Самые тяжёлые гробы

Я никому не говорю про нашу встречу. Это неправильно,я не должен молчать,но и рассказать не могу. Не знаю… надеюсь, этот никогда больше не появится. Да. Ты можешь остаться безнаказанным, потому что я трус. Но,не только поэтому Через неделю я снова пошёл к этому месту,а ты что думал? 10 лет приходил стабильно,а сейчас из за какого то самолюбивого идиота я буду прятаться и дрожать дома? тем более,это прекрасная возможность написать прекрасную статью о том,как именно черти пытаются заполучить внимание своим актерским мастерством и как они ведут себя в обчной жизни. а потом просто сдать его главной. хотя я все таки надеюсь,что ты больше никогда не придешь, а та встреча была лишь ошибкой. Когда прихожу — опять чувствую твоё присутствие. Думаешь, сможешь снова побыть рядом? Обвожу взглядом всё пространство и замечаю тебя. Ты стоишьв 11 метрах от меня.Похоже, ты тоже заметил меня и шагнул вперед,но я крикнул. -- Стой где стоишь! я не ожидал этого,но ты послушно остановился. Хочу убежать, и больше никогда сюла не приходить,не слышать и не знать,стереть память. Мои мысли прикрывает твой голос. — Не говори им, пожалуйста, мне просто нравится это место. я округяю глаза и вдруг морщусь. -- Что за бред ты несешь?! боже,да за что мне все это.. ты,все еще стоя на месте замахал руками будто прося дослушать. — Прошу тебя, я ничего плохого не делал! Они же убьют меня, если узнают. -- Что?!--Кричу я ,уже надрываясь.-- Ты,мерзкий кусок идиота,да как ты смеешь вообще на этой терретории открывать свой рот? откуда столько смелости у нынешних чертей? может мне тут еще станцевать перед тобой? о великая свинья,конечно я не буду ничего говорить Главной,вы ведь попросили. Слова вылетали раньше чем я успевал обдумать их. Я резко замолчал поняв.какую ошибку совершил. Но вопреки моему страху,ты не набросился на меня с кульками. Наоборот,ты даже не сдвинулся,просто проглотил оскорбления. Стоп, Ему нравится это место? Значит, он тут не в первый раз. О ужас… Ты лишь оглянулся вокруг. — говорю же тебе: я ничего не делал, просто сидел тут… пойми меня. Я сжал зубы, а ты умоляюще посмотрел на меня своими чёрными глазами. — И как долго ты уже посещаешь это место? — недовольно спросил я, выплевывая каждое слово. Ты не поднимал глаз. — Если честно… --Ты чуть потупился.-- Полгода. Я округлил глаза и выпрямился. — Полгода?! Да ты с ума сошёл! И ты говоришь, за это время ничего не сделал? Во мне смешались два чувства: страх, пронзающий до мозга костей и не дающий пошевелиться, и безумный гнев, при котором хочется разодрать тебе горло. Хотя, судя по ужасным шрамам на твоей шее, кто‑то уже пытался это сделать. Ты поднял голову. — Не кричи, — сказал ты тихо, — я хотел сюда сходить только один раз, но потом я ув… Я.. я......... -- Ты хотел меня убить? --нет! -- очень резко выпалил ты.-- Ну если честно то я просто хотел побыть рядом. Я округлил глаза ещё сильнее; моё ужасное предположение подтвердилось. — И у тебя получилось? — прошипел я. — Да, — ответил ты, — почти всегда я угадывал время, когда ты приходил. А когда не угадывал, то просто гулял по лесу. — И зачем тебе это? Хотел меня убить? — вылетело у меня. На твоём лице не дернулся ни один мускул. — Нет, я хотел просто посмотреть на тебя. -- идиот. мерзость. Ты нерешительно спросил: — Можно я задам тебе один вопрос? Я смотрел на тебя с широко раскрытыми глазами,но не смел прерывать наш диалог. — Задавай, — сказал я тихо. — Как тебя зовут? Такой вопрос от черта, который полгода за мной следил, молил не выдавать его, показался невероятно странным. Я ожидал подвоха — Марк, — спокойно ответил я, хотя внутри было желание просто скинуть тебя в озеро и сверху затоптать ногами. — Аа, Марк, — тихо повторил ты, — а я — Рик. — А мне плевать, — язвлю я, но тут же останавливаюсь, мне жизнь все же дорога,хотя,В любом случае, если ты и правда хочешь меня убить, то мне уже ничего не поможет, даже если я попытаюсь убежать прямо сейчас.