Танец ворона и совы

Беговинск, Русия.

27 ноября 2023 года.

      В первую очередь Демьян отключил камеры и снял охранные заклятья внутри дома. Потом выкинул содержимое холодильника и отключил его, перекрыл воду. Всё?.. Наверное. Дед ещё жив, но, похоже, сюда больше не вернётся. Порча почти добила его за какие-то три дня.       Она вообще работала очень странно, вот Демьяну с Сашкой вдруг стало лучше сегодня, отцу и дяде становилось всё хуже, хуже, хуже… Дед уже не жилец, похоже. И многие проявления порчи отличались от человека к человеку. Так и должно быть? Или проклявший их ойуун неопытен, вот и сработало не пойми как? Это бы многое объяснило! Но сможет ли в таком случае ойуун помочь Саше? Хоть бы да!       Хоровод тревожных мыслей не утихал, в пустом доме некому было отвлечь от размышлений. Собственные шаги по каменному полу коридоров гулко раздавались вокруг, стены, некогда расписанные нанятыми художниками, давили. Не дом, а дворец. Ужасно неуютный, но дед всегда гнался за роскошью, а на приёмах и банкетах вёл себя до смешного манерно, будто пародия на аристократа. Демьян с самого детства списывал это отчасти на старческие причуды, а дядя Свят зло посмеивался и приговаривал: «Ну да, куда нам без манер и показного достатка, мы ж потомственные графья Залу… Демьяшк, закрой уши! Аристократия, я не могу! Хотя да, Волошины — давно известная смесь быдла с интеллигенцией».       Дядя… Демьян шмыгнул носом и мотнул головой. Человек, всегда любивший и защищавший их с Сашей, оказался преступником и убийцей, пора это принять. Да, он как-то говорил, что убивает именно тех мигрантов, которые сами нарушили закон и не понесли наказания, но… Всё равно не в праве, да и кто сказал, что это правда? Нет, дядя Свят не соврал бы ему, слишком прям и горд для этого. Да и чужакам он редко именно врал, скорее умалчивал. Как в меме из интернета: «Мы умалчивали, недоговаривали, но лжи как таковой не было».       Это всё неправильно, но Демьян и после того, как сдал членов клуба, постоянно думал о родных, сколько бы они ни совершили. Не оправдывал, но тосковал невозможно! Если с дедом он хотя бы привык к мысли, что тот уже в годах, прожил жизнь и может вскоре уйти не от одного, так от другого, то с дядей Святом такой фокус не работал. Это ведь он по факту вместе с мамой воспитал их, периодически (Да нет же: всегда, когда только мог!) защищая от выходок отца. До сих пор в ушах звенело тихое Сашино: «Дёмк, он умирает… И ничего с этим не делает, разъезжает по делам и талдычит, что ему некогда ходить по больницам и целителям. Он и сам понимает, а ничего с этим не делает».       А если дядя тоже понимает, что происходит? Спрашивал же их о самочувствии, только они ему всего не сказали, а сегодня он увидел Сашу уже в лучшем состоянии. Поговорить бы, обсудить тот сон! Но Демьян с тех пор, как месяц назад узнал о делах клуба, свёл общение почти на нет. Иначе дядя по одному взгляду догадался бы, понял, что его Демьяшка — не убийца. Да боги! Он всегда понимал племянников лучше всех, порой ни слов, ни взглядов ему не было нужно, чтобы знать, когда что сказать, а когда и просто крепко обнять.       Прислонился к двери дедовского кабинета, провёл рукой по лицу. После увиденной изнанки клуба, после давшегося с большим трудом и риском спасения жертв… И даже после того, как решился, сдал членов клуба и причастных… Мечтал хоть на минуту вернуться в то время, когда ещё не знал, что дядя — убийца. Чтобы ещё разок обнять, поблагодарить за всё то хорошее. Чтобы взглянуть на него как на бесконечно любимого родного человека, а не нацистского палача! Выдохнул, помотал головой. Надо навести порядок в кабинете деда и просто уходить, а не тонуть в воспоминаниях.       Зашёл внутрь, чувствуя невозможную усталость. Тело было как ватное, на коже выступил холодный пот, и в голове шумело как после резкого падения высокой температуры. А ещё сегодня везде мерещился запах крови, земли и… как ни странно, сырого куриного мяса.       