«Еще совсем малой зачем тебе сигарета?»

Утро у Алонсо сразу задалось как надо. Он проснулся в довольно хорошем настроении, со свежей головой и ясными мыслями. Он так же думал о том, какая яркая и разная реакция у Михаэля на те фотки. Как же хорошо, что он послушал Себа и сделал их. Он не спеша открыл глаза, повернул голову в бок и посмотрел на прикроватную тумбу, на которой стояли электронные часы. Время было 7:20, до будильника ещё двадцать минут. В любой другой день Фернандо продолжил бы спать, но сегодня он чувствовал, что достаточно выспался и был бодрым. Но он не спешил вставать с кровати. Он медленно и лениво потянулся, как кот, который только что поспал и поел. Он потянулся за телефоном и сразу открыл чат с Шумахером. На утро уже не было тех сообщений, которые писал Михаэль, но Фернандо смышлёный и всё успел заскриншотить. Фернандо зашёл на аккаунт Михаэля, чтобы посмотреть профиль, и он был пустой — абсолютно. Нет аватарки, нет фоток, 0 подписчиков и всего одна подписка — и это был Алонсо. Алонсо удивился: ведь аккаунт был абсолютно новым. Неужели Шумахер создал аккаунт лишь для того, чтобы написать Алонсо? Фернандо решил посмотреть, во сколько он последний раз был в сети: 4:28. Ничего себе, и что же он делал в инсте в столь позднее время, интересно. Фернандо решил, что ему хватает телефона, и положил его на тумбочку и поднял корпус с кровати, сидя на ней, протирая глаза и взъерошивая волосы. Он сидел в свободной чёрной футболке — она была ему большой на пару размеров, но ему было в ней комфортно и уютно, это была его любимая футболка, а снизу — шорты обычные, уже повидавшие жизнь. Если бы было потеплее, он бы спал в трусах. Он собрался с силами и поднялся полностью с кровати. Он медленно переставлял ноги, дошёл до ванны и первым делом подошёл к зеркалу, чтобы посмотреть на свой фингал. Он уже более-менее заживал, но не так, чтобы полностью бесследно пропасть. Он снял с себя одежду, небрежно бросил её на пол в бесформенной куче и, переступив через неё, зашёл в душ, включил воду — слегка прохладная вода заставляла его полностью проснуться и собраться с мыслями перед учебой. Когда он закончил принимать душ, он обмотал полотенце на бёдрах и приступил чистить зубы. После просто взял всю эту кучку одежды и бросил на стул у кровати. Потом пошёл на кухню, сделал себе простой кофе и пожарил омлет. Он сел за барный столик и приступил к поеданию, смотря на свои записи по истории, потому что Шумахер задумал контрольную. Он знал, что он её с лёгкостью напишет, но всё же повторить стоило. После того как он поел, он положил посуду в раковину, хотел помыть, но посмотрел на часы и понял, что потерял счёт времени. Время было 8:40, первая пара начиналась через 20 минут, и он ринулся в свою комнату, чтобы одеться. Он одел чёрные джинсы и белую рубашку, а поверх рубашки — чёрную безрукавку, которая подчёркивала его фигуру. Верхние пуговицы на рубашке он решил расстегнуть, чтобы добавить дерзости в образ. Одел его любимые часы и чуть причесал волосы. Затем обулся и вышел из дома. До первой пары оставалось 10 минут, и он ускорил шаг. В голове он прокручивал план, как он будет сегодня выводить из себя Шумахера. Ему чертовски нравилось наблюдать за этим. Он подошёл к универу, и первой парой была художка, а следом, в перерыв 10 минут, была история. Сегодня у них было всего 3 пары — это радовало. Когда он сел за парту, к нему сразу подсел Фред спросить на счёт плана. — Привет, Фернандо, ну и когда начинаем план? — сказал Фред с явным энтузиазмом. — Привет, на истории, — спокойно сказал Алонсо. — А почему именно на истории? — поинтересовался тот. — Потому что на ревность будем выводить Шумахера, — сказал Фернандо, и на его лице появилась заметная улыбка. — Ты шутишь? Черт, он же мне голову открутит, да и тебе тоже! — запаниковал друг. — Тише, тише, не открутит, я тебе обещаю. — Боже, во что я влип, — сказал Фред и наигранно выдохнул. Фернандо ничего не ответил и лишь тепло улыбнулся другу. Пара по художке прошла как обычно: мы что-то зарисовывали, слушали теорию, делали на практике — всё как обычно. И вот уже подбирался конец пары. Как только препод объявил, что мы можем быть свободны, я кивнул Фреду, и он кивнул мне в ответ. Его кивок был неуверенный, но он