Свет в твоих глазах

Утро на мельнице начиналось не со звонка будильника и не с криков петуха. Оно начиналось с запаха. Того самого, который невозможно было спутать ни с чем другим: смесь старого дерева, сухих трав, развешенных под потолком, и едва уловимого аромата цветов, доносившегося из сада через распахнутое окно. Этот запах был для Вари чем-то родным, почти забытым в суете последних дней, но сейчас она вдруг остро ощутила его, открыв глаза. Солнце уже поднялось над крышами Волшебного города, заливая комнату мягким золотистым светом. Где-то вдалеке слышались голоса — наверное, ранние торговцы уже открывали свои лавки. А где-то совсем рядом, за тонкой стеной, возились девочки. Варя слышала, как Алёнка что-то напевала, как Маша тихо ворчала на разбросанные вещи, а Снежка спокойно отвечала им обоим. Но Варя не спешила вставать. Она лежала на кровати, глядя в потолок, и думала. Думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё пару месяцев назад она была уверена, что знает о мире всё, что ей нужно знать. Что чувства — это нечто понятное и контролируемое. Что она никогда не позволит себе растеряться из-за кого-то. А теперь она лежала и не могла перестать думать о нём. О Мороке. Нет, не о том Мороке, который когда-то был врагом, от которого нужно было защищаться. А о том, который вдруг стал появляться на мельнице всё чаще. Который приносил книги, задерживался на чай, спорил с Алёнкой, смеялся над шутками Маши. Который называл её «Колючка» — и от этого прозвища у неё внутри разливалось странное, доселе незнакомое тепло. Варя перевернулась на бок и закрыла глаза. Она пыталась убедить себя, что это просто реакция на перемены. Что она просто привыкает к его присутствию. Что это ничего не значит. Но внутри, где-то глубоко, она знала — это неправда. — Варя! Ты уже встала или так и будешь лежать до обеда?! Голос Алёнки ворвался в комнату вместе с грохотом открываемой двери. Варя вздохнула, приоткрыла один глаз и смерила подругу недовольным взглядом. — Я встаю, не ори, — пробормотала она, садясь на кровати и поправляя растрёпанные волосы. — Ой, да ладно! — Алёнка подлетела к ней и плюхнулась на край кровати. — Ты уже целую вечность спишь! А у нас сегодня важный день! — Важный? — Варя приподняла бровь. — И что же за важный день, если не секрет? — Ну… — Алёнка замялась, явно не имея готового ответа. — Просто важный! Чувствую! — Аленка, у тебя всегда всё «важное», когда ты голодна, — раздался голос Маши, которая вошла в комнату следом. — Если хочешь, чтобы мы пошли в Лукоморье — так и скажи. Алёнка тут же засияла: — Ну, раз ты сама предложила, то я согласна! Варя покачала головой, но всё же улыбнулась. В этом и была её команда — шумные, непосредственные, но такие родные. Она встала, подошла к окну и глотнула свежего воздуха. Небо было ясным, ни облачка. — Хорошо, — сказала она, обернувшись. — Идём в Лукоморье. Но сначала я хотя бы умоюсь. — Мы подождём! — крикнула Алёнка, уже исчезая в коридоре. Через полчаса они уже шли по мощёной улице Волшебного города. День обещал быть тёплым, почти летним. Люди спешили по своим делам, кто-то узнавал девочек и махал им, кто-то просто улыбался. Город жил своей жизнью — яркой, шумной, настоящей. И Варя чувствовала себя его частью, хотя иногда ей казалось, что она просто наблюдает за происходящим со стороны. — А ты слышала, что Морок вчера опять приходил в библиотеку? — спросила Маша, когда они подходили к кафе. Варя почувствовала, как сердце ёкнуло. Она старалась не показывать виду, но внутри всё напряглось. — Ну и что? — как можно равнодушнее ответила она. — Он часто там бывает. — Да, но говорят, он искал какую-то особенную книгу, — продолжила Маша. — Про заклинания. И спросил у библиотекаря, не останавливался ли здесь Сказочный патруль. — И что он хотел? — не удержалась Алёнка. — Не знаю. Но он спрашивал тебя, Варя. Варя замерла на мгновение, но тут же взяла себя в руки. — Меня? Зачем? — Вот именно «зачем»? — Маша хитро прищурилась. — Может, у него есть к тебе дело? — Или чувства! — подхватила Алёнка с восторгом. — Я же тебе говорила! Он на тебя смотрит! — Перестань, — огрызнулась Варя, но голос