Кошмарные страсти

Этим утром у Селестии было приподнятое настроение, пусть из-за приветственной вечеринки Блюблада она и вернулась во дворец только поздней ночью. Впрочем, временами ей вовсе приходилось не спать несколько суток к ряду, из-за чего сколь-нибудь серьёзной проблемой это не стало. ...Проведя ритуал смены дня и ночи, белая аликорница пришла в лазурную столовую, где устроилась на подушечке во главе стола, принявшись ожидать своих близких и гостью. Взгляд сам собой скользнул к тому месту, которое обычно занимала янтарная единорожка с огненной гривой, благодаря чуть иному размещению посуды на столе - остающемуся свободным... словно бы доказательство для одной вспыльчивой кобылки, что никто её не заменил. "Где ты сейчас? Здорова ли? Чем занимаешься?.. Почему не напишешь хотя бы одну строчку, чтобы я знала, что ты жива", - укол горечи порядком подпортил настроение, но крылато-рогатая пони постаралась ничем этого не показать, привычно надев на мордочку маску доброжелательной задумчивости. ...В конце концов многие её хорошие друзья, верные соратники и просто добрые знакомые уходили раз и навсегда, чтобы больше никогда не вернуться, и Сансет, сколь бы это ни было печальным, не была в этом списке первой или последней. С другой же стороны в этом веке звёзды сошлись так, что сперва Каденс обрела рог, а теперь и Блюблад - крылья. Учитывая, что совсем скоро (по меркам аликорна) должна вернуться Луна, то о чувстве одиночества, возникающем в груди после каждой новой потери, можно было забыть как о ночном кошмаре. - Доброго утра, тётушка, - поприветствовал принцессу дня белый крылато-рогатый жеребец с золотыми волосами, лучащимися довольством голубыми глазами и мечтательной улыбкой на губах. - Ты прекрасно выглядишь... Впрочем, как и всегда. - Доброго утра, Блюблад, - отозвалась правительница Эквестрии, улыбнувшись гораздо искреннее. - Просто ты не видел меня с размазавшимся макияжем. - Не верю, что какая-то потёкшая туш, либо же смазавшаяся помада может тебя испортить, - беспечно отмахнулся принц, устраиваясь напротив старшей пони. - Ты был бы сильно удивлён увидев меня на утро после посещения коронации третьего императора киринов, - прикрыв глаза, воскрешая в памяти тот день, Селестия негромко хихикнула. - Увидев своё отражение в зеркале, сразу после ритуала смены ночи на день, я с криком выпустила взрывной луч и отпрыгнула в сторону, свалившись в подготовленную служанкой купальню. - Раньше я этой истории не слышал, - заметил жеребец, тут же поставивший локти на край столешницы, соединивший передние копыта и устроивший поверх них свой подбородок. - Чувствую, тут есть что-то скандальное... Продолжай, пожалуйста. "Просто раньше я уделяла тебе мало времени, из-за чего многие весёлые истории остались не рассказаны", - вздохнула про себя белая аликорница, в голове которой вновь всплыли образы минувшего вечера, когда они с племянником, Каденс и их друзьями просто общались... пусть никто из присутствующих и не подозревал, что за столом сидят три, а не два аликорна. ...Но теперь, когда их время не было ограничено жизнью пусть одарённого магически, однако же смертного единорога, это упущение можно было исправить. Образ же обычной провинциальной кобылки позволит узнать племянника так, как он никогда бы не раскрылся перед ней настоящей. - Ничего особенного, - пожала крыльями принцесса дня. - Традиции требовали, чтобы все гости были облачены в традиционные наряды. Кобылкам, кроме необычных для Эквестрии платьев, надлежало скрыть мордочку за слоем из белил с румянами, густым слоем туши на глазах и, разумеется, помадой. Выглядело это неплохо... но после смены дня на ночь и возвращения в выделенные мне покои, я совершенно забыла о необходимости смыть грим. За зеркало, конечно, пришлось извиняться, но выражения мордочек гвардейцев, ворвавшихся в ванную и увидевших выбирающуюся из воды меня... того стоили. - Доброе утро, тётушка, - произнесла вошедшая в столовую Каденс, затем посмотрела на Блюблада и её щёки потемнели, ушки поджались, а крылья напряглись. "Неужели...?!", - когда принц и принцесса минувшей ночью удалились во дворец, распрощавшись со своими друзьями, старшая пони никак не ожидала того, что их отношения возьмут новую глубину, из-за чего даже не знала как к этому относиться. ...