Искусство падения

В её объятиях нет жизни — только долгая, сладкая агония, которую ты принимаешь за счастье, пока не перестаёшь дышать.

      Я проснулась от того, что кто-то отчаянно барабанил в дверь. Барабанил так, будто за мной пришла полиция, а не мои новые друзья с утренним безумием. — КЭРОЛИН! — голос Джули прорвался сквозь сон, громкий и весёлый, как сирена пожарной машины. — ПОДЫМАЙСЯ! МЫ ЗНАЕМ, ЧТО ТЫ ТАМ! Я застонала и зарылась головой в подушку. За окном было ещё темно, и часы на тумбочке показывали без четверти семь. Семь утра! В моём мире в семь утра существовала только одна причина вставать — пожар. Или конец света. Или очень вкусный завтрак. Но судя по тому, с какой энергией Джули долбилась в дверь, пожаром здесь и не пахло. — Кэролин! — теперь к голосу Джули присоединился Марк, низкий и насмешливый. — Мы знаем, что ты не спишь. Мы слышали, как ты храпела! — Я не храплю! — крикнула я в подушку, но мой голос прозвучал жалко и приглушённо. В ответ раздался громкий хохот. Джули зашлась смехом, а Марк присвистнул. — Ну всё, — сказала она, — теперь точно докажи, что ты живая. Открывай или мы выломаем дверь! — Вы не посмеете! — Посмеем! — рявкнула Джули, и в её голосе слышалась такая искренняя уверенность, что я невольно улыбнулась. Моя соседка Мэй, которая спала на второй кровати, заворочалась и приоткрыла один глаз. Она выглядела такой же помятой и сонной, как я себя чувствовала. — Это твои друзья? — пробормотала она, зевая. — Похоже на то, — вздохнула я. — Прости, они... эм... энергичные. — Энергичные? — Мэй села на кровати, растрёпанная и смешная. — Они звучат как стадо слонов на кофеине.       Я фыркнула и встала с кровати, натягивая на себя первое, что попалось под руку, старую футболку с выцветшим логотипом какой-то группы. Босиком я прошлёпала по прохладному полу и распахнула дверь. Джули стояла на пороге с сияющей улыбкой, в руках она держала три бумажных стаканчика с кофе. Её рыжие волосы, обычно аккуратно уложенные, торчали во все стороны, что делало её похожей на одуванчик. Марк стоял за ней с видом человека, который уже час ждёт и откровенно скучает, но улыбка на его губах выдавала веселье. — Ну наконец-то! — воскликнула Джули и впихнула мне в руки стаканчик. — Держи, соня. Кофе. Без него ты вообще не человек. Я взяла стаканчик, и тепло разлилось по ладоням. Запах свежего кофе ударил в нос — божественно. Мой организм, всё ещё пребывающий в состоянии лёгкого шока от внезапного пробуждения, сделал глубокий вдох и начал приходить в себя. — Вы чокнутые, — сказала я, но в голосе уже просыпалась улыбка. — Вы серьёзно разбудили меня в семь утра ради кофе? — Не ради кофе, — Марк переступил с ноги на ногу и засунул руки в карманы. — Мы собираемся в город. Джули хочет показать тебе местный рынок. Говорят, там продают такие круассаны, что можно умереть и попасть в рай. — А ещё там есть антикварная лавка, — подхватила Джули, сверкая глазами. — Я слышала, там можно найти такие сокровища! Старые книги, винил, украшения... Может, купим что-нибудь. Я уставилась на неё, пытаясь переварить информацию. Семь утра. Рынок. Круассаны. Антикварная лавка. Всё это звучало как минимум странно для субботнего утра. Но, с другой стороны, с ними было весело. И кофе был горячим. — Вы дадите мне собраться? — спросила я. — Даю тебе двадцать минут, — Джули подмигнула. — И не вздумай снова завалиться спать. Мы будем ждать в холле. Если не выйдешь — вернёмся и будить будем по-настоящему. Она издала устрашающий звук, который должен был изображать вой сирены, и Марк, закатив глаза, потянул её за руку к лестнице. — Идём, идём, — сказал он, — оставим бедную девочку привести себя в порядок. — Двадцать минут, Кэролин! — крикнула Джули уже с лестницы. — Я слежу за временем! Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как улыбка расплывается по лицу. Мэй смотрела на меня с подозрительным интересом. — Твои друзья это что-то, — сказала она, покачивая головой. — С утра пораньше и уже такие активные. — Знаю, — я сделала глоток кофе и чуть не обожглась. — Они... странные. Но прикольные. — Странные и прикольные — это лучшее сочетание, — Мэй зевнула и упала обратно на подушку. — Я ещё посплю. Не обижайся. Но если они решат устроить вой сирены на всю гостиницу — я тебя убью.       Я засмеялась и пошла в ванную приводить себя в порядок. В зеркале отражалась заспанная, взлохмаченная девушка с кругами под глазами. Надо было признать, что Джули права: без кофе я была не человек. Я быстро умылась, натянула джинсы, свитер тёплый, мягкий, оливкового цвета, который я купила прошлой осенью и обожала за его уют. Собрала волосы в небрежный хвост, накинула лёгкое пальто, сунула в карман телефон и ключи. Глянула на себя в зеркало — нормально. Не модель, но для субботнего утра сгодится. Когда я спустилась в холл, Джули и Марк уже ждали. Они сидели на старом диване, и Джули что-то оживлённо рассказывала Марку, размахивая руками. Марк слушал с философским выражением лица, покусывая соломинку от пустого стаканчика. Заметив меня, Джули вскочила и захлопала в ладоши. — О, молодец! Целых двадцать семь минут, но я прощаю. Идём скорее! Мы вышли из общежития, и утренний воздух ударил в лицо — прохладный, свежий, с запахом влажной травы и леса. Солнце только поднималось над деревьями, окрашивая небо в нежные розово-золотые тона. Город был ещё сонным, и тишина вокруг казалась непривычной после вчерашней суеты кампуса. — Ну что, — Джули взяла меня под руку, — готова к приключениям? — А у меня есть выбор? — усмехнулась я. — Нет! — она рассмеялась и потащила меня вперёд. — Вперёд! Нас ждут круассаны и тайны! — Тайны? — переспросила я, насторожившись. — Ну, — Джули загадочно прищурилась, — антикварная лавка — это всегда тайны. Ты никогда не знаешь, что там найдёшь. Может, старинное зеркало с привидением? Или книгу, которая сама открывается на нужной странице? Марк хмыкнул: — Или просто старый хлам, который никто не купил. — Ты скептик, — Джули шутливо толкнула его локтем. — Но это и делает тебя интересным.       Я засмеялась и шла за ними по тихой утренней улице. Городок Хиллфорд был маленьким и уютным: каменные домики, увитые плющом, кованые фонари и мостовые, которые помнили ещё прошлый век. Мы шли мимо закрытых кафе и бутиков, и только изредка попадались ранние прохожие с собаками или газетами в руках.       Джули что-то щебетала, рассказывая о местных достопримечательностях, а я слушала её вполуха, думая о чём-то своём. О том, как странно и здорово, оказаться здесь, в новом месте, с новыми людьми. Вчера я даже представить себе не могла, что буду идти с ними по этому сонному городку и чувствовать себя почти что своей. — Кэролин! — голос Джули вырвал меня из размышлений. — Ты с нами? Ты такая задумчивая, как будто разгадываешь тайну вселенной. — Просто думаю, — сказала я. — О том, как тут красиво. — О, это ты ещё не видела местный парк! — воскликнула Джули. — Там есть старый дуб, говорят, ему больше трёхсот лет. И если загадать желание и три раза обойти его против часовой стрелки, оно сбудется. — Серьёзно? — я недоверчиво подняла бровь. — Нет, конечно! — она расхохоталась. — Но поверить можно, правда? В этом-то и суть. Ты же первокурсница. Всё должно быть таинственно.       