— не думаю, что мне нужна эта информация. Ты вздохнул; наверное, к такому обращению ты привык. Когда же ты уйдёшь? Я боюсь тебя. очень сильно. — Прости, — проговорил ты. Я молчу,потому что не понимаю зачем ты извиняешься. Или ты просто пытаешься сделать иллюзию вежливости. Внутри всё пылало: что за право он взял, наблюдать за мной и оставаться безнаказанным? Как он меня выбесил! «Я никому ничего не сделал» — да еще бы ты что то сделал! Хаха,да тебя бы сразу отправили на казнь,идиот. Я рассматриваю твои странные шрамы — будто шею перематывали бинтами крест-накрест, а под ними кожа начала гореть. Интересно, откуда они? Молчу, просто смотрю на озеро, но из-за твоего присутствия не могу расслабиться. Ты вздыхаешь. Знаю, хочешь что-то сказать, но не решаешься. — Мы можем о чём-нибудь поговорить, если ты хочешь. всё-таки решился заговорить ты. -- Да?!--я снова не выдерживаю,--Просто поговорить? Думаешь я буду общаться с такой падалью как ты? Будешь,тебе нужен черт. Я вздыхаю. Неужели тебе так скучно жилось у себя? — И о чём же ты так желаешь со мной поговорить? — не отводя взгляда от озера, спрашиваю я. — О чём хочешь. Или не хочешь. — Почему ты опять пришёл? — Я хотел побыть рядом с тобой,я извиняюсь что так напугал вас.. тебя,в первый раз,я честно не думал что вызываю столь бурные эмоции. Отвечаешь ты. Не могу понять, что за бред ты несёшь. -- Да по тебе не скажешь что ты вообще думать умеешь. А побыть со мной,чтобы что? Я знаю зачем,знаю,но хочу узнать что ты мне скажешь, и как завуалируешь слова "износиловать" "убить" "втереться в доверие" — Просто побыть рядом. У меня нет даже возможности думать о том, чтобы мы стали хотя бы друзьями. Поэтому я просто хочу быть рядом. Прости, наверное, тебе странно такое слышать. Я качаю головой. Ты слишком часто извиняешься. Или пытаешься показаться добрым? Странный ты черт, я не верю тебе. — Я тебе нравлюсь? Я спрашиваю прямо. Нечего ходить вокруг да около. — Очень. Теперь понятно. Такие, как ты, никогда не любят по-настоящему — всегда ждут от партнёра интимной близости, смотрят только на внешность и не видят внутренний мир. Черти не умеют любить также,как люди летать. Они даже близко не представляют что это. Хотел меня в постель затащить? Ничего не выйдет — Мило. Сухо отвечаю я. Ты теряешься, думаешь, что бы сказать. Говори, раз начал. — Я знаю, о чём ты думаешь. Прости. Ты снова извиняешься, а я смотрю в пустоту и ничего не отвечаю. — Мои обещания ничего не стоят, так как я черт. Вас учат нам не верить — и это правильно. Но я могу пообещать, что тебе я ничего не сделаю. Твои слова ничего не значат. Пытаешься вызвать у меня жалость? Плохо получается. К чертям у меня никогда не будет ни жалости, ни сострадания. Гнилые мрази,и только. Говоришь, что ничего мне не сделаешь. Посмотрим. — Почему я должен тебе верить? Ты пожимаешь плечами. — Я не прошу, чтобы ты мне верил. Я хочу, чтобы ты знал. — Понятно. Разговор ни к чему хорошему не приведёт. Хотелось просто взять и вышвырнуть тебя отсюда. Пусть катится в свой мир, пусть ищет других идиотов-чертей, а не меня. Я решаю молчать, чтобы случайно не развернуть с тобой спор. Ты понимаешь это, но твой рот, похоже, не собирается затыкаться. — А у вас тут растут цветы? Идиотский вопрос. — Растут, — отрезаю