Нет, Селестия любила племянника и желала ему самого лучшего, но зная о его похождениях сомневалась, что он является самым лучшим для Каденс. Только вот и вмешаться в их отношения она не решалась из-за того, что рассказом об увиденном в Сиквестрии может создать разлад в своей семье, оттолкнув от себя и принца, и принцессу. Услышать же из уст белого жеребца слова о предательстве для неё было худшим из кошмаров этого десятилетия, а то и столетия. - Прекрасно выглядишь, Каденс, - отвесил комплимент принц, тут же продолжив: - Эти накопытники великолепно подчёркивают стройность твоих ног и грацию движений. - Спасибо, Блюблад, - ещё больше смутившись, отвела взгляд в сторону розовая аликорночка, занимая своё место за столом. - Мне кажется, или между вами что-то произошло? - всё же решилась прийти названной племяннице на помощь старшая пони, изобразив подозрительный взгляд в сторону... племянника. - Сегодня я познал тайны настоящей любви, - патетично заявил крылато-рогатый жеребец, от чего принцесса любви покраснела чуть сильнее, а её взгляд стал бегать по столу, пытаясь за что-нибудь уцепиться. - Ты считаешь, что этим нужно делиться со всеми? - чуть надавила принцесса дня. - Тётушка, ты первая, с кем я хотел бы этим поделиться, - искренне заявил бывший единорог, заставив тем самым поперхнуться младшую из принцесс вдохом. - Любовь - это когда ранним утром растрёпанная, сонная кобылка кажется тебе столь же прекрасной как и днём, и минувшим вечером. На последних словах принц подмигнул, продолжая вгонять в краску Каденс. Впрочем, судя по её робкой улыбке, комплимент пришёлся принцессе любви по душе. "С другой стороны - может это и неплохо? Вдруг Блюблад остепенится...", - полуприкрыв глаза, белая аликорница слегка кивнула племяннику, уловив звуки новых шагов за дверью. - Доброго утра, - поприветствовала присутствующих Старскай, бодрым шагом пересекая свободное пространство столовой, радостным, но в то же время и цепким взглядом скользнув по присутствующим. - Как у вас прошла ночь? У меня - замечательно! Свежий аромат, нежные прикосновения, ласковые объятья белоснежных простыней и подушек буквально не хотели меня отпускать... - Рада, что наше гостеприимство пришлось тебе по душе, дорогая, - отозвалась правительница Эквестрии. - Я уже отправила Нове сообщение, что ты благополучно разместилась в её старых покоях. Если хочешь - позже я дам тебе дневник для общения, чтобы вы могли обменяться впечатлениями. Ну и, разумеется, если тебе что-либо понадобится - можешь обращаться к прислуге или любому стражнику. - Благодарю, ваше сиятельство, - изобразила поклон гиппогрифочка. - Просто - Селестия, - подняла копытце в останавливающем жесте старшая пони. - Мы с твоей мамой хорошие подруги и, я надеюсь, что с тобой у нас тоже найдётся немало общих тем. - Старскай, скажи, у тебя уже есть планы на сегодняшний день? - спросила Каденс, стрельнув взглядом в единственного присутствующего за столом жеребца. - Ну... я бы хотела осмотреть Кантерлот повнимательнее, - задумчиво постучав коготком по низу клюва, ответила принцесса Сиквестрии. - Неужели ты что-то задумала, Каденс? - Не то, чтобы задумала... - с хитринкой в глазах улыбнулась розовая аликорночка. - Просто у меня есть несколько идей о