Отмеченные

      Мэри Хокинс шестнадцать и она уже устала жить эту жизнь. Она не понимала, за что ей всё это и планировала сбежать из дома в ближайшее время, но пока не решила окончательно, когда именно это сделает.       — Тварь! — орала на неё мать. Мэри приняла позу эмбриона и накрыла голову подушкой. Она слышала, что мать, вернувшаяся только что с работы, поднималась по лестнице. Мэри знала, что сейчас будет. Прятаться не было смысла, мать ещё больше разгневается, поэтому она осталась лежать на кровати. — Неужели так тяжело запомнить? Я же просила купить молоко «Органик», а не это вонючее дерьмо! Ты даже с такой простой задачей не можешь справиться!       Разъярённая мать врывается в комнату Мэри, осматривает помещение, замечает свою дочь на кровати и сразу же направляется к ней. Мэри ещё больше сворачивается в комочек и сильнее прижимает подушку к голове.       — Долбаная дрянь! Ты хоть на что-то годишься? Мразь! — Мэри чувствует удары по всему телу. Её мать ненамного крупнее Мэри по телосложению, но Мэри не понимала, откуда в ней столько силы. Словно гнев делал её сильнее. Мать лупила Мэри кулаками, Мэри пыталась сгруппироваться и ещё больше прятала голову под подушкой.       «Защищать голову от ударов», — твердила себе Мэри.       Матери словно стало скучно бить тело Мэри и она сорвала подушку с её головы, отбросив в сторону. Мэри успела закрыть лицо руками и почувствовала удары по голове. Сильные удары.       — Я тебя ненавижу, ненавижу, ненавижу! Бестолковая дрянь! Ничего в этой жизни не можешь! Ты… Ты мне всю жизнь сломала! — верещала мать, как ненормальная. Она замахнулась кулаком и ударила Мэри по затылку. Воздух в лёгких Мэри застрял — было так больно, что стало затруднительно дышать. Мэри испугалась, что задохнётся, и в этом будет виновата её родная мать.       Мэри не хотела так умирать. Не здесь, не в этом доме, не от рук этой женщины, которая называла себя матерью. Женщины, которая на людях строила из себя примерную и любящую мать-одиночку, а дома превращалась в монстра.       В голове гудело. Мэри дождалась, когда боль немного стихнет. Она даже не сразу заметила, что мать перестала её бить и замерла на месте. Видимо, до неё всё же дошло, что она сильно ударила дочь по голове и, скорее всего, испугалась последствий этого удара.       Мать озверела из-за сраной коробки молока. Молока, которого не было ни в одном из близлежащих магазинов. Мэри, что, нужно было весь город оббежать, чтобы купить ей это дурацкое молоко? Но это же абсурд!       Мэри больше не могла это терпеть. Это переходило все границы. Она не могла больше ничего не делать. Удар по затылку был слишком сильным и не факт, что он не даст о себе знать в дальнейшем. Удары по голове — страшно, люди из-за них становятся инвалидами на всю жизнь. Мэри не хотела для себя такой участи.       Мэри повернулась к матери и посмотрела на неё, сощурив глаза. Её лицо исказилось от злости, мать сделала шаг назад. Мэри поднялась с кровати, быстро подошла к матери и ударила её кулаком в нос, та только охнула и удивлённо посмотрела на дочь. Вытерла свой нос и увидела на руке кровь, непонимающе посмотрела на Мэри. Мэри разозлилась ещё больше.       — Если ты меня хоть ещё один раз тронешь своими паршивыми руками, клянусь, я придушу тебя, поняла? Я тебя убью собственными руками и мне плевать, что меня посадят! Ты поняла меня? — мать сделала ещё один шаг назад. Мэри начала толкать её в грудь руками. — А теперь пошла вон из моей комнаты. И теперь, прежде, чем зайти ко мне, ты сначала будешь стучать и спрашивать разрешения, поняла меня? Пошла вон! — и Мэри толкнула мать так сильно, что та еле устояла на ногах.       Руки тряслись. Не от страха, а от шока. Мать действительно ушла. Мэри была удивлена самой себе. Она смогла. Она наконец-то набралась смелости и дала отпор собственной матери. Сразу стало легче. Теперь Мэри не боялась. Мэри теперь свободна.

