Не бросай меня!

— Антон Андреевич. — Шопотом говорит Аркадий. — Меня Андрей Миронович попросил Вас разбудить. — Боязливо прошептал омега. Если Шастун проснётся в ненастроение, то ему будет — ух, как не сладко. — Антон Андреевич. — Пытается завести диолог он. — Блять! — Слышит Аркадий злой рык в подушку. — Я сегодня никуда не иду. — Бормотал альфа, продолжая спать дальше. Через неопределённое время, в Антона прилетает подушка, невнятно выругавшись, он подбирает под себя ту самую подушку. — Антон! — Суровый голос отца, отрезвляет мгновенно ишатен не довольно всматривается в отца расфокусированным взлядом. Отголоски сегоднешней ночи дают о себе знать. Голова отдаётся тупой болью, в горле невероятно пусто, словно в пустыне: пить хочется — пиздец, но судя по взгляду отца, никто ему даже аспирин не даст. Только в школу выпрут и всё. Нет с отцом у Антона более менее, хорошие отношения, были, до растование с папой. И не смотря ни на, что, Андрей пытался быть ближе к сыну. Только вот сам Антон своими действиями показывал, что он на родного отца — обижен за измену и розвод. И хотя Андрей пытался всё объяснить подростку, что так бывает и взрослые люди расходятся, Шаст, просто, впал в диприсивный эпизод не воспринимая никого и ничего. — Не вырожайся! Если ты думаешь, остаться дома, то ты ошибаешься. Шастун-младший громко промолчал, пытаясь встать с кровати, но боль напоминает о себе с новой силой. Простонав отпровляется в душ.

***

Проснувшись по будильнику, Арсений просыпается с не очень хорошим сомачувствием, веки болят, и приходится с большим трудом открыть глаза. Встретившись с отцом на кухне, омега обречённо поджимает губы, не проронив ни единого слово. Залпом выпив целый стакан воды, Арс смотрит на старшего, уходя в ванную комнату. Стоя перед раковиной, не осознано омега поднимает свои голубые глаза, смотря в это лицо через зеркало, Попов шарахается от самого себя. Веки набухшие, под глазами синяки. Вымученно улыбнувшись, Арс тут же обречённо выдыхает и идёт собираться.

***

Зайдя в класс, где у одиннадцатого класса будет проходить урок, Арсений поворачивает голову в сторону парты, где он сидит с Шастуном. Увидев того, Арс, бегает глазами по кабинету, выискивая свободное место. Он садится рядом с Максимом. Высоким альфой и, хотя до Антона ему долековато, выглядит он довольно уверенным. — Чё, поссорились? — Спрашивает Макс, пристально смотря на омегу. — Чего? — В недоумении, спрашивает Арс. — Ну, вы же мутите, вся школа об этом говорит. — Спокойно говорит новый сосед по парте. — С чего все это взяли? — Уточняет омега, а у самого сердце бешенно стучит. Он явно такого не ожидал, по мимо этого. Арс вообще и представить не мог, что в школе ходят слухи про него. В Омске такого не было и это в новинку для него. — Ну, как? Антон никого к себе не подпускает, а ты новенький омега и Шаст даже слово тебе не сказал. Вот все и подумали. — Пожав плечами, с лёгкостью отвечает альфа. — Мы с ним даже не друзья, а про отнашение, я вообще молчу. Ясно? После последовала неловкая тишина. Попов, что поглядывал на Максима, понимает — от него, что-то хотят. — Что-то ещё? — Не выдерживает брюнет. — Тоесть у тебя никого нет? Ну, в плане альфы. — Да нет у меня никакого альфы. — закатив глаза, константирует Арсений. — Здорово. — Увидев на себе пренебришительный взгляд, тот добовляет. — Тоесть, я хотел... Хотел... Может погуляем сегодня? — Я подумаю. — Улыбается омега. Вот это предложения. За все его семнадцать лет жизни, ему ни разу, не предлогали даже погулять, тем более от альфы. У Арсения в принципе не было друзей, он всю жизнь был один. И не представляет, как это: гулять рядом с человеком, разговаривая на разные темы.

***

День для Арсения, проходит спокойно. Его никто не трогает и он за это благодарен всевышнем. Самое главное, омега так и избегал Шастуна и это ему с трудом удавалось. Проводя в туалете все перемены, а в класс заходил по звонку. Благо он быстро запомнил кабинеты, что с лёгкостью помогала приходить вовремя. И ладно бы Антон, после ночного инцендента, просто, его игнорировал, но Антон, не просто, игнорировал, Антон испепелял затылок Арсения взглядом. Как только омега поворачивался в сторону одноклассника, так тот сразу отводил взгляд или вообще уходил из класса, не реогируя на недовольные взгляды учителей. Проходил мимо тех, которые пытались зовести с ним диолог, игнорируя их, делая вид, что не заметил.

