Анатомия греха

Прошло два месяца. Два долгих, изнурительных месяца, за которые мир бессмертных пытался научиться дышать заново на дымящихся руинах прошлого. Отмена Закона Неприкосновенности ударила по Цитадели сильнее, чем таранные орудия адской армии. Прежняя система трещала по швам: ангелы и демоны больше не прятались по углам, границы между кастами размывались, а Непризнанные наконец-то перестали чувствовать себя третьим сортом. Но пока Небеса медленно погружались в либеральный хаос, Ад требовал порядка. Преисподняя не могла долго оставаться без Короля. Легионы демонов, лишившиеся своего грозного владыки, бунтовали, высшие касты грызлись за власть, и единственным человеком — точнее, существом, — способным остановить грядущую гражданскую войну, была я. Девчонка, которая поглотила силу Мальбонте и вырвала сердце Сатаны на глазах у сотен свидетелей. Сегодня был день моей официальной коронации. День, когда Вики Уокер должна была окончательно и бесповоротно принять сторону демонов. Я стояла перед огромным ростовым зеркалом в бывших покоях Повелителя Ада. Окна тронного зала выходили на багровые, вечно кипящие лавовые озера, и этот зловещий отсвет идеально ложился на мое новое одеяние. На мне было тяжелое платье из черного шелка, расшитое серебряными нитями, напоминающими вены Мальбонте. Мои двухцветные крылья — левое ослепительно-белое, правое антрацитово-черное — были полусложены за спиной, создавая уродливый, но пугающе величественный силуэт. — Ты выглядишь потрясающе, Вики. Как настоящая Королева, — тихо произнесла Мими, поправляя подол моего платья. За эти два месяца демонесса сильно повзрослела. В ее глазах больше не было девичьего задора, только глубокая, преданная верность. Ее отец был мертв, и я была единственной, кто связывал ее с прежней жизнью. — Я не чувствую себя Королевой, Мими, — хрипло ответила я, глядя на свое бледное отражение. — Я чувствую себя палачом, который просто занял чужое место. — Это место твое по праву силы. Ты спасла нас всех. Ад примет тебя сегодня, и высшие демоны склонят головы, потому что знают: ты не колеблясь уничтожишь любого, кто пикнет, — Мими попыталась ободряюще улыбнуться, но улыбка выinitialсь натянутой. В дверь покоев негромко, но настойчиво постучали. На пороге показался советник покойного Владыки — тот самый демон, который когда-то беспрекословно подчинялся Сатане, а теперь с опаской и трепетом заглядывал мне в глаза. — Владычица, — он низко поклонился, едва не касаясь носом каменного пола. — Совет Высших Демонов собрался внизу. Архидемоны и генералы легионов ждут вашего выхода для принесения присяги на крови. Но... перед началом церемонии один из хранителей архивов просил передать вам это. Он настаивал, что это вопрос государственной важности. Демон протянул мне небольшую, старинную шкатулку из черного дерева, скрепленную печатью, которую я раньше никогда не видела. На ней был изображен змей, кусающий себя за хвост — символ иллюзии и обмана. Я нахмурилась, чувствуя, как внутри под ребрами неприятно кольнуло нехорошее предчувствие. — Оставь нас, — скомандовала я. Советник еще раз поклонился и поспешно скрылся за дверью. Мими с любопытством подошла ближе. Я сорвала печать, крышка шкатулки с тихим щелчком откинулась назад. Внутри не было ни драгоценностей, ни древних свитков. Там лежал лишь один небольшой, граненый кристалл памяти, пульсирующий едва заметным, угасающим багровым светом. Адская магия. Я коснулась пальцем прохладной грани кристалла. В ту же секунду над шкатулкой соткалась полупрозрачная, дрожащая иллюзия, и до боли знакомый, утробный, издевательский