я. — Но рвать их не стоит. Они тут, как и все другие растения, живые. Чувствуют боль. — Ого! Только цветы? -- Только цветы. Я был уверен, что ты сейчас сорвёшь траву под собой и демонстративно покажешь мне, но ты ничего не делаешь. Молчишь. Твой разговор, похоже, в тупике. Ты видишь, что наш диалог бесит меня, понимаешь, что я хочу уйти. — Ладно, прости. Если хочешь — будем молчать. — Я хочу, чтобы ты ушёл. Или чтобы сдох,не знаю и то и то доставит мне одинаковое количество удовольствия, — резко вырывается у меня. Ты смотришь на озеро поджав губы. — Я знаю, чего ты хочешь. Но я даже ангелу не отдамся.— Я уверенно говорю, но не решаюсь посмотреть тебе в глаза. Мне даже как то.. стыдно от таких речей. — Значит, никому не отдашься? Наконец говоришь ты. — Никому. А что, уже понадеялся на что-то? — я с ухмылкой смотрю на тебя, но ты остаёшься абсолютно спокойным. От этого чувствую себя неловко — Нет, просто интересно. Я не выдерживаю этот разговор и разворачиваюсь. Ты смотришь на меня, но не хватаешь, не останавливаешь. Твой рот открывается, будто хочешь что-то сказать, но ты резко замолкаешь. Потом трясёшь головой и всё же говоришь: — Удачи! Я игнорирую тебя и иду прочь. Меня бесят эти встречи, хотя это была лишь вторая. Я знаю, что он мне врёт обо всём, о чём говорит. Зачем он вообще появился? Я хочу, чтобы он ушёл. Хочу, чтобы больше никогда не приходил. Мне кажется, он вот-вот нападёт на меня — с кулаками или с ножом. Я просто мазохист, который боится львов и всё равно заходит к ним в клетку. Я ведь знаю эту схему наизусть,нас же с рожденяи учат не доверять им.. Он буквально сделал точь в точь как нам говорили "сначала они попытаются сделать безобидный вид,будут говорить приятное,начнет ухаживать,скажет что любит",ах вот он какой! Еще и в одну встречу все уместил. Только убить забыл. Я тоже виноват. Нарушаю закон осознанно. Я не имею права с ним общаться и вообще контактировать. Я должен был сразу доложить об этом Главной... Я просто надеюсь, что этот черт не втянет меня в передрягу. Конечно же, тогда на это надеяться было очень опрометчиво. *** Всю неделю меня мучает Алиса тем, что усмотрела у людей какой-то очень классный сериал — говорит, третий сезон выйдет уже в этом месяце, что Танос обязательно воскреснет, 124 сбежит, а 100 умрёт в муках. Я лишь киваю. Пытался я смотреть этот сериал, но, расплакавшись после первого сезона, решил даже не смотреть второй. Алиса вдруг заявила, что скоро опять собирается посетить мир людей. — А зачем? — спрашиваю я. Она ведь и так туда чаще всех ходит. — Хотела себе прихватить книжечек, может, наушники… не знаю, посмотрим. — Круто. Ты все задания выполнила? — Ну, я подкинула бедной женщине кошелёк с деньгами и помогла перейти дорогу слепому. В принципе, задание выполнено. — Супер. Я киваю и чувствую, как телефон вибрирует. Открываю — вижу новое сообщение от человеческой почты. Странно, я вроде ничего не заказывал. Смотрю ещё раз — ах да. Тупой AliExpress, который вёз мою посылку почти три месяца. Я уже совсем забыл, что она вообще существует. Я смотрю на Алису. — Ты когда планируешь? — Через два дня. Я взглянул на срок хранения — успеваю. — Я с тобой пойду, надо забрать посылку. Через два дня мы с Алисой направляемся в мир людей. Проход несложный, если тебе уже есть восемнадцать: просто подходишь к границе, показываешь паспорт — и тебя выбрасывает в то место, которое назначил сам. Чаще всего рекомендуют появляться в торговых центрах, метро или на улице, где много людей — чтобы никто не заметил, что ты резко появился. В таких местах всем плевать, стало ли людей больше или меньше. Мы