Между строк

Драко сидел в кабинете, занятый своей обычной рутинной работой. В голове было полно мыслей, поэтому дела двигались медленно. Он то и дело останавливался и словно зависал, разглядывая фотографию на своем столе – кольцо с черным ониксом ярко выделялось на бледной коже тонкой руки Нарциссы Малфой, которая ласково придерживала Скорпиуса. Он любил свою мать. Драко потер виски, вспоминая то, как она поздоровалась с Гермионой. Гермиона расстроилась, он это заметил. Заметил, как перед этим она тепло улыбнулась Скорпиусу, касаясь его ручки, ее румяные после мороза щеки, волосы, не собранные, растрепавшиеся от шарфа. Она нравилась ему такой, простой и настоящей. Он любил ее. Это открытие поразило его. Он был уверен, что слишком привык не испытывать ничего, даже их школьная привязанность представлялась ему юношеской глупостью, желанием бунтовать против родителей, помутнением, чем угодно. До того, как они снова встретились на этом дурацком слушании, он успел обесценить все, что когда-либо чувствовал. По отношению к ней, по отношению ко всем. Но теперь… Драко совершенно не знал, что и думать. Его привычный образ мыслей, принципы и планы, все снова будто перевернулось с ног на голову. Он опять подумал о родителях. Слова отца за завтраком, мать старалась вести себя правильно – ее ранило то, что Драко постоянно наказывал их, разлучая с внуком, но он просто не был готов что-то решить, он был чертовски напуган. – Драко, ты в порядке? Таффин зовет тебя в кабинет, – Роуз уселась за соседний стол, настороженно поглядывая на него. – Да, – он устало потер глаза. – Паршиво спал… Он говорил, зачем? Роуз пожала плечами, Драко встал и, взяв свою палочку отправился в кабинет начальника. Как же он ненавидел туда ходить. – Добрый день, мистер Малфой… Выглядишь не очень, все нормально? – мистер Таффин казался серьезным, он даже встал. – Ээ… да, спасибо, сэр. – На следующей неделе будем слушать проект Грейнджер в полном составе. Ты готов? – Я? Что вы имеете в виду? – Драко насторожился. – Мне нужно, чтоб ты собрал для меня материалы, – ответил Таффин вполне будничным тоном. – У тебя есть прекрасный шанс наконец доказать, что в тебе есть что-то, кроме фамилии. Малфой уже не раз слышал подобное в свой адрес, но сейчас ему было совсем не до подобных угроз. Он просто устал. – Какого характера? – сдержанно поинтересовался он. – Что угодно, что ограничит их возможность проводить новые рейды. У меня есть некоторые наработки, но я хочу узнать, насколько ты готов работать и посвятить себя задаче. Прошлые твои исследования по поводу мистера Диггори были неплохими. Уверен, Грейнджер тоже не без греха, – Таффин смотрел на Драко так, словно видел его насквозь. Захотелось сбежать. – Вы хотите выступить против принятия проекта? – прямо спросил Малфой. – Разве это уже не решенное дело? Таффин замялся, не желая говорить откровенно. – Проект примут, но мы можем оспорить условия. Я знаю, что вы с Грейнджер ладите, значит ты можешь выяснить подробности дела и подготовиться. Драко замер. Он предполагал, что рано или поздно услышит что-то подобное, но все равно испытал шок. На него внезапно нахлынули воспоминания о том, как он вынужден был врать Гермионе по поводу своих дел в Выручай-комнате. Он потер лоб и сжал ладонь в кулак, убирая за спину. – Я не буду этого делать, – отрезал он. – Что? – Таффин поднял тонкую бровь. – Я не буду для вас шпионить. Мне нравится этот проект, и… я мог бы предложить несколько поправок из того, что мне известно, но… я не могу пойти против своей совести, – произнес Малфой отчетливо. Он не был уверен, что когда-либо использовал слово "совесть" в своем лексиконе. Таффин опешил. Он резко подошел ближе. – Что значит не будешь? Я дал тебе работу! С каких это пор чистая кровь для тебя пустое слово? – он размахивал тонким пальцем так, что Драко