Мы шли дальше, и я поняла, что мне нравится этот город. Нравится его тихая красота, старые стены, эти люди. Мне нравилось ощущать себя частью этой истории. И хотя внутри меня всё ещё было немного тревожно, как у любого, кто только начинает новый путь, я чувствовала, что здесь я могу стать собой. Настоящей. Мы свернули на рыночную площадь, и перед нами открылся вид на ряды деревянных прилавков, под навесами из плотной ткани.       Пахло выпечкой, травами и мёдом. Где-то играла негромкая музыка, и продавцы уже раскладывали товар — фрукты, овощи, сыры, рукодельные вещи. — Приехали! — объявила Джули, распахнув руки в театральном жесте. — Добро пожаловать на рынок, где сбываются мечты, а круассаны — лучшие в мире!       Я улыбнулась. Утро обещало быть интересным. Мы свернули на рыночную площадь, и я на мгновение замерла. Это было похоже на картинку из старого фильма: деревянные прилавки под полосатыми навесами, корзины с фруктами, связки трав, развешанные под потолком, и запахи — божественные запахи, от которых желудок издал предательское урчание. — Слышала? — Джули ткнула меня локтем в бок. — Твой желудок уже проголосовал за круассаны. Не откладывай! Идём! Она схватила меня за руку и потащила к прилавку, где из маленькой передвижной печи доносился аромат свежей выпечки. Марк плелся сзади, с видом человека, который уже сдался под напором Джулиной энергии. Продавщица, кругленькая женщина в смешном переднике с вышитым петухом, улыбнулась нам во весь рот, когда мы подошли. — Девоньки, что вам? — спросила она с таким тёплым акцентом, что мне захотелось обнять её. — У меня сегодня круассаны с шоколадом и с вишней. Пальчики оближешь! — Дайте мне всё! — воскликнула Джули, размахивая руками. — Шоколадные, вишнёвые, если есть ещё с сыром — тоже давайте! Мы будем есть, пока не лопнем! — Джули, ты в своём репертуаре, — хмыкнул Марк, подходя ближе. — Мы что, с утра хотим устроить пищевую кому? — А почему нет? — она обернулась к нему с таким выражением, будто это был самый глупый вопрос в мире. — Это же суббота! Мы молодые, красивые и голодные. Есть грех не воспользоваться! Я засмеялась, чувствуя, как поднимается настроение. Продавщица быстро завернула нам огромные, ещё тёплые круассаны в бумажные пакетики, и Джули, не дожидаясь, пока мы отойдём, впилась зубами в шоколадный. С её губ посыпалась крошка, и она издала звук, подозрительно похожий на счастливый стон. — Господи... — протянула она с набитым ртом. — Я умру счастливой. — Не разговаривай с набитым ртом, — сказал Марк, но тоже откусил от своего вишнёвого круассана и одобрительно поднял бровь. — Ладно. Это стоит того, чтобы вставать в такую рань. Я откусила от своего — тёплое, маслянистое, с расплавленным шоколадом внутри. У меня чуть глаза не вылезли из орбит. — Это... это просто незаконно, — сказала я. — Как можно сделать такое вкусное? — Магия, — хихикнула Джули, облизывая пальцы. — Хиллфордская магия. Добро пожаловать! Мы стояли посреди рынка, жевали круассаны, и я чувствовала себя совершенно счастливой. Солнце поднималось выше, освещая прилавки золотым светом, и где-то играла музыка, что-то старое, с гитарой и гармоникой. Продавцы приветливо махали нам, и я впервые за долгое время поняла, что улыбаюсь просто так — без причины. — Ладно, — сказала Джули, доедая свой круассан и вытирая руки о джинсы. — Теперь самое интересное. Антикварная лавка. — Ты серьёзно? — Марк закатил глаза. — Мы утром в выходной будем рыться в старом хламе? — Это не хлам! — возмутилась Джули. — Это история! Хотя некоторые предметы там реально странные... Она сделала загадочное