том, какие места в Кантерлоте следует осмотреть в первую очередь. Так что, мы могли бы прогуляться чисто кобыльей компанией. - Я в деле, - сверкнула весельем глаз птица-кобылица. - Если вы не возражаете... - Развлекайтесь, но будьте осторожны и не отрывайтесь от сопровождающих, - начав говорить расслабленно, под конец фразы правительница Эквестрии добавила в голос суровых ноток. - Я бы не хотела писать Нове, что в первый же день в моём королевстве её единственная дочь попала в неприятности. - Ах... обо мне сразу все забыли, - изобразил печаль в голосе белый аликорн, тут же переходя на серьёзный тон: - В таком случае, пока разные принцессы развлекаются, тётушка, у меня будет парочка просьб к тебе. "Неужели вспомнил о своей затее с друзьями? Ну, в общем-то, если они справятся - это будет хорошо. Не справятся - не страшно: алмазные псы хоть и показали себя более значительной силой чем казалось раньше, но не настолько, чтобы любая ошибка стоила слишком дорого. В любом случае - я успею вмешаться, если всё пойдёт слишком плохо", - пронеслись в голове старшей пони мысли, которые она ничем не выдала внешне. - У тебя что-то важное, Блюблад? - уточнила принцесса дня приподняв брови. - Это не может подождать конца завтрака? - Может, разумеется, - не стал спорить принц. - Просто я хотел сообщить, что отлучусь на сегодняшний день, чтобы посетить нескольких знакомых и исполнить ряд обязательств. Ну и ещё я слышал о том, что ты хочешь установить более тесное сотрудничество с алмазными псами: могу я взять это дело под свой контроль? - Хочешь привлечь к государственной работе своих друзей? - прищурив глаза, старшая кобыла изобразила мордочкой выражение, как бы говорящее, что "Жеребята такие милые, когда пытаются интриговать". - И, наверное, в качестве главы делегации назначишь Голденблада? - М... Да, - несколько выбитый из колеи жеребец быстро взял себя в копыта. - В Сиквестрии он неплохо себя проявил, но оказался задвинут на задний план и мной, и даже Блюсвирлом. Однако же я знаю, что в нём скрыт хороший потенциал, просто нуждающийся в направляющем толчке. - Хорошо, - легко согласилась Селестия. - Но ответственность за всё дело будешь нести ты лично. В конце концов - они твои подчинённые, главный дипломат. - Превосходно, - воодушевился племянник. - В таком случае я отправлю послания уже сегодня, ну а саму делегацию мы отправим... где-нибудь дней через десять. Лучше управиться с этим до наступления холодов. - Прекрасно. Буду ждать от тебя результатов, - старшая пони замолчала, давая возможность вставить в разговор хотя бы несколько слов другим участницам беседы. - Блюблад, ты же только вернулся в Эквестрию, - даже немного возмутилась розовая аликорница. - Неужели дела нельзя отложить хотя бы на пару дней? - Не волнуйся, дорогая Каденс, уже к ужину я буду абсолютно свободен, - пообещал бывший единорог, лучезарно улыбнувшись подруге. - Директор Нейсей, наверняка, грызёт копыта от нетерпения узнать подробности ритуала, в котором я поучаствовал. В конце концов... не без его помощи эта экспедиция закончилась столь успешно. Кто знает, что было бы в случае, если бы на нашем корабле не находились столь опытные, умелые маги? Впрочем, не он один приложил копыто к нашему общему делу: другие пони тоже заслужили особую благодарность. - Правда? - изобразила удивление принцесса дня. - Среди них, совершенно случайно, не затерялся Форт Нокс? - Тётушка, твоя прозорливость порой пугает, - констатировал принц, немного склонив голову. - Как ты это делаешь? - Просто опыт, - улыбнулась в ответ Селестия. - И, раз уж мы всё равно говорим о делах, то я хотела бы сделать объявление. Блюблад, Каденс, через два месяца вы отправитесь в королевство оленей с дипломатической миссией. Готовиться можете начинать уже