Неизбежность / The inevitability

      Отсидеть урок заклинаний для Лилиан оказалось просто пыткой. Мало того, что она села подальше от друзей, так ещё постоянно отвлекалась и мысленно была очень далеко. Настолько далеко, что впервые не смогла выполнить упражнение. Профессор Флитвик задал отработать заклинание «Оппуньо», но как бы Лилиан ни старалась, у неё ничего не получалось. Она была очень расстроена. Раньше Лилиан не позволяла себе подобных оплошностей. Если она продолжит в том же духе, то может провалить экзамены и не сдать ЖАБА. Тогда можно будет забыть о карьере целителя.       Лилиан нахмурилась и попыталась сосредоточиться над заданием профессора Флитвика. Сегодня им было задано наколдовать стаю канареек, но у неё почему-то не получалось. И виной тому был декан Слизерина. Она так боялась столкнуться с ним на обеде, а ещё больше — встретиться с его осуждающим взглядом. Он застал её врасплох, когда спросил почему она не отказалась от зелья и не пошла в Больничное крыло. В тот момент Лилиан не могла ответить на этот вопрос даже самой себе. Она просто растерялась и решила, что лучше сбежать, чем отвечать невпопад. «Глупо и безрассудно, Лили»       Несмотря на свой поступок, она не могла не оценить тот факт, что зелье Снейпа подействовало. Мигрень исчезла и больше её не беспокоила. Может он поделится с ней рецептом? «Ага, конечно, размечталась… Снейп точно этого делать не станет»       Лилиан откинулась на спинку стула и бросила быстрый взгляд в сторону друзей. Гарри со скучающим видом крутил свою волшебную палочку в руках; Рон с открытом ртом наблюдал за тем, как улыбающаяся Гермиона смотрит за порхающей стайкой желтых канареек. Только ей и удалось справиться с сегодняшним заданием.       После занятий, она отправилась в общую гостиную и нашла свободный угол, чтобы попрактиковаться над заклинанием «Оппуньо». Все гриффиндорцы сейчас находились в Большом зале и в ближайший час ей никто не помешает. Лилиан была не сильно голодна и решила пропустить ужин, чтобы уделить время практике.       Спустя час Лилиан всё же удалось вызвать стаю канареек. Довольная собой, она устало зевнула и поняла, что дойти до кухни просто не осталось сил. Да и гостиная потихоньку наполнялась сокурсниками. Чтобы не столкнуться со своими друзьями, Лилиан отправилась в женскую спальню.       Поднимаясь по винтовой лестнице, гриффиндорка отметила про себя, что пора бы уже как-то постараться помириться с друзьями и объяснить сегодняшнюю выходку с Малфоем. Если бы только она могла рассказать о задании директора. Но и в таком случае они вряд ли бы ей поверили. Поэтому она даст им пару дней и может быть после этого Гарри захочет с ней поговорить. Или же нет.