***

      — Итак, Мэри, вас беспокоит зуд родинок? И началось это три дня назад? — выслушав жалобы Мэри, уточняет доктор Джонсон.       — Да, — отвечает Мэри. — Вчера зуд был очень сильным. Сегодня слабее.       — Хорошо, покажите ваши родинки, которые зудят.       Мэри поднялась со стула пациента и задрала низ своей футболки, показывая правую сторону живота, на которой были родинки. Она пыталась оголить только участок с родинками. Доктор в это время надевал одноразовые перчатки.       — Это единственные ваши родинки или?.. — Мэри кивнула. — Хм… Интересно. Очень интересно… Какой странный рисунок. Похоже на бесконечность.       Доктор осмотрел родинки визуально, а после и через дерматоскоп. Всё это время он был очень сосредоточенным и молчаливым. Мэри пыталась понять хоть что-то по его выражению лица, но ничего не разглядела, поэтому начала нервничать, переживая из-за родинок. Она хотела уточнить, всё ли хорошо, но постеснялась отвлечь доктора от осмотра.       — Ну, присаживайтесь. — Закончив свой осмотр, сказал доктор. Мэри села, а он снял перчатки и выбросил их в урну. Плюхнулся на своё рабочее кресло и начал щёлкать мышкой и печатать на клавиатуре. — Ничего критичного я не увидел. У вас есть сухость кожных покровов. Вы не первый человек, который обращается с этой проблемой. Я предполагаю, что это связано с аномальной жарой. Купите жирный детский крем и какой-нибудь гель для душа без сульфатов и парабенов. Будет замечательно, если вы выберете что-то из детской серии. Мылом пользоваться не советую, только мягкими средствами. Тело мажете кремом после каждого приёма ванной или душа, нанося его на слегка влажную кожу. Если не поможет, приходите на приём, будем искать проблему дальше, но я уверен, что всё будет хорошо.       — Почему вы в этом уверены?       — Потому что никто, кто приходил ранее с такой же проблемой, не вернулся на повторный приём. Предполагаю, что данные рекомендации им помогли и всё дело в засухе и в воде.       — Хорошо, спасибо.       — Простите, но я должен спросить. — Мэри уже начала подниматься со стула, но доктор её остановил, она напряглась и он это заметил. — Откуда у вас такие синяки?       — Упала. — Теребя край футболки, отвечает Мэри и отводит свой взгляд в сторону. Она пыталась показать только ту часть тела, где родинки, чтобы скрыть синяки, но синяков было слишком много и все их спрятать было невозможно, поэтому она заранее приготовила ответ, если бы ей вдруг задали такой вопрос.       — Упали? — уточняет доктор, а Мэри слишком активно кивает головой, подтверждая. — Мэри, если вас кто-то…       — Я упала. — Более настойчиво говорит она. — Я очень неуклюжая. И глупая. Я спускалась с лестницы и в этот момент писала подруге смс. Больше я так не делаю, хватило.       — Ладно. Тогда на этом всё.       — До свидания.       — До свидания, Мэри.

