Передозировка зависимых бродячих собак

Ещё три дня с того разговора. Три дня. Осаму не считал, но он знал, что прошло именно столько, потому что Ацуши приходил каждый день. Приносил еду. Убирал пустые бутылки. Открывал окна, чтобы впустить свежий воздух. И каждый раз спрашивал одно и то же: — Ты готов? И каждый раз Осаму молчал, качал головой, просто смотрел в стену и не отвечал. Но сегодня что-то изменилось. Это было тяжело. Тяжелее, чем Осаму мог себе представить. Его алкогольная зависимость никуда не делась. Она сидела в нём глубоко, въелась в каждую клетку тела, и когда он попытался встать, ноги подкосились. Ацуши подхватил его, помогая удержаться на ногах. — Держись, — сказал друг. Осаму сжал зубы и попытался выпрямиться. Голова кружилась, перед глазами всё плыло, и тошнота подступала к горлу, но он сделал шаг, потом ещё один. Ацуши поддерживал его, ведя в ванную комнату. Холодная вода была шоком для его тела. Она обжигала кожу, но это было хорошо. Это означало, что он чувствует. Что он ещё жив. Осаму смотрел на своё отражение в зеркале и не узнавал себя. Исхудавшее лицо, впалые щёки, тёмные круги под глазами, грязные, спутанные волосы. Ацуши помог ему принять душ. Вода смывала грязь и запах алкоголя, который пропитал его кожу за эти месяцы. Осаму стоял под струями воды и чувствовал, как медленно, очень медленно, его тело начинает оживать. Когда он вышел из душа, Ацуши уже приготовил чистую одежду. Шатен оделся — впервые за долгое время, не в грязную, измятую футболку, а в нормальную, чистую вещь. Он посмотрел на себя в зеркало. Всё ещё худой. Всё ещё бледный. Но уже не такой жалкий, как раньше. — Теперь самое важное, — сказал Ацуши, когда они вернулись в комнату. — Компьютер. Они подошли к столу. Монитор был покрыт слоем пыли. Клавиатура пылилась. Веб-камера стояла на месте, но на ней тоже был слой грязи. Осаму провёл пальцем по поверхности стола и посмотрел на серый след. — Я не знаю, смогу ли я... — начал он, но Ацуши перебил его. — Сможешь. Я рядом. Я буду здесь, если что-то пойдёт не так. Просто включи компьютер. Начни с этого. Осаму глубоко вздохнул. Руки дрожали - от слабости, от страха, от того, что он не знал, что будет дальше. Но он протянул руку и нажал на кнопку питания. Системный блок загудел. Монитор засветился. На экране появился рабочий стол - всё тот же, каким был полгода назад. На нём висела папка «Стримы», в которой лежали записи всех их совместных эфиров с Чуей. Осаму смотрел на эту папку и чувствовал, как внутри него снова закипает боль. — Не смотри на это, — мягко сказал Ацуши, замечая его взгляд. — Сейчас не время. Сначала настройся на стрим. Осаму кивнул и перевёл взгляд на иконку OBS. Он открыл программу, начал настраивать параметры - качество, звук, видео. Его руки всё ещё дрожали, и он дважды ошибался в настройках, но Ацуши терпеливо ждал и подсказывал, когда это было нужно. — Ты уверен, что хочешь этого? — спросил он. — Мы можем сделать это в другой день. Когда ты будешь чувствовать себя лучше. — Нет, — ответил Осаму, и в его голосе впервые за долгое время послышалась твёрдость. — Сегодня. Я не могу больше ждать. Если я отложу это, я никогда не решусь. Он посмотрел на веб-камеру. Она была такой же, как и раньше. Та же модель, которая снимала его улыбку, его глаза, его шутки. Теперь она снова была включена, и на экране монитора появилось его лицо - худое, бледное, но живое. — Включи чат, — сказал Ацуши. — Начни с приветствия. Просто скажи «здравствуйте». Посмотрим, кто придёт. Осаму кивнул. Он перевёл