отшатнулся, опасаясь остаться без глаза. Ему каким-то образом удавалось сохранить самообладание. – И я вам очень благодарен, сэр, но я не буду делать то, с чем не согласен, – он отвечал так, что и сам был поражен. – Не согласен? – Таффин сардонически прищурился, – знаю я, с чем согласны такие как ты, – он махнул на правое предплечье Драко, где под рубашкой все еще красовалась Черная метка. Кровь отлила от лица. – Я… подготовлю необходимый для вас документ, но не ручаюсь за результат. – Ты… в своем уме, Малфой? – Таффин не сдавался, теперь он был похож на взбесившуюся ворону, – да когда я вышвырну тебя, ты не сможешь устроиться даже драить унитазы на нижнем уровне! Ты понял меня? – Я понял, сэр, – хрипло ответил Драко и попятился назад. Он выскочил за дверь, случайно хлопнув ей на весь отдел. Сидящие в помещении люди подняли на него головы с любопытством. Драко оскалился, и ноги сами донесли его в кабинет. На свободе оцепенение будто спало, и эмоции нахлынули на него, он был возмущен до предела. – Драко.. Что случилось? – Роуз подняла голову, когда он вихрем залетел внутрь. – Ничего, – рявкнул Малфой. – Чертов придурок… Он взволнованно взъерошил свои волосы и подошел к столу, прикидывая, что ему делать. Он уволен или еще нет? На столе лежала одна служебная записка. Драко хотел было смахнуть ее, чтобы дать себе успокоиться, но надпись с краю привлекла его внимание. Гарри Поттер. Поттер прислал ему служебную записку. Он быстро развернул самолетик, чуть не разорвав его надвое, и прочел содержимое. Приглашал его в свой кабинет. Это какая-то шутка? Драко смял бумажку и кинул в урну. Сегодня он не был в настроении выяснять отношения со своими школьными "друзьями". Впрочем, кто он был такой, чтоб отказывать звезде Аврората? Что ему может быть надо? Некоторое время сопротивляясь и кроя Поттера на чем свет стоит, Драко все же привел себя в порядок и отправился туда, куда указано было в записке. По дороге он все еще с тревогой думал о разговоре с Таффином и своей дальнейшей судьбе. Путь оказался долгий – Аврорат находился в самом дальнем конце этажа, или же это Канцелярия была слишком тщательно спрятана. Когда он зашел в отдел, на него не взглянул только ленивый. Драко мысленно выругался и решил осведомиться у первого же человека, который попался ему на глаза: – Где у вас тут Звездный мальчик? Ему указали на большую дубовую дверь с табличкой. Выглядит представительно. Малфой выдохнул, все еще пребывая на взводе, постучался и сразу же зашел. – Это еще что значит? Отмечаете помолвку? Перед ним за столом сидел Поттер, Уизли развалился в кресле, а Грейнджер как надзирательница стояла в стороне, у искусственно освещенного изнутри окошка. У Малфоя в кабинете не было даже такого. Он метнул на них по очереди недружелюбный взгляд. – Присаживайся, мы тебя ждали, – сказал Гарри, сам не зная, как разговаривать с Малфоем. Драко скривился. В последний раз они разговаривали… в прошлом тысячелетии. Тогда Поттер еще не раздавал такие распоряжения. Грейнджер выглядела спокойной, а она-то тут что забыла? Будет его адвокатом? – По какому вопросу? У меня не такой большой перерыв. Гарри смотрел на него спокойно, но с легким пренебрежением. – Это серьезно, касается твоего отца. Драко с шумом выдохнул, этого еще не хватало. – Моего отца? Он что-то натворил? – он все еще оставался стоять. – Это мы и пытаемся выяснить, – бросил Рон. Драко даже не взглянул в его сторону. – Я не знаю о делах своего отца, – отрезал он. – Может ты все же сядешь? – Я сам разберусь, Поттер, – огрызнулся Драко. Гермиона выдохнула, и они с Гарри переглянулись. Он смягчился. – Ладно, я серьезно, это не допрос. Посмотри на эту вещь. Ты когда-нибудь видел что-то похожее? Гарри указал на край своего стола. В стеклянном сосуде лежало небольшое украшение, похожее на брошь. Драко бегло взглянул на