прозвучал не так уверенно, как хотелось бы. — У него просто дела. — Конечно, дела, — протянула Маша, подмигивая. — Дела в виде тебя. Варя ничего не ответила. Она просто ускорила шаг, стараясь не смотреть на подруг. В Лукоморье было уютно, как всегда. Кот Учёный носился между столиками с подносами, бормоча что-то себе под нос. Где-то в углу сидела Алиса и читала книгу, попивая чай. Девочки заняли свой любимый столик у окна. — Три порции твоего фирменного мороженого, мрр! — крикнула Алёнка Коту, когда тот пробегал мимо. Кот Учёный остановился, поправил бабочку и смерил Алёнку строгим взглядом: — Ты не спасёшься, мрр. Тебе нужно мёрзнуть! Сейчас принесу, подожди. Когда мороженое было подано, Алёнка принялась уплетать его с такой скоростью, будто за ней гнались Волколаки. Варя же почти не притронулась к своему. Она смотрела в окно, рассеянно наблюдая за прохожими. — Варь, ты чего такая задумчивая? — спросила Снежка, которая до этого молчала. — Всё в порядке? — Да, — поспешно ответила Варя. — Просто… думаю. — О чём? — не отставала Снежка. — Хочешь поговорить? Варя вздохнула. Она действительно хотела поговорить. Но не знала, с чего начать. Как объяснить подругам то, что сама не может объяснить себе? — Снеж, а тебе когда-нибудь казалось, что ты не знаешь, что чувствуешь? — осторожно спросила она. Снежка удивлённо подняла брови, но потом мягко улыбнулась: — Конечно. Я думаю, это нормально. Особенно когда речь идёт о чём-то важном. Или о ком-то. Варя открыла рот, но не успела ничего сказать. В этот момент зазвенел колокольчик над входной дверью, и в кафе вошли двое. Один из них был высоким, темноволосым, с лёгкой тенью улыбки на лице. Морок. Варя мгновенно напряглась. Сердце забилось чаще, и она быстро отвела взгляд, стараясь притвориться, что ничего особенного не произошло. — Смотрите-ка, — прошептала Алёнка. — Сам пожаловал! Морок подошёл к их столику и остановился, чуть склонив голову. — Не помешаю? — Нет, что ты! — тут же ответила Алёнка. — Садись к нам! Только сначала скажи, что ты здесь делаешь? Морок пожал плечами и непринуждённо сел на свободный стул, оказавшись прямо напротив Вари. — Ищу одну книгу. Слышал, вы вчера забирали какой-то старый справочник. Правда? — Правда, — отозвалась Маша. — Он у нас. Хочешь забрать? — Потом. Я просто хотел убедиться, что он у вас. И ещё… — он на мгновение задержал взгляд на Варе. — Я хотел сказать, что заклинания из этой книги сложные. Если понадобится помощь — я могу объяснить. — Спасибо, — сухо ответила Варя, не поднимая глаз. Морок усмехнулся: — Что-то непохоже на твой обычный тон, Колючка. Обычно ты огрызаешься. А сегодня ты молчишь. Не заболела? — Устала, — коротко ответила Варя, чувствуя, как щёки предательски розовеют. Морок внимательно посмотрел на неё, затем кивнул и встал. — Хорошо. Тогда я приду завтра за книгой. Если хотите, могу показать пару заклинаний. Они могут пригодиться. — Мы бы не отказались, — сказала Снежка. Морок кивнул и направился к выходу. У двери он обернулся и посмотрел прямо на Варю: — До завтра, Колючка. — До завтра, — тихо ответила она. Когда дверь закрылась, Алёнка тут же подскочила и взвизгнула: — Ты видела?! Ты слышала?! Он специально пришёл! Ради тебя! — Перестань, — отмахнулась Варя, но на душе стало тепло и светло. Она не знала, что он задумал. Она не знала, что будет завтра. Но одно она знала точно — ветер перемен уже начал дуть. И ей оставалось лишь подставить ему лицо. Вечером, вернувшись на мельницу, Варя долго сидела на подоконнике, глядя на закат. Она перебирала в памяти его слова, его взгляд, его улыбку. И впервые за долгое время она позволила себе улыбнуться. — Варя? — раздался голос Маши из комнаты. — Ты идёшь спать? — Иду, — ответила она, но не сдвинулась с места. Она хотела запомнить этот вечер. Запомнить, каким было небо. Запомнить, как билось сердце. И запомнить тот момент, когда она наконец поняла — она больше не хочет бороться с этим чувством. Она хочет его принять. Звёзды медленно загорались одна за другой, и Варя мысленно прошептала: — Завтра я позволю себе быть честной. Хотя бы перед собой. И в воздухе, словно в ответ, легонько качнулись шторы.