сейчас, но... племянник, я очень надеюсь, что в этот раз ты не ввяжешься в историю с восстанием, похищением принцесс и тому подобными забавами. - Сделаю всё, что в моих силах, тётушка, - пообещал жеребец, приложив копыто к груди. - Здорово, - воодушевилась Старскай. - Мы снова отправимся на дирижабле? - Извини, дорогая, но на этот раз тебе придётся остаться в Кантерлоте, - допустив в голос капельку вины (всё же в этом путешествии молодые аликорны должны были сработаться как пара), ответила белая кобылица. - Как твой временный учитель, я обязалась показать тебе все особенности управления страной вроде Эквестрии. Так что, пока мои племянники будут налаживать отношения у оленей, нас тоже ожидает немало работы. В конце концов зима - это время наибольшей придворной активности. - Мы тебя не подведём, тётушка, - пообещала принцесса любви, выпрямившись на своём месте и буквально засияв от энтузиазма (всё же для счастья ей сейчас было нужно не так уж и много). - Тогда - в другой раз, - поскучневшим тоном констатировала гиппогрифица, но тут же встрепенулась и потребовала: - Но я жду от вас сувениров. - Простите, принцесса Селестия... принцесса Каденс... принц Блюблад... принцесса Старскай... - вбежавшая в столовую сиреневая единорожка остановилась и постаралась отдышаться после бега, телекинезом придерживая на спине своего подопечного, широко распахнутыми глазами смотрящего перед собой, вцепившегося лапками в сине-розовую гриву кобылки. - Я опоздала... - Ты как раз вовремя, моя верная ученица, - вновь расплылась в улыбке белая аликорница, чувствуя теплоту при виде одновременно решительного и серьёзного, но в то же время неуверенного и рассеянного жеребёнка. - Мы ещё даже не начали. - Верно, Твайлайт, - поддержал старшую пони Блюблад. - Не стоит переживать по пустякам. Подобная мелочь никак не отразится на твоей роли в спектакле под названием жизнь. Ведь весь мир - театр, а все пони, гиппогрифы... и даже драконы - всего лишь в нём актёры. Верно, Спайк? - Ага, - рассеянно кивнул маленький огнедышащий ящер, затем посмотрел на стол и облизнулся. - Ням-ням? В это время жёлтая гиппогрифочка возмущённо, обиженно и обвинительно уставилась на белого жеребца, буквально источающего самодовольство всем своим существом. Когда же принц вопросительно изогнул брови - принцесса Сиквестрии хмуро кивнула и отвернулась. "И что это было?", - удивлённо подумала принцесса дня, но, покрутив в голове эту мысль, решила ничего не говорить. Наконец в столовую стали заходить слуги, несущие подносы с едой, чем перетянули на себя общее внимание... *** Ей казалось, что она - маленький цыплёнок, который сидит в тёплом яйце и ждёт момента, чтобы проклюнуться и выбраться в большой мир. Наконец, когда внутри скорлупы стало тесно, она начала стучать клювом по преграде пока не проковыряла отверстие, куда тут же просунула голову. Перед глазами всё расплывалось цветными кругами, а в нос ударил свежий воздух, только вот пошевелиться всё равно не удавалось. ...А потом за правым ухом раздался какой-то негромкий голос, после чего рядом с его основанием кожу обжёг поцелуй, заставивший дёрнуться и открыть глаза. Обрывки сна, удивительно тёплого, пусть и совершенно бестолкового, стали таять как клочья тумана под лучами яркого летнего солнца. - Пора вставать, милая, - повторил Фаерболл, отстраняясь от завернувшейся в одеяло будто в кокон огненной пегаски, рассеянно моргающей и осматривающей спальню расфокусированным взглядом. - Я приготовил завтрак. С гордым видом стоящий рядом с кроватью жеребец указал на прикроватный столик, где находились миска с хлопьями, залитыми молоком, а также чай с печеньем. Спитфайр, глубоко вдохнув свежий воздух, врывающийся через приоткрытое окно, поёрзала на месте и, освободив левую переднюю