лицо, и я почувствовала, как внутри зашевелилось любопытство. Люблю такие места. Там всегда можно найти что-то неожиданное. Мы пошли через площадь, лавируя между прилавками, пока Джули не остановилась перед маленькой витриной с вывеской: «Сундук древностей». — Оно! — она театрально указала на дверь. — Готовьте ваши кошельки и нервы. — О, и нервы, — повторил Марк. — Это обнадёживает. Мы вошли внутрь, и я чуть не чихнула от запаха. Смесь старого дерева, пыли, лака и чего-то пряного ударила в нос. Лавка была маленькой, забитой вещами до потолка: старые часы с маятниками, шкатулки, подсвечники, картины в массивных рамах, фарфоровые куклы с пустыми глазами. В углу стоял манекен в старомодном платье, и мне показалось, что он на мгновение повернул голову в мою сторону. Я моргнула, нет, показалось. За прилавком сидел хозяин — сухонький старичок с лысиной и такими густыми усами, что казалось, на его лице живёт отдельное существо. Он посмотрел на нас через круглые очки и улыбнулся беззубой улыбкой. — А, молодёжь! — проскрипел он. — Редкие гости в моём сундуке. Ищете сокровища или просто любопытствуете? — И то, и другое, — бодро ответила Джули, уже начавшая копаться в груде старых брошей на прилавке. — Вы не против, если мы посмотрим? — Смотрите, смотрите, — он махнул рукой. — Только осторожно с куклами. Они у меня иногда оживают. Я замерла. — Это... шутка? — спросила я. Старичок посмотрел на меня с совершенно серьёзным лицом, потом медленно подмигнул и расхохотался. — Шутка, шутка! — закашлялся он. — А то у нас в городе все такие серьёзные, ну прямо тайны и загадки. А я люблю пошутить. Шутка — она и есть самая большая тайна! Джули фыркнула и пихнула меня в плечо. — Это Эдгар, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Местный философ. Он всех так пугает. Но он безобидный. Почти. — Почти? — переспросил Марк с подозрением. — Ну, прошлый раз он продал моей подруге старую карту, на которой было нарисовано привидение. Она до сих пор проверяет, не светится ли карта в темноте. — Деловые качества, — скрипуче проговорил Эдгар. — Искусство продаж. Если бы я не говорил про призраков, вы бы не купили и половины того, что у меня есть. Я покачала головой и пошла вглубь лавки, разглядывая полки. Здесь было всё: старые книги, фарфоровые фигурки, столовое серебро с потускневшей гравировкой. Свет из единственного маленького окна падал на пыльный деревянный пол узкими полосами, и в этих полосах танцевали пылинки, создавая ощущение, что я попала в прошлое. — Смотри, — сказала Джули, подходя ко мне с какой-то страшной вазой в форме рыбы. — По-моему, это прекрасно. Я хочу себе такую в комнату. На спор. — На спор с кем? — спросила я. — Сама с собой, — она пожала плечами. — Очень важный спор. Пока не проиграла ни разу.       Марк стоял у витрины с часами, задумчиво рассматривая их механизм. Он казался единственным адекватным в этой компании, но я уже поняла, что его спокойствие — это просто маскировка. Даже он с трудом сдерживал улыбку, когда Джули начала показывать ему вазу и комментировать: «Это ведь рыба, Марк. Рыба. Тебе не кажется, что она похожа на мою тётю?»       Я отошла к дальнему стеллажу, где стояли старые книги. Пахло здесь особенно сильно — пахло временем, бумагой, кожей и немного плесенью. Я провела пальцами по корешкам: «История Хиллфорда», «Легенды и предания графства», «Флора и фауна местных лесов»... Обычные названия.       