Самые тяжёлые гробы

Марк попал в Мир Ангелов в 2004 году. Сначала он жил в детском доме для ангелов, потом его усыновили, он пошёл в школу. Сейчас он учится в университете — на ангела, приближенного к самой Главной. Это ангелы, которые выполняют сложные задания по спасению людей. Решают судьбу провинившихся. Они — авторитет и правая рука нашей правительницы. И деньги там крутятся немаленькие. Марк уже руководит многим. Таких, как он, немного. Чаще всего ангелы предпочитают спокойную жизнь – отдых, радость, никакой ответственности. Но Марк быстро стал известен в Русском Мире Ангелов как самый целеустремлённый из всех. Пишет статьи о чертях — разоблачает их гнусную натуру, так сказать. Уже руководит многим. Пользуется уважением. В общем, живёт — не жалуется. 1 июня 2025 года Я завтракал на ходу по пути в университет. Проспал, пришлось купить еду на лету — буквально ел на бегу. Кто вообще придумал это глупое правило, что до 30 лет нельзя пользоваться своими способностями? Я бы мог долететь до университета за секунду или просто телепортироваться. Но мой профессор говорит: «Вы — неокрепшие, ещё не зрелые ангелы. Вы хотите просто быстрее попасть на пары, а настоящий, взрослый, мудрый ангел использует свои способности только во благо». И добавляет, что «развлекаться с помощью сил» — это вообще удел чертей. Отличное сравнение, спасибо. Я лучший ученик университета. Нет, я лучший ученик всего Российского Мира Ангелов. И он сравнивает меня с этими… мордами. С их пустыми взглядами, с чёрными крыльями… Стоит вспомнить, что я видел, — так в дрожь бросает. Они ведь живут в полной темноте. В холоде. Почти не видят мира, но при этом всеми силами пытаются им управлять. Пока я философствовал, трамвай подъехал к моей остановке. Дома проносились в окне. Большие, белые, будто замки. Даже обычные, жилые, выглядели как произведение искусства. На дверях подъезда нарисованы нежные рисунки. Магазины, ларьки — их виды не давали забыть, где именно ты находишься. Даже трамвай, в котором я ехал, был снаружи белым, с перламутровым отливом. Не крашеный, а будто выточенный из цельного куска полированного мрамора. Окна большие, арочные, слегка тонированные, рамы тонкие, с едва заметным растительным узором. На крыше внутри — крошечные ангельские крылья. Сиденья всегда чистые: как только кто-то их испачкает, их как можно быстрее моют. Сами же они мягкие, светло-кремовые. Стены отделаны светлым деревом. А освещение было настолько тёплым, что меня снова потянуло спать. Может показаться, что с такой красотой каждый ангел смотрит по сторонам с большими глазами, но когда вся твоя жизнь состоит из белого мрамора, какой бы красивой она ни была, она наскучит. Я вышел на остановке. Улицы встретили меня стерильной чистотой: ни бумажки, ни пятнышка. Трава расчёсана, как шерсть выставочной собаки. Я чуть замешкался — и к ногам уже покатился белый пушистый шарик: проверить, не насорил ли я. Штрафы у них, кстати, немаленькие. Да-да, вы не ослышались: шарик, пушистый, беленький. У него нет глаз и рта, нет метлы, весь мусор он приклеивает на себя и относит до мусорки, жидкости впитывает до последней капли и выжимает в канализацию. Их взращивают специально для уборки территории. Но это не значит, что они роботы: они всё чувствуют, только сказать не могут. Не стоит их обижать, кроме штрафа им нечем защититься. Вырастить их по другой схеме и сделать бездушными нельзя, я не знаю почему, не моя специальность. Может, чтобы ангелы понимали, что даже к тем, кто рождён, чтобы убирать мусор, нельзя плохо относиться. Не могу сказать, что я люблю учёбу. Скорее, я люблю мысль о том, кем стану. Настоящим ангелом. Помощником Главной. Я смогу помогать людям. Предотвращать катастрофы. Эта мысль и держит меня на плаву. Мой университет — Главный Ангельский Университет. Коротко — ГАУ. Мы с друзьями зовём его в шутку Главный Ангельский Вредитель, чтобы сокращение стало ГАВ. Здание белое (удивительно) с голубыми полупрозрачными дверями. Целых шесть этажей — неудивительно, ведь это главный вуз всего русского Ангельского Мира. Сегодня на мне белая рубашка, белые штаны и белый шоппер с каким-то серым рисунком — больше похожим на размазню. Ангелы, конечно, не обязаны выглядеть одинаково. Обычно носят то, что нравится, или то, что по форме. Мне просто по душе классический ангельский стиль. Но есть у нас одна общая черта — волосы. У всех — белые. Кто-то носит короткие, у кого-то — как у меня — длинные. Волосы можно красить, но почти никто этого не делает. Почти, но у меня есть подруга — Алиса. У неё волосы до плеч, и она сделала окрашивание в нежно-розовый цвет. Ей