него и сразу же отвел взгляд, показывая свою незаинтересованность. – Нет, с какой стати? – резко ответил он. После войны ему пришлось пережить десятки рейдов, которые сопровождались похожими вопросами. Гарри стиснул зубы, разговор явно никак не шел. – Но кто кроме тебя может знать, чем занимается Люциус Малфой? Нам нужна твоя помощь. – И не я, мы практически не общаемся, – Драко взглянул на Гермиону, она выглядела удивленной, ведь она видела его с матерью пару дней назад. – Почему это? – выпалил Гарри. Драко холодно усмехнулся. – А ты как думаешь, Поттер? Похоже, что нас с ним связывают счастливые воспоминания школьных лет? – Ну, он твой отец… – Тебе не понять, не напрягайся, – с нажимом ответил Малфой. Гарри машинально сжал кулак. – Ты… – Прекратите! – не выдержала Гермиона. Она подошла к столу. – Мы здесь не для того, чтоб упражняться в оскорблениях. – Кстати да, Грейнджер, ты-то тут зачем? Разве ты не занята планированием того, как будешь кошмарить чистокровок? Рон резко встал с кресла. Гермиона лишь закатила глаза, поймав лукавый взгляд Малфоя. Она даже не знала, что несколько минут назад он нарвался на серьезный выговор по ее милости. – Хватит, я сказала, – оборвала она его резко, – сядь, Рон. И ты тоже, – она показала на Драко. Малфой развел руками и сел, вальяжно устроившись в кресле. Ему понравился этот небольшой гермионин перфоманс. Он будет делать, как она скажет. – Что ж, начнем сначала, – произнес он. – Мой отец попался на ваши радары? Что на этот раз? Пытается воскресить Темного Лорда, достает Уизли, угрожает МакГонагалл? – Ты знаешь Нотта-старшего? Они близки? – Гарри решил делать вид, что оглох ко всему, что не касается главной темы разговора. Драко замолчал. По его лицу Гермиона поняла, что он насторожился. – Знаю, они общались, сколько себя помню. Но не последние несколько лет. – Я слышал, что он коллекционер и изобретатель, – Гарри что-то записывал, и Малфоя это явно бесило. – Это было одним из их общих интересов. Но, как знаете, после того, как у отца почти все конфисковали, ему не слишком-то везет в коллекционировании, – Драко водил пальцами по ручке кресла, чтобы успокоиться. – Очень жаль, – не сдержался Гарри. Гермиона следила за разговором. – Значит, вы не видитесь? Он не бывает у тебя в гостях в Лондоне? – вмешалась она. Драко нахмурился, его рука замерла на месте. Какого черта она спрашивает у него при этих двоих о том, о чем они говорили наедине? – Каждую субботу, а потом мы счастливым семейством идем есть мороженое в Косую Аллею, – наигранно протянул он. – Ах да, забыл, следом мы все вместе воскрешаем Темного Лорда. Гермиона явно была не в восторге от его ответов. Она и так испытывала стресс оттого, что им приходилось обсуждать это вчетвером, так еще и Малфой решил усложнить ей жизнь. Она сверкнула на него глазами, и он ответил тем же. – Все понятно, это бесполезно, – вздохнул Гарри. Драко пожал плечами. – Я могу идти? – он встал. – Нет, – отрезал Гарри, тоже поднимаясь со стула. – Послушай, Малфой. Ты может и не общаешься с отцом, но нам нужна эта информация. Он интересовался этой вещью. Гарри говорил с нажимом. Гермиона невольно взглянула на него, она узнавала этот тон, и очень не хотела сейчас новой перепалки. – Ничем не могу помочь. Спросите у моей матери, они видятся чаще, – Драко оправил рукава резким движением. – К тому же она лучше разбирается в цацках. – Твоя мать не работает в Министерстве магии, Малфой, – Гарри подался вперед. – Тебе ведь не нравится торчать в Канцелярии, я угадал? Боюсь, я не смогу тебе помочь, если мы не будем сотрудничать. Драко буквально побелел. Сегодня все решили ему угрожать, даже чертов Поттер? – Гарри, – с опаской подала голос Гермиона. – Мне показалось, или ты мне угрожаешь, Поттер? – выплюнул Малфой. – Ты ударился головой? Если меня уволят за то, что я подвешу тебя