решили с Алисой появиться в торговом центре. Она ещё три часа мучила меня, таская по разным магазинам. — Вот смотри, какое издание красивое! — Алиса крутила в руках фиолетовую книжку. — И арты красивые! Ну ты посмотри, посмотри! Совсем новенькое, 2025 года! Я закатил глаза. — Эта книга вышла ещё в 2022-м. Тем более, я слышал, что она не особо интересная. Алиса закатывает глаза, а я пожимаю плечами. Что ж поделать, если я не люблю всю эту романтику про мафию. Да и в принципе — романтику. Я сажусь на пуфик рядом с книжным стеллажом. — Когда мы уже на фуд-корт? Алиса цокает. — Иди тоже книжки смотри, нечитающее быдло. Я сжимаю губы и хихикаю. — Думаешь, от твоих дарк-романов ты станешь умнее? — Ты главное это в мире не ляпни! О да, Алиса — большая любительница очень странных и пошлых книг, которые ни в коем случае нельзя проносить в мир ангелов. Говорят, эти книги пишут черти, которые спустились на землю, чтобы ещё сильнее опошлить людей. К сожалению или к счастью, Алисе приходится читать их только в мире людей. Никогда её не понимал. Даже немного осуждал за это. — Всё, мы уже уходим, а то я так все свои деньги потрачу. Алиса поставила книжку на место и жестом приказала мне подняться. — Пошли, ты говорил, тебе ещё посылку надо забрать. Я киваю — наконец-то эта поглотительница книг соизволила закончить свой крестовый поход по бумажным городам. — Ты прочитал то, что я тебе советовала? — спросила Алиса, когда мы выходили из магазина. Я задумался. Она мне что-то советовала? Покачал головой — а потом вспомнил. — А! Про этого с раздвоением личности? — Да! Ты читал? — К сожалению. Ужасно прописанный, напечатанный фанфик с высосанными из пальца конфликтами и странной концовкой. — Ой, ты ничего не понимаешь! Вот это настоящая любовь… — Значит, я не понимаю. Я пожал плечами. Всё-таки эта сопливая романтика — не для меня. В принципе, читать — не для меня. Мы вышли из торгового центра и, пройдя пару шагов, оказались на почте. Я продиктовал код, подождал, пока мою посылку найдут, и, как только мне её выдали, сразу вскрыл — проверить содержимое. Открыв, я увидел свои новые наушники, которых так долго ждал. Они были бежевые, беспроводные — просто шикарные. Алиса, глядя на них, лишь недовольно фыркнула. — JBL — говно. Взял бы AirPods. — Ой да иди ты со своими AirPods. Алиса закатила глаза, но тут же улыбнулась и залезла в свой пакет. — Знаешь, что я купила в книжном? — Надеюсь, книгу “Как не мечтать о парне-идиоте”? — Тьфу ты. — Алиса рассмеялась и достала из пакета чёрную небольшую книжечку. — Тут, короче, он её пистолетом... ну, ты понял. Я удивлённо посмотрел на Алису и прокашлялся. — Звучит… многообещающе. И тебе такое нравится? Алиса открыла книжку и пролистала пару страниц. — Знаешь, мне кажется, будет довольно интересно! Я лишь пожимаю плечами — не могу разделить её радость. Вернувшись домой, я сразу сел за учёбу. Конечно, ужасная скукотища, но я не могу это забросить — хочу всегда оставаться лучшим. Весь вечер я просидел за учебниками и тетрадями. Не заметил, как заснул прямо на столе, надеясь, что утром мою работу оценят. Такой сон долго не продлился, и мне пришлось перебраться на кровать. С утра мне позвонила Алиса, которая, судя по всему, проснулась в пять утра. Уже в семь она говорила со мной по телефону о книжке, которая её разочаровала, шла в университет и попивала напиток, купленный в кафе. А я только проснулся и пытался понять, что она вообще говорит. — Она у меня теперь на уровне “Метро 2033”! Я такой скукоты давно не читала. Основной сюжет просто ужас. Сначала нас всю книгу готовят к тому, что его как минимум изобьют