понимал, что дороги назад у него нет. Мы направились в кабинет истории. Как только мы открыли дверь, мы почувствовали запах перегара, который явно пытались усердно перекрыть духами и мятной жвачкой. Фред и Алонсо переглянулись и направились за одну парту. Шумахер сидел на своём стуле и накрыл лицо книгой, опрокинув её на спинку стульчика. Когда мы проходили мимо, он даже не удосужился посмотреть. Ну и ладно, подумал про себя Фернандо. Когда кабинет постепенно наполнился и пара началась, он наконец убрал книгу с лица и встал, окинув класс взглядом и задержав взгляд на Фернандо, осмотрев его. Потом он прикрыл глаза, потёр переносицу и сказал: — Сегодня у нас контрольная. Достаём двойные листочки и сдаём телефоны мне на стол. Он ещё раз посмотрел на Фернандо, и их план с Фредом начался. Алонсо, не смотря на Шумахера, о чём-то разговаривал с Фредом и положил свою голову на его плечо и вцепился в его руку своими руками, а Фред повернул голову и поцеловал его в макушку. Алонсо незаметно под столом ударил своей ногой об его ногу, чтобы тот не перегибал. Шумахера перекосило: он сжал кулак аж до побеления костяшек, его скулы напряглись, а взгляд стал ледяным. Фред это заметил и отрекся от него, типа доставая двойные листочки. Когда они все сдали телефоны и приступили к написанию контрольной, Фернандо то и дело ловил на себе взгляды Шумахера, а Алонсо так и не перестал прижиматься и шептаться с Фредом. Шумахер в один момент не выдержал и приказным тоном заорал на кабинет: — Фред, быстро отсядь от Алонсо! Сейчас же! Фреду ничего не оставалось, как подчиниться, но, когда он вставал, собираясь уходить, взял руку Фернандо и спокойно погладил костяшки его руки. Шумахер был на пределе. Он то и дело смотрел на Фернандо испепеляющим взглядом. Он либо хотел его убить, либо раздеть. Когда контрольная закончилась, они сдали работы, забрали свои телефоны и направились к выходу. Когда Фернандо проходил рядом с Шумахером, тот остановил его, схватив за плечо. — Что за цирк на публике? Я же тебе вчера сказал успокоиться и что на меня это не действует. Ты лишь портишь оценки Фреду своими выходками! — сказал Шумахер, чуть сильнее укрепив хватку на его плече. Я вырвался из его хватки и прошипел ему прямо в лицо: — Отвали! Я его люблю, мудак! Фернандо с Фредом смылись из аудитории, оставив лишь злого Шумахера. Они пришли на последнюю, третью пару и еле отсидели её. Она была такая скучная, что они там чуть ли не засыпали, и Фернандо размышлял, что же делать дальше с Шумахером. Какая следующая часть плана? Ему надо бы это обдумать сегодня за ужином. Не помешало бы какое-то вино и паста. Точно, идеальный план ужина, чтобы за ужином продумать следующую часть идеального плана ревности. Когда пара наконец закончилась, они с Фредом выдохнули, вышли из аудитории на улицу и остановились у ворот. — Что ж, по домам. Сегодня вечером, когда придумаю новую часть плана ревности, я тебе сообщу, — с улыбкой и чуть с усталостью сказал Фернандо. — Хорошо, до завтра. Но, если честно, я уже боюсь твоего плана шуток над Шумахером. — Пф, не ссы, всё. Давай, пока. — Пока. Они тепло обнялись и пошли в разные стороны. Фернандо шёл в сторону магазина возле дома. Время уже было без пятнадцати пять, и время приближалось к ужину. Он дошёл до родного магазина «Пятёрочка» и зашёл внутрь. Тепло магазина сразу окутало его тело, заставляя расслабиться. Он взял корзинку и начал бродить по магазину в поисках всего нужного для пасты. Сначала он подошёл к стойке с вином и взял недорогое, обычное, которое он часто пьёт. И когда он шёл к стеллажу с макаронами для пасты, он наткнулся на Шумахера. Он был очень удивлён увидеть его здесь и медленно сзади подошёл, чтобы поздороваться. — Привет, не ожидал тебя здесь увидеть, — спокойным тоном сказал Фернандо, смотря в спину Шумахера. Шумахер повернулся и поднял брови, тоже, видимо, не ожидая его здесь увидеть. В руках он держал какие-то макароны хорошей фирмы, смотря то ли на состав, то ли на срок годности. — Привет.. я тоже не ожидал и, тем более, что ты подойдёшь поздороваться, ведь сегодня в универе ты послал меня вместе со своим Фредом. Кстати, где он? — Пошёл к себе домой, а я к себе. Как неожиданно. — Ничего не неожиданно. Я думал, вы теперь везде вместе ходите: сначала