Судьба подарила второй шанс

Вечер. Легкий туман опустился на землю, солнце скрылось за облаками и накапывал мелкий дождик. В поместье было тихо, только редкие тихие разговоры стариков иногда были слышны в коридоре. Недзуко сидела в соседней комнате, она, то ли решив обучиться новому навыку, то ли вспомнить былое, вышивала какое-то животное. Кажется, это был лис. А тем временем в другой комнате время проводили Гию и Танджиро. Некоторое время назад они набирались сил у своего наставника, Саконджи Урокодаки, но теперь временно остановились в поместье Глицинии. Вернемся к нашей паре ''друзей. В комнате приглушённый свет, создаваемый свечой, одеяла разбросаны по полу, а на одном из футонов уместились два человека. Любой, кто зашел бы в эту комнату, поразился увиденной картине: Самый нелюдимый хашира, загадочный и необычный человек, сейчас лежит на спине демона и тихо посапывает, уткнувшись носом в в волосы на плечах Танджиро, руками приобняв его за грудь. <От лица Камадо Танджиро. > <Дальше идут мысли. > В самую первую нашу встречу, он показался мне... суровым. Да, точно. Он выглядел черствым, суровым и страшным для меня. Хотя эти представления быстро рассеялись, стоило ему помочь мне и Недзуко. В тот же момент для меня стало понятно, что вовсе он не черствый. Что у него большое доброе сердце, которое скрыто за стенами. Он вступился за меня три? Нет, кажется даже четыре раза. Он помог мне стать мечником, поручился за мою сестру, защитил меня от высшей луны и спас от становления монстром. Это очень ценно для меня. Он сказал, что нуждается во мне. Чувствовал ли я то же самое? Кажется, что тогда ответа у меня не было. Но я не хотел играть с чувствами закрытого человека, который пережил много боли и наконец впустил меня в свое разбитое, все такое же доброе сердце. Тогда я еще не знал, какой ответ ему дать, но для себя решил сразу: я обязательно соберу, склею, исцелю его сердце по кусочкам. Выполню тяжелую ювелирную работу, все, лишь бы Гию был счастлив. Я так увлёкся, что не заметил, как дал ему положительный ответ. Невероятно, но за недолгий срок я узнал о нем многое. Например, его любимое блюдо. И что когда он ест тушеного лосося с дайконом , то на его появляется чудаковатая улыбка. Ну, такой ее видела госпожа Кочо. Для меня же она была подобна выстрелу, поражающему быстро и безболезненно. Его улыбка... она по-настоящему прекрасна. Вот бы таких моментов было больше. А еще мне открылось больше эпизодов его прошлого. Да, я явно не ошибся, когда предполагал, что его сердце разбито горем. Точно! Совсем забыл. У него совершенно неожиданный характер. Хоть на людях он выглядит отстранённым и загадочным, однако, когда мы остаемся вдвоём или втроем, с Недзуко, он совершенно другой. В расслабленной обстановке многие его действия легко читать. Отошел от темы. Насчет характера Гинни. Когда мы наедине то стены вокруг его души и сердца рушатся. Он становится уязвимым и очень милым. Каждое действие Гию переполняет нежность. Двигается Томиока пластично, могу сравнить с мастером гончарного дела: чтобы не повредить свое творение, он двигается аккуратно. Так же и у Гию. Он ничего против моей воли не делает, всегда ждет моего согласия. А еще у него ранимая душа. Он долго не обижается, но любой плохой отзыв очень огорчает его. И ведь не скажешь такое, просто смотря на него, да? ;) И все равно я не могу поверить, что казавшийся раньше неприступным айсбергом хашира будет лежать на мне, набираться сил и дышать прямо в шею. Меня одолевают мурашки!!! Хотя умиротворенное выражение лица Гинни стоит дороже, чем мое смущение. <Размышление закончилось> Подумав о своих ощущениях, Танджиро, словно обращаясь с алмазом, переложил Томиоку на кровать. Взял второй футон, сдвинул их и получилась двухместная кровать. расправив одеяла, он лег рядом с Гию, притянув к себе и невесомо обняв. Камадо еще минут пять смотрел на спокойное лицо напротив, а потом тоже погрузился в царство снов. В коридоре все еще слышны редкие восклики стариков. На улице так же темно, но в этот самый момент два дорогих друг другу человека лежат в обнимку и все у них должно быть.