взгляд на кнопку "Начать трансляцию". Красная надпись горела на экране, приглашая его нажать на неё. Он не знал, сколько человек его увидят. Не знал, будут ли вообще зрители. Не знал, что скажет. Он знал только одно: он должен это сделать. Он нажал на кнопку. Экран засветился зелёным. Трансляция началась. На мгновение на экране появилась только заставка - его канал, его никнейм, и надпись «Дазай Осаму. Стрим #1 (возвращение)». — Ты молодец, — прошептал Ацуши, стоя рядом, вне поля зрения камеры. — Ты уже сделал первый шаг. Теперь говори. Осаму глубоко вздохнул. Его голос дрожал, когда он наклонился к микрофону и произнёс: — Здравствуйте... Я... Я вернулся. Чат начал заполняться. Сначала медленно, с опаской. Первые зрители, которые увидели уведомление о стриме после полугода молчания, не могли поверить своим глазам. «Дазай? Это правда ты?» «О боже, ты жив!» «Мы думали, ты ушёл навсегда!» «Дазай-сан, ты так плохо выглядишь! Ты в порядке?» Он смотрел на сообщения, и по его лицу медленно поползла слабая, неуверенная улыбка. — Я... я знаю, что прошло много времени, — продолжил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — И я знаю, что выгляжу не лучшим образом... Но я хотел сказать вам, что я жив, я здесь, и я вернулся. Чат взорвался. «Мы скучали по тебе!» «Возвращайся навсегда!» «Ты нам нужен!» «Пожалуйста, не уходи снова!» Осаму читал сообщения, и на его глазах выступили слёзы. Он пытался сдержать их, но не мог. Впервые за полгода он чувствовал, что он нужен. Что его ждут. Что его любят. Ацуши положил руку ему на плечо и тихо сказал: — Ты справляешься. Продолжай. Осаму кивнул и вытер слёзы рукавом. Его руки всё ещё дрожали, но он продолжал говорить. Рассказывал о том, что ему было плохо, что он пережил тяжёлые времена, но что он здесь. Он не упоминал Чую. Не упоминал троицу. Не упоминал депрессию, которая всё ещё сидела в нём, и алкогольную зависимость. Он просто говорил. И люди слушали. — Я не знаю, как долго я смогу стримить сегодня, — сказал он наконец, когда голос начал срываться от усталости. — Но я хочу сказать вам спасибо. Спасибо, что вы здесь. Спасибо, что помните меня. Чат снова взорвался тёплыми сообщениями. Осаму смотрел на них и чувствовал, как внутри него разливается что-то тёплое. Не алкоголь. Не лекарство. Что-то другое. Надежда. Он ещё не знал, что скажет в следующем стриме. Не знал, сможет ли справиться с троицей. Не знал, хватит ли у него сил. Но он знал одно: он сделал первый шаг. Ацуши улыбнулся, стоя рядом, и шепнул: — Ты молодец, Осаму. Я горжусь тобой. Шатен слабо улыбнулся в ответ. Его тело всё ещё было слабым, его голова всё ещё болела, и алкоголь давал о себе знать дрожью в руках. Но он был здесь и говорил. И это было больше, чем он мог себе представить полгода назад. Он ещё не знал, что увидит его стрим Накахара Чуя. Что тот сядет в своей комнате и будет смотреть на него с замирающим сердцем, сжимая кулаки и сдерживая слёзы. Что он будет смотреть на бледное, исхудавшее лицо шатена и чувствовать, как внутри него разрывается что-то, что он считал уже умершим. Чуя сидел перед монитором и смотрел на стрим Осаму. Его руки дрожали. Он хотел написать что-то в чат, но не мог. Слова застревали в горле. Он просто смотрел на экран и чувствовал, как по его щеке скатывается слеза. — Ты вернулся... — прошептал он тихо, почти неслышно. — Ты вернулся, идиот... Он не написал ничего. Не мог. Но он знал одно: теперь, когда Осаму вернулся, он не сможет просто сидеть и смотреть. Ему придётся что-то делать. Что-то, что изменит