Выбери другого в бесконечной гаче

Армия противника имела абсурдное преимущество. Как в количестве, так и качестве бойцов. Все силы города, собранные в самом надежном месте, не смогли бы выдержать натиск орды. Даже если бы агрессоры лишились разума и бросались в бой строго по одному, напрочь позабыв об оружии, опыте сражений и элементарном здравом смысле. У меня, да ещё и в одиночку, в нынешнем состоянии, тем более, не имелось и шанса на уверенную победу. Гоблины могут банально завалить меня телами. Огры переломают кости одним взмахом дубины. Волки и гарпии перережут жилы и оставят валяться в пыли, грязным, униженным и абсолютно беспомощным. Если это не будет считаться смертельной атакой, то “защита новичка” не станет ограждать от урона, травм. И, разумеется, адской боли. Не стоит думать, будто монстры не смогут осознать столь элементарную уязвимость чужака, возомнившего себя “новым Ахиллом”. Каждый может пасть. Если найти к нему правильный подход. Поэтому я использовал подлый трюк, гарантирующий мне, на некоторое время, отсутствие спокойного сна по ночам. Но иногда, например сейчас, другого выбора попросту не оставалось. -- КАК МНОГО ВРАГОВ!!! Громогласный вопль радости разорвал гнетущую атмосферу отчаянья над осажденным городом. Люди, застигнутые врасплох, тут же заозирались, пытаясь понять, что вообще происходит. Пожалуй, только градоправитель почти не отреагировал на неожиданный, крайне неуместный здесь и сейчас, воодушевленный крик, переполненный демонстративным предвкушением битвы. Ну... и тот старик-буддист. Хотя этого я и не видел, но легко мог предположить его неестественно спокойную реакцию. -- НАКОНЕЦ-ТО!!! Я театрально развел руки, будто хотел обнять весь мир. Незаметно для окружающих, выделил в своем восприятии всех, кто не испытывал враждебности к статуям. И ударил по их чувствам потоком яркого, одуряюще концентрированного счастья. -- БРАТЬЯ И СЕСТРЫ! ВОЗРАДУЙТЕСЬ!! НАС ЖДЁТ ВЕЛИКАЯ БИТВА!!! Горожане ещё секунду назад ответили бы мне в стиле: -- “Ты совсем спятил?!”. Но сейчас в их умах боролись две противоположные установки. Инстинкты требовали бежать от угрозы. Если это не удавалось, многие впадали в уныние. Но некоторые готовы дать последний бой неприятелям, скольк не малы были бы шансы на выживание, или хотя бы нанесение вреда обидчикам. Именно это чувство и раздувал я, постоянно нарастающим давлением менталистики. Благо уже понял как здесь это работает. -- БЕРИТЕ СВОЕ ОРУЖИЕ! НАДЕВАЙТЕ ЛУЧШИЕ ДОСПЕХИ!! БЛАГОДАРИТЕ БОГИНЬ ЗА ЭТУ ЧУДЕСНУЮ ВОЗМОЖНОСТЬ СОКРУШИТЬ ИХ ВРАГОВ!!! Последняя фраза “царапнула” отчетливой неуместностью. Я не был фанатиком, да и вообще, верующим во что-то, кроме силы чистого разума. Оттого и выбрал менталистику, как основное направление для саморазвития. Вместо того, что кланяться коврику, мазать кровью идолы языческих божков и заниматься прочей мутью. Разве что в душе до конца не умерла вера в людей, когда-то давно разоженная от пламени истинной веры в победу добра у моего предка. Но с каждым прожитым годом уверенность слабела, сменяясь броней цинизма, равнодушия, толики пренебрежения. А то и откровенного презрения к существам, делающим все возможное, чтобы погубить как себя, так и жизнь на всей планете. В погоне за бессмысленными желаниями, в принципе не способными воплотиться у всех и сразу, т.к. они в корне противоречили друг другу. Счастье за чужой счёт - заведомо плохой выбор. Если ты жаждешь убить другого просто потому, что он не такой как ты, то сам обречен. Ведь каждый миг, незаметно для себя, ты меняешься, переставая быть тем, кем был ранее. И в какой-то момент, следуя своей извращенной логике, должен будешь убить себя. Потому что того, прежнего тебя, однажды попросту не стало. Но местные жители были совсем иными, нежели привычные мне граждане некогда великой страны победившего коммунизма, где счастье зачастую раздавалось всем, даром, никого не оставляя обиженным. Эти дети своего жестокого времени не видели ничего плохого в том, что дворяне угнетают крестьян. Не видели ничего плохого в работорговле. Избавление