в баре, потом за одной партой. — Не порть со мной отношения, не начинай этот рассказ, как тебя отвергли. Ты первый отверг меня, и что? Мне теперь ходить и убиваться? Быть до конца своих дней одиноким, да? — Я не это имел в виду. Всё, давай закроем тему. Ты не хочешь со мной поужинать у меня? Я приготовлю пасту с вином. Твой парень не будет против? — Не будет. И ладно, я согласен. Не хочу один проводить этот вечер. — Круто. Только давай я покупаю вино и всё необходимые. Уговор? — Ладно, — выдохнул с расслабленным лицом Фернандо, и внутри него всё ликовало, но он не подавал виду. Когда они наконец вышли из магазина, они направились в сторону машины Михаэля. Чёрный мерс, очень красивый. Они сели внутрь и помчались домой к Михаэлю. Всю дорогу они молчали. Фернандо смотрел в окно, а Шумахер то и дело смотрел на профиль Алонсо. Когда они приехали, они остановились в частном ЖК и пошли в сторону его подъезда, и Фернандо наконец нарушил тишину. — А ты что, богат? Как же ты обычный препод в универе? — Раньше работал в более престижном месте. Это долгая история, не хочу рассказывать. — Почему ушёл? — Не хочу об этом говорить, — недовольно буркнул Шумахер. Они наконец поднялись на его этаж и зашли домой. Фернандо сразу с порога осмотрел квартиру Михаэля: уютная, просторная, с минималистическим дизайном — она была идеальная. Они прошли внутрь, и Михаэль сразу пошёл на кухню, а Фернандо следом. Они зашли на кухню, и он поставил пакеты на стол, а сам пошёл переодеться во что-то поудобнее. А сам Фернандо приступил раскладывать продукты на стол, чтобы приступить к готовке. Через пару минут Михаэль пришёл. Он стоял в серых спортивных штанах и чёрной футболке, слегка помятой и растянутой. В руках Шумахер держал аккуратно сложенную футболку, после протянул её Фернандо и сказал: — Если хочешь, можешь одеть её. В рубашке невероятно неудобно, наверно, — с нежностью и теплом в голосе он это сказал. — Да, спасибо, я всё-таки переоденусь, — он улыбнулся Михаэлю и взял футболку. — А где можно переодеться? — Везде, — смущённо сказал Михаэль, отводя взгляд от расстёгнутых пуговиц Фернандо. — Отвернись, я переоденусь. — А можно не буду?.. — Отвернись! Шумахер отвернулся, но и сам Фернандо для достоверности отвернулся и повернулся спиной к Михаэлю. Он снял сначала безрукавку, а потом медленно расстёгивал пуговицы рубашки. Когда он её снял и уже собирался одеть футболку, он почувствовал чьи-то горячие и большие руки на своей талии. Я затаил дыхание, и моё сердце пропустило лишний удар. Руки блуждали по моей голой талии, очерчивая рёбра и оставляя горячие ожоги на теле после рук. Я медленно повернулся и чуть отодвинул Шумахера, убрав его руки со своей талии. — Я голодный.. — Я тоже. Вот и хочу тебя. — Извращенец. Я правда хочу кушать. — У меня не хватит терпения на пасту. У меня есть почти нетронутая пицца в холодильнике, если подогреем — сойдёт? — Ммм, сойдёт, думаю. Шумахер достал пиццу, положил её на тарелку и кинул в микроволновку, а затем, пока она грелась, он достал 2 стакана для вина и налил почти до краёв. Он протянул один Фернандо и наблюдал, как тот пьёт. Они молча сели за стол и принялись кушать пиццу, запивая вином. Когда они поели, Фернандо встал и пошёл в зал. Он облокотился об спинку дивана, скрестив руки на груди. Михаэля долго ждать не пришлось — он пришёл следом. Он подошёл к Фернандо вплотную и смотрел на него, как хищник на свою добычу, но потом он чуть сгорбился и уткнул свой лоб прямо в грудь Фернандо и обхватил руками его талию, поддевая край его футболки. Фернандо шумно выдохнул и зарыл свои пальцы в волосы Шумахера. Они стояли молча, и потом Шумахер заговорил: — Знаешь, когда я увидел эти фотки, я думал, я с ума сойду. Я не знаю, почему ты меня ещё и в универе со своим Фредом добил. Я всю пару держал себя в руках, чтобы не наброситься на него. Когда я тебе сказал о том, что мы не можем быть вместе, лишь из-за того, что «а что подумают люди», я был таким глупым идиотом. Я не знал, что я думаю. Я не знал, что ты чувствуешь. Я был кретином, прости, пожалуйста. Я не хотел портить тебе жизнь и делать тебе больно и просто слился.. прости, я.. я тебя люблю. Шумахер оторвал свой лоб от груди Фернандо, поднял край футболки и нырнул головой туда, вновь приложив