всё. Стрим продолжался. Осаму сидел перед камерой и смотрел на чат, который стремительно заполнялся сообщениями. Люди писали, что скучали по нему, что боялись, что он ушёл навсегда, что они молились за его возвращение. Шатен читал их слова, и на его лице медленно появлялась слабая, неуверенная улыбка. Он всё ещё был бледным и исхудавшим, руки его всё ещё дрожали, и где-то глубоко внутри сидела та самая пустота, которая преследовала его последние полгода. Но сейчас, в этот момент, он чувствовал себя живым. Ацуши стоял рядом, вне поля зрения камеры, и тоже смотрел в чат. Он помогал другу, подсказывал, когда тот замолкал или терял нить разговора, и следил за тем, чтобы Осаму не выпил - хотя шатен даже не думал об этом сейчас. — Спасибо вам, — говорил Осаму в микрофон, и его голос, всё ещё хриплый и слабый, звучал искренне. — Я хочу, чтобы вы знали - я ценю каждого из вас. Каждое сообщение. Каждое слово поддержки. Это много для меня значит. Чат продолжал заполняться. Сообщения летели с огромной скоростью, и Осаму уже не успевал читать их все. Но Ацуши читал. Он стоял рядом и вглядывался в бесконечный поток текста, который мелькал на экране. И тут он заметил что-то странное. Обычное поздравление с возвращением. Смайлики, обычные слова - ничего необычного. Но никнейм... Ацуши замер. Он перечитал сообщение ещё раз, и по его спине пробежал холодок. «Сигма: Рад видеть вас снова, Дазай-сама. С возвращением! 🌸» Ацуши смотрел на это сообщение и чувствовал, как внутри него закипает тревога. Сигма. Тот самый Сигма из «святой троицы». Тот самый, который вместе с Николаем и Фёдором сейчас был самым популярным стримером на платформе. Тот самый, кто... знал Дазая? — Что за... — прошептал Ацуши, и его голос дрогнул от напряжения. — Откуда он знает Осаму? Он перечитал сообщение ещё раз, пытаясь найти в нём какой-то скрытый смысл, какой-то намёк. Но ничего не было. Простое, обычное поздравление. Но Ацуши знал, что это не так. Он знал, что Осаму никогда не упоминал о знакомстве с этой троицей. Он знал, что шатен даже не знает о них - потому что последние полгода Осаму был полностью отрезан от мира. Он не смотрел стримы, не читал новости, не общался с подписчиками. Откуда Сигма знает Дазая? Почему он решил зайти на его стрим? И почему его сообщение выглядело таким... спокойным? Ацуши посмотрел на Осаму. Шатен продолжал говорить в микрофон, улыбаться, читать другие сообщения. Он не заметил комментарий Сигмы. Он даже не знал о существовании троицы - Ацуши не успел рассказать ему подробностей. Он только упомянул, что появились новые стримеры, говоря только про Федора. — Осаму, — тихо позвал Ацуши, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — Ты не видел... не заметил кого-то странного в чате? Осаму отвлёкся от микрофона и посмотрел на друга с лёгким недоумением. — Странного? — переспросил он. — Я не заметил ничего странного. Только обычные сообщения. Много людей рады, что я вернулся. Я просто... Он замолчал, заметив выражение лица Ацуши. Друг выглядел встревоженным - бледным, напряжённым, будто увидел что-то, что его сильно напугало. — Что случилось? — спросил Осаму, и его голос стал настороженным. — Ты что-то нашёл? Ацуши помедлил. Он не знал, стоит ли говорить об этом сейчас. Прямо во время стрима. Прямо в эфире, где чат продолжает жить своей жизнью. Но он не мог молчать. Не мог просто игнорировать тот факт, что один из участников "адской троицы" только что поздравил его друга с возвращением. — Я видел комментарий, — сказал Ацуши тихо, почти шёпотом, чтобы