Демьян вытряхнул урну и пепельницу и, взглянув на подоконник, отметил, что надо забрать единственный на весь дом цветок в горшке. Мог бы поручить уход за растением, как и уборку в доме, нанятым людям, но хотелось хоть вот это последнее сделать для деда. В конце концов, Демьян помнил, как дед в его детстве возился с цветком — банальной геранью — и от старого, отжившего своё растения отделял отросток, чтобы оно продолжало жить уже новую жизнь. Дед делал так не впервые, как сам говорил.       Потом, много лет спустя, дядя Свят с грустью и обидой говорил: «Чёртова герань… Лучше бы он матери хоть с десяток добрых слов сказал, пока та жива была, чем возился с цветком». Оказывается, самое первое растение осталось от матери дяди и отца. Дед, как говорили, никогда не любил жену, постоянно ругался с ней, а после её смерти сразу обзавёлся любовницами. Но то ли из чувства вины, то ли ещё почему возился с цветком, давал ему новые жизни в отростках.       Да уж, дед был не таким искренним и отзывчивым, как дядя, но удивлять совершенно несочетаемыми вещами умел. В нём спокойно совмещались уход за цветочком в память о покойной нелюбимой жене и одобрение идеи внука насиловать мигранток перед тем, как убить. Ну что за… Но цветок всё-таки надо забрать.       Снова накатила слабость, Демьян сел в дедово рабочее кресло. Из такого положения взгляд упал на ящик стола, из которого торчал уголок листа бумаги. Вдруг там что-то полезное? Пароля от сейфа Демьян не знал, а вот запасной ключ от ящика висел на общей связке. Ну-ка, что там?       В ящике лежал какой-то отчёт и вскрытый конверт с письмом. Дед Мирослав в том, что касалось работы, был скрытным и осторожным, но ему вчера утром стало хуже прямо тут, в кабинете, он не смог даже дойти до сейфа. Какие у него были варианты? Смахнуть документы в ящик стола или сжечь их простейшим заклинанием. Но похоже, что даже на пару искр ему не хватило сил, или же бумаги были ещё нужны. Так или иначе, а теперь дедовские бумаги лежали на столе перед Демьяном. Заскользил взглядом по строчкам странного отчёта, выхватывая отдельные фразы. «Отчёт отряда Р13.Ю-З».       Отряд? Военные, наёмники? А дед-то к ним каким боком? «Границы поиска сужены до лесов в области 45°06′ с. ш. 24°22′ в. д. Дальше след теряется, неизвестные создают помехи для ориентации на местности, навигация сходит с ума».       И ни слова о том, что же они там ищут! Так, широта, долгота… Карту бы сюда, но и без неё было понятно, что это координаты одного из уездов Ромалии. «Берусь утверждать, что искомое здесь, осталось понять, как разрушить барьеры».       Во как, неизвестные русскоязычные военные ищут что-то скрытое от чужих глаз в Ромалии и отчитываются деду Мирославу. Дело ясное, что дело тёмное! Перечитал отчёт ещё раз полностью, запоминая содержимое, потому что забирать отсюда что-то было опасно, как и фотографировать на телефон, который, к слову, остался в куртке в прихожей. Дедовы союзники могли и следить за ним, так что надо осторожнее.       Дальше было письмо от некоего «А. Сат». Оно явно походило на часть длительной переписки. «…В данном вопросе имеют значение древнейшие предания и легенды в мировой истории колдовского сообщества. В большинстве источников их подают так, будто они не взаимосвязаны, но это большое заблуждение! Не каждому под силу перелопатить такой объём беспорядочной информации, но мне удалось. К тому же, я нашёл сведения, ранее неизвестные большинству наших собратьев, почти стёртые временем. Надеюсь на благодарность! Некоторую информацию я увёл чуть ли не из-под носа у одного чрезмерно любопытного исследователя по имени Руслан Султанов».       Имя незнакомое, а ситуация крайне странная. Что ж там такое, за сведениями о чём кто-то гоняется по Ромалии, да ещё соревнуясь с соперниками? Ничего непонятно… «Мирослав, обратите внимание, что по всем признакам предание о четырёх местах силы по четырём сторонам света соответственно и легенда о том, как в двух таких местах крылатый и хвостатый колдуны создавали величайшие артефакты, относятся к одному временному периоду. И я смею предположить, что легенда о ведьме и дисках родилась вскоре после этого. Что мы имеем, если принимать на веру события из упомянутых преданий? Есть по всему миру четыре места наибольшей колдовской силы, некогда дарованной богами. Источники, можно