И вдруг моя рука наткнулась на что-то тонкое, почти незаметное между двумя большими томами. Я вытащила это, потрёпанную тетрадь в тёмно-синей обложке, без подписи, без названия. Кожа на обложке была стёрта, углы побиты, а внутри — пожелтевшие страницы, исписанные мелким, аккуратным почерком. — Что это? — пробормотала я, открывая тетрадь. Первая страница гласила: «Дневник Х. Т. 1892 год. Записки о странных происшествиях в Хиллфордском университете и его окрестностях». У меня сердце забилось быстрее. — Эй! — крикнула я Джули и Марку. — Идите сюда! Я, кажется, нашла что-то интересное! Они подошли, и я показала им дневник. Джули заглянула через плечо и округлила глаза. — Ого! — она схватила тетрадь из моих рук и начала листать. — Это же... это прямо как в фильме ужасов! «Странные происшествия»! Может, там про призраков? — Или про монстров, — вставил Марк, заглядывая через плечо Джули. — Или про то, как профессор украл у студента яблоко. Тоже странное происшествие. — Ты такой скептик, — надула губы Джули. — Но, возможно, там и правда что-то интересное. Хотя, скорее всего, это просто чей-то старый студенческий блокнот. Я взяла дневник обратно и открыла на середине. Буквы были красивыми, с завитушками, как в старых книгах: «Третье ноября. Сегодня я снова видел странный свет в лесу за корпусом искусств. Он появляется ровно в полночь и длится ровно час. Я пытался подойти ближе, но чем ближе я подходил, тем холоднее становилось. И мне казалось, что кто-то смотрит на меня. Не из леса — сверху. Я поднял голову, но в небе ничего не было. Только тьма. Но тьма эта была... живой.» Я прочитала вслух. Джули перестала улыбаться. Марк нахмурился. — Странно, — сказал он тихо. — Странно, — повторила я. — И это написано в 1892 году. Ровно там же, где мы сейчас. Это... это как-то жутко. — Жутко? — Джули вдруг улыбнулась, но улыбка была чуть натянутой. — Это круто! Мы нашли древнюю тайну! Кэролин, ты просто гений! Это же наш собственный детективный сюжет! Я засмеялась, но внутри шевельнулось что-то тревожное. Я взглянула на дневник, на его потрёпанную обложку, на дату внутри. 1892 год. Более ста лет назад. — Думаете, это правда? — спросила я. — Или просто чья-то фантазия? — В этом месте, — сказал Эдгар, появляясь за нашей спиной так внезапно, что я подскочила, — фантазии часто становятся правдой. И наоборот. Забирай, девочка. Бесплатно. Я моргнула: — Бесплатно? Почему? Эдгар снова подмигнул, и его усы дрогнули. — Потому что, — сказал он загадочно, — такие вещи не продаются. Они сами находят хозяина. Мы переглянулись. Джули широко открыла глаза. Марк пожал плечами, но я заметила, как он внимательно посмотрел на дневник. Я сжала тетрадь в руках, чувствуя её тёплый, потёртый переплёт. Что-то в этом было странное. Что-то... настоящее. — Ну что, — сказала я, стараясь говорить легко, чтобы скрыть лёгкую дрожь. — Вы готовы к расследованию? — Всегда готова! — воскликнула Джули. — У меня уже есть идея: мы соберёмся вечером, нальём чай и будем читать! — Или, — мрачно сказал Марк, — мы начнём бояться и закрывать окна на замок. — Тоже вариант! — хохотнула Джули. Я улыбнулась и спрятала дневник в карман пальто. Мы вышли из лавки, и солнечный свет ударил в глаза. Рынок гудел, люди ходили, смеялись, торговались. Всё было как обычно. Но в моём кармане лежала старая тетрадь с историей, которая, казалось, ждала именно меня. И я не знала тогда, что эта тетрадь станет началом чего-то большего. Что её строки переплетутся с моей собственной историей, и скоро я узнаю, что Хиллфордский университет скрывает тайны, о которых я даже не догадывалась. А пока я шла по рынку с круассаном в одной руке и старым дневником в другой, чувствуя, как ветер играет с моими волосами, и Джули рядом хохотала над какой-то глупой шуткой Марка. И это было прекрасно.