***

      Лилиан надеялась, что, взяв паузу на несколько дней, сможет остыть и привести мысли в порядок. Но не тут-то было. Друзья словно сорвались с цепи и делали вид, что её не существует. Её самая близкая подруга прятала глаза, когда Лилиан оказывалась поблизости или проходила мимо. Это причиняло боль, но она старалась не обращать внимания и решила сконцентрироваться на учёбе.       С одной стороны, ссора с Гарри подкосила её уверенность в себе — друзья быстро переметнулись на его сторону, практически игнорируя ту, кого ещё недавно считали своей подругой. Тем не менее, Лилиан оставалась при своем мнении и считала, что было глупо ревновать её к Малфою. Должен же Гарри это понять?       Каждый день она засиживалась допоздна в библиотеке, а, возвращаясь в башню, убегала в спальню для девочек и притворялась спящей, часами слушая разговоры своих соседок.       Спустя неделю Лилиан потеряла всякую надежду на то, что снова сможет общаться со своими друзьями. Она чувствовала себя одиноко, с дедушкой повидаться тоже не получалось. Директор отсутствовал уже около недели. В короткой записке, переданной с совой, он упомянул о срочных делах. Малфой к ней больше не приближался и не пытался заговорить. Он изредка появлялся в библиотеке и прохаживался вдоль стеллажей, периодически листал какие-то книги, но с быстро угасающим интересом ставил их на место. Лилиан наблюдала за его действиями, с ухмылкой делая пометки на пергаменте. Он перестал её раздражать, но настороженность никуда не делась. Девушка прекрасно знала, что он ждал, когда она сдержит своё обещание.       В один из пятничных вечеров Лилиан сидела в библиотеке, пропустив свой ужин, и дописывала эссе, заданное на ближайший месяц. На столе догорали последние свечи, пока гриффиндорка скрипела пером и старалась выписать все факты о ядовитой тентакуле. Это, безусловно, очень интересное растение, но Лилиан явно предпочла бы оказаться совершенно в другом месте. — Привет!       Знакомый голос заставил гриффиндорку вздрогнуть и оторвать взгляд от пергамента. Гермиона. Она стояла по правую сторону от Лилиан и сжимала в руках что-то тёмное. Лицо подруги было грустным и одновременно смущённым. Лилиан несколько раз моргнула и осмотрелась по сторонам. В библиотеке не было ни одной живой души.       Лилиан едва кивнула, не в силах что-либо сказать. Практически целую неделю староста игнорировала её. Ущипнув себя за руку, девушка с облегчением выдохнула. Подруга никуда не исчезла. — Я обещала достать тебе Оула Буллока, о котором ты говорила, — Гермиона протянула ей старинный фолиант в тёмной обложке и искренне улыбнулась. — Надеюсь, она поможет тебе с проектом для Снейпа. — Спасибо, — Лилиан снова кивнула и протянула руку. Том был увесистый. И ей почему-то словно не хотелось касаться его. — Я могу присесть? — осторожно поинтересовалась Гермиона и, после кивка Лилиан, села напротив неё. — Хотела с тобой поговорить… И извиниться.       Лилиан мельком успела прочесть на томе «Секреты самого тёмного искусства», прежде чем убрать его в сумку и повернулась к Гермионе. — Спустя пару недель? — Лилиан скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула, не сдержав язвительности. Несомненно, она была рада, что Гермиона решилась с ней поговорить и помириться, хотя они вроде бы и не ссорились. В то же время ей было обидно. Почему двое друзей так легко отказались от неё после размолвки с Гарри? — Извини меня, пожалуйста. За всё это. Я не знала как лучше себя вести, — на последней фразе голос однокурсницы дрогнул. Её лицо выражало сочувствие и вину. — Знаешь, ещё на первом курсе меня невзлюбили мальчишки. Считали выскочкой, заучкой, ну, всё такое. — Ты и сейчас выскочка и заучка, — беззлобно подшутила Лилиан, перебив Гермиону. Та лишь улыбнулась в ответ. — Мне тогда было ужасно одиноко. Девчонки тоже не принимали меня к себе — лохматая, с большими передними зубами — слишком некрасивая для них. Это было ужасно. Мне жаль, что мы заставили тебя это почувствовать. — То есть, Гарри тоже считает, что наша ссора слишком затянулась? — Лилиан нахмурилась, но уже не держала зла на подругу. — Гарри уже сто раз пожалел, что приревновал тебя к Малфою, — устало ответила Гермиона и громко выдохнула. Было заметно как тяжело ей давался этот разговор. — Надеюсь, что он все понял, — Лилиан пожала плечами и расслабилась, опустив руки к себе на колени. — Я не обижаюсь на тебя, Герм. Всё в порядке. — Под конец нам казалось, что ты сама начала нас избегать. Это неправильно. Если мы сделали тебе больно, то вина лежит только на нас. Прости. — Я просто решила не путаться у вас под ногами. Я же помню, что вы с первого курса неразлучны. Кто я такая, чтобы вмешиваться и всё рушить?       Лилиан сложила пергамент в сумку и встала из-за стола. Гермиона поднялась и подошла к девушке. — Ты подумала, что мы от тебя отказались при первой же возможности? — в голосе Гермионы отчетливо прослеживалось раздражение, словно Лилиан не понимала элементарных вещей. — С друзьями так не поступают. — Я рада, что мы всё прояснили, — Лилиан постаралась сказать это искренне, но прозвучало как-то двусмысленно. Гермиона прикусила губу и тяжело вздохнула.       Лилиан взяла сумку и направилась мимо стеллажей в сторону выхода из библиотеки. — Ты идёшь? — Лилиан обернулась лишь для того, чтобы Гермиона поняла что она больше не в обиде. Несколько секунд та стояла с поникшими плечами, но, спустя мгновение, резко повернулась и торопливо зашагала следом. — Мне показалось, что ты хочешь побыть одна. — Нет, я же сказала, что не обижаюсь, — Лилиан улыбнулась и слегка приобняла подругу за плечи. — Пойдём, я немного проголодалась. — Ради тебя я готова даже сбегать на кухню к эльфам.       Гермиона воодушевленно заулыбалась и позволила увести себя из библиотеки. Лилиан была рада, что ей больше не придется покидать общую гостиную и рано ложиться спать. Осталось лишь помириться с Гарри и всё встанет на свои места. Наверное.