сказать. Русия тут, судя по всему, выступает «далёким, неизведанным севером», Ромалия — плодородным югом. В предании говорится, что эти два места «не иссякнут вовеки», а места в Азии и за океаном позиционируются исчерпаемым магическим ресурсом. (Так ли это на самом деле, мне пока не удалось выяснить.) В северном и южном местах силы могучие колдуны древности создали артефакты для хранения магии, сродни аккумуляторам. Они выполняли и функцию мощного, а вероятно и «абсолютного» оружия, способного нанести ряд колоссальных ударов несравнимой силы с невероятной скоростью. Что там ракеты бескрылых! Они, как сказал бы мой внучок, «нервно курят в сторонке», хе! При этом артефакты-аккумуляторы более экологичны, использовавшим их не придётся опасаться, что заразят природу, зачищенные земли можно будет использовать сразу».       Суки! Твари! Демьян вскочил и стал нарезать круги по просторному кабинету, из-за волнения всё равно налетая то на угол шкафа, то на ручку двери. Нет, ну какие же мрази! Ничему их не учит даже не история, а то, что происходит у обычных людей, бескрылых, прямо сейчас. Им мало того, что страны и народы в полушаге от смертельной схватки, где начнут махать ядерными кулаками?! М-м-м, экологичное «абсолютное» оружие! Утром убить народы, а после вечернего чая, как дым уляжется, спокойненько качать нефть и вырубать леса. А на следующий день можно и поля засадить, чего добру-то пропадать, в самом деле!       Самое поганое, что поиск такого оружия могли заказать власти любой страны, вообще любой. Это ж нахер такой соблазн: чистенько, аккуратненько убрать лишних соседей по планете. Стать богаче и сильнее, освободить себе место под солнцем без лишних усилий. Утешало лишь то, что древние артефакты за века так и не нашли, а очередная попытка не факт, что увенчается успехом. «Разумеется, вскоре после создания артефактов-аккумуляторов нашлись те, кто пожелал ими завладеть, но для того нужно было уничтожить хранивших артефакты и источники колдунов. Что случилось на севере, госпожа история умалчивает, но прийти туда больше никто не попытался, как пишут. Хотя, полагаю, попытки были, но так и не дали результата. На юге, то есть в нынешней Ромалии, случилось иначе. Хранивших источник колдунов нашли, но при них не оказалось артефакта. Их долго мучили, пытаясь выбить признание и получить желаемое. Сначала на глазах у родителей убили их сыновей, потом сделали нечто со старшей девочкой. По сохранившимся сведениям нельзя точно сказать, что именно, но описывается как «позорная, бесчеловечная пытка». Неизвестно, выжила ли та девочка, а вот матери и младшей дочери удалось сбежать благодаря жертве главы семейства. Они долго бродили по лесам, ища спасения, ведьма-мать сошла с ума от горя и страха. Куда делась её младшая дочь, опять же, неизвестно. Она же сама решила отомстить колдунам. Не только тем, кто мучил её семью, но и вообще всем. Она считала, что остальные допустили всё, что произошло, безразличием и молчаливым согласием. Созданные ею диски, которые находят за четверть века до больших войн и других несчастий — это месть, после такой находки смерти только множатся. Но по неясной мне логике — а есть ли она у сумасшедших? — ведьма дала колдунам шанс обратить мощь дисков на пользу. Думаю, вы, Мирослав, хоть раз да слышали про обряд с красивым названием «танец ворона и совы». Два колдуна из упомянутых кланов должны по неким подсказкам найти место силы и скрепить своеобразный мирный договор ритуальным танцем. Тогда, говорят, найденный диск будет действовать лишь против злонамеренных людей».       То есть… Мужик допускал правдивость преданий, но при этом рассуждал про «логику сумасшедших»? А чего он хотел от той ведьмы после того, что стало с её семьёй? Демьян до того лишь краем уха слышал про зловещие диски, появление которых предвещало беду, но теперь стало яснее, что заставило ведьму создать вот такое. Она, получается, уже не верила, что среди колдунов есть и добрые, и хорошие, и смелые. Таких не нашлось, когда она одного за другим теряла близких, вот и… Её было жаль. Как и тех, кто погибал после обнаружения очередного диска.       