и выкинут на помойку, а в итоге его спасли в той же главе! То есть я три книги ждала какое-то крутое месиво, чтобы получить это?! Алиса возмущённо кричала мне в трубку, не обращая внимания на ангелов вокруг. — Три книги, Марк! Три! Ради этого! Ну ладно, подумала я, может, любовная линия будет интересной. Но нет! Он буквально полюбил его ни за что! Он никак к нему не относился по-особенному, не относился лучше, чем другие, не подмечал в нём ничего, чего не видели остальные! Просто… Алиса что-то неразборчиво прошипела в трубку. — Это ты её покупала за 1600? — спросил я, сонно заваривая чай. — Да! Мало того, что она оказалась полным разочарованием, так она ещё и ужасного качества. Как только я её открыла, у неё вывалились страницы — мне пришлось их приклеивать. Я хмыкнул. Мда, не повезло ей, конечно. А я ведь говорил, что чтение — затея плохая. — Чего ты ржёшь? У меня трагедия вообще-то! Я сегодня ещё и выгляжу странно, я расстроена. Сейчас тебе фотку свою пришлю — скажешь, как я. Так. Если она встала в пять утра, то ей нужно было как минимум тридцать минут на сборы без учёта макияжа, ещё тридцать — чтобы дойти до трамвайной остановки и дождаться трамвая, который мог приехать не сразу, полтора часа на дорогу, десять минут — чтобы купить напиток, а сейчас она идёт к университету минут пятнадцать. Она точно не успела красиво нарядиться. Но, увидев фото, я даже был расстроен. Идеальная укладка, постиранная и красивая одежда, а Алиса выглядела бодрой и выспавшейся. — Ты очень красивая. Прям прекрасная. — Честно сказал я. — Ой, ну спасибки! Ты там когда придёшь сам? Я взглянул на недопитый чай и одежду, лежащую на диване, сощурил глаза и неуверенно пробормотал: — Минут через тридцать. — Буду ждать. Алиса повесила трубку, а я поплёлся одеваться. День был просто ужасно скучным и жарким. Я не мог ни на чём сосредоточиться — было ощущение, будто меня варят и кромсают ложкой. Ангелы выглядели как зомби, и меня постоянно тошнило. Одногруппники спасались веерами, но мне он почти не помогал. Вода в кулере, как назло, нагрелась. В кафе на первом этаже университета я ухватил последний холодный сок. Почти допил его, но краем глаза увидел, как ко мне подошла Алиса и жалобно посмотрела на меня своими белыми глазами. — Марк, я сейчас сознание потеряю от жары. Я поджал губы и прищурился. — Тебя отвести в медпункт? — Да дай, пожалуйста, мне этот сок! Я не шучу — я сейчас упаду на пол или меня стошнит. Одно другого не лучше, поверь. Вздохнув, я протянул пакет с остатками сока. — Спасибо, ты настоящий друг! Самое обидное, что за весь день меня ни разу нормально не похвалили за выполненную работу. Ну сделал и сделал — чего тут перед тобой плясать. Настроение было отвратительным. Хотелось сходить на своё любимое место, но я знал, кого там встречу. С одной стороны, страшно. С другой — с чего это вдруг я должен лишать себя отдыха из-за этого высокомерного, злого, пошлого, агрессивного, грешного, лживого, уродливого, бессердечного черта! Ладно… может, и не уродливого по внешности. Чёрные волосы до плеч, лёгкие брюки, простая футболка и совершенно не уродливое лицо с острыми чертами. Но внутренне он просто отвратителен! Нет уж. Я пробрался к своему месту и оглянулся. Убедившись, что никого нет, я уселся у дерева и поставил сумку рядом с собой. Я уже хотел достать свой небольшой перекус, как вдруг — в паре шагов от меня вырос ты.Я тут же поднялся, стиснул зубы и прикрыл глаза. — Как ты всегда угадываешь, когда я приду? — процедил я сквозь зубы. Ты пожал плечами. — Не знаю. Чуйка. Ты неуверенно смотришь на меня и садишься возле дерева, у которого я только что сидел. Думаю о том, что если тебе захочется напасть на меня ТАК, то тебе придётся сделать кувырок мне в ноги. От этой мысли мне становится смешно, уголки губ подрагивают, но я тут же осекаю себя.