19.02.2020

Юнги не помнит когда именно всё пошло не так, но сейчас эта комната, которая всегда была уютом и теплом для них двоих, которая помнит каждый вздох и каждое слово Чонгука, которая хранит столько секретов их двоих. Теперь она просто серая, четыре стены, четыре. Они безумно сильно давят на Юнги, жизнь никогда не будет прежней, без него не будет. Пять лет назад. — Чонгукииии, — Юнги пытается увернуться от поцелуев и поработать, но кажется у его парня совсем другие планы. — Ну всё, всё, вот видишь – я без рук, — Чонгук показательно поднимает руки и кусает парня за мочку уха. — Прости, просто я соскучился. Тебе долго ещё писать? Юнги откладывает карандаш и заглядывает в его карамельные глаза, проговаривая: — Допишу завтра, ничего страшного. Я тоже скучал. У нас есть час, а потом придет стафф. Чонгук принимает это как зелёный свет и обхватывает бёдра Юнги, направляется к кожаному диванчику и садится, усаживая парня сверху на свои ноги, на что тот лишь довольно улыбается и обвивает шею своего парня руками. Брюнет мнёт упругие ягодицы Мина и накрывает его губы своими. Языки сплетаются в горячем и страстном танце, в котором никто не желает уступать. Чон жадно прикусывает его язык, а Юнги, в свою очередь, подаётся вперёд и уже растёгивает джинсы Гука. — Ты пиздец какой у меня красивый. Юнги не краснеет, привык уже. Знает, что тот его безумно любит. — Ты себя видел вообще? Говорит между поцелуями Мин и, достав член Гука из белья, медленно растирает головку пальцем, пока Чонгук облизывает пальцы и начинает на скорую растягивать младшего. От первого пальца Юнги морщится и старается расслабиться. Через короткое время довольно выдыхает и прикрывает глаза. — Давай ещё один. Шепчет тот и Чонгук добавляет ещё палец. Теперь Юнги уже сам насаживается, скулит и просит. Гук убирает пальцы, а младший, не теряя времени, приподнимает бёдра и сам направляет член в себя, начиная медленно насаживаться на него. Чонгук прикрывает глаза, придерживая его за бёдра, и выцеловывает шею парня, оставляя алые засосы. Старается отвлечь от первых секунд боли. — Блять.. Лишь выдыхает Юнги и, полностью опустившись на член, кусает свою губу и роняет голову на плечо Чона. Пару секунд и Мин начинает плавно двигаться, приподнимая свои бёдра и опускаться снова на член. — Вот так малыш, немного быстрее, — басит Чон и шлепает младшего по ягодице. Юнги не может ослушаться, сам хочет, сам любит жёстче, поэтому через мгновение его движения становятся быстрыми и он, цепляясь пальцами за его плечи, начинает буквально скакать на члене, доводя обоих до скорой разрядки. Всё было тогда так красиво, Юнги думал его судьба любит. Ведь не всегда можно найти парня гея, да ещё и такого как Чон. А тут – сам пришёл, сам нашёлся и отношения предложил. Юнги сидит, смотрит на их фото в рамке, которое так и не смог убрать, и ревёт. На фотографии они с ним на отдыхе в Дубае. Счастливые. Пять лет прошло, а он не смог отпустить, не смог забыть. Мин вспоминает как они лежали на постели, а он задавал глупые вопросы: — Гуки, а если тебе понравится другой? Чонгук перебирает его каштановые волосы, сидя в позе лотоса, пока Юнги лежит на его ногах. — Ты же знаешь, что не понравится. Я тебя люблю. — А что ты будешь делать если я умру? — говорит Юнги и выжидающе смотрит на парня. Чон хмурится, проводит пальцем по щеке младшего и вздыхает: — Не говори глупостей, никто не умрёт. До старости будем вместе, и умрём в один день. Юнги тогда лишь посмеялся и потянулся за поцелуем. Чонгук целовал его не как всегда, а нежно и мягко, показывая как любит своего парня. Они познакомились в студии, Чонгук был начинающий айдол, а Юнги вызвался писать для него музыку. Отношения завязались довольно быстро, Чон спустя месяц как-то задержался в студии, когда они работали над новой песней. Чонгук поцеловал его первый, боялся, конечно, что не так понял взгляды Мина и тот сейчас скажет, что не такой или вообще врежет. Но Юнги тогда охотно ответил на поцелуй. Их отношения длились четыре самых прекрасных года в жизни обоих. Юнги гладит рамку от фото пальцем и роняет слёзы. — Я до сих пор тебя люблю. Даже если твоё «до старости вместе» не сработало, — шепчет Мин и обнимает фотографию. В тот день всё произошло очень быстро: Чонгук ехал домой, на улице февраль, холодно, шёл ливень. Внедорожник выехал на встречную полосу неожиданно. Машину сильно занесло, а пьяный водитель не справился с управлением, и синий ниссан, в котором ехал Чонгук, после столкновения машин ещё несколько раз перевернулся. Чон умер на месте. Скорая не успела его доставить в реанимацию, а Юнги оповестили уже позже сотрудники компании, где работал его любимый. Младший не верил, истерил, а на похоронах чуть ли не в яму за ним лез, благо вовремя друзья оттянули. Юнги пообещал ему жить до старости, как они и хотели, но кажется без него он не живёт, а лишь существует. Теперь он пишет лишь грустную музыку и будет скорбить до конца своих дней. Будет всегда помнить только его. Каждый год будет навещать и дальше его могилу, приезжая туда с новой песней и рассказывая о ней уже холодной мраморной плите. И до конца жизни будет помнить дату, выбитую на чёрном граните. 01.01.1993 - 19.02.2020.