Про ритуальный танец он знал ещё меньше: лишь то, что такой существует, и его не могут танцевать просто случайные ворон и сова где попало. Ну и всё. Правда, после того, как впервые услышал про танец лет десять назад, ему приснилась странная поляна среди хвойного леса, на которой по четырём сторонам света были врыты каменные столпы, а между ними металась девушка — крашеная блондинка в порванной куртке — и со слезами в голосе повторяла: «Не получается… Почему не получается? Место на нас не реагирует!» В том сне Демьян никого больше не видел, но слышал, как девушке ответил какой-то парень: «Кажется, я не достоин после всего, что сделал…» Сон больше не повторялся, но запомнился. Чудная фантазия. «Мы с вами ни разу не романтичные натуры со сказочной «чистой душой», а потому, боюсь, сумасшедшая ведьма не оставила ни нам, ни нашим подчинённым шанса отыскать южное место силы. Но мы можем внушить кому-то из молодых, что это необходимо, присыпать блёстками идеалистической чуши. Это может быть полезным, потому что по одной из легенд именно в момент того танца откроется тайник ведьмы с артефактом-аккумулятором. По той же легенде эти танцоры должны подпитать тайник своими силами, чтобы избавить мир от страшного оружия ещё на долгие-долгие годы, подтвердить свои мирные, благие цели. Ну а мы можем в подходящий момент прибрать к рукам артефакт и решить тем самым наши проблемы. Надо только найти подходящих танцоров и не упустить момент».       Использовать обряд заключения мира для добычи оружия массового поражения? Прелесть-то какая… Демьян замер посреди дедовского кабинета как помоями облитый, сжимая в руках письмо. Понятия не имел, что делать, кому об этом рассказать. Это какая власть должна быть у человека, чтобы повлиять, остановить… Если только тот же владыка неба? Как узнавал, Алтанай Назимов, хоть и не пользовался народной любовью, но реально помогал людям, когда это требовалось, не отмахивался от просящих. Может быть?.. Надо хотя бы попробовать. Не поможет с этим, так, может, маму и брата сумеет защитить, если попросить, объяснить ситуацию? Попытка не пытка, да и не зря же так совпало, что в руки Демьяна попало уже вскрытое письмо, более не защищённое магической печатью?       Боги небесные и земные, поговорить бы с дядей Святом! Мозгами понимал, что дед и сыновей втянул не только в дела клуба, но и вот в это вот. Всё они знали и понимали. Но в глубине души Демьян отчаянно не верил, что дядя, воспитавший его с пелёнок, считал всё это нормальным. Да, да! Дядя Свят — нацист, и будь его воля, выдворил бы многих мигрантов из Русии. Но в его словах, в его воспитании никогда не было идей, что надо нести войну в чужой дом, а обществу внушать ненависть к неугодным народам. В нём не было желания нести свой устав в чужой монастырь, он готов был терпеть тех приезжих, кто с уважением относился к местным порядкам и не пытался насадить свои. Но… Дядя не пытался остановить членов клуба, хотя не мог не понимать, что они убивают и невиновных. Более того: был с членами клуба заодно, был одним из них! Но как же не хватало его совета, как всегда рассудительного и правильного…       Снова принялся бессмысленно нарезать круги по кабинету. Жар прилил к лицу, руки тряслись. Тут было слишком темно и душно. Убрал обратно в ящик письмо и отчёт, распахнул окно настежь. Ветер швырнул ему лицо пригоршню колючего снега, это немного успокоило нервы. Значит, суждено было узнать. Значит, что-то придумает, поймёт, кому прежде всего рассказать.       Мысли снова вернулись к владыке неба, Алтанаю Назимову. Только дядя, опять же, отзывался о нём спокойно, хоть и был в корне не согласен с его политическими взглядами. Отец его считал «ничтожным либерашкой», дед — бездарем. Да уж, дед Мирослав, судя по его словам, иногда почти скучал по покойному Юргэну Назимову, ведь тот «хоть умел управлять и почти всегда сразу понимал, с кем надо иметь дело, а с кем нет». А ещё «курил нормальные папиросы, а не эту современную дрянь».       