Всё же мне нравится, что я стою над тобой, а не наоборот. — Я хотел кое-что спросить… К тебе ведь нельзя прикасаться? — осторожно спрашиваешь ты — Нельзя, — быстро отрезаю я и с вызовом смотрю на тебя. — А что, хотел уже лапать начать или лезть целоваться? — Я просто хочу убедиться, что не доставляю лишнего дискомфорта… кроме моего присутствия. Я закатываю глаза от твоей притворной вежливости. — Только мне нельзя или всем? — Только тебе. Я, на самом деле, очень тактильный, можешь уже начинать плакать. Ты театрально опускаешь губы изображая плач. На самом деле смешно, но улыбаться в этом случае — ни в коем случае нельзя. Правда в том, что я люблю обниматься, трогать других и когда трогают меня. Да, прикосновения чужих противны мне, но это, думаю,совершенно не странно. Про твои прикосновения я вообще молчу — никогда не позволю тебе даже руку на плечо положить . Похоже, я слишком долго молчу, и ты начинаешь говорить сам. — Сегодня просто ужасный день! — начинаешь ты. — Я опоздал на пару, потому что покупал шаурму, которая оказалась невкусной, потом перепутал корпуса и бежал из одного в другой! Пролил воду на стол одногруппника, а когда хотел купить книгу — её уже раскупили. А жара такая, что я думал, умру! Я серьёзно, иногда мне казалось, что кожа просто жарится. Хотя я и согласен с тобой, сначала я решаю ничего не отвечать, но тишина давит. Не поворачиваясь, я без интереса спрашиваю: — Ты читаешь? — Да, очень много. А как твой день прошёл? Я вздыхаю. Всё-таки… это просто день. Обычный, утомительный день, который ничего не значит. — Утро началось с того, что моя подруга позвонила мне и начала рассказывать о книге, которая ей не понравилась. Потом трамвай опоздал на десять минут. Вчера я весь вечер готовился к предмету, а в итоге мне даже не сказали “молодец”. А жара? Меня весь день от неё тошнило и трясло. Когда я наконец купил сок, чтобы хоть как-то охладиться, его забрала подруга — потому что ей тоже стало плохо. Я, конечно, не против, она же подруга… но легче мне от этого не стало. Я ожидал, что ты перебьёшь меня, но ты старательно молчишь. Даже, возможно, слушаешь. — М-да, сочувствую, — наконец произносишь ты. — Сильная жара и сильный холод — худшее, что может быть. Ты вдруг лезешь в сумку, что-то там ищешь и достаёшь маленький вентилятор. Мое спасение. Я смотрю на него, как на самое дорогое, что есть на земле. Ты улыбаешься, видя мою реакцию, и протягиваешь его мне. Я сразу хватаю его, включаю на всю мощность и закрываю глаза от облегчения. Конечно, глупо было брать что-то из рук черта, но жара отшибла мне весь ум. Спасибо хоть он не взорвался,было бы обидно. Через десять минут, когда я немного пришёл в себя, всё же спрашиваю: — Ты взял его, надеюсь, в мире людей? — Да. Если хочешь, могу отдать. Я смотрю на вентилятор. С одной стороны — чужая вещь, вещь мерзкого черта,скорее всего уже с прослушкой, уже намазана ядом,а еще в ней бомба. С другой — жарко, как в аду. — Судя по рассказам, ты всё равно жару хуже переносишь. Я могу себе купить другой, — спокойно говоришь ты. — Я не могу его у тебя забрать, это же.. ну.. я не хочу чтобы он ночью подорвал мне лицо, — пожимаю плечами. — Я и сам себе такой куплю. — Я могу прислать ссылку, — предлагаешь ты. — Дашь свой номер? Я замираю, взвешивая все “за” и “против”. Он сможет присылать ссылки на крутые товары. Но он сможет прислать и расчленёнку. Можно будет следить за