хохот заполнил пространство комнаты. Воздух в моих легких мгновенно превратился в лед. Над шкатулкой проступило лицо. Сатана. Он выглядел уставшим, его рога были обломаны, а на груди, прямо там, куда я вогнала свою руку, красовался уродливый, глубокий шрам, стянутый черными нитями запретной магии некромантии. Но его алые глаза горели всё той же торжествующей, садистской ухмылкой. Он смотрел на меня сквозь запись, словно видел меня прямо сейчас. — Ну здравствуй, моя дорогая Непризнанная... или мне теперь звать тебя Королевой? — его голос, сочащийся ядом, заставил стекла в комнате мелко задрожать. — Если ты видишь это послание, значит, твоя маленькая коронация вот-вот начнется. Признаться, ты удивила меня там, на площади. Сила метиса вскружила тебе голову настолько, что ты действительно поверила, будто сможешь так просто оборвать мою вечность? Мими рядом со мной сдавленно ахнула, закрыв рот ладонями. Ее глаза округлились от дикого, парализующего ужаса. — Папа... — сорвалось с ее губ. — Нет, этого не может быть... Мы же видели... его тело... — Древние Короли Ада не умирают от того, что девчонка вырвала им сердце, Вики, — продолжал Сатана на записи, лениво наклоняя голову. — Мое истинное сердце никогда не находилось в этой бренной плоти. Тот кусок мяса, что ты сжала в своей руке, был лишь сосудом, обманкой для таких выскочек, как ты и Мальбонте. Я позволил тебе думать, что ты победила. Я позволил ангелам и демонам объединиться, позволил Мальбонте уничтожить Цитадель и ослабить Совет. Вы все сыграли идеальную партию в моей игре. Пока вы зализывали раны и праздновали «свободу», я собирал то, что осталось от моих верных легионов в дальних кругах. Иллюзия приблизилась, и лицо Сатаны оказалось в считанных сантиметрах от моего. Его ухмылка превратилась в хищный оскал. — Этот ублюдок сумел обхитрить всех. Спас свою шкуру, подставив под удар школу, Мальбонте и даже собственный трон, просто чтобы выйти из игры сухим и дождаться, пока его враги обескровят друг друга. — Наслаждайся своей коронацией, Вики Уокер, — прошептал воскресший кошмар, и его глаза вспыхнули ярким, дьявольским пламенем. — Носи мою корону. Охраняй мой трон. Наводи свои новые, глупые порядки. Но помни: я наблюдаю за тобой. И когда ты меньше всего будешь этого ждать... я приду вернуть то, что принадлежит мне по праву. До скорой встречи... Королева. Кристалл с сухим треском лопнул, превратившись в серую пыль. Пространство комнаты снова погрузилось в полумрак, нарушаемый лишь далеким гулом лавы. Я стояла неподвижно, чувствуя, как по шее, прямо по фантомному следу от его пальцев, стекает холодный пот. Руки мелко дрожали, а внутри всё переворачивалось от бешеной, ослепляющей ярости. Он был жив. Этот ублюдок обвел нас вокруг пальца, заставив поверить в свою смерть, пока мы хоронили друзей и перестраивали мир. За дверью послышались торжественные фанфары — Совет архидемонов приготовился к началу церемонии. Они ждали своего нового лидера. Я медленно повернулась к Мими, которая сидела на полу, обхватив голову руками и тихо всхлипывая от шока. Я подошла к ней, рывком подняла на ноги и заставила посмотреть на себя. В моих глазах больше не было сомнений или страха перед коронацией. Там горел чистый, концентрированный адский огонь. — Вытри слезы, Мими, — ледяным тоном произнесла я, поправляя тяжелую черную корону, лежавшую на столе. — Церемония начинается. Мы спустимся туда, и я приму эту присягу. Но теперь правила меняются. Мы найдем его, в каком бы кругу Ада он ни прятался. И на этот раз я позабочусь о том, чтобы от него не осталось даже пепла. ​