от лишних ртов в деревнях, во время очередного голода, считалось нормальным, обыденным явлением, как снег зимой. Да и вообще, они не считали убийство чем-то чуждым своей природе. То есть, обыватель этого мира мог совершенно спокойно, беседуя о погоде, зарезать домашнюю животинку, которую растил с детства. Потом зарезать собственную дочку, потому что для нее не нашлось подходящего жениха среди “уважаемых людей”. Ведь всякую босоту перекатную, у кого нет хотя бы золотого в кармане, он за “людей” не считал. И ничтоже сумняшеся типичный мужик пойдет заделывать ещё одного ребенка, потому что баба должна приносить приплод каждый год, иначе от неё тоже следует избавиться. И после этого серийный убийца, изображающий примерного семьянина, ещё будет искренне возмущаться, за что прогневались богини, посылая по его порочную душу, армию гоблинов, жаждущих его убить. При более внимательном исследовании глубин чужой души, я не нашел в местных жителях желанных ростков истинного гуманизма и подлинной человечности, которую я так ценил в тех, кого с полным правом называл людьми. Потому у меня ничего не дрогнуло, когда я, полностью осознавая чудовищность этого поступка, хладнокровно погнал их на убой. Милорд, не первый день наблюдавший за жизнью поселения, сначала посчитал, что я окончательно рехнулся от вида несметных полчищ за стенами. И для него стало крайне неприятным открытием, что люди, ранее охваченные паникой, горем и мыслями о самоубийстве, вдруг все, как один, начали спешные сборы к предстоящей битве, с какого-то перепугу послушавшись безумца, которого они видят первый раз в жизни. И, скорее всего, в последний. -- За богинь-близнецов! -- Убьем их всех! -- Да!!! -- Не.. может быть... Это невозможно! Нет-нет!! Немыслимо!!! Я... я не верю в это!!! Рано поседевший ветеран со все возрастающим ужасом видел, как его подданные, кого он поклялся защищать даже ценой своей жизни, отчего-то сами захотели пойти на смерть. Да ещё и с радостными улыбками на устах. Что делало происходящее почти что кошмаром наяву для человека, не понаслышке знающим, что такое настоящая война. -- Это ты! Это все ты сделал!! Немедленно прекратите это!!! В точку, приятель. Но роль заставляет переложить вину на ни в чем не повинный кусок камня. -- ТАКОВА ВОЛЯ БОГИНЬ, -- с насквозь фальшивой уверенностью сообщил я, портя и без того поганое настроение ветерана. Но стоит отдать должное профессионалу своего дела. Он действительно попытался спасти своих людей. Успокоить. Вразумить. Остановить силой, в конце концов. Но не получилось. Не только гражданские забыли о инстинкте самосохранения. Самые верные солдаты, прошедшие все тяготы и лишения с командиром, тоже покинули “последнюю линию обороны”. Чтобы присоединиться к самоубийственной авантюре, наплевав на честь, долг, присягу и любые награды, что был готов им предложить ветеран, на чьих глазах рушился последний оплот человечества. Он чувствовал себя одним-единственным разумным человеком, сохранившим ясный рассудок, посреди людского моря, охваченного предбоевым безумием. Даже дзэн-буддист, в итоге, присоединился к походу, поудобнее перехватив тяжелую боевую трость. Как оказалось, ему было наплевать лишь на себя, но не на тех, с кем он прожил бок-о-бок всю сознательную жизнь. Поэтому все понимающий старик, не обращая внимание на боль в измученном теле, шел в последний бой, прекрасно понимая, что он из него не вернется. Все ради того, что дать хотя бы тень шанса выжить тем, кому ещё жить да жить. В отличие от измученного болью несчастного человека, с разбитыми в хлам мечтами, неожиданно для него воспрянувшими из пепла с новой силой, словно он ненадолго вернулся в когда-то беззаботную юность. Уж такую малость, как иллюзию возвращения былого, я мог ему предоставить, за искреннюю попытку мне помочь. С градоправителем сложнее. Гордый воин морально не готов принять протянутую руку помощи. Крепко битый жизнью, разочаровавшийся в прежних идеалах, ветеран предпочитал брать все сам, силой оружия, интриг, материальных благ и прочей чуши, в упор не понимая, что