Любовь с привкусом ромашек

— Виктория Грейс! Я быстро вскочила с кровати, не понимая, что происходит. Свет столь ярок, что пришлось сразу же прикрыть глаза. Темной фигурой, обрамленной солнечными лучами, стоявшей в полразворота поодаль окна, была матушка. Раздражение и гнев буквально сочились, смешиваясь с ослепляющим светом. Слишком явный контраст. Будто нечто противоестественное. — Почему ты до сих пор спишь? — с яростью в глазах проговорила она. — Мне стоит говорить оправдания? Или даже они не в силах мне помочь? — Ни к чему. Собирайся живее! У тебя на сборы час и ни минутой более. Если управишься раньше, то, может, успеешь позавтракать. А если нет — быть тебе всю дорогу голодной. И не сомневайся, путь предстоит долгий, — с этими словами мама удалилась из моей комнаты. Ну что ж, нельзя терять ни минуты. Я быстро начала складывать всё необходимое в дорожную сумку. Жаль, что мой гардероб состоял лишь из многочисленных платьев, к тому же некоторые из них были уж слишком вычурны. Но среди всех этих рюш, оборок, кружев, атласа и шелка у меня было то, о чём никто не догадывался. Как-то мы с Гвен во время особо долгой и приятной прогулки на лошадях разговорились. Она невероятно метко подметила, что платье не совсем подходящий элемент одежды для верховой езды. Гвен предложила обменяться парочкой вещей. Я сделала ей подарок из нескольких роскошных платьев, а она мне — несколько пар брюк военный полиции. Найдя их в тайничке, неприметной коробке в дальнем углу шкафа, и схватив с десяток блуз, я всё сложила в сумки. Также не забыла про предметы первой необходимости. Сев на кровать и ещё раз взглянув на сумку и гардероб, я поняла, что осталось место для нескольких платьев. Как бы моей душе не хотелось вырваться из этого «высшего» мира, с некоторыми вещами бывает сложно расстаться. Я вспомнила два своих самых любимых наряда — пыльно-розовый атлас и шифоновая бирюза. Руки сами нашли их среди прочих и незамедлительно уложили в сумку. Когда всё было собрано, я взяла сумки и пошла к парадному входу. У меня не осталось времени подкрепиться, а жаль. Митчелл и Вилсон уже ждали меня у выхода. — Давай сумки, — Вилсон аккуратно взял их и пошел укладывать в крытую повозку. — Может, ты передумаешь? — Митчелл взял мои руки в свои и крепко сжал. — С тобой может что-то случится, это очень опасно, — он взглянул в мои глаза. — Мит, ты же понимаешь, что я наконец-то обрету хоть какую-то свободу, — я смотрела на него умоляющими глазами, чтобы он меня отпустил. — Мы обязательно еще встретимся, мы же семья, — брат дернул меня к себе и крепко обнял, а я не могла не ответить. Надеюсь, это и правда будет наша не последняя встреча… Нет. Не время мне переживать сейчас. Выбор сделан. Мной и никем другим. Мы простояли в объятиях минут пять, пока Вилсон к нам не вернулся. — Ну что, Викки, удачи тебе, сестрёнка, надеюсь, с тобой всё будет хорошо, — проговорил брат, обнимая меня. — Смотри, если кто-то будет обижать тебя, то сразу пиши мне! — Хорошо, Вил, — я улыбнулась ему и пошла к повозке. Дорога была действительно долгой. Хоть мы и делали несколько остановок, это не помогало. Я никогда так долго никуда не ездила. Чрезмерная неконтролируемая тряска в повозке не давала мне забыться ни на минуту. И никакой опыт верховой езды тут не поможет. Вся моя жизнь пролетела в нашем доме вместе с учителями и редкими приёмами. От этого мне становилось ещё печальнее. Правильно ли я всё делаю или, может, всё-таки совершила ошибку? Неизбежно тяжелые мысли захватили мой разум. Преодолев невыносимо долгую дорогу, мы добрались до штаба Разведкорпуса. Я вышла из повозки и оглядела место, в котором буду коротать свои дни свободного от бремени члена семейства Грейс человека. Сам штаб представлял собой старинный замок, в некоторой степени обросший зеленью и мхом, по размерам он превосходил даже наше семейное поместье. Только вот… Довольно гнетущая атмосфера царила вокруг него. Я отряхнула платье от насевшей пыли и краем глаза увидела командора. — Как прошла поездка, Викки? — он взял мою руку и легонько преподнес ее к губам. Я немного смутилась, но не придала этому значение. — Достаточно долго и некомфортно, — я не