Darling Black

Утром Арья пришла в столовую с красными глазами. Всю ночь она почти не спала. Как только её глаза закрывались и ей удавалось какое-то время вздремнуть, она снова видела Седрика. — Милая, что с тобой? Выглядишь неважно… — спросила Нарцисса и взглянула на племянницу, которая села за стол. В столовой было пусто, за исключением Люциуса и его жены. Как Арья поняла, утром все пожиратели покинули Малфой-Мэнор и отправились по своим великим делам с Темным Лордом. Арью это не сильно беспокоило, так как она не вникала в их дела. Ей просто было плевать на них, но единственное, что ее удивило, так это то, что Люциус с ними не ушел. — Все нормально… — выдавила из себя девушка, и слезы грозили опять вот-вот политься. — У тебя какие-то проблемы? — по-отцовски спросил Люциус и, свернув газету, посмотрел на Арью. Через секунду он понял, что рассказывать та не собирается, поэтому перевел тему: — Что хочешь на завтрак? Может, твоих любимых вафель? Или эльфы сделают тебе шоколадные кексы? Арья лишь пожала плечами. Люциус обычно воспринимал этот жест как «несите всё». Что и произошло. В следующее мгновение перед Арьей стояли разные блюда, но есть ей совершенно не хотелось. Она сделала глоток чая, и её чуть не вырвало. Слёзы не давали ей наполнить свой желудок вкусностями, которые для нее приготовили. Арья открыла рот, чтобы что-то сказать, но замерла, повернув голову к выходу из столовой, и прислушалась. Слова было разобрать крайне трудно, но голос она узнала. Всё тот же Петтигрю. Обладателя второго голоса она не узнала, но, кажется, это был Яксли. «Да… убил мальчика… Темный Лорд приказал…» Арья не выдержала. Она встала из-за стола и быстро пошла в сторону звуков. Увидев, как Петтигрю с гордо поднятой головой рассказывает об убийстве любимого Арьи, та не выдержала и крикнула заклинание, направив палочку на Петтигрю. — Сектумсемпра! — голос Арьи совсем не дрогнул. Ей было совершенно не жаль Питера. Она радовалась, когда он упал и по его телу стали расползаться резаные раны. — Никогда больше не смей говорить о нем, поганая крыса! Мужчина лежал на полу и стонал от боли. Арья просто смотрела на это, когда к ним подбежали люди. — Арья, что ты делаешь?! — спросила в растерянности Нарцисса в то время, когда Снейп опустился рядом с Питером и произнес контрзаклятие. Арья же совсем не реагировала. Она еще в прошлом году нашла учебник принца-полукровки и прочитала его от корки до корки. Снейп даже помог ей разобраться с парой заклинаний и зелий, хотя девушка была младше, чем предполагаемый возраст использования этой книги. — Идем, идем, милая, — говорила Беллатриса и пыталась оттянуть Арью от мужчины. — Хватит! Он заслужил это! — и со всей силы Арья ударила Петтеирю ногой в нос. Тот закричал от боли, и Нарцисса в шоке вздохнула. Однако никто не стал кричать на Арью и ругать её. Все понимали, почему она это делает, и это был первый срыв, когда Арья позволила себе сделать больно другому человеку и показала это на людях. Драко подбежал на крики и, наконец добравшись до кузины, с широкими от шока глазами спросил: — Что происходит? — он взял сестру за локоть и потянул к себе. Он обнял её за плечи, и девушка заплакала у него на плече. — Это он, это все он! — Арью трясло, и Драко повёл её к выходу из зала.   