к потолку, я не пожалею ни на минуту. Гермиона была в отчаянии, Гарри – в ярости, Рон снова встал. – Ну! – Гарри резко повернулся к ней. – Ты обещала, что с ним можно говорить. Что-то я не вижу и малейшей предпосылки к дальнейшему разговору. – Ты правда такое пообещала, Грейнджер? – поддакнул Малфой. – Заткнись, – она пригрозила ему и снова посмотрела на Гарри. – Он уже сказал, что не общается с отцом, что еще ты хочешь? – А, значит это я виноват? – Никто не виноват, вы оба просто упертые бараны! Я не подписывалась под этим! Проявите хоть чуточку уважения друг к другу! Ты ничего не добьешься, если будешь так давить, Гарри! Драко фыркнул, услышав про "уважение". Он злился и был не особо приветлив с Поттером, но Гермиона была на его стороне, так ему показалось. После того, как она крайне агрессивно велела ему "заткнуться". Это его немного остудило, и он почувствовал себя ей обязанным. Он бросил взгляд на Рона, который все еще стоял. Гарри раздраженно потер виски. – Кхм… Возможно, я могу поговорить с Ноттом, – отрезал Драко и хмуро взглянул на Гермиону. – Отец мне все равно ничего не расскажет. Гермиона заметила в его глазах то выражение, которое говорило: "Только ради тебя". Она посмотрела на него с благодарностью и закусила губу. – Прекрасно… – вздохнул Гарри. – Вот и поговорили… Драко развел руками и откланялся. Он так резко обернулся, что было слышно, как хлопнула ткань мантии. Гермиона почувствовала, что очень не хочет оставаться и наигранно улыбнулась Гарри. – Прекрасно, – повторила она и вышла вслед за Малфоем. Они поравнялись, выходя из Аврората. Драко придержал ей дверь, не ожидав увидеть ее рядом. Гермиона смерила его неодобрительным взглядом. Она была недовольна им, но ее щеки пылали, и выглядела она раззадоренной. Это вызывало противоречивые эмоции, очень приземленные. Злость на Поттера показалась ему чем-то далеким и забытым, не говоря уже про идиота Таффина. – Что! – не выдержал Драко. – Не думай, что ты был прав, Малфой. – Я и не думал… Но мне показалось, ты выгородила меня… Спасла мою шкуру, – издевательски заметил он. – Просто закрой рот, – бросила Гермиона. Они переглянулись, Малфой поднял бровь, а она пожала плечами. Он не понял, куда они шли и хотел рассказать ей о том, что случилось ранее, о том, что случилось во "Флориш и Блоттс", обо всем, но они не говорили. Гермиона почувствовала эту неловкость и считала шаги до того, как они доберутся до коридора, ведущего в ее кабинет. Драко снова вспомнил о разговоре с Таффином и затормозил. Внутренний голос отчетливо подсказал ему, что нужно делать. – Послушай, Грейнджер. Я должен тебе кое-что рассказать, – сказал он тихо, оглянувшись по сторонам, – это насчет работы, – пояснил Драко. Впрочем, о чем же еще. – Таффин… опять хочет выступить против твоего проекта. Он поручил мне подготовить материалы. – Материалы? Какие материалы? – Гермиона нахмурилась, удивленная резкой смене темы разговора. Драко пожал плечами. – Хочет, чтоб я накопал на тебя что-нибудь. Думаешь, есть у тебя какие-нибудь грешки? – сказал он небрежно. Гермиона закатила глаза. – Ничем не могу тебе помочь, – отрезала она, но заметила, что за мнимым нахальством Малфоя скрывается беспокойство. – Что будешь делать? – Я ответил, что не буду этим заниматься, – сказал он честно, – Таффин стал давить на происхождение… Но это не моя борьба. – Драко хотелось, чтоб она знала. Гермиона резко взглянула на него, мгновенно поняв, в чем причина того, что он был сегодня на взводе. Она могла только представить, какой разговор состоялся между ним и его неприятным начальником. – Он же от тебя не отстанет. – А что я могу сделать? – отрезал Драко. – Подготовить то, что он хочет, – Гермиона обеспокоенно кусала губы, этот разговор ее почему-то разволновал, но совсем не из-за Таффина. – Он в любом случае попытается оспорить