стала скрывать этого. Командор лишь слегка ухмыльнулся. — Тогда я думаю, тебе стоит отдохнуть в своей комнате, — он взял мои сумки и тихонько пошел в сторону штаба. По пути мы особо не обменивались словами. Создавалось ощущение, что он очень расслаблен, видно, Смит был здесь, как дома. Проходя вдоль дворика, я увидела конюшни, и в эту же секунду меня охватило чувство, свойственное лишь малым детям. Искренняя радость. Нужно спросить у Эрвина разрешение покататься на лошадях. Глаза невольно метнулись к нему, укрыв в себе надежду. По-видимому, он сумел распознать просьбу и даже мольбу, но удостоил меня лишь вопросительным взглядом. — Я могу оседлать одну из лошадей? — ничего не таяв, спросила я. — Конечно, — Смит отвернулся и посмотрел на них. — Это будет частью уроков. — Спасибо, что делаете это для меня, — немного замявшись, проговорила я. С нами чуть было не столкнулась пара военных, что прогуливалась по двору и с любопытством глазели весь наш путь. — Я смотрю, ты вызвала некий интерес у разведчиков, — Эрвин шел всё также уверенно, чего не скажешь обо мне. — Видно, к вам не часто приходят гости из высших слоев общества, — интересно, появятся ли у меня здесь знакомые, или я всё время буду только с командором. — Ты права. Смит довёл меня до комнаты, что была на втором этаже, и открыл дверь. Всё было обставлено весьма скромно: кровать, шкаф, стол, табуретка и окно. Несмотря на непривычно малое количество мебели и убранств, апартаменты показались мне довольно уютными и просторными. — Эта комната уже долгое время пустует, — начал Эрвин. — Ты будешь жить в крыле командующих. И не вздумай даже переживать, здесь тебя никто не тронет, тут безопасно, — он сделал небольшую паузу, но вскоре продолжил. — Если тебе что-то понадобиться, то через одну дверь находится мой кабинет, — я кивнула, и Эрвин удалился. Пока я раскладывала вещи, солнце садилось за горизонт. Не знаю, сколько насчитывали часы, но мной овладел довольно сильный голод. Переодевшись в брюки, которые дала мне Гвен, и светло-сиреневую рубашку с красивыми пуговичками, я вышла из комнаты. Мне совершенно ничего не известно о том, что здесь и где находится, а бродить одной крайне не хотелось. Здание замка большое, для неопытной меня еще и весьма запутанное, решив не пытать удачу найти верное направление наугад, я устремилась к двери командора. Ненадолго замявшись, всё-таки решила постучать. После слов «Входи» я тихонько прошла в кабинет. Как оказалось, не только мне в столь поздний час мог понадобиться командор. На меня уставились несколько пар пристальных глаз, исключая Смита. Становилось очевидно, что гости не могли и помыслить о чьем-либо визите. Девушка стройного телосложения с каштановыми волосами, собранными в высокий конский хвост, который был весьма потрепан, и мужчина с короткими чёрными волосами и такими же темными кругами под глазами. Видно, он давно не спал. Эрвин осмотрел своих подчинённых и лишь сказал: — Это Виктория Грейс — моя подопечная, — на него покосились две пары глаз, потом снова посмотрели на меня. — Тебе сейчас проблем мало? Или заняться нечем? — мужчина высказал это без каких-либо эмоций. Как он разговаривает с командующим? Это же по крайней мере неуважительно. — Виктория, присядь на диван, — я выполнила просьбу, наблюдая за диалогом, который назревал у незнакомца и Эрвина. — Почему она всё еще тут? Мне наплевать, кто эта девка. Никто не должен присутствовать и слышать то, о чём мы говорим, — мужчина всё не унимался. — Командор, может я всё-таки попозже зайду, — начала тихо я, теребя пальцами складки на штанах. — Я определенно не вовремя… — Сиди, — всё также спокойно проговорил Эрвин. Я не стала ослушиваться приказа. — Ривай, ты можешь не пугать нашу гостью? — девушка повернулась ко мне. — Виктория, я Ханджи, а этот балбес — Ривай. Будем знакомы! — она протянула мне руку, и я с удовольствием пожала ее. — Эрвин, на этом всё или есть еще, что надо обсудить сегодня? — Можете идти, — сколько спокойствия и непоколебимости в этом загадочном человеке? Ханджи, довольная словами командора, первая покинула кабинет. Ривай удерживал свой взгляд на Смите какое-то время и, не смотря в мою сторону, покинул