ним… А может, он просто раздаст мой номер другим чертям. Внутри спорят два голоса. Мелен, ты же тоже не промах — просто используй его. Для выгоды, для хорошего настроения для статьи,для.. А потом брось. Я наклоняюсь, кладу вентилятор рядом с тобой и хватаю свою сумку. — Мне пора идти. Встретимся завтра вечером. То есть после завтра… ну, после выходных… а, ну это… никогда! Не приходи сюда больше, идиот мерзопакостный. Цепляя сумку на плечо, я быстрым шагом ухожу из леса, оставляя тебя в недоумении. Я тебя боюсь. На следующий день погода была не лучше, но мне удалось одолжить вентилятор у одногруппника, так что всё оказалось не так уж плохо. После четвёртой пары мы с Алисой бежали в другую часть корпуса на физру, как вдруг перед нами вырос профессор по ангельской истории. — О, Марк! Я повсюду искал тебя! — воскликнул он. — Спешу возвестить отрадную весть: в наступающее воскресенье тебе надлежит отправиться на презентацию и защиту проекта от лица нашего университета! Я полагаю, что именно ты, как лучший из учеников, должен его представлять. Я вздохнул, опустил глаза, натянул добрую улыбочку и поднял голову. — Сие поистине прекрасно, Денис Аркадьевич! Честь сия для меня столь велика, что я едва нахожу подобающие слова для благодарности. Профессор довольно улыбнулся. — Чувства твои мне внятны. Отлично! Жду от тебя достойной подготовки. Он развернулся, а я раздражённо прошептал: — Тварь, блин… Алиса положила мне руку на плечо. — Сочувствую. Не хотелось бы мне в свой единственный выходной защищать какой-то всратый проект. Значит, прогулка отменяется? — Извини… — Да я всё понимаю. Сходим на следующей неделе. Как хорошо, что у меня есть такая подруга. Впрочем, других у меня нет и,не особо та и хотелось. После пар я не хотел разговаривать ни с кем. Достали преподаватели — “ты же лучший ученик, ты должен, должен, должен…” А в итоге — ни одной похвалы. Только обязанности. Я раздражён, уставший и злой. Хотелось просто какао. На улице было полно кафешек, поэтому я зашёл в первую попавшуюся. Пить горячее в +34 — осознанное самоубийство, но в этом был свой кайф. Получив напиток от улыбчивого баристы, я направился к столику. Сев, я резко почувствовал накопившуюся злость. Этот идиот-черта, который постоянно появляется, преподаватели, вечные “ты обязан”… И ещё этот Денис, решивший за меня, как мне проводить единственный выходной. Я сжал картонный стакан так сильно, что крышка отлетела, а какао пролилось мне на руку. Кто вообще делает крышки не соответствующие размерам стаканчиков?! А сами стаканы? Тонкая картонка должна спасти меня от кипятка? Серьезно? — Да емае! — прошипел я, отдёргивая руку. Сегодня — одно сплошное невезение. Не хочу никого видеть. Ни с кем говорить. На следующее утро мне писала Алиса, но я сослался на плохое самочувствие.Сегодня суббота. Я решил не идти на пары — ведь я “такой прекрасный ученик”, значит, должен готовиться. Я не ел, не спал. Только читал учебник по истории и тетради, подмечая важное и составляя призентацию. Иногда натыкался на странные детали, которых раньше не замечал. Например, что в 1800 году во время войны между Ангелами и Чертями можно было избежать множества потерь. Дальше в учебнике было написано странно, но между строк я попытался разобраться,но вроде понял: черти вроде как хотели остановить войну, но кто-то из ангелов не позволил. А потом всё перевернули — будто это демоны жаждали продолжения.