проект. – Удачи ему. Уверен, он справится без моей помощи. Гермиона не могла понять, зачем он ей все это говорит. – Но ты ведь дорожишь этой работой! – Значит, нет, – не сдавался Драко. Гермиона вздохнула, она и забыла, насколько он может быть упертым. – Послушай… Сделай, что он просит. Я покажу тебе свои записи, – решительно сказала она. – Что? Нет, пошел он к черту, – выпалил Драко. – Я рассказал тебе не для этого. Ее реакция его очень тронула, но он не подал виду. Она покачала головой. – Я не боюсь его, – Гермиона призадумалась, не решаясь выдвинуть свое предложение. – Мы можем сделать это вместе. Составим план возможных возражений… Вместе. Кажется, такое уже случалось с ними раньше. – Гермиона… – он даже немного растерялся. Она подняла брови. – Ну, если ты не хочешь… – начала она. – Я не знаю. Я не хочу вмешиваться в твою работу. Конечно, он хотел, чтоб она помогла ему, каким бы унизительным это не казалось. Он бы очень хотел. Гермиона кивнула и слегка улыбнулась. – Тогда поговорим после. Мне надо бежать. – Я напишу тебе, – бросил он. Они попрощались, и Гермиона свернула в коридор, ведущий к ней в кабинет. Драко еще некоторое время стоял на месте, затем тоже ушел к себе. Коллеги, только вернувшись с обеденного перерыва, были заняты каждый своим делом. Драко плюхнулся за стол и окинул взглядом свое рабочее пространство. Они составят отчет. Он и Гермиона. Об этом они договорились? Она сама предложила. Но он сказал, что не уверен… Не уверен, что сможет выдержать их слишком тесное сотрудничество. Прошло несколько часов, и в отделе уже почти никого не было. Гермиона барабанила пальцами по столу, поглядывая на часы. Ей удалось спокойно доработать, теперь ее мысли снова бегали по кругу, вызывая легкую тревогу. Служебная записка от Драко лежала с краю стола. Гермиона хотела поскорее закончить и пойти к нему в кабинет, но в то же время боялась этого. Она предложила ему свою помощь, зачем? Он написал, что идея вполне имеет смысл, и он будет ждать ее в конце рабочего дня. Дверь в его кабинет была приоткрыта, и Гермиона позволила себе несколько мгновений поглазеть, прежде чем постучать. Драко сидел за столом и что-то увлеченно писал. – Заходи, я уже закончил, – он отложил перо и откнулся в кресле. Гермиона подошла к нему, Драко встал и начал собираться, организуя порядок на столе. Она наблюдала за тем, как он это делает так, как будто увидела впервые. – Я взяла свои старые записи… Думаю, этого будет достаточно. Они немного отличаются от финального проекта. Драко остановился и взглянул на нее с благодарностью. Он хотел повторить, что ей не обязательно это делать, но почувствовал, что ему не стоит ставить под вопрос ее инициативу. – Как прошел твой день? Готовишься к слушанию? – формально спрашивал он, все еще убираясь на столе. – По большей части все уже готово, – протянула Гермиона, поглаживая пальцами обшивку стола. Драко кивнул, он закончил уборку и машинально поправил свои рукава, затем подошел к ней, не уверенный в том, как именно перейти к нужному разговору. – Мы с Дафной обычно меняемся… она меня ждет. – Тебе нужно домой? – Гермиона все еще не могла привыкнуть к Малфою-отцу. Вообще привыкнуть к нему. – Если ты не против. Мой кабинет получше этого, – усмехнулся он, и Гермиона вдруг поняла, что он предлагает ей поработать у него дома. Ей стало дурно от одной только мысли об этом. Впрочем, не будут же они работать здесь… Где же еще? Ей стоило заранее подумать об этом. – А… Дафна? – она все еще была под впечатлением от неприятной встречи в книжном. Драко выдохнул, довольный тем, что они друг друга поняли, и пожал плечами. Он отошел, чтоб накинуть дорожную мантию. – А что Дафна? Неужто ты ее боишься, Грейнджер? – бросил он нарочито небрежно. Гермиона фыркнула, но затем улыбнулась. Ей не хотелось говорить в серьезном тоне. – Мы явно не подруги. – Я