на льду

Прошло несколько дней. Уже приехали сборные всех стран, которые участвуют в играх. На удивление, Элли даже осталась в своем номере, хотя почти всех пересилили по разному. Теперь Адель живет в другом корпусе,  а Ами в соседнем номере. Петя тоже остался в основном корпусе и живет на этаж ниже предыдущего.  За все время Элли не разу не видела Малинина, что очень странно и подозрительно.  — А может он тоже тебя избегает? — предположила Ами. — Это не в его стиле, но хотя... вполне возможно. Особенно после того интервью, видимо ему все же стало стыдно.   — Ты что, чувство гордости для него гораздо важнее совести. А знаешь, тебя до сих пор это волнует? Я думала ты уже забыла про это сто раз. Он полный идиот, ясно?  — Ты права Ами. Вообще, Петя говорит, что часто его видит, но Илья делает вид, что они незнакомы.  — Ага, незнакомы, вообще, в первый раз в жизни видит! — возмущалась азиатка.  Ночью Элли лежала в кровати и думала. Столько разных мыслей переполняло голову. Я бы на её месте уже давно сошла с ума.  Казалось, она, такая гордая и упрямая, а думает о каком то мальчишке, который явно её не достоин.  Элли всегда знала себе цену, и если бы в обычной жизни произошла такая ситуация, она бы уже давно забыла про этого человека и не вспомнила бы. С сегодняшнего дня у Элли начинаются тренировки. Конечно, она итак каждый день разминалась в зале возле бассейна, но все же этого было недостаточно. Теперь все спортсмены могут записаться на тренировки в удобные для них дни и время.  Изначально Элли хотела записаться с Адель, но когда под её именем она увидела "Ilia Malinin, USA", то моментально передумала. В итоге она записалась вместе с Ами, кто бы сомневался.  Через несколько часов блондинке позвонила Этери Георгьевна, что было страшно и неожиданно.  — Так Флорова, ты сейчас же идешь вниз и записываешься вместе с Адель, вместо той финской фигуристки.  — Почему? Я же в нормальные дни записалась, и не в обед, а утром и вечером. Да и почему Адель ко мне не запишется?  — Я не собираюсь таскаться с вами в разные дни. У меня четкий график, и во время твоих тренировок у меня другие дела. Сейчас же пошла вниз и сделала, как я сказала.  — Хорошо, сейчас же сделаю.  Этери сбросила трубку, а Элли была в полном недоумении. Почему она к Адель, а не Адель к ней? Так еще и специально с Малининым, это точно заговор. А ведь Этери раньше общалась с его мамой, и должна знать про то интервью. Даже если так, то зачем ей это надо?  В срочном порядке нужно было позвонить Ами, а лучше пойти к ней.  — Прикинь что! Этери заставила меня записаться к Малинину! — с порога чуть ли не крича начала Элли  — Что! Прям заставила? — удивленно посмотрела на нее Ами, которая красилась.  — Да! Сейчас она позвонила и сказала, чтобы я записалась к Адель, мол ей некогда бегать за мной на тренировки, у нее четкий график и бла бла бла.  — Мда, это ужасно. Сочувствую тебе подруга.  — Сейчас нужно пойти вниз, в главный холл, и записаться. Пойдешь со мной?  — Конечно пойду, куда я денусь.  Ами встала, и они отправились в главный холл. Там уже было не так много людей, как утром, да и у списков вообще никого не было.  — Так, где тут Адель... — Элли искала её имя. — А, вот она!  — Смотри, тут еще место свободно, давай я тоже запишусь!  — Серьёзно? Из за меня ты будешь ходить не в то время, в которое хотела?  — Я записалась туда, потому что ты там была.  — Ты лучшая! — Элли обняла подругу. В том списке был даже Петя, но он был после Ильи, что странно. Зачем он записывался, если знал что там будет он, его что, тоже заставили? Вечером Этери Георгьевна снова позвонила.  — Элли, ну ты совсем глупая? Я тебе сказала записаться к Адель не для того, чтобы твои подруги из Японии были с тобой, и ты вообще не тренировалась. Это уже Олимпиада, а не старты в России, где ты ничего толком не делала и получала первые места. У тебя слабенький прокат, до олимпийского тебе очень далеко. Просто вот сравни свой прокат и Сашин, который занял только второе место. Ты даже если все чисто сделаешь, то медаль ты вряд ли получишь. Так что о подругах на тренировках можешь и не мечтать. — Я поняла Вас, хорошего вечера. — на этот раз трубку положила Элли.  Если бы обычный человек сказал ей такое, то Эл было бы все равно, но если Этери Георгьевна такое говорит, она еле сдерживает слезы.  В этом сезоне программа у нее и вправду была слабая. Ни одного четверного прыжка, в отличии от Адель.  В дверь постучали. Элли открыла.  — Привет Петь, — она явно не ожидала его увидеть, особенно после того вечера.  Он зашел и сел на кровать.  — Ну что, в этот раз будет кола с вишней? — с сарказмом сказал он — К счастью нет, я больше не хочу проснуться у тебя в номере.  — Ну и ладно! Хоть бы спасибо сказала, что я положил тебя на кровать, а не оставил лежать на полу.  — Ага, положил после того, как споткнулся об меня, вот же счастье!  — Ладно, не суть. Тебе Этери сказала записаться ко мне и Адель?  — Как ты узнал? — удивленно спросила она  — Я слишком хорошо и долго тебя знаю.  — Эй, не уходи от вопроса!  —Поверь, ты бы ни за что добровольно не записалась с Малининым на тренировки.  — Ты прав. — она опустила глаза в пол. Сейчас эта тема совсем не радостная.  Петя моментально это заметил, поэтому положил свою руку поверх её.  — Послушай, он просто мудак, не обращай на него внимание, сконцентрируйся на программе. Докажи Этери, что ты достойна быть тут. — Спасибо. — блондинка крепко обняла его. Первый день тренировки. Ранний подъем, сборы, пробежка, тренировка в зале, и наконец они выезжают на лед.   Дорога была не долгая, около пятнадцати минут на машине, и вот он, новый, красивый олимпийский лед.  И вот среди толпы она замечает его. Он стоит спиной вперед, так что пока не замечает её. Теперь лед превратился в место для соревнований не только олимпийских, но и для их соревнования.  Через несколько секунд его позвали, он обернулся. Эл смотрела в телефон, так что не увидела, что его осуждающий взгляд уже прикован к ней. Наконец она подняла глаза, и моментально заметила это, и он сразу отвернулся. Эл промолчала, лишь потому что была настроена на тренировку, а не на разборки с Малининым.  Началась тренировка. На льду было человек семь или восемь, Эл так и не посчитала всех. Раскатка, затем прыжки, вращения, повороты и быстрый прогон короткой и произвольной программ.  Этери постоянно что-то кричала, то ли Адель, то ли  ей, но Эл было всё равно, пусть орет сколько влезет.  В голове крутилась одна фраза: «у тебя слабая программа» А что, если она сделает четверной? Вот возьмет и сделает, и что тогда скажет Этери?  Попытка зайти на четверной лутц, толчок и... упала.  Этери начала кричать так, что скоро все спортсмены находящиеся на том катке выучат русский язык, а в частности ругательства.  — Ты совсем с ума сошла четверной прыгать? Я тебе русским языком сказала: сначала тройные прыгай нормально, а потом делай что хочешь! Или тренер для тебя не авторитет? — Орала Этери Георгьевна.  В этот момент даже Илья обернулся, посмотреть кто сегодняшняя жертва Тутберидзе, и от увиденного он был мягко говоря в шоке. — Это просто тренировка, я не собираюсь прыгать четверной лутц. Это просто попытка, я больше так не буду, извините. — сказала Эл и продолжила тренировку.  — Боже, почему она такая проблемная!— сказала Этери Георгьевна, когда Эл уже уехала.  ============================ тгк: записки сумасшедшей ============================