, — согласился бог с такой интонацией, что было совершенно ясно: он просто не хочет спорить. Фаенон вложил меч в ножны за спиной и скрестил руки на груди. Его взгляд стал холодным и оценивающим. — Ладно. Допустим, я тебе верю. Что ты знаешь об артефакте? Призрачная голова Каосланы подплыла ближе, почти вплотную к лицу архангела. Золотистое сияние осветило его черты, и в этом свете стало видно, насколько сильно изменился Фаенон: удлинённые рога отбрасывали тени на лоб, а нимб над головой всё ещё сочился чёрными каплями, которые испарялись, не долетая до пола. — Артефакт называется «Сердце Рассвета», — произнёс бог. — Его создали Высшие ангелы после Падения — после того, как я... исчез. Они верили, что смогут уничтожить Ад раз и навсегда. Но они не учли одного. — Чего? — спросил Фаенон. — Того, что Сердце Рассвета питается не только светом, — Каослана прищурился. — Оно впитывает и тьму. И когда звёзды сойдутся, оно вберёт в себя всю тьму Ада и весь свет Рая. А затем... Он разжал призрачные пальцы, имитируя взрыв. — Уничтожит всё, — закончил архангел. — Именно. В коридоре повисла тишина. Фаенон переваривал услышанное, глядя в пол. Его крылья медленно складывались, прижимаясь к спине. Наконец он поднял голову. — Где найти информацию о том, как его остановить? Каослана указал призрачной рукой вглубь коридора. — Второй ярус. Секция «Запретные пророчества». Стеллаж с номером 777. Книга в чёрном переплёте с золотым глазом на обложке. Архангел кивнул и уже собирался идти, но бог его остановил. — Фаенон. — Что? — Некоторые знания меняют того, кто их получает. Ты уже изменился. Но это... может изменить тебя сильнее. — Голос Каосланы стал серьёзным Фаенон выдержал его взгляд. — Я справлюсь. — Я знаю, — бог улыбнулся, и его фигура начала таять. Он исчез. Золотистое сияние погасло, и коридор снова погрузился в красноватый полумрак, нарушаемый лишь рунами на доспехах архангела. Меч за его спиной издал долгий, протяжный выдох. — Фаенон... — Что? — Я, кажется, поседел. — Ты металлический. — Ну, тогда заржавел! Это было жутко! Он появился из ниоткуда, и ты схватился за меня, и я подумал, что мы сейчас будем сражаться с богом, а я к такому не готов, у меня даже разминки не было! — Заткнись, — беззлобно бросил Фаенон. — Молчу, — меч затих на мгновение, а потом добавил: — Но ты тоже испугался. Ты сам сказал. Архангел вздохнул и направился вглубь Архива. — Я не испугался. Я был... удивлён. — Ага, конечно. «Я испугался» — это дословная цитата. — Я тебя перекую. — В сотый раз обещаешь!