***

— Всмысле ты не извинился? — Спрашивает Матвиенко. Сейчас друзья на подакойнике всё того же туалета, сидят по разные стороны. Антон курит уже кажется третью сигарету за питнадцатминутную перемену, и кажется вообще не собирался появляться на уроке. — Он со мной не разговаривает. — Обречённо выстанывает альфа, подтерая лицо. — Когда тебя это останавливало? — Задаёт риторический вопрос, Серёжа. А действительно, когда Антон не получал того, чего хотел? на памяти шатена это было лишь один раз. И вот сейчас он живёт с отцом, а папа, которого Антон так любил, даже на связь не выходит. Всё остальному Шаст не предовал значения: захотел будучи ребёнком игрушку, маленький альфёнок получал мгновенно, решил не идти в школу, пожайлуста, есть возможность потрахаться, бери любую омеу, что не против, всё же не насильник. Но кода в его жизни появился Арсений, то Шаст понял — этот омега особенный и отличается от всех других. И возможно Шастун не знает истиной причины, перевода Попова в новую школу в середине учебного года одиннадцатого класса, шатен понял одно — этот омега точно не обычный. — Ты не понимаешь, Арсений совсем другое и я... — Шасат, ты чё, влюбился? — Округляет свои глаза кариглазый. — С чего ты взял? Нет. Конечно нет. — Обращаясь больше к себе, чем к другу Антон, зло смотря на того. — Хорошо, хорошо. — Вытянул руки, защитном жесте Матвиенко. — Ладно, пошёл я, а то мне ещё химию исправить надо. — Когда тебя это волновало? — Мультяшним голосом, быстро моргая передразнил друга Антон. — Вот же — сука. — По доброму усмехнулся альфа. — Да, я такой. — Поиграв бровями вверх-вниз, зеркалит эмоцию Шастун. — Ладно, иди, я ещё здесь посижу. — шмыгнув носом, печально проговорил шатен. Впринципе так и получилось. Сеоёжа ушёл, а Антон направился в сторону класса литературы. Зайдя в кабинет, в глаза Шаста бросается Арсений, что сидит с Максимом, не первый за сегодня урок. И Антона неимоверно, до самых кончиках пальцев, раздрожает этот альфа. Это не потому, что Макс конкурировал с ним за внимание омег, Антона в этом плане было тяжело обойти. Хотя раза три Антон сам одбивал омежек у Найдёнова, и тот видимо это запомнил. Теперь при видя любого омеги рядом с Шастуном, пытал своё счастье, одбивая их у шатена. А Антон и не возрожал — наигрался и хватит, но сейчас, хочется размазать тому его ёбоное личико. Шаст особо и не помнит с чего всё началось, кажется этот Макс хотел с ним подружится, а Антон в открытую высмяил того, при всём классе, так ещё и омегу первого увёл. А сейчас Найдёнов сидит рядом с Арсением, о чём-то переговариваясь. И пездец заключается в том, что Арсений улыбается ему, отвечая. С каких пор Антона волнуют другие люди? Ещё немного посмотрев на Попова, он замечает, что Арс поворачивается в его сторону, словно влюблённый пятиклассник на омегу из одиннадцатого, мигом отводит взгляд в парту, делая вид, что, что-то ищет в своём рюкзаке. Какже похуй, что там помимо одной единственной тетради с ручкой, только сигареты и электронки. «Не густо» — Подумал Шаст прежде, чем залипнуть в телефоне, переодически посматривая в сторону Арсения, что всё так же дружелюбно улыбался соседу по парте. Самое непонятное то, что они не обращали внимание на учителя, который переодически делал им замечание. Антону это не нравилось, он молча поднялся со своего место и не оброщая внимание на отголоски своего имени, изчезая за дверьми класса, громко ей хлопая. Просидев весь оставшийся день в туалете. По окончанию всех уроков, первый бежит в сторону раздевалок, отталкивая всех и вся, шатен оказывается возле Iambargini. — Поехали домой. — Только и говорит Антон, проделывая привычный ему ритуал с наушниками. Доехав домой, на пороге его ждал Григорий. — Ещё тебя мне нехватало, уйди нахуй! — Не скем не церемонясь, альфа отодвигает беременного омегу в сторону, не давая и слово вставить, ретируется в свою комнату. Закрывшись изнутри, Антон падает на кровать, смотря в потолок, забывая моргать. Он не знает сколько пробыл в таком положении, но его отвлёк звук увидомления. Шастун нехотя отвлекается от расматривание белого потолка, на котором из интересного только лампочки, и смотрит в экран телефона. Матвиеныч: Шаст, есть новости тебе понравится. Антон натянуто улыбается, думает, что ему может понравится. Сон так часов на тридцать, но любопытство берёт вверх и шатен спрашивает:

Вы:

слушаю

Матвиеныч: у найдёного в субботу днюха он завет весь ваш и наш класс ты идёшь?