***

      Раскат грома был очень громким. Окна зазвенели, а комната осветилась от молнии. Мэри вздрогнула, проснувшись. Дождя не было. Его в последнее время вообще не было. Город хворал от засухи, деревья, трава, кусты высыхали, что уж говорить про цветы и сады? Фермеры и агрокомплексы страдали от потери урожая и несли убытки, их посевы умирали. Засуха коснулась всех, она никого не обошла стороной. Сухая гроза висела над городом, каждый раз угрожая каждому жителю, каждой постройке, каждому дереву. Словно природа гневалась на людей и показывала им свою мощь. Боковым зрением Мэри уловила движение и повернулась. Она уже успела разозлиться, подумав, что это мать, но нет, это была не мать, а что-то постоянно мелькающее. Мэри протёрла глаза руками, чтобы согнать сонливость, и присмотрелась внимательнее.       — Где при-и-и-вя-я-я-з-зан-н-ный?       — Что? Кто вы?       — При-и-вя-я-я-за-а-нны-ый? Ну-у-же-ен при-и-вя-я-занны-ы-ый.       — Кто вы? Как вы сюда попали? Я сейчас полицию вызову!       Мэри вслепую нащупала на кровати мобильный рядом с собой, она с ним уснула. Вскочила с постели по другую сторону от непонятной вечно мелькающей голограммы. Начала судорожно набирать «911», бросая короткие взгляды то на несанкционированно проникнувшее нечто в их дом, то на экран сотового.       — П-п-ро-о-ве-ер-к-ка.       И Мэри побежала, как только заметила, что это нечто направилось к ней. Она быстро спустилась по лестнице на первый этаж, открыла входную дверь и выбежала на улицу. Заметила их соседа и направилась к нему.       — Мистер Норт! В наш дом кто-то пробрался! — испуганно крикнула она мужчине, привлекая его внимание. Мужчина остановился и обернулся к ней, смотря на бегущую к нему Мэри.       — Что? Кто? — уточнил у неё сосед и стал вглядываться в открытую дверь дома Мэри.       — Я не знаю. Он… Он или… О, боже, вы видите его? — заверещала Мэри, показывая пальцем на вход в их дом.       — Кого? — поинтересовался Норт и проследил за вытянутой рукой Мэри, всматриваясь вдаль через толстые стёкла своих очков.       — Его.       — Что… Что это такое, Мэри? — удивлённо спрашивает Норт, потому что так же, как и она, не мог поверить в то, что видел.       — Я не знаю.       Мистер Норт и Мэри переглянулись и вместе побежали. Они не договаривались о том, куда побегут, они просто испугались и решили что самое правильное — это убежать. Мэри немного обогнала мужчину, потому что он не успевал за ней из-за преклонного возраста.       — Беги ко мне в дом, Мэри! — крикнул он ей в спину. — И вызови полицию!       Снова раскат грома предупредил о приближающейся молнии. Позади стало светло всего на мгновение, Мэри услышала только какой-то вздох, обернулась и увидела, что сосед лежит на тротуаре, уткнувшись лицом в асфальт. В него ударила молния. Мэри, чуть не упав, споткнувшись на месте, побежала дальше. Она бежала так быстро, как могла. Она обернулась ещё раз. Больше её никто не преследовал. Мэри остановилась, шумно дыша, дрожащими руками набрала «911» с третьей попытки, нажала «вызов» и приложила телефон к уху.       Гудки. Мэри судорожно озиралась по сторонам, пытаясь высмотреть своего преследователя. То, что он отстал — не означало, что он перестал её преследовать. Она почувствовала лёгкую волну ударившего в неё тока и погрузилась в темноту.       — Девять-один-один, что у вас случилось? Подскажите, что у вас случилось? Вам угрожает опасность?       Телефон Мэри лежал на тротуаре, а девушки рядом уже не было.

***

      — О-отме-е-т-т-к-к-ка Бе-е-ес-с-ко-о-неч-ч-но-о-с-сти.       — Что?.. Что происходит?       Мэри открыла глаза, смотря в ночное небо. Она попыталась пошевелиться, но не смогла. Тело не слушалось. Она немного повернула голову набок и сразу же наткнулась взглядом на своего похитителя, который будто вылез из старой компьютерной игры и на доктора Джонсона, у которого сегодня с утра была на приёме.       — Доктор Джонсон, что?.. Где?.. Как?..       Доктор Джонсон забрался к Мэри на остаток срубленного ствола дерева, протянул руку к Мэри и убрал прилипшую прядь волос с её вспотевшего лба. Его движение было настолько заботливым, а смотрел он на неё с каким-то обожанием, что стало страшно.       — Ты прекрасна. Особенно твоя отметка. Ты даже не представляешь, насколько ты ценная.       — Что вы делаете? Где я?       — Это место называется Неметон, Мэри. Знаешь, ты, и такие как ты, вы даже не представляете, какая вам выпала честь, чтобы оказаться здесь.       — О чём вы?       — Ты избрана для важной миссии, Мэри.       — Какой ещё миссии?       — Ты пожертвуешь собой ради нового будущего.       — О чём вы говорите?       — Ты этого не увидишь, но о тебе будут говорить и о тебе будут помнить, тебя будут восхвалять.       Мэри пребывала в шоке и плохо соображала. Она не понимала, где находилась, что такое Неметон, почему здесь врач онколог-дерматолог и вечно мелькающая компьютерная голограмма? Почему она должна пожертвовать собой ради чьего-то светлого будущего? И почему эта доля выпала на неё?       — Это сон. Это не взаправду, — тихо произнесла она, пытаясь успокоить себя.       Джонсон положил свою ладонь на грудь Мэри, зажмурился и ударил по её сильно бьющемуся сердцу электрическим разрядом, который проходил через его руку. Мэри только успела подумать о том, какая же она глупая, что не уехала из Бикон Хиллс.