его не услышал микрофон. — От Сигмы. Он написал: «Рад видеть вас снова, Дазай-сама. С возвращением!» Осаму нахмурился. Имя «Сигма» ничего ему не говорило. Он перебирал в голове всех, кого знал, но ни один знакомый не носил такого псевдонима. Шатен наклонился к экрану, пробегая глазами по чату, но не нашёл того сообщения - оно уже утонуло в лавине других. — Сигма? — переспросил он, и в его голосе послышалось замешательство. — Я не знаю никакого Сигмы. Кто это? Ацуши сглотнул. Он понял, что Осаму действительно не знает. Шатен ушёл в свою депрессию как раз тогда, когда троица только начинала набирать популярность. Он не видел их стримов, не знал их имён, не представлял, насколько огромными они стали за эти полгода. — Сигма — это один из новых стримеров, — пояснил Ацуши, и его голос стал напряжённым. — Тот самый, о ком я говорил. Из «адской троицы». Он стримит об азартных играх и стратегиях. У него длинные сиренево-белые волосы... Он замолчал, глядя на реакцию друга. Осаму всё ещё выглядел озадаченным, но в его глазах появилась искра интереса. — Ты хочешь сказать, что один из этих новых стримеров зашёл на мой стрим? — спросил шатен. — Просто так? Случайно? — Я не знаю, — честно ответил Ацуши. — Но это странно. Очень странно. Они не должны знать тебя. Ты не общался с ними, не упоминал их. А он пришёл и поздравил тебя. Осаму нахмурился ещё сильнее. Он снова взглянул на чат, но сообщение Сигмы так и не нашлось. Может быть, Ацуши ошибся? Может быть, это был кто-то другой с похожим ником? Или просто совпадение? — Может, это просто зритель, — сказал Осаму, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Может, он просто хотел поздравить меня, потому что ему нравился мой контент. Стримеры тоже смотрят стримы друг друга. Это нормально. — Но он не просто стример, — возразил Ацуши, и в его голосе послышалась настойчивость. — Он часть этой троицы. Той самой, которая... Он не договорил, но Осаму понял. Той самой, которая захватила платформу. Той самой, которая стала самой популярной за последние полгода. Той самой, с которой, по мнению Ацуши, что-то не так. — Ты думаешь, это связано? — спросил шатен тихо, чтобы не привлекать внимания зрителей. — Ты думаешь, он зашёл не просто так? Ацуши покачал головой. — Я не знаю. Но я чувствую, что это не совпадение. Они появились из ниоткуда, стали суперпопулярными, и вдруг один из них приходит на твой стрим в первый же день твоего возвращения. Слишком много совпадений, Осаму. Слишком много. Шатен замолчал. Он смотрел на чат, который продолжал жить своей жизнью, и чувствовал, как внутри него зарождается новое чувство. Что-то, что он не испытывал уже много месяцев. Любопытство смешанное с тревогой. — Кто они, эти трое? — спросил он тихо. — Расскажи мне подробнее. Я знаю только то, что ты говорил - что они появились недавно и стали популярными. Но я не знаю их имён, их лиц, их историй. Ацуши посмотрел на него и кивнул. Он знал, что сейчас не время для долгого разговора - стрим всё ещё шёл, и зрители ждали продолжения. Но он понимал, что Осаму нужно знать. — Мы поговорим позже, — сказал он. — Когда ты закончишь стрим. Я расскажу тебе всё, что знаю. А пока... просто продолжай. Ты делаешь отличную работу. Осаму кивнул и снова повернулся к камере. Он улыбнулся - слабой, неуверенной улыбкой - и продолжил говорить в микрофон, отвечая на сообщения зрителей, которые всё ещё радовались его возвращению. Но в его голове уже крутились новые мысли. Кто такой Сигма? Почему он зашёл на его стрим? И что всё это значит? Он