Вы:

бля серый, только не этот хуй

Ещё чего не хватоло, как идти к этому хуисосу на день рождения, Антон в рот ебал вот это всё. Матвиеныч: пиздец , Шаст, он же с тобой типа хотел кентовать представь в каком он будет ахуе, если ты прийдёшь

Вы:

не знаю Серёг, я подумаю и напишу

На этой ноте они рассходятся, ну как расходятся? Через пару десятков рилсов, Матвиенко вспоминает, что обещал помоч отцу. Антом же громко выдохнул, мякго поттянувшись, разминая мышцы. Убрав надоедливый телефон. продолжая, продолжая своё не звакониное дело, просмотр в потолок. Как же хочется ударить костяшками в стену, а лучше что-то разбить. Вот почему в его комнате нет ничего хрупкого? Только выходить из комнаты на поиски не охото, от слов совсем. Поэтому долго размышляя, Шастун вызывает себе такси, ведь наказание отца ещё действительно и водитель отвезти шатена ни как бы не смог. — Ты куда собрался? — Из не откуда, на пороге появляется Григорий. — Тебя это ебать не должно! — Холодным тоном, пронзил Шастун. — Ты мне ни-кто! — Сквозь зубы процедил он, одевая куртку и скрываясь за железными дверьми первого этажа.