То ли из стариковской сентиментальности, то ли ещё почему, но дед хранил в кабинете старую многоразовую зажигалку — давний подарок от Юргэна. Демьян отошёл от окна, взглядом нашёл на стеллаже, рядом с подарочным изданием энциклопедии про виды табака, ту самую зажигалку. Раньше не приходило в голову её рассматривать, а теперь зачем-то взял в руки, покрутил, ловя отблески света в стальном покрытии вещицы. Провёл пальцем по вырезанному изображению совы с одной стороны, по дарственной надписи с другой…       Вдруг по глазам ударила ослепительно яркая белая вспышка, а после перед ними предстал совсем другой кабинет. Демьян ошалело уставился перед собой, увидел, как за сделанным из камня, а не дерева столом сидит мужчина лет сорока пяти, в котором причудливо сочетаются северные черты лица и светлые волосы. Он хмурился, перебирая бумаги, качал головой.       — Я же не одобрил, куда они…       Откуда-то из стены раздался тихий щелчок, а следом за ним — шипение, будто открыли бутылку газировки. Но мужчина не заметил этого, слишком погрузился в изучение бумаг. Нервно просматривал их, что-то черкал и матерился сквозь зубы, всё бормоча, что это «возмутительное своеволие». Коснулся висков, скривился от боли, потёр глаза. Просмотрел ещё сколько-то документов, тяжело вздохнул и расстегнул верхние пуговицы рубашки, стянул пиджак.       До Демьяна уже дошло, что он в здании колдовского правительства, а перед ним давно умерший Юргэн Назимов. Но какого чёрта увидел прошлое? Не прорицатель ведь! Бред какой-то… Зарядил себе пощёчину, попытался позвать верного филина и… ничего. Изо рта не вырвалось ни звука, а ноги будто приросли к полу. Да что ж это такое?! Он не хотел смотреть, как этот человек, по всей видимости, умрёт!       Юргэн же раскашлялся, облизнул губы. Встал, шагнул к окну. Пошатнулся, вцепился руками в подоконник. Уже начав задыхаться, потянулся к ручке окна. Не открывалось никак, сколько бы ни дёргал ручку. Демьян зажмурился, мотнул головой. Попытался мысленно произнести хоть какое-то заклинание в надежде, что использование магии порвёт морок, как было в одном сказании. Ни-че-го.       Оставалось лишь беспомощно наблюдать, как Юргэн пытается закричать, но из его горла вырывается только хрип, пытается выбраться из кабинета, но падает, не дойдя до двери, а его тело выкручивает судорога…       Вдруг Юргэн последним усилием широко раскрыл глаза, из его пальцев вылетели белые искры, а в голове Демьяна зазвучал подобный грому голос:       «Слушай, увидевший прошлое! Меня, Юргэна Назимова, убили каким-то газом, но убедят всех, что сдох сам. Передай моим сучатам — Алтанаю, Маине и Кингилане — чтобы остерегались прежде всего тварей из родов Сергиенко и Авдеевых. А Захаровы, Волошины и Соколовские им вечно подпевают. Они повязаны, ублюдки эти. Пусть сучата выживут всем им назло. И ты... ты тоже. Жаль, я тебя не увидел. Ладно… Кровь и память укажут верный путь».       Очнувшись, обнаружил, что упал на колени рядом со стеллажом, а клятая зажигалка отлетела в сторону. Вот это номер! Может, Юргэн перед смертью наложил какое-то мудрёное заклинание на свои вещи и подарки, чтобы они могли передать послание? Но почему тогда оно дошло именно до Демьяна, раз умерший не верил Волошиным? Очень странно.       И ничего себе задержалось предупреждение! Юргэн Назимов, бывший владыка неба, умер ещё до рождения Демьяна. Но если, по крайней мере, один его «сучёнок» точно жив, то ещё не поздно передать послание. Точно надо хоть письмо передать этому Алтанаю. А в смысле «жаль, я тебя не увидел»? Откуда умиравшему Юргэну было знать про Демьяна? И почему сожалел, что не увидел ещё не родившегося на тот момент? Одни вопросы, а…       Поднялся с колен, взял зажигалку, собираясь вернуть её на место. Невольно снова пробежал глазами по дарственной надписи. Чего?! Пару минут назад надпись гласила: «Лучшему деловому партнёру, М.С. Волошину». Сейчас же она сменилась на совсем другое, невозможное: «Демьяну на удачу. Задай им жару!»       Всё это просто не укладывалось в голове. Юргэна убили — раз. Убийцами, по всей видимости, стали его деловые партнёры, с которыми он что-то не поделил — два. Он каким-то макаром (Из-за пророческого дара рода Назимовых, не иначе!) точно знал, кому адресует послание — три. Ещё и напутствие оставил. Задай жару, ага... Демьян нахмурился, но убрал зажигалку в карман толстовки: кажется она теперь принадлежит ему, а не деду.       