думал, тебе и не нужны подруги, – он поправил свой воротник и пригладил волосы с такой тщательностью, словно они не собирались путешествовать домой через камин, – мы работаем вместе, так что это не ее дело. Идем. Драко подозвал ее жестом, они вышли в коридор. Канцелярский отдел уже давно опустел, и пока они добирались до Атриума, им встретились буквально пара человек. Гермиона вдруг подумала о том, что они шли вместе как два обычных человека, это было так странно, но в то же время будто бы так и должно было быть. Драко, наверное, подумал о том же. Пока они ехали в лифте, он пояснил ей, какой адрес нужно произнести в камине. – Драко, что за дела? Ты должен был вернуться полтора часа назад! – возмущенно воскликнула Дафна, когда он появился в гостиной. Она уже была одета для того, чтоб вернуться домой, и разглядывала вместе со Скорпиусом детскую книжку, ожидая Драко в любой момент. – Извини, меня задержали. И я не один… Не успел он прояснить ситуацию, как Гермиона вышла из камина. Дафна удивленно воззрилась на нее, вставая с кресла. Скорпиус, казалось, отреагировал спокойно на появление отца и лишь продолжил увлеченно вертеть книгу, испытывая ее на прочность. – Привет, – отрезала Дафна, окинув Гермиону оценивающим взглядом. – Привет, – Гермиона легко смахнула пыль с плеча. Казалось, она собрала всю свою выдержку для того, чтоб сохранить спокойствие. – Что ж… я могу идти, прекрасно, – протянула Дафна. Она снова повернулась к Скорпиусу, – увидимся, мой хороший. – С этими словами она подарила ему крепкий поцелуй, отчего тот поморщился и завертел головой. Гермиона наблюдала за этой умилительной сценой, а Драко наблюдал за Гермионой. Дафна попрощалась с ними и исчезла в камине. – Видела бы ты свое лицо, Грейнджер, – не сдержался он. – Отвали, – Гермиона улыбнулась и, стараясь вести себя естественно, стала снимать дорожную мантию. Ей было интересно взглянуть на жилище Малфоя, и даже не верилось, что еще вчера они едва разговаривали, а сегодня она оказалась так глубоко погружена в его личную жизнь. Убранство было достаточно простым, но не лишенным изящества. Оно удивительно точно отражало то, как Гермиона представляла себе его апартаменты. Впрочем, это было сложно назвать обычной лондонской квартирой – она была слишком просторной для двух человек и, по всей видимости, занимала целый этаж. – Иди сюда, дружище, – Драко подозвал к себе сына. Скорпиус сполз с кресла и несмело подошел к отцу. Гермиона удивленно подняла брови, наблюдая за ними. Драко присел и стал расспрашивать Скорпиуса о том, как прошел его день, тот бессвязно что-то отвечал, немного стесняясь. Он словно держал с сыном дистанцию. Скорпиус был куда больше впечатлен, увидев Гермиону, и принялся дурачиться, поглядывая на нее и сразу же отворачиваясь. – Я займу его чем-нибудь, и мы сможем поработать. Ты не голодна? – Драко вдруг вспомнил о том, что нужно быть гостеприимным. – Нет, – Гермиона улыбнулась Скорпиусу, подыгрывая его игре. Она не смогла бы есть даже если это было бы нужно. – Тогда идем, – Драко встал, и они последовали в кабинет. Скорпиус запротестовал, и Гермиона предусмотрительно захватила с кресла книжку, которой он был увлечен перед их появлением. Он сразу же затормозил в дверях, потянул свои ручки и стал требовательно просить. – Повежливее, мистер Малфой, – одернул его Драко, потталкивая на пороге. Скорпиус стал капризничать, он ринулся к Гермионе и взял книгу из ее рук. Их появление явно раззадорило его – он уже не хотел довольствоваться разглядыванием картинок и сидеть спокойно. Гермиону это абсолютно не смутило, она с готовностью шла у него на поводу, а Драко явно не знал, как справиться с сыном. Он не был так же хорош в этом как Дафна. Гермиона мгновенно заметила его растерянность. – Кажется, он соскучился по тебе, – осторожно сказала она. – Давай, я возьму