не знал ответов. Но он знал одно: теперь он не сможет просто игнорировать эту троицу. Ему придётся разобраться в этом. А Ацуши стоял рядом и смотрел на чат, пытаясь найти сообщение Сигмы. Он хотел проверить, не написано ли там что-то ещё - какой-то намёк, какая-то подсказка. Но сообщение исчезло, утонуло в море других поздравлений. Словно Сигма просто зашёл, поздоровался и ушёл. Словно он хотел, чтобы его заметили. А Осаму, ничего не подозревая, продолжал свой стрим. Его первый стрим после долгого перерыва, который уже привлёк внимание не только преданных зрителей, но и тех, кто должен был оставаться в тени. *** Стрим закончился. Осаму нажал кнопку "Завершить трансляцию" и откинулся на спинку кресла. Его тело дрожало от усталости,. Но он сделал это - он вернулся, он снова вышел в эфир после полугода молчания. Ацуши стоял рядом и смотрел на друга с гордостью и облегчением. Он видел, как тяжело дался Осаму этот первый шаг, но он также видел, что шатен справился. — Ты молодец, — сказал Ацуши мягко. — Я знал, что ты сможешь. Осаму слабо улыбнулся и провёл рукой по лицу, стирая пот и усталость. Его глаза всё ещё были красными от напряжения, но в них появился тот самый огонёк, которого не было так долго. — Спасибо, — ответил он хрипло. — Без тебя я бы не справился. Он замолчал, и в комнате повисла тишина. Только вентилятор гудел где-то в углу, напоминая о том, что мир всё ещё существует. А потом Осаму вспомнил. Комментарий Сигмы. Странный, необъяснимый, непонятный. — Расскажи мне о них, — сказал он, и в его голосе появилась настойчивость. — О троице. О Сигме. О всех. Я должен знать. Ацуши кивнул. Он знал, что этот разговор неизбежен. Он сел на стул напротив друга, сложил руки на коленях и начал рассказывать. — Их называют по-разному, — начал он. — Кто-то говорит «святая троица», кто-то — «чертова троица». Но все сходятся в одном: они захватили платформу за последние полгода. Они появились из ниоткуда и стали самыми популярными стримерами. Осаму слушал внимательно, не перебивая. Он смотрел на друга и пытался уложить в голове всю эту новую информацию. — Их трое, — продолжил Ацуши. — Первый - Сигма. Тот самый, который написал тебе в чате. Он стримит об азартных играх и стратегиях, но он не такой, как обычные стримеры. Он очень спокойный, вежливый, рассудительный. Зрители говорят, что он успокаивает их своим голосом. Но я смотрел его стримы... и в нём есть что-то странное. Осаму нахмурился. Он попытался представить этого человека - спокойного и рассудительного. Ничего не приходило на ум. — Второй - Николай Гоголь, — продолжил Ацуши, и в его голосе появились нотки тревоги. — Он самый шумный из них. Вечно двигается, смеётся. Он любит играть в карты на стримах, особенно в дурака. Он постоянно говорит о свободе - о том, как важно быть свободным от всего. Но его смех... он странный. Осаму сжал зубы. Что-то в этом описании задевало его. Слишком знакомое. Слишком похожее на то, что он сам делал раньше — улыбался, когда хотелось плакать, шутил, когда внутри была пустота. — И третий, — голос Ацуши стал ещё тише и напряжённее, — Фёдор Достоевский. Он самый популярный из них. Недавно у него стукнуло миллион подписчиков. Он замолчал на мгновение, давая Осаму осознать эту цифру. Миллион. За полгода. Это было невероятно. — Он смотрит в камеру так, будто видит каждого зрителя лично. Он не играет в игры. Он просто говорит - о религии, о Боге, о книгах. О том, как важно прислушиваться к высшему голосу. Он называет себя проводником. Говорит, что через него говорит