Рожден, чтобы бежать

      Профессор Макгонагалл, достав свиток с именами и встав рядом с табуретом, на котором лежала замолчавшая после того как допела шляпа, чётко проговаривая имена стала вызывать первокурсников. Гарри с искренним интересом и беспокойством следил, как один за другим его соседи по вагону усаживаются на грубо сколоченное сидение, после чего взрослая ведьма опускала головной убор на макушку и, спустя какое-то время, звучал вердикт…       — Гриффиндор!       — Хаффлпафф!       — Слизерин!       — Рейвенкло!..       С каждой минутой строй первокурсников таял, тогда как студенты, прошедшие распределение и получившие новые цвета на свои мантии, под звуки громких оваций отправлялись к одному из четырёх параллельно расставленных столов. Поттер непроизвольно отметил, что громче всех пополнение приветствовали ученики под знаменем льва, тогда как дети, что сидели под флагом змеи даже в ладоши хлопали как-то чопорно и высокомерно.       Чем меньше однокурсников оставалось рядом, тем более сильное волнение охватывало зеленоглазого брюнета, вновь чувствующего себя словно перед очередным экзаменом. Он даже успел подумать, что было бы гораздо лучше пройти какое-то испытание, а не стоять вот так… без возможности на что-то повлиять.       — Гарри Поттер, — объявила заместитель директора и зал погрузился в напряжённую тишину, нарушаемую шёпотом переговаривающихся между собой студентов, многие из которых видели его на вокзале.       — Он давал интервью…       — Ничего особенного…       — А я его по телику видел…       — Какой милашка. Как думаете, куда он попадёт?.. Натянув на лицо самую лучшую свою улыбку, чувствуя, как от волнения гудит голова и давит виски, юный волшебник твёрдым шагом подошёл к табурету и уселся на него с ровной спиной. Тут же на голову опустился колпак, скрывший верхнюю половину лица, посторонний шум словно отрезало, да и думать стало будто бы легче.       «Как любопытно. Смелость, гордость, желание добиться успеха, непринятие обмана, трудолюбие… Годрик гордился бы таким оруженосцем», — прозвучал будто бы в самой голове скрипучий голос, а мальчик вдруг почувствовал себя так, словно его застали со спущенными штанами.       — Гриффиндор! — раздался пронзительный выкрик, едва не оглушивший юного волшебника, после чего профессор сняла шляпу с его головы и слегка подтолкнула в плечо.       — Я в вас не сомневалась, мистер Поттер, — негромко заявила женщина. — Буду рада, если вы запишетесь на мой факультатив.       — Спасибо, профессор, — сам не зная за что, всё же поблагодарил женщину зеленоглазый брюнет, после чего поднялся с табурета и поспешил к ало-золотому факультету, студенты которого встали на ноги и громко хлопали в ладоши, словно бы выиграли какое-то состязание, ну или приветствовали чемпиона.       — Поттер с нами! Поттер с нами! — выкрикивали двое рыжеволосых старшекурсников, похожих словно капли воды.       — Да я тебе говорю: Гарри — спортсмен! — втолковывал одному из соседей Дин Томас. — Я его на юношеских соревнованиях в Лондоне видел. Ну… не лично, а по телевизору… Но он там первое место в беге занял.       — Бег — это как-то не серьёзно, — отвечал ему Симус Финниган. — Вот если бы он в квиддич играл…       — Гарри! Садись к нам! — замахал рукой Рон. — Я тебе место занял!       Постепенно воодушевление, поднявшееся за столом Гриффиндора снизилось, и ученики вернулись к своим делам: одни продолжали внимательно следить за окончанием распределения, другие же обсуждали какие-то лишь им понятные темы. Наконец, когда последний из первокурсников отправился за стол, со своего места поднялся Гендальф… директор Дамблдор, одетый в фиолетовую мантию со звёздами, такого же цвета колпак, с золотыми бубенчиками, вплетёнными в окладистую бороду.       — Дорогие учащиеся, я рад приветствовать вас в стенах Хогвартса вновь… а кого-то и в первый, но далеко не последний раз, — в наступившей тишине старик говорил спокойно, не повышая голоса, но его ровную речь слышали абсолютно все, невзирая на занимаемое за столами место. — …Не стану утомлять вас долгими речами и ещё сильнее оттягивать самое долгожданное многими событие вечера — праздничный ужин, и сразу перейду к важным объявлениям. Во-первых, профессор Квиррелл вернулся из своего странствия, в которое отправлялся ради повышения квалификации, чтобы занять вакантное место преподавателя защиты от тёмных искусств. Во-вторых, наш уважаемый завхоз Аргус Филч закрыл на ремонт коридор на третьем этаже: если вы не хотите попасть на тренировки по чистке кубков, мытью полов и окон до конца этого года — очень не рекомендую пересекать заграждения. В-третьих, Запретный Лес остаётся закрытым для посещений студентами младше пятого курса, покуда не получено личное разрешение от деканов или директора, а также не приставлен сопровождающий из числа персонала школы. Студентам пятого курса и старше надлежит сообщать о своих походах лесничему Хогвартса — Рубеусу Хагриду, который выдаст карты условно безопасных областей. Напоминаю, что деревня кентавров — это закрытая для посещения область. Ну и наконец, в-четвёртых, отбор в команды по квиддичу начнётся со второй недели Сентября и продлится до начала октября. Свои силы на любой из позиций могут попробовать все желающие, начиная со второго курса обучения. Ну а теперь ещё пара слов: Олух, Пузырь, Остаток, Уловка. Всем приятного аппетита.       На столах появились тарелки, вазы, блюда, кастрюли и подносы с разнообразной едой, на которую с энтузиазмом набросились изрядно проголодавшиеся подростки.       «И что он этим хотел сказать?», — нахмурился юный волшебник, который и хотел бы списать странности директора на его старость, только вот воспоминания о визите на Тисовую Улицу были ещё свежи.       — Это несправедливо, — насупился Рон. — Я уже три года играю с братьями…       — Ничего, друг, — постарался подбодрить Уизли Поттер. — Зато у нас будет целый год на подготовку.       — Гарри, ты собираешься играть в квиддич? На какой позиции? — наклонившись вперёд, спросил у зеленоглазого брюнета Симус.       — Хотелось бы стать ловцом, но охотником быть тоже интересно, — отозвался теперь уже бывший бегун. — Я занимался спортом в обычном мире, но мне сказали, что участие обладателей магии считается бесчестным.       — А я хочу стать вратарём, — заявил Рон чуть поспешно, словно бы опасаясь оказаться задвинутым на задний фон.       — Круто, — новый знакомый серьёзно кивнул. — А как вы собираетесь тренироваться? Мётлы нам доверят только на уроках полётов, а свои до второго года иметь нельзя.       — Вообще-то мы приехали в школу, чтобы учиться, а не играть в игры, — заявила девочка с каштановыми волосами, которые выглядели очень пушистыми и, как решил Гарри, были ещё более непослушными чем у него (только вот он мог себе позволить короткую стрижку).       — Да чего там учиться? — отмахнулся рыжий мальчик. — Играя в квиддич можно стать настоящей знаменитостью, а что дадут уроки?       — Рон, уроки — это очень важно, — остановил друга Поттер, неохотно вспоминая все те вечера и долгие выходные, которые провёл под присмотром тёти за учебниками. — Кроме того, учёба помогает выработать самодисциплину, которая необходима во время занятий спортом. Но и если заниматься только одними уроками, то можно упустить много возможностей и интересных вещей.       — Хм, — гордо отвернулась так и не представившаяся девочка, которую, как припомнил с распределения Поттер, звали Гермиона Грейнджер. — Ну хоть вы скажите им…       Последние слова юной ведьмы были обращены к ещё одному рыжеволосому парню, высокому и худому, носящему очки и значок старосты. Зеленоглазый брюнет, благодаря рассказам Рона, сразу понял кто это, а вот девочка явно не обратила внимания на внешнее сходство четверых Уизли.       — А? Да, — Перси поправил чуть съехавшие очки и заговорил серьёзным, лекторским тоном: — Кубок Хогвартса по квиддичу — это значимое соревнование на территории магической Великобритании. Нередко на финальные матчи прибывают скауты из профессиональных команд, которые ищут молодые таланты для вербовки после завершения школы.       — Мне кажется, что не это она хотела услышать, — прыснул в кулак Рон, с торжеством наблюдающий за открывающей и закрывающей рот Гермионой, возмущённой таким предательством от старшекурсника.       — А какие ещё есть команды или факультативы? — решил воспользоваться возможностью узнать побольше Поттер, задав вопрос уже собиравшемуся вернуться к каким-то своим делам старосте.       — Деканы ведут факультативные занятия по предметам, которые преподают, но на них можно попасть только проявив старание или талант на уроках; профессор Макгонагалл курирует кружок танцев, а профессор Флитвик — кружок пения, — старший Уизли подумал и добавил: — Есть клуб шахмат, взрывного покера… Но, я думаю, об этом вы сами узнаете во время учёбы. Завтра я проведу подробную экскурсию по замку, так что подготовьте вопросы заранее.       На какое-то время все разговоры затихли, а с разных сторон раздались звуки стучащих по тарелкам столовых приборов.       Зеленоглазый брюнет хотел попробовать всего и побольше, но представив то, как тяжело будет вставать утром, остановился на варёном картофеле и куриных ножках, к которым добавил немного овощей. Едва же он справился со своей порцией, как еда пропала, а затем перед каждым студентом появились блюдца для десерта…       Дома Гарри пусть и не морили голодом, но и разнообразными сладостями баловали не слишком часто, так что при виде тортов, зефира, выпечки и мороженного глаза стали разбегаться. Он даже успел пожалеть о том, что уже наелся, из-за чего пришлось бороться с желанием запихнуть в себя пару-тройку лишних кусков, которые точно помешали бы завтра проснуться пораньше, чтобы заняться зарядкой.       Рон себя подобными вопросами не занимал и полностью отдался празднику живота, достаточно быстро уничтожая всё, что из съестного находилось в зоне его досягаемости. Лишь когда остатки десертов исчезли, оставив пустую столешницу, он отодвинулся назад и огладил округлившийся живот.       «Даже не представляю, как ты будешь себя чувствовать завтра утром», — промелькнуло в голове у зеленоглазого брюнета, почувствовавшего капельку совсем уж недостойного для благородного гриффиндорца злорадства.       Тем временем директор вновь поднялся со своего места и объявил окончание пира, после чего велел старостам сопроводить первокурсников по спальням. Остальным студентам тоже было велено не задерживаться, так как учебный год уже начался, а комендантский час не за горами.       Перси Уизли и его напарница, имени которой юный волшебник не запомнил, быстро построили подопечных парами и направились вслед за старшекурсниками, что последовали совету Дамблдора. Впрочем, у мальчика были сомнения, подкреплённые услышанными обрывками фраз, что они собирались пораньше лечь спать, а не продолжить праздник уже за закрытыми факультетскими дверями.       …Долгий день, наполненный самыми разными впечатлениями, прогулка на свежем воздухе и плотный ужин сделали своё дело: Гарри приходилось прилагать немало усилий просто для того, чтобы держать глаза открытыми и переставлять ноги по коридорам Хогвартса. Лишь краем сознания он отмечал, что нарисованные на картинах люди и животные шевелятся и переговариваются, будто являются на самом деле живыми, да и обстановка старого замка уже не казалась такой уж впечатляющей.       Однако же, несмотря на общую усталость и изобилие впечатлений, когда они вышли в лестничную шахту и взглянули вверх, то Поттер вновь задержал дыхание от восхищения и удивления. Прямо на его глазах лестницы двигались словно живые, меняя своё расположение между этажами и платформами, расположенными перед входами в тот или иной коридор.       «Это как эскалатор и подъёмный кран, объединённые вместе», — возникла в голове чёткая мысль, за которой пришло осознание, что дядя ни за что не позволил бы на таком покататься.       Дождавшись момента пока одна из лестниц окажется рядом, Перси Уизли повёл первокурсников вверх, о чём-то негромко рассказывая оказавшейся рядом Гермионе. Сам брюнет с младшим представителем рыжего семейства затерялся в самом конце процессии, а потому почти ничего не слышал из объяснений старосты. Впрочем, как он подозревал, уже завтра у них появится возможность обо всём узнать в подробностях, не рискуя пропустить что-то важное из-за усталости.       Мимо сознания прошла информация о том, на сколько этажей вверх они поднялись, зато дверь, расположенную позади живой картины Поттер запомнил хорошо. Когда же они миновали порог, то оказались в просторном помещении, оформленном в красно-золотых тонах: тут и там стояли диванчики, пуфики и столы, в большом камине горел огонь, под высоким потолком висела похожая на огромное колесо люстра. Справа и слева вверх поднимались ещё две, выглядящие вполне обычными лестницы, что вели в общежития для мальчиков и девочек.       Недолго посовещавшись и оценив состояние подопечных (а также то, что другие старшекурсники уже приступили к сервировке столов), старосты ещё раз предупредили, что подъём произойдёт завтра в восемь утра, после чего разделили группу первокурсников по половому признаку и повели в выделенные комнаты. Гарри отметил, что ему, Рону, Дину, Симусу и Невиллу предстоит жить вместе, но какого-то негативного, как и положительного отклика это не вызвало.       «Странно, что Невилл попал в Гриффиндор. Всё же у меня сложилось впечатление, что сюда поступают более… решительные ребята. Хотя, откуда мне знать? Меня шляпа не спрашивала о том, куда я хочу», — выкинув эти мысли из головы, зеленоглазый брюнет нашёл свой чемодан, что стоял прислонённым к третьей от входа кровати, которая была длинной и широкой, непривычно мягкой, а ещё красовалась бархатным алым балдахином с золотыми шнурками.       — Королевская кровать! — заявил Дин, плюхнувшись на своё ложе прямо в одежде, избавившись только от обуви.       — А тебе доводилось спать на королевской кровати? — насмешливо уточнил Симус.       — Не-а, — беспечно отозвался первый мальчик. — Но я видел это в кино.       В боковой стене спальни обнаружилась небольшая дверь, что вела в комнатку с двумя душевыми кабинками и двумя раковинами с зеркалами. После короткого совещания мальчики решили разыграть очередь посещения душевой в камень-ножницы-бумагу, в результате чего Поттер стал вторым, Рон — четвёртым, а Дин с Симусом — первым и третьим соответственно (Невилл согласился быть пятым без споров, предпочтя мыться в гордом одиночестве).       Ополоснувшись, почистив зубы и одевшись в пижаму, юный волшебник забрался под толстое и мягкое одеяло, чтобы тут же вспомнить о словах тёти Петуньи. Пришлось вновь залезать в чемодан, чтобы найти артефактную дощечку для рисования и специальный карандаш, а затем ещё и доставать фонарик, дабы задёрнув балдахин и усевшись скрестив перед собой ноги, постараться в нескольких коротких фразах описать произошедшее днём.       «Как-то ничего не получается», — в очередной раз стерев текст, Гарри тяжело вздохнул и, прикрыв веки, стал пальцами массировать усталые глаза.       Собравшись с мыслями и прокрутив в голове самые яркие происшествия за день, он пришёл к выводу, что дяде и тёте вовсе не обязательно знать подробности. На самом деле… вряд ли их вообще обрадовал бы рассказ о магии.       «Добрался до школы и заселился в общежитие. Соседи хорошие. Зубы почистил. Спокойной ночи, Гарри», — кивнув своим мыслям, он быстро перенёс текст на поверхность артефакта и облегчённо откинулся на подушку.       День наконец-то закончился…