свои записи, и мы вместе обсудим то, что ты хочешь написать. – Все в порядке, он может посидеть один, – отмахнулся Драко. – Он всегда капризничает, когда рядом посторонние. Гермиона нахмурилась, ее родители тоже много работали, когда она росла. На самом деле, Драко просто не хотел вмешивать ее в свои проблемы, именно это, как ему казалось, происходило. Она молча вернулась к столу и достала из сумки документы и письменные принадлежности. – Ничего страшного не случится, Малфой. Мы же не на слушании. Не будь таким вредным. – Ладно, – пробурчал он, пока Скорпиус продолжал носиться кругами. – Давай-ка… Бери свою книжку и пойдем. В конце концов, они расположились в гостиной. Драко уселся на ковре рядом с сыном, который возился со своими игрушками и периодически требовал отца принять участие в каком-нибудь важном деле. Драко немного расслабился и даже получал удовольствие от этой простой детской забавы. Гермиона разложила рядом свои бумаги и читала вслух то, что она подготовила. Они вместе пытались прикинуть, что именно можно было бы написать в отчете для Таффина. Он хотел указать на то, что план не защищает домашних эльфов, а только портит всем жизнь. К тому же такая молодая и неопытная сотрудница как Гермиона не может создать ничего действительно дальновидного. Казалось, они работали не над чем-то серьезным, а просто фантазировали. Гермиона старалась не думать о том, что его колено лежало слишком близко. Она то и дело поправляла положение своей руки, боясь ненароком угодить в еще большую неловкость, ведь ситуация и так была из ряда вон выходящая. Ей думалось, что она бесконечно читала бы даже магический справочник, наблюдая за картиной, представляющейся ее взгляду. Жуткие воспоминания из прошлого то и дело приходили на ум. В тот вечер, когда она увидела Черную метку у него на предплечье, ей показалось, что все кончено. Но нет, они оба выжили, и теперь они тут. Скорпиус просит Драко подуть на волшебный кубик, который меняет от этого цвет, и заливисто смеется. Малфой сонно трет глаза, делая заметки одной рукой, работа почти закончена. – Думаю, ему пора спать… – Драко взглянул на Гермиону, когда она запнулась. Он встал и взял сына на руки. – Это займет некоторое время. – Хорошо… Я пока все соберу… – Гермиона отвернулась, складывая свои бумаги. Только когда они ушли, она смогла выдохнуть и немного успокоиться. Как так получилось, что она была у него дома? Практически сама напросилась. Гермиона встала, раздумывая, как скоротать время, пока он готовил сына ко сну. Может, стоило отправиться домой до его возвращения? Нет, это было бы вдвойне неловко. Она попыталась отвлечься на полку с книгами, но ничего толком не помогало. Воспоминания и ассоциации набросились на нее со страшной силой. Гермиона взяла с полки пластинку и стала ее разглядывать. Майлз Дэвис, он правда это слушает? Она невольно улыбнулась, представив себе эту картину. – Забини притащил. Не знаю, где он это взял. Вот как. Гермиона поставила пластинку обратно. – Ты быстро. – Удалось умотать его игрой, – Драко подошел к ней, сложив руки за спиной, – спасибо. Снова спасла меня, – он кивнул на сложенные в стопку записи, которые делал, пока она читала. – Надеюсь, ты нам тоже поможешь, – она вспомнила разговор у Гарри в кабинете. Драко усмехнулся, сразу же поняв ее намек. Он отвел взгляд: – Я попробую. – Ты правда… не общаешься с отцом? – осторожно спросила Гермиона. Драко резко посмотрел на нее, но сразу понял, что вопрос был задан не для того, чтоб прояснить ситуацию для Поттера. Гермиона смотрела на него сочувственно. – Мм… нет… я же сказал. – Это из-за… всей ситуации? – Ты имеешь в виду, из-за того, что мой отец был Пожирателем смерти и заставлял меня пытать людей? Возможно, это как-то связано, – он говорил спокойно и холодно, словно речь шла о чем-то неприятном, но