Бог. Осаму почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Проводник. Голос Бога. — Ты смотрел его стримы? — спросил шатен, и его голос стал тише. — Что ты почувствовал? Ацуши посмотрел ему прямо в глаза. — Я почувствовал страх, — ответил он честно. — Не потому, что он говорит страшные вещи. А потому, что он говорит правильные вещи. Слишком правильные. Он говорит так, что люди верят ему безоговорочно. Они не задают вопросов. Они просто принимают то, что он говорит, как истину. Это опасно, Осаму. Это очень опасно. Осаму опустил голову и уставился в пол. Он переваривал информацию. Трое стримеров, которые появились из ниоткуда. Трое, которые стали суперпопулярными за несколько месяцев. Трое, один из которых зашёл на его стрим в первый же день возвращения. — Почему Сигма написал мне? — спросил он тихо, почти шёпотом. — Я не знаю его. Я никогда не общался с ним. Откуда он вообще знает, кто я? — Я не знаю, — ответил Ацуши. — Но я уверен, что это не случайность. Они не делают ничего случайно. Всё, что они делают, имеет причину. И если Сигма пришёл на твой стрим, значит, ты для них важен. Он помолчал, а потом добавил: — Ты должен быть осторожен, Осаму. Если они заинтересовались тобой, это может быть опасно. Шатен поднял голову и посмотрел на друга. — Я не боюсь их, — сказал он тихо, но твёрдо. — Я боюсь того, что они могут сделать с людьми. Ты прав - это опасно. Я должен разобраться в этом. Я должен узнать, что они задумали. Он замолчал и посмотрел на выключенный монитор. Где-то там, в сети, существовали эти трое. Сигма, Николай, Фёдор. И один из них уже сделал первый шаг. — Но сначала я должен восстановиться, — продолжил Осаму. — Я не могу сражаться с ними в таком состоянии. Мне нужно время. Нужно привести себя в порядок. И, возможно, мне понадобится помощь. Ацуши улыбнулся и кивнул. — Я буду рядом, — сказал он. — Всегда. Что бы ни случилось. Осаму слабо улыбнулся в ответ. Он чувствовал себя опустошённым, но внутри него горел огонь. Маленький, слабый, но настоящий. — Теперь я знаю, кто они, — сказал он тихо. — Сигма, Николай, Фёдор. Светлая троица. И они уже знают обо мне. Он взял телефон и посмотрел на экран. Там было сообщение от Ацуши со скриншотом комментария Сигмы. «Рад видеть вас снова, Дазай-сан. С возвращением!» Осаму смотрел на это сообщение и чувствовал, как внутри него закипает новое чувство. Не страх. Не любопытство. Что-то другое. Решимость. — Если они хотят играть, — прошептал он почти неслышно, — я сыграю с ними. Я не позволю им использовать людей. Не позволю им манипулировать. Я верну себе всё, что они забрали. В комнате снова воцарилась тишина. Но это была не та тяжёлая, давящая тишина, которая царила здесь последние полгода. Это была тишина, полная ожидания - тишина перед бурей. — Начнём завтра, — сказал он. — Сегодня я слишком устал. Но завтра... завтра я начну действовать. Он не знал, что принесёт завтрашний день. Не знал, сможет ли он справиться с троицей. Не знал, что они задумали и почему они пришли на его стрим. Но он знал одно: он больше не будет сидеть в этой тёмной комнате и смотреть в стену. Он будет бороться. И он не остановится, пока не узнает правду. *** В своей комнате, Накахара Чуя смотрел на экран монитора. Он только что закончил смотреть запись стрима Осаму. Он видел, как шатен улыбался, как он говорил с чатом, как он смотрел в камеру. И он видел, как в чате мелькнул ник "Сигма". Чуя сжал кулаки. — Так вот значит как, — прошептал он, и в его голосе звучала злость. — Ты уже начал действовать, Сигма?