цель разума на планете вовсе не в этом. Ведь никого другого он, как тут принято, за “людей” не считал. И там, за речкой, чужая земля, где все ходят с “песьими головами, посланными им за неверность”. Темное, дремучее средневековье, блин. Здесь и самые достойные порой ведут себя как конченные отморозки. Просто потому, что “так принято”. Отчаявшись прекратить внезапное помешательство, воин попробовал решить проблему тем же способом, который считал самым верным. Потому напал на меня, с отчетливым намерением убить. Как ни странно, без внутренней злобы. С горьким пониманием, что ему не победить. Но он, ведомый остатками былой гордости, не мог не попытаться. -- ... Я привычно обманул зрение ветерана, ударившего быстро, мощно, четко... и мимо цели. Точнее, туда, где он видел меня, в подсунутой ему иллюзии, как раз на случай попытки моей ликвидации. Я со сложным чувством смотрел, как надломленный потерей надежды, охваченный паникой, бывший элитный боец, раз за разом пытается поразить обманку, погружаясь все глубже в бездну терзающих его внутренних демонов. Я прекратил это издевательство над неплохим, в сущности, человеком, мягким касанием его разума, погружая в спокойный сон, без кошмаров и тревог последних дней. Чтобы он, хотя бы так, ненадолго, обрёл заслуженный покой. ~~ "Я не смогу его потом убить. Да и сейчас - тоже", -- пришло запоздалое осознание. Когда все закончится, и я вырежу остатки его поданных, просто не поднимется рука. Экспа экспой, но у меня ещё остались остатки совести и человеколюбия. Итогом сомнительного “милосердия” станет пробуждение бедолаги посреди кладбища из всех тех, кого он когда-то знал, ценил и даже немного любил, не до конца зачерствевшим сердцем. Не удивлюсь, если осознание произошедшего сведет его с ума, или заставит совершить самоубийство. А пойти и всех победить самостоятельно, не жертвуя “пешками” из местных, я не смогу. Силёнок не хватит. “Цугцванг”, блин. Какой ход не сделай, обязательно станет только хуже. На краю восприятия мелькнуло какое-то движение. Я сконцентрировался и периферийным зрением заметил, что выражение лиц у статуй богинь изменилось. Теперь их улыбки из просто радостных стали откровенно хищными, кровожадными. Похоже, это не просто камень, а ещё один идол ложных богов, настолько пропитавшийся кровью и смертью, что в нём зародилось квази-сознание, из остатков поглощенных разумов тех, кто был принесен здесь в жертву. Проклятый мир. Проклятые “правила игры” бездушной Системы. Проклятые люди и ксеносы, вынужденные убивать друг друга на потеху конченным мразям. И мне приходится играть в этом “театре абсурда” далеко не последнюю роль кого-то из массовки, имеющего право незаметно отсидеться в стороне от эпицентра кровавой вакханалии... Как же я это ненавижу, кто бы знал... -- ЗА БОГИНЬ-БЛИЗНЕЦОВ!!! Я заревел пуще прежнего, распространяя вокруг ментальный посыл, отбивающий остатки здравомыслия и у действительно стойких людей, до сих пор как-то умудрявшихся сохранять крохи самообладания. Благо толпа оказалась достаточно “разогрета”, чтобы коллективная воля самостоятельно задавила редкие островки спокойствия в будущей буре чувств. Классический пример “эмоционального заражения”, привычки подражать окружающим (даже без понимания смысла действий) и, чего уж скрывать, стадного инстинкта. Я воздел к небесам кулак, а потом показал (всей рукой) направление будущей атаки. Впрочем, выбор невелик. Городских ворот было ровно две штуки. И только одни достаточно большие, чтобы беспрепятственно пропустить толпу, бегущую навстречу смерти. Иные варианты гарантировали, что я понесу потери в живой силе до начала битвы, когда сбитых с ног некомбатантов затопчут насмерть свои же. У них ведь совсем мозги отшибло, когда к моей “накачке” присоединились их собственные “тараканы в голове”. И, внезапно, воздействие Системы, с отчетливым привкусом чуждой, мерзкой, злой силы, которую я опознал как проявление “божественности”. Благо успел уже прощупать особенности энергетики “защиты новичка”. К слову, градоправитель лишился своего меча. Но только