***

      Середина октября в Хогвартсе выдалась необычайно тёплой. Листья всех возможных оттенков превратились в золотой ковер, который заботливо покрывал каждый уголок дворика, несмотря на отталкивающие чары. Стоило ненадолго задержаться у любого раскидистого дерева — зачитаться или поболтать с кем-нибудь — как в волосах обязательно оказывались маленькие листики, распустившиеся из запоздалых почек. Это делало их особенно милыми. Благодаря тёплой погоде, окна в спальне гриффиндорок по-прежнему были распахнуты настежь — воздух пах перегноем, тыквами и выпечкой, которую эльфы готовили на хогвартских кухнях.       Традиционно в это время года студенты отправлялись в Хогсмид — деревушку, примыкающую к школе. Вне зависимости от погоды ребята-старшекурсники использовали возможность обзавестись сладостями, книгами, новыми мантиями (с момента ухода близнецов Уизли устраивать розыгрыши с последствиями стало прерогативой не только Фреда и Джорджа), выпить сливочного пива. Несмотря на разрешение, идти Лилиан не хотелось — она не была готова столкнуться с Малфоем, друзей с других факультетов у девушки не было, а к гриффиндорцам присоединяться не хотелось. Несмотря на то, что она снова общалась с Гермионой, Гарри с ней так и не заговорил. Ссора затянулась.       Захлопнув учебник по зельям, Лилиан встала с кровати, подошла к окну и перевесилась через подоконник. Вчерашний дождь прекратился и теперь у неё был шанс погреться под последними теплыми лучами в окрестностях замка.       Подумав о том, как хорошо было бы протащить в спальню какао или хотя бы чай, Лилиан повернулась к прикроватной тумбочке. Взгляд остановился на книге, которую ей одолжила Грейнджер. Взяв в руки тяжелый фолиант, она снова почувствовала себя неуютно в обществе старинной книги. Смешно.       «Интересно, какие тайны она хранит?» — гриффиндорка опустила увесистый том в свою сумку. Нужно полистать её перед тем, как передать Малфою. — Доброе утро!       Гермиона Грейнджер сонно потирала глаза, сидя на своей кровати. Лилиан нисколько не удивилась, что гриффиндорская отличница проснулась в такую рань. — Доброе, — ответила вполголоса Лилиан и присела на кровать. Она была несказанно рада, что теперь могла спокойно общаться с Гермионой и не бояться быть проигнорированной. — Ты пойдешь с нами сегодня в Хогсмид?       Лилиан отрицательно покачала головой, натягивая легкий свитер поверх рубашки. Она была бы только рада прогуляться по улочкам Хогсмида, но молча идти рядом с Гарри и Роном ей не хотелось. Кто знал как Гарри отреагирует, если она пойдет с ними? — Не думаю, что это хорошая идея, Гермиона.       Лилиан собрала свои непослушные волосы в конский хвост и посмотрела в сторону подруги. Та пробежалась глазами по странице учебника, который, очевидно, читала ранее за закрытым пологом, и, кивнув сама себе, отложила его в сторону. — Ты не хочешь видеться с Гарри? — Лилиан лишь хмыкнула в ответ на слова подруги. Гермиона нахмурилась и встала с кровати, накинув на плечи халат. — Что? Вам пора уже поговорить и всё выяснить. — Ещё не время, Герм. — Гарри по тебе скучает и что-то мне подсказывает, что ты ему нравишься…       Последние слова подруги заставили Лилиан с удивлением приподнять бровь. Она давно это заметила, но в её голове эти слова звучали неправдоподобно. Оказывается, Гермиона тоже так считает. Гарри предложил ей встречаться. Её ответ повис в воздухе. После они толком ничего не обсудили, как произошла ссора из-за Малфоя. Что ж, пришло время всё выяснить. — Что у тебя с Малфоем? — Гермиона продолжила свой допрос, словно не замечая перемены в настроении Лилиан. Она отвела взгляд и снова уставилась в окно, присев на край кровати. — Ничего, — это была чистая правда, за исключением того факта что Малфой был к ней неравнодушен. Но что она могла поделать? Если расскажет правду, то Гермиона всё равно ей не поверит. — Малфой заметил, что мы поругались, и решил воспользоваться в своих целях. Это же Малфой.       Лилиан постаралась как можно высказаться как можно равнодушнее и нахмурилась от собственных слов. — Мне всё равно, что у него на уме. Я не хочу, чтобы Гарри меня к нему ревновал.       Гермиона ничего не ответила и стала собираться на завтрак. Лилиан встала с кровати и только собиралась повернуться и пойти к выходу, как заметила на тумбочке конверт. Аккуратно открыв, она моментально узнала каллиграфический почерк.

