Метки
Серая мораль
Тайны / Секреты
Смерть второстепенных персонажей
Упоминания жестокости
Манипуляции
Нездоровые отношения
Вымышленные существа
Любовь с первого взгляда
Детектив
Тайная личность
Вымышленная география
Привязанность
Тайные организации
Маскарады / Балы
Русалки
Вымышленные заболевания
Самоубийство
Описание
Зарес пылает тысячей масок. И под каждой — своя цена.
Пират Сайрус Вальмон приплывает в столицу, чтобы продать украденную тиару и исчезнуть. Но вместо этого — труп банкира, тайные комнаты под дворцом и организация, которая хочет любой ценой переступить порог человечества.
Карнавал пылает. Маски не снимают. И у каждого своя причина выжить.
Посвящение
Для моего брата, который всегда рядом для того чтобы поддержать и помочь.
С любовью и надеждой что история оставит свой след также как и мы все оставляем след в чужих историях.
Часть 24
04 августа 2026, 08:20
Мастерская Эверетта снаружи выглядела как каморка в которой от силы поместятся два человека и кошка. Внутри она разрасталась в несколько помещений — этот феномен я до сих пор не мог объяснить никакими законами архитектуры.
Вот чудной старик.
Маски смотрели на меня со всех сторон — от изящных и почти аристократических до таких которые явно были созданы в момент когда здравый смысл временно покинул мастера. Я шёл в глубь стараясь ничего не задеть. Бардак здесь с каждым разом становился масштабнее — это был живой бардак, развивающийся по своим законам.
Эверетт в обычной жизни был хорошим художником. Одну его картину я даже купил — бурное тёмное море с изумрудно-синими волнами разбивающимися о чёрные скалы, белая пена взлетающая вверх, грозовое небо с серебристыми лучами пробивающимися сквозь тучи. Он умел передавать море так как его видит человек который его боится и уважает одновременно. Мне нравилась эта картина. Мне нравился Эверетт-художник.
Эверетт-мастер по маскам был значительно менее приятным существом.
— Эверетт! — крикнул я в глубину.
— Сайрус, мой дорогой! — донеслось из комнаты пахнущей краской.
Вот этого я и боялся. Когда невыносимый сварливый старик внезапно становится милым и радостным — это означает только одно: ему что-то нужно. Это безошибочный признак.
— Что? — спросил я обречённо.
— Мне нужна модель для скульптуры.
— Скульптуры? Ты решил в скульпторы податься?
— Это так важно? — невыносимый старик вернулся. Хорошо, это хотя бы привычно.
— Нет, — сказал я. — Но взамен мне нужно кое-что узнать.
— Говори быстрее.
— Ты делаешь маску для Фрауса?
— Для Фрауса? — он высунулся из своей комнаты с видом человека которому только что предложили съесть что-то неприятное. — Эспен Фраус? Этого наглеца?
— Да. Делаешь или нет?
— Делаю. Заплатил немало, надо признать.
— Покажешь мне?
— После скульптуры.
— Только быстро.
— Конечно.
Это не было быстро.
Он заставил меня снять рубашку и стоять весь день практически без движения — как какой-то корабельный манекен. Иногда разрешал перекурить. Это были лучшие моменты дня.
Я стоял и думал о море. О том как скрипят снасти на рассвете. О том что Пьер наверняка уже довёл кого-нибудь из команды до нервного срыва своими комментариями. О том что карнавал скоро закончится и я наконец смогу снова дышать нормальным воздухом а не этой смесью из краски, карнавального дыма и чужих духов.
Два часа сна, день стоячком в мастерской сварливого старика. Это лучшая неделя в моей жизни.
Когда уже была ночь и Эверетт наконец соизволил закончить измываться — он показал маску.
Золочёный металл с текстурой ковки, венец из солнечных лучей расходящихся в стороны, полумесяц слева, маленькое солнце в центре лба. Миндалевидные прорези для глаз, орнаментальная гравировка по краям.
Скромно. Очень скромно. Прямо-таки застенчиво.
— Вот маска этого бахвальца, — сказал Эверетт с нескрываемым презрением. — Посмел явиться в мою мастерскую и заказать такое. Солнечные лучи. Полумесяц. Ещё немного и он бы попросил герб империи приклеить.
— На балу такая будет одна? — спросил я.
— На королевском? Да. Один такой павлин там будет.
Отлично. Значит найти его будет несложно — просто искать самую самодовольную маску в зале.
— Хорошо, — сказал я.
— А зачем тебе этот паршивец?
— Хочу убить его.
Эверетт посмотрел на меня секунду.
— Что же он сделал?
— Влез в мои планы.
— Ладно, — старик махнул рукой. — Не моё дело.
И ушёл обратно в свою комнату к скульптуре — должно быть любоваться результатом моих страданий.
— Пока, старик, — крикнул я надевая рубашку.
— И ты береги себя, — донеслось в ответ.
Трогательно. Сварливый старик всё-таки.
На улице была уже глубокая ночь. Я закурил и пошёл в сторону дома Фрауса — просто посмотреть, оценить обстановку, прикинуть варианты.
Подойти к дому я не смог.
Охрана была плотной — даже по меркам людей которым есть что скрывать. Несколько патрулей, расставленных с той методичностью которая говорила о профессионалах а не о городской страже.
Трус. Умный трус — что хуже.
Я смотрел на освещённые окна с того расстояния которое было безопасным и думал о том что дом это крепость, а крепости берут не штурмом.
Берут умом.
Бал. Маска с солнечными лучами. Дворец где у меня будет приглашение и принцесса которая пока не понимает что именно она сделала.
Я развернулся и пошёл к убежищу.
Доберусь до тебя, Фраус. Во дворце или нет — это уже детали.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.