на время. Как стало понятно из воспоминаний, если не претендовать на перезапись прав собственности в недрах Системы, то любой предмет можно взять в руки. Просто он не будет считаться твоим, а значит, не станет переносится вместе с тобой, при телепортации, не будет автоматически ремонтироваться в безопасной зоне, не будет доступен для улучшения в кузнице, и много еще каких ограничений, не имеющих большого значения для текущего момента. А значит, живём, братцы! Все не настолько плохо, как я изначально думал. Но снимать доспехи с кого-то, для собственного облачения, по-прежнему считаю излишним. Сила врагов превышает всякое разумение. Тут только подвижность спасет, не скованная ни одеждой, ни броней. Тому же огру плевать, превращать ли меня в отбивную с переломанными в труху костями “ля натурель”, или вместе с тоненькой скорлупкой дрянного металла, который годился, по современным мне стандартам, разве что в переплавку. Потому я сбросил грубые лохмотья, пострадавшие при многократных контактах со стенами города. И пошёл в бой, как древние воины-берсерки, ничуть не смущаясь по этому поводу. Стыд у меня умер в муках задолго до встречи с феей. Из-за множества крайне сомнительных авантюр, куда меня втягивал “друг” с удручающим постоянством (и высоким риском для жизни, естественно). Сходится “стенка на стенку” с многочисленной толпой вооруженных, кровожадных чудовищ, жаждущих моей смерти любой ценой - далеко не самое неприятное последствие “приключений”. Просто ещё один “обычный вторник”. Да и риск, если честно, сейчас не так уж и велик. Ведь я шёл в бой под прикрытием “мяса”. При глубоких познаниях в менталистике не составляет большого труда “сбивать прицел” у целой армии слабых духом существ. Вот если бы против меня вышли не дикари, а хорошо обученные, тренированные, элитные воины с закаленной волей, тогда бы да, меня бы порезали на лоскутки ещё до того как я бы успел "взломать" их ментальную защиту. Но тупые чудища зачастую не видели разницы между реальностью и правдоподобно выглядящей иллюзией. Им мозгов для этого не хватало. Что здорово сокращало потери, когда вся сокрушительная мощь, заставляющая вздрагивать землю от каждого попадания монструозных орудий убийства, проходила мимо живых, разумных целей. Или вовсе попадала по “союзникам”, когда полностью отвести смерть в сторону не представлялось возможным. “Дружественный огонь” в пылу битву, он порой такой... коварный, хе-хе... Особенно, если твой враг - псионик, направляющий твои мысли для убийства твоих же сородичей. А мои сожаления об упущенном опыте можно и вовсе не брать в расчёт. Тут, блин, не компьютерная игрулька. Мои враги из плоти и крови, а не из единиц и нулей. Рано, или поздно, среди них находились те, кто могли, пусть и с трудом, прорваться через пелену обмана. В том числе, с помощью Системы, у кого не было здесь “любимчиков”, лишь четко понятная цель - сделать кровавое зрелище поистине запоминающимся, невзирая на цену. Нужно сжульничать? Внезапно телепортировать промахнувшийся клинок прямо в тело опешившего крестьянина? Не вопрос! Одностороннее избиение, приближающее победу "скучных сил добра", снова и снова превращалось в чудовищный размен жизнь на жизнь. А расклад, напомню, был десять к одному. И даже с моей помощью не спешил заметно сокращаться. Мне хватило нескольких, весьма обидных потерь из-за внешнего вмешательства, чтобы уяснить нюансы. И внести соответствующие коррективы в тактику. Я все чаще стал выходить из строя, устраивая эпичные зарубы и перетягивая внимание на яркие моменты жаркой битвы. Что серьезно уменьшало потери в живой силе, когда Система оказывалась занята доработкой удачных кадров, а не внесением “балансных правок” (очевидно, не в мою пользу). Казалось бы, ну нафига лезть в самую гущу, получая все новые и новые раны? Ведь настоящий “эпикфайт” требовал не оставаться “идеально чистеньким”, показывая напряженность в особо волнительные мгновения. Но я отлично понимал, зачем "вот это вот всё" происходит. Испытание образца будет провалено, если победу в итоге одержат “болванчики”. Зрители, конечно, ценят умелых полководцев, оперативно реагирующих на сколь угодно неожиданные “сюжетные повороты”. Вплоть до внезапного удвоения(!) числа сражающихся огров, чье подкрепление появилось буквально из воздуха(!!!). Но азиаты одержимы манией “больших чисел”. Сто против тысячи - это вообще “ни о чём”. Миллион против миллиарда - уже ближе к цели. А бесконечность против бесконечности бесконечностей - вот это да, это самое то, что хочет простой узкоглазый обыватель, регулярно делающий ошибки даже в элементарных математических операциях! Оттого массовые побоища и не “цепляют взор”, что осознание масштаба банально проходит мимо сознания. В суете множества мелькающих событий просто нет берущих за душу моментов, когда беспечный, сытый и довольный жизнью “кишечник на ножках”, может все тщательно разглядеть, не рассеивая внимание на прочие детали, и даже уронить свой фастфуд, внезапно осознавая, что вот он, наступил “момент истины”, кульминация всего фильма за просмотр которого ему теперь совершенно точно не жалко потраченных денег! Потому я и шёл на риск, демонстративно терпел боль, пересиливал в тяжелом противостоянии даже огров. Героически вздувая мышцы, упираясь ногами в потрескавшуюся от напряжения землю, корча страшные рожи. Чтобы пафосно откинуть дубину в сторону. А потом эффектно, но крайне неэффективно, сокрушить охреневшего огра ещё более сокрушительным ударом более крупной и жутко выглядевшей хреновиной. Кажется, это запчасть осадной машины гоблинов, снесенной нами как-то походя. Не успел разглядеть подробности, ведь мне было немножко не до того. Меня, в этот самый момент, пытались очень активно прибить (да и сейчас пытаются), что требует всего возможного внимания... Стоило стать “центром интриги” (и Превозмогания), как общая картина происходящего резко изменилась. Никто больше не мешал (по крайней мере, пока) одержимым фермерам рубить постоянно промахивавшихся гоблинов. Познайте всю мощь "эффекта штурмовика", негодяи! Ведь теперь вы - не основная линия повествования “трагедии обреченного города”, а всего лишь суета за заднем плане, чисто для создания антуража. Да и уж кого, а гоблинов тут никому не жалко. Если потребуется, “расходный материал” ещё докинут (как огров недавно). Этого “добра” у фашистов-мозголомов всегда в избытке. В отличие от действительно выделяющихся героев, умеющих создавать эффектное шоу, достойное внесения в зал вечной славы и высокого звездного рейтинга от именитых, пресыщенных зрелищами критиков. Разумеется, мне ещё далеко до вершины топ-листа и рекламных предложений стать "лицом известного бренда". Но я на верном пути к этому. Поскольку Система, после довольно долгого периода анализа и оценки, начала подыгрывать уже мне, а не врагам. Кого, очевидно, банально списали в сопутствующие потери. Не уверен, что кто-то из посторонних наблюдателей смог бы заметить "переломный момент". Хотя бы потому, что их было несколько (судя по моим чувствам). Но теперь я отчетливо ощущал, по "обратной связи" пока ещё живых "пешек", среди которых тоже некоторые неплохо отличились, что мы, после многих принесенных жертв, начали медленно, но уверенно побеждать. Увы, порадоваться этому смогут очень и очень немногие. Из сотен защитников города, пошедших за мной, на ногах осталось хорошо, если несколько десятков. Да и те не факт, что доживут до вечера. Уж очень сурово некоторых из них отделали. А я не гениальный медик, чтобы залечить практически смертельные (без должного ухода) раны. Пусть это всяко лучший результат сражения, чем сами горожане могли бы надеяться провести, с учетом изначального расклада сил, но... Я не хотел возвращаться обратно, за стены, и встречаться с взглядом градоправителя, чьих людей я банально принес в жертву, ради своих амбиций, если по-честному, не стоящих и одной пролитой слезинки, не говоря уже о множестве жизней невинных. Увы, такова воля небес, "богов" и этого чертового мира, что люди должны страдать и умирать. Я не мог это предотвратить. Только сделать так, чтобы их боль и смерть не оказались в итоге напрасными.