«Милая моя Лилиан. Мне нужно, чтобы ты сегодня пришла в мой кабинет к семи вечера. Твой дедушка. P.S. Не забудь про мои любимые сладости».

       «Наконец-то он вернулся!» — мысленно возликовала она, выдав себя лишь удовлетворенной улыбкой. — Кто это забрасывает тебя посланиями с утра пораньше? — Гермиона пыталась нащупать за спиной застёжку на белье. Голос был заинтересованным. Нельзя было допустить даже малейшего подозрения.       «Ну, я деду сегодня устрою! Это ж надо додуматься — передать письмо прямо туда, где его могут увидеть мои соседки. Можно же было прислать с совой за завтраком!» — Не говори мне, что это от Малфоя, — подруга, смеясь, начала сама строить догадки. — Гарри этого не переживет. Я видела, как вы болтали в библиотеке. — Пффф, он просто приставал с глупыми расспросами. А потом просил списать. Ладно бы ещё сел и помог чем-то. Совсем обнаглел. — Тогда от кого? — Гермиона, в отличие от Лилиан, уже была готова идти завтракать. Зачаровав записку, Лилиан с полуулыбкой наконец нашла тапки и пошла умываться.

***

      После завтрака Лилиан решила пройтись по территории школы в поисках укромного места для чтения, прихватив с собой сумку с той самой книгой. Трава была всё ещё мокрой, но солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы начать скупо пригревать.       Девушка закуталась в мантию и неторопливо шла по дороге в сторону Чёрного озера. Ей не терпелось познакомиться с таинственным томом, желательно избежав посторонних глаз. Не приведи Мерлин кому-то её застукать. Вряд ли у неё получится объяснить, что книгу она взяла просто почитать.       Всматриваясь в переливчато-голубое небо, Лилиан не заметила, как ноги сами привели её к раскидистому буку у берега Чёрного озера. Расположившись в его тени, гриффиндорка достала старинный том в тёмной обложке и несколько секунд смотрела на него. Обложка так манила и отталкивала одновременно, что она словно кончиками пальцев чувствовала тёмную магию. Книга была пропитана ею. Если бы не Малфой, то Лилиан никогда бы не взяла что-то подобное в руки.       Девушка провела указательным пальцем по корешку. Книга на удивление хорошо сохранилась. Страницы были чистые, хоть и слегка пожелтевшие.       Несколько минут Лилиан сидела и, сощурив глаза, всматривалась в книгу. Просчитав про себя до пяти, она глубоко вдохнула и открыла книгу. «Раз, два, три...»       Ничего. Никакое тёмное облако не вылетело и не окутало Лилиан. Она подождала ещё мгновение и стала листать. Первая глава была посвящена биографии Оула Буллока. Прочитанное Лилиан не понравилось, хотя она лишь мельком пробежалась глазами по строчкам. С другой стороны, ей незачем было вдаваться в подробности давно оконченной жизни тёмного волшебника.       Листая дальше, она отметила, что книга была полна заклинаний и изощрённой магии, способной как минимум причинить боль любому волшебнику. По спине поползли мурашки, когда она прочла о разделении своей души на части — настолько детально и хладнокровно был описан процесс принесения жертвы. Зачитавшись, она едва ли могла заметить, как её накрыла вполне себе реальная тень. Низкий голос тихо отдал приказ. — Акцио, том Буллока!       «Твою ж, мать!»       Книга плавно выскользнула из её рук в тот момент, когда Лилиан подняла взгляд. Северус Снейп не сводил с гриффиндорки глаз. В руках он держал её книгу. — Мисс Джонс, откуда у Вас эта книга? — он чеканил каждое слово, словно буквально всё, что она делала, было неправильным. — О, профессор… — гриффиндорка лихорадочно пыталась придумать любую отговорку, лишь бы Снейп не прикончил её прямо тут, скинув труп русалкам на обед. — Наверное, я Вам помешала? Я не знала, что место занято — лишь хотела почитать...       