***

Спустя несколько часов, прорыдавши на плече брата, Арья немного успокоилась. Миппи принесла чай с ромашкой, и девушка задремала. Она чувствовала, как кузен нежно гладит её по волосам, а потом встал с кровати. Арья проснулась, когда за окном садилось солнце. Девушка посмотрела на часы на камине, на которых было чуть больше девяти вечера, и встала с кровати. Пол был заслан огромным ковром в темно-зеленых тонах в цвет с обоями в комнате. Комната у девушки была достаточно просторной и одной из самых больших в доме. Кровать стояла около левой стены от двери. Она была застелена белыми простынями с пушистой подушкой и пуховым одеялом. Балдахин темно-зеленого цвета свисал с деревянных перекладин, а с правой стороны от кровати стояла небольшая тумбочка, на которой всегда лежала интересная книга из огромной библиотеки Малфоев. С левой стороны от кровати было большое окно с видом на сады с большим количеством цветов и фруктов. В детстве Арья с Драко всегда бегали в сад и ели яблоки и персики. Под окном стоял письменный стол, на котором были расставлены книги, свечи и бумага с пером. Напротив кровати был камин, на котором стоял портрет девушки и часы. На портрете у Арьи красиво сложенные волосы в пучок. На ней нежно-голубое платье, и она улыбается. На самом деле девочка редко улыбалась. Этот портрет был сделан, когда ей не исполнилось и десяти. Это был тяжелый период в жизни девочки, особенно если учесть все то, что было у нее в жизни до этого. Но на этой картине она была словно ангелочек. Дверь в комнату была ближе к стене у камина, так что справа от двери поместился огромный шкаф, который полон вещей на разный вкус и цвет. Малфои очень любили Арью, несмотря на то, что она была дочерью Сириуса. В тот период жизни она была совсем маленькой и едва помнила своего отца. Тогда Люциус стал для нее папой, который ей нужен был, и за это она была бесконечно ему благодарна. Девушка подошла к столу и увидела какое-то письмо. Она села на стул и распечатала письмо. «Дорогая Арья. Надеемся, что в скором времени ты наконец приедешь к нам. Мы по тебе уже соскучились и ждем встречи с тобой. Твой папа совсем грустит из-за вашей разлуки. Приезжай скорее, с Любовью, Тонкс». Письмо заставило Арью улыбнуться, и она быстро написала ответ кузине о том, что она приедет как можно скорее. С Тонкс у нее были замечательные отношения. На самом деле Арья никогда не выбирала одну из сторон своих родственников. Она любила как и Малфоев с Беллатриссой, так и папу с Тонкс. Когда девушка запечатала письмо, она поцеловала конверт, а потом провела по месту, где оставила поцелуй, палочкой. Там проявился след от поцелуя. Он стал красным и переливающимся. Как раз в тот момент, как Арья отправила письмо, в комнату постучали и вошла Нарцисса. – Милая, тебе нужно поесть… Ты сидишь тут весь день. – нежным голосом говорила Нарцисса и подошла к девушке. Она погладила ту по кудрявой макушке и поцеловала. – Да, я знаю, Цисси… Но пока там эта крыса, спускаться я не хочу. – сказала Арья, не глядя на женщину. Она смотрела на свои ногти и быстро заморгала, чтобы согнать слезы. – Мы будем покупать вещи к учебному году через пару дней… – поняв, что стоит перевести тему, заговорила Нарцисса. Она по-прежнему гладила Арью по голове и прижимала к себе в объятиях, на которые девушка охотно соглашалась. – Ты хочешь пойти с нами? Или ты пойдешь с Уизли? – Честно, еще не думала… Но в любом случае мне нужно вернуться к папе, я ему обещала… – Арья понимала, что ей не удастся пойти с отцом за покупками, так как он по-прежнему под прицелом Министерства магии после побега из Азкабана, но ей очень этого хотелось бы.