Повёл плечами, по телу пробежали мурашки. Ах да, окно так и осталось открытым. Обернулся к нему в тот самый миг, когда на подоконник прилетел сердитый сыч с привязанным к лапе конвертом. Так это же дядин магический помощник, сыч по кличке Суч! Кинулся к недовольному птицу, которого хозяин отправил в путь в плохую погоду. Вытащил из второго кармана угощение для сыча, которое тот тут же слопал, не забыв клюнуть руку, которая его кормила.       Когда-то Демьян и Саша засыпали дядю вопросами, зачем он так назвал хорошую птичку. Он смеялся, отвечая: «А как его ещё называть, если он и есть Суч с отвратительным характером? Говорят, питомцы похожи на хозяев. Так вот, это чистая правда! Мы с ним два суча». Ну, дядя так хоть птицу назвал, а Юргэн вон про детей — сучата.       Боги, о какой ерунде думал, пока дрожащими руками отвязывал конверт от лапы сыча! Наложенное на конверт заклинание распознало, что письмо попало в те руки, так что Демьян беспрепятственно достал сложенный пополам лист бумаги. Сколько предосторожностей... Мало того, что письмо принёс магический помощник, летевший сюда невидимым, так ещё и на конверте защита. Сыч решил, что его миссия выполнена и, напоследок ещё раз клюнув Демьяна за палец, улетел.       Закрыл окно, снова сел в кресло. Читать письмо было страшно: а вдруг дядя Свят узнал о его делах и теперь обвиняет в предательстве? Нет, это не в его духе, вот так присылать секретное письмо, чтобы обвинить в чём-то. Но от этого становилось лишь ещё страшнее. Выдохнул, развернул письмо: «Демьяшк, времени нет. Так что без суеты, но и без промедления делай что говорю. В конверте билеты и записка с адресами. Там сейчас безопасно. Уезжайте с Сашей, пока до членов клуба не дошло, что ты не с ними, а против них. О школе Саша пусть не волнуется, я уже договорился. Вашей матери я тоже отправил весточку, она позже присоединится к вам. Меняйте адреса проживания, не оставайтесь долго на одном месте. Заедешь на мою городскую квартиру, возьмёшь наличку, кое-какие документы и амулеты в сейфе, поможет. Куда приедете, там в первой квартире тоже сейф, пароль тот же, забери содержимое».       Боги… Дядя не поверил и всё понял, а теперь… помогает, как и всегда. Демьян прикусил губу, затаил дыхание, читая дальше. «Вам нужно не маячить в Русии ближайшие пару месяцев, пока клуб и всякие гниды вроде Сергиенко и Авдеевых будут лютовать и мстить тем, кто им помешал. Мне тоже (когда догадаются, кто мог им тайком палки в колёса воткнуть), потому что я был удобен, молча убивая мигрантов и продвигая нужные законы, но не оценил намерение отдать страну другим хозяевам по «выгодным расценкам» и приложить руку к добыче особого по силе оружия. Мразь, но мразь патриотичная, увы! Волошиных уже слили, та защита от проклятий и других бед, которой с нами поделился Сергиенко, была сродни плацебо, пустышкой».       Так дядя тоже боролся, только по-своему… А Демьян и не заметил! Штамп приговора на убийце поставить проще, чем поверить, что тот может осознать неправильность происходящего. А дед да, говорил про какую-то защиту от бед, которая, выходит, оказалась фальшивкой. Только переданные маминым знакомым амулеты действительно работали. «Но если у меня и моего… хм, тайного союзника всё получилось, то Сергиенко и ко тоже недолго осталось, он кое-что упустил из виду. Надеюсь, вам не придётся долго прятаться. На обороте письма контакты тех, кто, в случае чего, поможет и не зассыт. Живите счастливо, люблю вас».       Строчки перед глазами поплыли, но и сквозь этот туман Демьян разглядел в списке на обороте письма контакты Алтаная Назимова с припиской: «Можешь всё объяснить ему, назвав своё имя. Или, если понадобится, приди к нему сам. Увидит — поймёт, не дурак».       А в конверте было два билета и записка с адресами. На ней была написанная в спешке приписка, прозвучавшая теперь ответом на мысли Демьяна: «Уезжайте вдвоём, с матерью встретитесь уже там. Всё, на этом распрощаемся». Выходит, дядя никуда не поедет. Он… Его… «Распрощаемся».       Демьян скорчился в кресле, сжимая письмо, и беззвучно заплакал.