обыденном. – Драко… – Гермиона почувствовала, как внутри все сжалось. Она и так догадывалась, но все равно спросила. – Прости. По его взгляду было не понятно, о чем он думает. Он казался безразличным. Но когда Гермиона назвала его по имени, губы тронула улыбка. – Не важно. Мы видимся с Ноттом. Конечно, я спрошу. Для тебя. Гермиона подумала, что ей – важно, но не стала продолжать эту тему. – Спасибо. Мне, наверное, пора… Уже так поздно. – Мне стоило быть гостеприимней, – спохватился Драко, – если хочешь поужинать вместе, Битси быстро что-нибудь сообразит. Гермиона взглянула на него удивленно. – У тебя домашний эльф? – Само собой, ты же не думаешь, что я сам тут обо всем забочусь, – он развел руками. – Это проблема? – Ээ… нет, – она улыбнулась. – Если у нее все в порядке. Драко рассмеялся. – Гермиона… Естественно, у нее все в порядке. Ты же меня знаешь. – Думаю, я лучше пойду… – она снова ощущала, как уши пылают огнем. – Увидимся… наверное. Драко пожал плечами. – Конечно, – он отошел к камину, чтоб проверить, наличие пороха в урне. – Я аппарирую. Мой камин не подключен к сети, – Гермиона взяла свою мантию и сумку, – опасаюсь непрошеных гостей, – пояснила она в ответ на его недоумевающий взгляд. – Что ж… тогда… спасибо еще раз, – он растерянно потер ладони и аккуратно выправил край воротника ее мантии из-под ремешка сумки. – Вот. Гермиона улыбнулась ему с благодарностью. – Спокойной ночи, Драко. Она вышла за дверь и аппарировала, а он так и остался стоять у камина. "Спокойной ночи, Драко". Он отошел к бару и налил себе виски. Гермиона аппарировала на свою улицу, порывистый мокрый ветер сразу же выдернул ее из приятного уюта малфоевской гостиной. Может, оно и хорошо. Добравшись до своей квартирки, она вдруг ощутила, что в самом деле очень голодна и эмоционально вымотана. С одной стороны, ей хотелось принять горячую ванну и отвлечься, а с другой – наоборот погрузиться в саморефлексию. Гермиона вдруг ясно поняла, что никогда не позволяла себе анализировать то, что происходило с ними в школе. Сначала это просто происходило, а потом… потом им надо было выжить. Она много думала о войне, борьбе, дружбе, долге – всех этих возвышенных важных вещах. Они прошли все лишения сломя голову, так, как смогли – без оглядки. Об этих бедах теперь можно было говорить, делиться, иногда шутить. Но как же так вышло, что такая важная часть ее жизни – первые настоящие чувства, первая близость – была заброшена и забыта? Совсем юная, неуверенная, ранимая Гермиона, спрятанная от мира отчаянной храбростью, даже жестокостью, – ей удалось разглядеть в лице бывшего врага трогательного молодого человека, которого война сломала об колено быстрее, чем ее саму. Чувства к этому человеку были неправильными, стыдными, они были предательством, способным разрушить ее дружбу. Она не пыталась их обесценить, она лишь закопала их куда подальше. С этой мыслью Гермиона жила, с ней она до сих пор каждый день натягивала маску безразличия. Безразличия перед тем, кто был по-прежнему ей дорог, кто и сам, наверное, отчаянно нуждался в этом понимании, прощении, близком друге. Он был неправильным, но почему рациональная, рассудительная, она всегда видела в нем что-то хорошее? Гермиона ощутила, как внутри все болезненно сжалось, стало трудно дышать. От обиды, невысказанной боли. Слезы продолжали литься градом, но она не пыталась их унять в надежде, что это поможет сбросить напряжение. Спустя некоторое время и правда стало немного легче. Гермиона смогла успокоиться и отправилась принять горячий душ, а затем сразу же, не отвлекаясь больше ни на какие дела, легла спать. Хорошо поплакав и пожалев себя, она почувствовала себя чертовски хорошо. Это она точно могла себе позволить. _______ Miles Davis - Blue In Green _______ Арт к главе: https://live.staticflickr.com/65535/54707219715_a6fe43c7c5_b.jpg _______