очень идёт, даже больше, чем её натуральные белые волосы. А я бы сказал, что волосы у меня слишком длинные, и она часто меня подкалывает, мол: «Кто из нас тут ещё мужчина, а?» У нас у всех также абсолютно белая кожа. Неестественно белая — как у альбиносов в человеческом мире. Только у нас таких — миллионы. Я только распахнул двери университета, меня сразу встретила крылатка. Это маленькие, беленькие существа с ладонь. Их никто не создавал, вообще все существа, кроме шариков, — отдельные существа, сами по себе. Крылатки по характеру крикливые и строгие, чаще всего работают в школах, универах, следят за порядком, а если нигде не работают, то часто начинают воровать, портить здания. Неприятные существа. Комары Мира Ангелов. Крылатка, подлетевшая ко мне, скрестила руки и заговорила: — Почто опаздываем? Третий раз за седмицу. Мне вас поутру добудиться? Я закусил губу, чтобы не цокнуть и не ответить, как хотелось бы. — Простите, всю ночь корпел над билетами к зачёту — оттого и не внял будильнику. Дозволите пройти? Почти сквозь зубы проговорил я, пытаясь сохранить остатки вежливости. Крылатка молча отлетела, и я прошёл в коридор. Я зашёл в аудиторию. На лекции снова обсуждали одну из наших общих черт — глаза. У нас нет зрачков, они полностью белые. Но мы видим лучше тех, у кого они есть. Я улетел в мысли и вернулся к реальности, только когда услышал голос преподавателя: — Мы можем предположить, что наше тело — неестественная белая кожа, белые волосы и отсутствие зрачков — нам подарил либо мир людей, либо Главная, а так же... В этот момент Алиса протянула мне бумажку. В ней: «Давай прогуляем последнюю пару? Я уже не вывожу.» Я написал в ответ: «Какая вообще последняя пара?» «Физра.» «Тогда конечно.» Отлично. Минус одна пара. Да, прогуливать — это плохо. Но физкультура на последнем курсе? Это какое-то издевательство. Иногда я задумываюсь, почему меня зовут Марк. Я не особо люблю это имя, оно звучит смешно. Говорят, мои родители были с фантазией. Наверное. После третьей пары мы с Алисой пошли в столовую. Еда у нас бесплатная. Единственное, что радует в последнее время. Потому что, когда я бываю в мире людей, всё чаще вижу, как кому-то не хватает даже на мороженое. Помогаю, как могу, но нам выдают только 30 тысяч в месяц. Хочешь больше? Иди работай. Нормальная зарплата только если ты работаешь на Главную,у других работ средняя зарплата 20 тысяч. Жаль только, что из всего разнообразия я могу взять себе только чай. Пока мы ели, разговор снова зашёл о любви. Алиса, как всегда, завела речь про своих любимых чертей. Она начиталась всякой ерунды в мире людей — про любовь зла и добра — и теперь тянет это на меня. — А ты бы смог полюбить девушку-чертиху? — спросила она, не отрываясь от еды. — Нет. Никогда. — Даже если бы она была доброй? — Ты себя слышишь? Какие добрые черти? Они не способны на любовь. — А если бы одна всё-таки была доброй? — не унималась Алиса. — Если бы она была доброй — она бы была ангелом. — Фу, ну какой же ты зануда. Даже помечтать не можешь. Я изогнул бровь. — Думаешь, охмуришь черта своей любовью и заботой — и он сразу в тебя влюбится? — Ну… вдруг? — Думаешь, он не попросит у тебя «физическую часть»? — Фу, Марк! Ты как всегда... — Зато правду говорю. Им только это и надо. Алиса фыркнула. Кажется, она совсем забыла, какие они на самом деле. Она живёт в своей сказке: встретит красивого черта, он влюбится в неё, ради неё изменится, станет добрым… и они вместе сбегут в мир людей. Вот только такого не бывает. После столовой была пара по истории. Она пронеслась быстро, и мы с Алисой сбежали в парк. Светило солнце. Фонтаны жужжали водой над ухом, в глаза бросались только распустившиеся цветы, усаженные вдоль тропинки. В Мире Ангелов всё белее, даже трава. Мы разговаривали. Хотя... в основном говорила она. О книгах, которые прочитала, о сериалах, которые посмотрела, и о мальчике с первой парты. Я только кивал и вставлял: — Какой ужас... — Мне ужасно стыдно! Я схватила свою сумку и побежала и чуть не упала перед ним! — Жесть, — только и сказал я. — А ты чего такой кислый? Я пожал плечами. Сам не знаю. Наверное... — Просто устал. — Ааа, — кивнула она. — Тогда не смею мучать тебя. Побегу. Она обняла меня на прощание и ушла. Куда — не спросил. Наверное, не домой — он у неё далеко. Да и не поинтересовался… Отличный друг. Мой дом — в двадцати минутах езды. Я думал — может, заехать на любимое место? Есть одно озеро в лесу. Далеко. Полчаса на автобусе. Но там всегда тихо. Никого нет. Я люблю сидеть там один: читать, слушать музыку или просто смотреть на воду. Но сегодня я решил просто вернуться домой.