***

В этот же вечер девушка вернулась на площадь Гриммо. Её приветствовал Сириус и Римус. Арья крепко обняла обоих мужчин и спросила: – А где остальные? – Тонкс нужно было навестить Андромеду, Артур и Молли в Норе… Дети сейчас наверху. – обнимая крестницу, говорил Римус. Мужчины помогли девушке донести вещи до спальни, и она почти сразу легла спать. Здесь комната была совсем другой. Она находилась на четвертом этаже, в то время как большинство обжитых комнат находились этажами ниже. После побега Сириуса Арья все больше времени проводила тут, так что комната была более обжитой. Эта комната была одной из самых больших спален в доме, так как еще сама Вальбурга захотела отдать эту комнату своей любимой и единственной внучке. На полу был красно-золотой ковер, кровать стояла с правой стороны, а напротив стоял камин, на котором были разные фотографии и вещи девушки. Слева от камина был журнальный столик и два кресла. Они были обиты бордовой тканью, и на них лежали маленькие подушки и пледы. Там же стояла напольная лампа, и Арья любила читать в этих креслах. Возле кровати стояли тумбочки со светильниками, и напротив двери было большое окно, вид из которого выходил на лондонские улицы. Рядом стоял рабочий стол, и чуть левее между окном и камином стоял большой книжный шкаф, а напротив него стоял шкаф с вещами. Девушка, укутанная в теплые пледы на огромной кровати, вздрогнула от каких-то звуков в коридоре. Она посмотрела в окно, а потом на часы на тумбочке. Чуть больше трех часов. Она встала с кровати и, взяв палочку с тумбочки, тихо произнесла: – Люмус… Она вышла из комнаты и подсвечивала себе дорогу палочкой. Арья шла в сторону звуков, которые доносились с нижних этажей. Лестница скрипела под каждым шагом девушки, и когда она увидела странные вспышки со щели под дверью одной из комнат на втором этаже, подошла. Она шепнула заклинание, и свет на кончике палочки погас, после чего поднесла руку, чтобы открыть дверь, но та отварилась сама. Перед девушкой предстала картина: Два рыжих близнеца стояли над столом и по очереди произносили заклинания на какой-то предмет на этом столе. Теперь же они смотрели на девушку как дети, которых заметили на краже конфет. Арья приподняла бровь, а те лишь скинули на пол что-то, что она не смогла рассмотреть из-за спин братьев. – О, Арья! Ты уже вернулась? – с натянутой улыбкой торопливо проговорил Джордж. – Что вы тут творите? – сказала Арья, не отвечая на очевидный вопрос парня. – Ваша комната на третьем этаже. Что вы забыли в гостиной в три часа ночи? Те лишь посмеивались, но отвечать не стали. – Пошли вон из комнаты. Не хватало, чтобы вы тут еще что-то разнесли. – голос девушки явно говорил о том, что спорить не стоит. Близнецы послушали и быстро вышли из комнаты, перед этим подняв предмет с пола. Девушка заметила, что это что-то разноцветное и вытянутое, но допрашивать не стала. Арья выключила свет в комнате и закрыла дверь. Она пошла следом за парнями, смотря, чтобы те точно пошли к себе. Те в свою очередь шепотом о чем-то спорили и толкали друг друга локтями. Они повернули в сторону своей комнаты, когда поднялись по лестнице, а Арья пошла дальше. У себя в комнате она снова легла в прохладную постель и укуталась в одеяло как раз в тот момент, когда на улице пошел дождь. Обычно дождь успокаивал девушку, но не сейчас. В её груди разливалось какое-то странное чувство тревоги. Вечером отец рассказал, что Гарри выиграл суд и его вернули в Хогвартс, но что-то было не так. С этими мыслями девушка погрузилась в сон. Сириус стоит в гостиной перед своей матерью. Раздаются крики, и в дверях стоит женщина. Лица совсем не видно, но видно прекрасные длинные светлые волосы, которые переливались в лучах огня из камина. Девочка чувствует сильные руки отца, который прижимает к себе девочку. – А ты вообще молчи! - кричал мужчина. - Как можно было оставить её там одну?! Та женщина лишь хмыкнула и сказала: – Да плевать я на нее хотела! Иди ты к Мерлину! – и, развернувшись, ушла. Вальбурга лишь хмыкнула, а взгляд, который был устремлен на сына, словно говорил: «Я же тебе говорила». Утром Арья проснулась из-за разговоров внизу. Она быстро сходила в свою ванную, которая была такой же просторной. Напротив двери был унитаз, с правой стороны было большое зеркало, и под зеркалом раковина с мраморной столешницей. Под ней выдвижные полки из красного дерева, и холодная плитка на полу и стенах. Напротив раковины ванна. На стенах есть полочки такого же красного цвета. Теплый свет не очень сильно освещал комнату, но девушке этого достаточно. Она быстро умылась и приняла душ, чтобы смыть воспоминания о странном сне, и, переодевшись, спустилась вниз. Там Арья молча выпила чай и узнала, что все сейчас пойдут за покупками к учебному году.

***

Через несколько часов все стояли на вокзале в Лондоне. Арья обнималась с Тонкс и почесала шею отца в обличии собаки. Девушка пошла следом за отцом, и они оказались в одном из небольших залов ожидания, и крепко обняла отца. – Тебе не следовало приходить… – тихо сказала она в грудь Сириуса. – Как же я мог не проводить свою доченьку? – и погладил кудрявую голову девушки. Арья так и не упомянула про свой сон, так как не знала, как начать, и не знала, стоит ли. Через какое-то время Грюм, который стоял на шухере, тихо постучал три раза, и вошел Поттер. Арья отодвинулась от отца, и он, поцеловав дочь в макушку, пожелал ей счастливой дороги, и девушка ушла, оставив Сириуса и Гарри вдвоем.