***

После учёбы Арсений террорезировал мабильник, это написывал Максим прося о встрече. через время омега сдаётся, отвечая согласием. Обговорив время и место встречи, Арс убедился, что отца дома нет, пошёл собираться. Примерно через час, он был на месте, где его уже ждал Максим. — Привет. — Улыбается ему альфа. — Это тебе. — Протягивает стаканчик с латте. — Ты наверное замёрз? — Привет, спасибо, нет не замёрз. — Отвечая сразу на все вопросы, протягивает руку с горячей жидкостью, Арс. — Тогда пошли прогуляемся? — С удавольствием. — Соглашается омега. — Куда пойдём? — Я думаю в парк можно, а если замёрзним, то кафе всегда открыто. Арс только кивнул, соглашаясь. За всю дорогу брюнет молча попивал свой латте, в пол ухо слушая рассказы Максима про его жизнь, понимая, что хочет домой. — А ты, что про себя расскажешь? — После долгого рассказа, спрашивает Найдёнов. — Ничего особенного. — Поникшим голосом, проговорил Арсений. Распространяться о своей жизни, он не спешит. — А почему перевёлся по среди года, так ещё и в одиннадцатом? — Всё не унимался альфа. — Обстоятельство. — Коротко объясняет, он. Дальше они молча шли по парку и, Попов ловил себя на мысли, что ему не комфортно рядом с этим человеком, хочется, просто, сбежать. Арсений сам по себе стеснительный и с кем-то, вот так контактировать ему не привычно, в навинку. — Ой, Арсюш, ты наверное замёрз? — Спохватывается Максим. — Пошли, посидим. — Он берёт руку омеги в своюь, переплетая пальцы. — Не нужно. — Отстраняется брюнет. — Я наверное пойду, меня дома ждут. — Протроторритл быстро омега. — Стой! — Слышит он. — Ты же придёшь? — Куда? — Растерялся брюнет, бегая глазами по снежной аллеи. — Ко мне, на день рождения, в субботу. Я же об этом говорил. — А, точно, прости, сразу не понял. — Соврал омега. — Как получится. — Брюнет развернулся в обратную сторону, буквально убегая от того. Наверное он не готов ещё к общению с другими людьми, тем более с альфами. Дождавшись своего автобуса, Арсений заходит в него, спасибо, что места свободные есть. Оплатив проезд, юноша со спокойной душой сел на свобное место. Домой он возвращается ближе к семи вечера. Разувшись и аккуратно сняв верхнюю одежду, брюнет проходит на кухню, где его ждал отец. — Привет. — Тихо поздаровался Арсений, помыв руки, садясь на стул. Арсу морально тяжело заговорить с отцом, даже самое бональное: «привет», даётся не с первого раза, каждый раз перебарывая себя. — Где шлялся? — Только и спрашивает он в ответ. — Прогуляляться решил. — Поджав губы, Попов- младший, перебирая пальцами. Сердце от страха бешенно колотится, смотреть на своего родного отца не выносимо. Сергей с сознательного возраста своего ребёнка, был к нему холоден и отстранён. И маленький омежка не понимал, почему. Почему его родной отец в открытую, ненавидел своего единственного ребёнка. Его всегда сравнивали. Сравнивали с самого детство, маленького омегу со своим двоюродным братом омегой младше самого Арсения на один год. Но почему-то, Попов-старший, всегда находил те самые лазейки, ненавязчиво оскарбить сына. «Почему у тебя тройка, вот Федя на все пятёрки учится», «зачем ты взял игрушку, это Феди», «у Феди день рождения, нужно подарок хороший подарить», «а ты, что хочешь на свой? Какого большого плюшегого мишку, цену видел?». И так каждый раз. Ничего не понимающий омежка, всегда спрашивал у папы: «почему?». «Пап, а почему отец так ко мне относится?», «пап, а почему отец меня не любит?», «пап, а почему отец меня постоянно сравнивает?». Всегда получая неуверенное: «не знаю, солнышко». Конечно, сначало Александр, успакаевал сына, говоря, что тот его любит и всегда поддержит. Но розовые очки для подростка были сняты одним днём, когда папа узнал о страшном диагнозе, Попов-старший отвернулся от них. Арс был единственной опорой для своего любимого папы. — К нам завтра гости приедут, приготовь ужин и подубирись. — Такие же холодные голубые глаза смотрели пристально на него. — Хорошо. — Ему ничего не оставалось как согласиться. Немного посидев в тишине, Арсений ставит кипятится электронный чайник, что бы заварить тёплый чай, согрется с улице. С отцом разговаривать не хотелось. Молча попив чёрный напиток, он уходит в свою спальню, закрываясь изнутри. Сергей не заходит к нему, но омега всё равно перестраховывается. Прямо на против двери, окно, которое неимоверно манит. Попов подходит к нему, садясь на подокойник, всматриваясь в снующих туда-суда людей. Кто-то торопится, кто-то гуляет. Снежные клубки падают с небо, нежно приземляясь на белый ковёр — снега, придавая городу, сказочный вид. Арсений на это смотрит с замиранием сердце, напоминая омеги: о детстве, нового года, и папе рядом. Как же хочется вирнуться в те года, когда всё было по другому. Но время не вернуть. Просидев так ни понятно сколько, брюнет смотрит вниз на дорогу, замечая длинную фигуру, что растерянно, чтот-то искал. В голову забралась мысль, что Антон, тут делает? Только вот ответа, Арс не получит. Проследив за действиями Шастуна, брюнет решает сделать уроки на завтра.

***

Выйдя из такси, заказанным альфой, Антон напровляется в сторону «Центрального парка культуры», шатен прешает прогулятся по нему. Воспоминание накрывает его с головой. Ещё какихто одиннадцать лет назад, маленький Тоша, гулял за ручку с папой и отцом. В груди не приятно давит, заставляя отголоски памяти пробраться в самую душу, хлоднокровного альфы, который никогда не покажет, что действительно, прячется глубоко внутри. В порыве приятных воспоминаний, Шаст замечает две знакомы фигуры, которые идут за ручку. И Антон избегающий этого целый день, неимоверно зол. Почему из многих парков Питера, шатен встретил Арсения с этим хуем именно здесь и сейчас. Не в силах смотреть на эту парочку, Антон сдаётся и уходит к выходу, но не успев подайти к арке, как его чуть не сбивают с ног. Прийдя в себя, он понимает, что это Арсений, убегающий к выходу, при этом сбивая Антона. Испугавшись за свою анонимность, боясь быть пойманым, словно мастурбируя в четырнадцать лет, Шаст отходит чуть дальше от омеги, но тот кажется даже и не замечает его. Не долго думая, Шастун решает доехать до дома Арсения. Возможно получиться извиниться. Но судя по всем, планом Антона не суждено было сбыться. Пробыв под подъездом почти два часа и отморозив все конечности, альфа так и не дожидается Попова, не зная его номера дома, Шаст просто сдаётся, вызывая машину. «Скорей всего, он уже дома». — Подумал шатен, перед тем, как сесть в салон подъезжающей машины.