Гриффиндорка встала с земли, но Снейп быстро сократил расстояние между ними и грубо схватил Лилиан за локоть. Она лишь успела выставить руку вперед и упереться в его грудь. — Лилиан! — Снейп гаркнул и девушка в ужасе попыталась отпрянуть от него. Мужчина тут же больно дернул её за локоть и помахал перед лицом фолиантом. — Я задам вопрос ещё раз. Откуда Вы взяли эту книгу? Вы в курсе, о чём она?! — Разумеется, сэр! — Лилиан свободной рукой смахнула со лба прядь волос. Она пыталась не выдавать свой страх, но профессор ЗОТИ делал ей больно. — Я взяла её в запретной секции.       Несколько секунд Снейп молча наблюдал за ней, после чего не менее неожиданно отпустил её локоть и нахмурился. Девушка. наконец, отпрянула от мужчины и сумела удержаться на ногах, чтобы не завалиться обратно на дерево. — Через час в кабинете директора. И без опозданий, мисс Джонс!       С этими словами он развернулся и быстрым шагом направился по тропинке в сторону школы. Лилиан провожала его деланым скучающим взглядом, в то время как мысленно проклинала. Мог ли профессор за ней следить? Безусловно, иначе как объяснить его быстрое появление? Она слабо верила, что Снейп просто прогуливался по берегу Чёрного озера и случайно её заметил. Что ж, видимо, встреча с дедушкой состоится раньше, чем ожидалось. «Интересно, как он отреагирует а историю Снейпа? Не удивлюсь, что профессор кое-что слегка приукрасит…»       Лилиан усмехнулась, отряхивая мантию от пыли. Профессор заставил её понервничать, но бояться его? Нет уж, она оказывалась в заварушках похуже. Вспомнить то же путешествие в Министерство Магии в конце прошлого года.

***

      Ровно через час Лилиан поднималась на второй этаж к арке с каменной горгульей. Она назвала пароль и статуя привычно отскочила в сторону, позволяя подняться по винтовой лестнице. Ступив ногами на каменный пол, гриффиндорка услышала громкие голоса за дверью.       Она нерешительно подошла к дубовой двери и остановилась, подняв правую руку. Но постучать в дверь ей так и не удалось: голоса, звучавшие за ней, принадлежали её дедушке и профессору Снейпу. Кажется, они общались на повышенных тонах.       «Неужели они кричат из-за меня? Не хотелось бы, чтобы дедушка злился или волновался…»       Лилиан прислонила ухо к двери, чтобы попытаться расслышать слова. К сожалению, голоса звучали неразборчиво. Гриффиндорка с досадой выдохнула — директор явно наложил защитное заклинание, чтобы их не могли подслушать.       «Умно, дедушка… Только, если вы обсуждаете меня то я бы хотела быть в курсе!» — Лилиан мысленно ухмыльнулась и решила зайти в кабинет, не постучавшись.       Толкнув дубовую дверь, гриффиндорка удивилась тому, как та легко поддалась. Первое и последнее, что она успела услышать — это слова профессора, брошенные старому волшебнику прямо в лицо: — Да, она мне не безразлична и я люблю её. Но Ваша внучка не должна об этом знать!       Лилиан застыла на пороге кабинета, желая, чтобы всего этого не происходило. Ни поимки за запретным томом, ни вызова к директору, ни этих слов. Сердце гулко билось у нее в груди и она будто забыла как дышать. Всё это было просто и очевидно. И вместе с тем нереально. Она вспомнила их ссору и те слова в кабинете ЗОТИ: «Я не завожу романов со студентками», и сразу: «Ты не имеешь права на какие-либо чувства…». Внутри неё всё похолодело. Все его замечания, его слежка, его забота — всё обрело смысл.       В тишине, повисшей в кабинете, можно было различить тихое жужжание вредноскопа, стоявшего на столе директора.