помещение. Кабинет опустел. Почему-то от сцены, свидетелем которой я стала, мне сделалось не по себе. Человек, являвшийся целью моих ночных похождений, впервые за время моего присутствия поднял на меня глаза. — Ты же не просто так сюда зашла? — он облокотился на стол. — Понимаешь, у меня не было возможности подкрепиться из-за переезда. А карту замка мне не выдали, — быстро проговорила я, будто оправдываясь перед Эрвином. — Ох… Что ж ты сразу не сказала, сейчас уже довольно поздно, но я попробую что-нибудь придумать, — он повернулся к окну, скорее всего продумывая варианты. — Сиди тут, я сейчас приду, — Смит вышел из кабинета. Я нахожусь в кабинете человека, ответственного за все действия полиции разведки. Совершенно одна. Если бы здесь была моя матушка, ее темные глаза ликовали, а ручки быстро нашли документы, оскверняющие честь командора. Хорошо, что здесь просто я. Да и вообще, какие бумаги могли бы опорочить Эрвина? На первый взгляд, он человек слова, волевой и честный. Надеюсь, мои ожидания по этому поводу не разрушатся… И все же, я невольно бросаю взгляд к столу. Не могу заставить себя не рассматривать все составляющие интерьера этого кабинета. Шкаф забит книгами и какими-то журналами, вторые слишком явно отличаются потрепанным внешним видом. На столе лежит стопка бумаг, возможно играющих роль в том разговоре с Ханджи и… Риваем. Прошло около получаса, прежде чем Эрвин вернулся. И вот заветное открытие двери, и пришел мой спаситель. В его руках был поднос. Он поставил его передо мной и сел рядом. Итак, сегодня у меня на ужин две вареные картофелины и два ломтика хлеба. Я слишком голодна, чтобы придираться к уровню продуктов и их приготовлению. Но местная кухня в корни отличается от того, что было дома. Я старалась сохранить приличие, а не наброситься на еду, как голодная кошка. Судя по всему, вышло у меня это из ряда вон плохо. Справой стороны послышался смешок. — Неужели так смешно наблюдать за мной? — вытирая салфеткой остатки еды, проговорила я. — Просто ты и правда это забавно делаешь, — Эрвин развалился на диване и прикрыл глаза. — Приятного аппетита. — Спасибо большое. Через несколько минут тарелка была опустошена, а я забралась на диван с ногами, подтянув их к себе. Мне было так интересно, кто эти люди. — Командор, — он посмотрел на меня немного осуждающе, и я поняла, в чём была моя ошибка. — Эрвин, — быстро исправилась я, — а кто были те люди? Ханджи показалась мне очень приятной по общению. — Да, Ханджи — лидер отряда, а также главный исследователь, а Ривай — капрал элитного отряда. — Видно, капрал Ривай не особо рад моему визиту в ваш штаб, — я посмотрела на Эрвина. — Ты права, но это не его головная боль. — Значит, я для тебя головная боль? — Нет, Викки, ты скорее, как лучик света из высшего общества, который озаряет и отвлекает меня от проблем, — начал Эрвин. — Я думаю, что всё делается не зря. Ты же сама хотела всему научиться? — Да, но понимаю, что я тут совсем не ключевая фигура. Разведкорпусу нужны были деньги, которые есть в нашей семье. — Опять же, ты права, но обеим сторонам нужно это соглашение. — Да, но всё упирается в деньги и власть, и никто не хочет спросить, чего хотят потомки этой семьи. — Ты о своих братьях? — Вот видите, вы тоже берете в расчёт только моих братьев, но никто не замечает девочку, что стоит за их спинами… — Ты хочешь быть значима в этом мире и только поэтому решила поступить в Разведкорпус? Неужели других вариантов нет для умной и красивой девушки? — Эрвин смотрел всё это время на меня и будто разреза́л грань разговора. — Думаю, мать просто решила избавиться от ненужной наследницы, — после этих слов я замолчала. Спустя, казалось, вечность Эрвин продолжил. — Смелое суждение. Тогда, думаю, тебе стоит доказать, что ты более сильная чем кто-то другой. — Спасибо, — мне было очень приятно, что Эрвин решил поддержать меня. — А теперь я думаю, что тебе и мне нужно отдохнуть, — я поднялась с дивана и отряхнула брюки, стараясь придать себе более или менее изящный вид. — Завтра в пять я проведу тебе экскурсию, и, думаю, поучимся ездить верхом. — Хорошо, сладких снов, Эрвин. — с этими словами я удалилась из кабинета.