Странно. Может, я просто всё неправильно понял? Я осознал , что извёл себя, только когда заметил: уже десятый раз читаю одну и ту же страницу и ничего не понимаю. Отложив учебник, я до полуночи сидел в телефоне, просто чтобы отвлечься. На следующий день я встал в пять утра, чтобы успеть на это странное мероприятие. Не выспавшийся, злой, я шёл рядом с Денисом по огромному зданию. Он покупал мне сладости и рассказывал очередную байку — про женщину, что полюбила черта. Он её использовал и бросил, а потом она, опозоренная и одинокая, сидит и принимает заявки на желание стать людьми. Я слышал это сто раз, но всё равно чувствовал жалость невероятную жалость к ней. Я даже предсавить не могу какая это ужасная судьба. Хотя многие осуждают ее за легкомысленность,мол она повелась на красивые слова. Но я вуерен,что многие на ее месте поступили бы также. Все любят когда их любят. К огда всё началось, мы зашли в зал, и я просто обомлел. Огромный зал, сцена, тысячи сидений. Я понял, что каждый здесь будет выступать. У меня закружилась голова и я едва не упал,но вовремя облакотился на стену Вызывали всех по очереди. Конечно же, я сидел на предпоследнем ряду. Самый везучий ангел во Вселенной. Надо ли говорить,что это самое скучное мероприятие за всю мою жизнь,не имеющий никакого смысла?Закончил я в 18:40. В отличие от остальных, которые по полчаса не могли сформулировать мысль,я уложился в десять минут и сразу сбежал. Домой не хотелось. Дома стены,за стенами другие ангелы. Я пошёл туда, где когда-то мог чувствовать себя спокойно. Хоть теперь это место и опасно. Конечно, ты тут. Может,ты на меня слежку нацепил,иначе я не могу обьяснить как ты всегда угадываешь когда я приду. Ты снова смотришь молча, будто чувствуешь, как я измотан. я схватился за лямку сумки и попытался смело сказать.— Я просто хочу побыть здесь, спокойно, — выдыхаю я. — Не мог бы ты отойти на два метро? — Может, метра? — хмыкаешь ты. — Нет, метро. Ты улыбаешься, но улыбка быстро исчезает. Ты отходишь. — Ещё, — говорю я. Ты отходишь. — Ещё! И ты послушно делаешь шесть шагов назад.Я смеряю расстояние и киваю.— Сойдёт. А теперь сядь. Послушный черт ,ты садишься. Я тоже медленно опускаюсь на землю. Ты не смотришь на меня, что-то достаёшь из сумки. А у меня дрожат руки.Я пришёл сюда, чтобы отдохнуть, а вместо этого всё тело напряжено. Темнеет, я в лесу,рядом озеро. Идеальные условия, чтобы умереть. Я вставляю наушник в одно ухо, включаю музыку и листаю телефон. Не замечаю, как проходит час. Ты всё так же сидишь молча. Может, ушёл? Я поворачиваюсь — ты у дерева, с закрытыми глазами. Неужели заснул? Я уже подумал,что ты притворяешься,чтобы усыпить мою бдительность,но ты спишь слишком реалистично. Когда ты так держишь голову можно разглядеть черты лица. Они, хоть и были достаточно острыми, всё же не подходили под понятие «выточенный из льда». Нет. Наоборот — они казались чуть смягчёнными, сглаженными. Как будто кто-то долго и терпеливо обтачивал камни в реке.. спишь спокойно, чуть склонив голову. руки скрещенны на груди, лёгкая чёрная футболка,поверх черный кардиган. Ты выглядишь так… как герой из новеллы. Ругаю себя за то, что засмотрелся. Мне Надо уходить. И по хорошему Просто уйти и ничего не говорить. Но почему-то я решаю тебя предупредить. Только Как разбудить? Крикнуть? Кинуть камень? Вместо этого я беру пустую банку из-под колы и резко сминаю её с ужасным звуком .Ты тут же открываешь глаза, сонно поднимаешь взгляд. — Уже уходишь? — сонно спрашиваешь ты. — Да, — бросаю я. Голос звучит хрипло, неуверенно. Я кашляю и добавляю спокойнее: — Ухожу. Нацепив сумку на плечо, ухожу прочь.И, пока листья шуршат под ногами, я чувствую, как спина покрывается мурашками.Я тебя боюсь. Но, я знаю зачем прихожу снова,зачем терплю тебя,зачем ты мне. Я пытаюсь убедиться,что это ты.