лоб к моей горячей груди, переминая мою талию. Я был на седьмом небе от счастья, я буквально скулил, прося большего. Я гладил Шумахера по голове через футболку и наслаждался моментом. Потом Шумахер выбрался наружу и стянул эту футболку и остановился в паре сантиметров от лица Алонсо. Он шумно выдохнул в губы Фернандо, а потом прильнул к нему, нежно целуя его губы, опрокидывая его голову назад и углубляя поцелуй. Фернандо прикрыл глаза и ответил на долгожданный поцелуй. Он целовал его так, что у двоих чуть кружило голову от недостатка кислорода. Шумахер подхватил его на руки, как будто он ничего не весит, и, не отрывая поцелуя, нёс его в свою комнату. Когда он его положил на кровать, они наконец нехотя отстранились. Между ними протянулась незаметная тонкая ниточка слюны. Они оба тяжело дышали, смотря друг на друга. В комнате было темно из-за штор, но Фернандо точно видел чёрные от желания глаза Шумахера. Он вновь прильнул к губам Алонсо, но потом медленно спускался к шее медленными, нежными и горячими поцелуями, которые заставляли Фернандо тихо постанывать. Он помечал территорию, оставляя клеймо поцелуями, и в одном месте чуть прикусил, чтобы остался засос и точное клеймо. Алонсо шумно выдохнул и обхватил голову Шумахера руками. Потом он спустился руками ниже по широкой спине и трогая её через футболку. Шумахер отстранился и снял футболку через голову, снова продолжая целовать Фернандо. Он спускался вниз по животу, к ремню на джинсах. Потом одним рывком расстегнул ремень и стянул джинсы вместе с бельём. Фернандо простонал имя Михаэля и опрокинул голову назад. Стояк у Алонсо был уже каменным и напряжённым, и Шумахер чуть поднялся, всё так же нависая над ним, спросил интимным шёпотом: — Хочешь? Хочешь, чтобы я взял твой стояк себе за щёку? — Ммм, да, пожалуйста… Михаэль, умоляю. Шумахер долго не тянул после таких просьб. Он взял в рот полностью, заглатывая и иногда целуя. Фернандо стонал и выкрикивал имя Михаэля. Он поддавался бёдрами вперёд и зарылся руками в волосы Михаэля, чуть сжимая их у основания, поддавая его заглатывать. Через пару таких толчков бёдрами Фернандо громко кончил. Шумахер проглотил сперму и медлить не стал. Он снял с себя штаны и бельё и уже тёрся об вход Фернандо. Он потянулся к тумбочке и достал оттуда тюбик смазки. Он смазал свой член и чуть капнул на вход Фернандо. Он перевернул Алонсо на живот и вошёл в него до упора одним грубым толчком, заставляя его выгибаться навстречу, принимая все толчки. Темп был рваным и быстрым. В тишине слышались только вдохи, стоны и биение двух тел, а воздух был пропитан нежностью и сексом. Он поглаживал спину Фернандо, чтобы успокоить его. Первым кончил от такого темпа Фернандо прямо на простынь, а следом извергнулся Шумахер прямо в Алонсо. Фернандо чувствовал, как внутри растекается тёплая жидкость. Он тяжело дышал и полностью расслабился и лёг на кровать. Шумахер вышел из него и лёг сверху, буквально свалившись на него. Потом он перевернулся и притянул его ближе. Фернандо лёг на его грудь, а Шумахер положил руки на его талию, притягивая так близко, будто хотел, чтобы они срослись. Они были мокрыми и уставшими после этого невероятного секса. Фернандо уткнулся носом в изгиб шеи, а Шумахер зарылся носом в кудряшки, вдыхая его запах, шепча ему нежности на немецком. — Я тебя люблю.. — прошептал, щекоча шею, Фернандо. — Я тебя тоже, мой Teuer (дорогой). Так сильно, что могу потерять сознание, и никогда больше не хочу тебя отпускать. — Боже, как же я мечтал услышать эти слова от тебя с самого первого дня нашей встречи. Шумахер тихо усмехнулся и поцеловал макушку, пробормотав: — Целуя тебя в макушку, я чувствую привкус Фреда. — Я только твой, Михаэль. Это всё было, чтобы тебя позлить, ты же знаешь.. — Знаю, и у тебя это получилось. Но я не могу на тебя злиться, ведь люблю тебя. Фернандо чмокнул его в шею и крепко обнял. — Давай отдохнём. Завтра новая жизнь, там, где мы вместе.. — Боже, как же я этого жду… — прошептал Фернандо, закрывая глаза и засыпая у него на груди. Он был совершенно открытым, нежным и любимым. С ним он не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Он теперь точно верил в судьбу и благодарил её за такой подарок.. Они вместе уснули без груза на душе — только взаимная любовь.