***

Стук в дверь. И еще один… и еще… Уже второй день я просыпаюсь от этого звука. Но одно не могло не радовать: вчера и сегодня стучались совершенно разные люди. — Я могу войти? — Эрвин всё еще стоял за дверью. — Да, секунду, — я зарылась в одеяло с головой, и Смит зашел как никогда вовремя. — Ты хочешь проспать завтрак? — Пожалуй, нет, не хочу, — я улыбнулась ему, немного приспустив мое надежное укрытие так, чтобы было видно лицо. — Тогда переодевайся, и я жду тебя, — Эрвин вышел из комнаты. Клянусь Тремя Стенами, он улыбнулся! Не было времени размышлять: привиделась ли мне эта легкая ухмылка на лице командора или нет. Я начала быстро приводить себя в порядок. Выбрав то, что не особо будет бросаться в глаза разведчикам, я вышла за дверь, где меня все это время ожидал Смит. Взгляд. Долгий и изучающий. Он определенно осматривал меня. На мне была белая рубашка и самые обычные штаны. Не знаю, что его так смутило, но мы, не затронув этот маленький инцидент, направились к столовой. Попутно он рассказывал о комнатах и залах, которые мы проходили. Это было достаточно увлекательно, все-таки мне предстояло провести в этом месте достаточно долгое время, и не помешало бы изучить окрестности. Открыв дверь столовой, я невольно ощутила на себе тяжесть взора нескольких десятков глаз. Все живо встали и отдали честь командору. После слов «Вольно» разведчики сели на свои места, и многие из них наблюдали, как мы продвигаемся к столу командующих. Я потянула за рукав Эрвина, и он наклонился ко мне. Мне не хотелось, чтобы это услышали посторонние: пришлось тихо шептать ему на ушко. — А мне тоже нужно отдавать честь капитанам и тебе? Смит не на шутку рассмеялся. Я ошарашенно посмотрела на него. Вроде ничего странного не спросила, а такая реакция. Мне очень не хотелось ставить себя в неловкое положение перед резведчиками, но по итогу Эрвин разрушил этот маленький пунктик личных достижений. После его громкого смеха, он также наклонился к моему уху. — Нет, Викки, тебе не придется это делать. Мы подошли к столу, и на нас уставились две пары глаз. За столом сидели Ханджи и Ривай. — И с чего ты так громко заливался, Эрвин? — нагло спросил капрал. — Тебя это не должно касаться, Ривай, — Смит повернулся ко мне. — Садись, я принесу нам еды. Я не решалась возразить и села как можно ближе к Ханджи, сидеть с мужчиной мне не особо прельщало. Он немного пугал своим поведением. — Как тебе в нашем штабе? — поинтересовалась девушка, весьма широко улыбнувшись. — Достаточно неплохо, — коротко ответила я на её вопрос. — Ты же из Митры? — всё не унималась Ханджи. — Да, у моего отца там поместье… — неожиданно меня прервал Ривай. — Очкастая, — обратился он к девушке. — Тебе еще тогда сказали, что у неё фамилия Грейс. — Ах точно! — Ханджи хлопнула себя по лбу. — Так подожди, а какими судьбами занесло аристократку в наш штаб? — она покосилась на меня с блеском интереса в глазах. Также поступил и Ривай. Они оба смотрели на меня, а я лишь боялась сболтнуть лишнего. — Важные дела, которые не терпят отлагательств, — за меня ответил Эрвин, который подошёл к нам как нельзя кстати. — И какие же? — нотки интереса проскользнули в словах капрала. Но, возможно, мне показалось. — Финансовые, — Эрвин посмотрел на меня и пододвинул тарелку. На этом наш разговор был закончен. Я осторожно взяла вилку и начала ковырять еду, наблюдая, что вообще мне положили. Было интересно рассматривать эту непонятную жижу, похожую на похлёбку из овощей. Выглядела она явно не очень съедобно. К моему сожалению, никакой другой пищи в округе не было, поэтому я решила дать шанс этой странной жиже. И всё оказалось не так плохо, как на вид, только безумно не хватало соли. — А соль здесь вообще есть? — я поинтересовалась у командующих. Они все подняли на меня глаза, в которых читалось недоумение. — Соль? — переспросила девушка. — Ну да, — либо я чего-то не понимала, либо они. — Это достаточно дорогое удовольствие, которое у нас в дефиците, поэтому мы довольствуемся пресной едой, — пояснила Ханджи. — Оу… — а вот я и попалась на том, что совсем ничего не знаю о других классах населения, помимо высшего. — Тупые аристократы, — сквозь зубы процедил Ривай и вышел из-за стола. После этих слов у меня что-то кольнуло в груди. Было безумно обидно, что от обычного вопроса, как я думала, меня назовут «тупой аристократкой». После этого инцидента я решила молчать и спокойно закончить с завтраком. Зачем капрал так выразился? Он слишком прямолинейный человек, чтобы сдерживать свои мысли в рамках приличной беседы? Но разве его совершенно не волнуют чувства других людей, которые он может задеть? «Подонок…» — лишь пронеслось у меня в голове. После окончания завтрака я и Эрвин вышли из столовой. Мы направлялись в крыло командующих, только мой путь лежал в свою новую комнату, а его — в кабинет. Надеюсь, что в пять часов дня мы сможем покататься на лошадях, и Смит расскажет мне поподробней о Ривае…