ногу, подтянулась к смятой ночью подушке, чтобы облокотиться на неё спиной. - Который сейчас час? - спросила летунья, зачёсывая назад пряди спутавшейся гривы, вновь проходясь взглядом по пустому стеллажу, стоящим на месте настенным часам, широкой двуспальной кровати с примятыми простынями. - Уже половина десятого, - ответил красный пегас. - Через час мы должны встретиться с Блюбладом, а потом... начнётся новая жизнь. - Ты уверен...? - на мордочке крылатой пони появилось беспокойство, но жеребец встретил её взгляд спокойно и уверенно. - Всё же ты столько сил вложил в свою карьеру. - Хвост с ней: отстричь и забыть, - фыркнул Фаерболл, запрыгнул на край кровати и сел рядом с кобылкой. - Если бы не моя карьера... Не думай об этом. Да и... если этого не сделать - рано или поздно пойдут слухи, а это уже ударит по тебе. А я не хочу, чтобы всякие незнакомцы обсуждали мою особенную кобылку в таком свете. - Мне плевать, - фыркнула летунья. - Пусть говорят, что хотят. - Я так решил, - констатировал всё ещё капитан. - Не спорь с жеребцом, кобыла. - А то... что? - насмешливо прищурилась крылатая пони. - Уши надеру... и по крупу отшлёпаю, - пригрозил Фаерболл. - Хм-пф... Попробуй, - скрестила передние ноги на груди Спитфайр. - А то мало ли силёнок не хватит. - Ах так? - нахмурился красный пегас. - Ну держись... А ну иди сюда! От первого рывка кобылка уклонилась, но запуталась в одеяле задними ногами, из-за чего летун сумел её нагнать и повалить на матрац. Началась борьба с фырками, рычанием и сопением, в результате которой действующая Вандерболт сумела перехватить инициативу и прижать противника спиной к кровати, усевшись крупом ему на живот. - Ха, - огненная пегаска усмехнулась. - А слов-то было. Ну и кто теперь победил? - Мне кажется, что - я, - лёжа на спине, снизу вверх глядя на тяжело дышащую, растрёпанную пони, с изрядной долей самодовольства заявил летун, кладя передние копыта на напряжённые бёдра соперницы, прямо на её кьютимарки. - Да ты... - возмутилась Спитфайр, вздёрнув ушки, затем наклонилась вплотную и решительно приникла к губам Фаерболла в резком поцелуе, чтобы уже через полдюжины ударов сердца отстраниться. - И всё равно - последнее слово за мной. Дёрнув головой, отбрасывая пряди гривы за спину, спортсменка поднялась на все четыре копыта и выгнула спину, одновременно с тем напрягая расправленные крылья. Простояв в такой позе некоторое время, достаточное дабы взгляд красного пегаса соскользнул с мордочки на шею, грудь, живот и далее, она прыгнула словно расправленная пружина и приземлилась на пол. - Я в душ, - заявила Вандерболт. - Потом попробую что-нибудь приготовить на скорое копыто. - Я уже приготовил, - приняв сидячее положение, летун кивнул на прикроватный столик. - Вкусный и здоровый завтрак для молодых спортсменов. - Так написано на коробке с сахарными хлопьями? - иронично вскинула брови собеседница, бросив взгляд через плечо. - Я, конечно, понимаю, что некоторым жеребцам нравятся большие крупы, но мне нужно поддерживать форму. - От одной тарелки ничего плохого не случится, - проворчал жеребец. - Ну, раз ты не хочешь - съем сам. - Ты невероятно заботлив, - отвернувшись, Спитфайр махнула хвостом, сложила крылья и вышла в коридор, оставив красного пегаса задумчиво смотреть себе вслед. Фаерболл же, посидев ещё немного, соскочил с кровати и залпом выпил чай, после чего захрустел на зубах печенюшкой, подёргивая ушами в такт жевательным движениям. Проглотив кондитерское изделие, он вздохнул и заявил: - Не так уж плохо я и готовлю. Смог же приготовить битсы, чтобы купить еду. Уловив ушами звук текущей воды, он немного поколебался и тоже пошёл на выход из спальни. В конце концов, с мытьём можно было бы покончить гораздо быстрее, если бы кто-нибудь предложил потереть спину...