Сложности монархии

Юра пьян и счастлив. Ух, крепка медовуха! Ах, упоена эта летняя ночь! Празднество бурлит, крики мешаются с пьяным хохотом. На сцене пляшут шуты, изображающие прежних Глав медведей, и это уморительно! Сам Юра обнимает краснощёкую девицу, пока друзья и братья разливают по новой кружке. Сегодня у них День солнца и урожая. Столы ломятся от кушаний, к тотемам священных животных и богов охапками несут грибы да ягоды, а к вечеру все стекаются к реке для гаданий и танцев. — Зар, ты идёшь? — слышится вдалеке, и Юра настораживается вопреки веселью. Ну вот, сейчас опять придёт и будет смотреть на него преданно, а братья посмеются над ними. «Тили-тили тесто…» Они с Заром друзья, на этом всё. Как же утомительно отрицание! Даже родители шутят над Юрой, что растёт для него красавчик-жених. И никому и дела нет, что влюблён Юра в Максарму, а не в Светозара. Жениться на молодце — какая дремучесть. Шутка, подходящая только их родителям. Никто теперь так не делает. Хорошо веселье у братьев, да что-то вот они сами себе невест сыскали! Юра пытается упомнить, когда же всё это началось… Быть может, тогда ему ещё и семнадцати не было, когда Михаил, самый старший из них, сказал задумчиво: «А разве Юра и Зар не славная пара?» Светозару в то время едва четырнадцать исполнилось, и их с Юрой дружба была крепче алмаза. Это быстро стало семейной хохмой и быстро испортило отношения молодых князей. За княжеской семьёй подхватили и знакомые дворяне. Все вдруг откуда-то прознали, что Светозар влюблён в Юру, и последнему стало окончательно неловко. Юра никогда не стремился узнать у Зара, правдой ли были те сплетни. Он не знал, что бы сделал, будь ответ положительным… Они отдалились друг от друга, особенно за последний год. Юра при встрече с Заром теперь вечно испытывает смесь раздражения и тоски. Ему не хватает прежнего непринуждённого общения. Юра научил Зара многому и мнил себя его старшим братом, однако слепое обожание пугало его. Светозар не сказал слов любви, не поставил ни разу Юру в неловкое положение, но его взгляд… от радостного обращался в печальный. Юра мечтал, наконец, поговорить обо всём, но боялся, хотя именно от Зара он прежде не таил секретов. Дурные сплетни. Они всем сделали больно. Отныне у Юры и Светозара остались лишь молчаливые бои на мечах в княжеском дворе, ведь когда-то они оба хотели стать частью княжеской дружины. Пара часов их давней дружбы на поле для тренировок, которую не прерывали даже родные. — Зар, куда ты смотришь? — Никуда… — Светозар отворачивается от Юры и со своей безумной новой подругой Русей уходит совершенно в другую сторону от весёлой компании князей и прочей знати. Не подошёл? Отчего ж? — Ай, братец, — смеётся Борислав, старший брат. — Разочаровал ты Зарушку. Видать, разлюбили тебя! — На что ты намекаешь? — напрягается Юра, готовый к очередной шутке. — А ты с девками больше милуйся… Юра хмыкает и намеренно прижимает к себе дочку купца Никифора сильнее, ощущая смятение. Он вновь позабыл её имя… Вообще-то с ней они лишь давние знакомые, и Юра ничего иного не желает. В отличие от своих братьев, которые лишь заявляют о великой любви, Юра хранит верность княгине Максарме. Он до сих пор помнит два нежных поцелуя в щёку с месяц назад — это стоило всех его денег! Взгляд Юры скользит вслед за Заром, что отдаляется всё сильнее. Может, Зар просто не хотел надоедать… Они уже днём проговорили с часок, когда Юра застал Светозара за стиркой на реке. Разговор вышел тайным, как и многие до этого, потому что лишь так Юре удавалось расслабиться. Только так он не озирался по сторонам и не расстраивал этим Зара, пусть тот и не говорил ничего. По этой же причине Юре нравилось, когда они тренировались вдвоём. Это не вызывало вопросов и насмешек, и Юре даже удавалось выведать у Зара расписание Максармы на день или обсудить с ним приезд новгородской делегации. Страшно представить, как же сильно Юра на него полагался. — Царевич Светозар, Руся, — голос Станиса вновь отрывает Юру от хмельного разговора с друзьями. — Давно не виделись! Станиса Юра не любит просто за то, что тот существует. Гнилой и сластолюбивый человек. И что за дело у него к Светозару? Да они, как солнце и луна… — Снова играешься, — усмехается Зар бесстрашно. — С чистым сердцем! — Как и ко многим здесь… — А ты всё так же холоден. — Разве? Я просто излишне честен. — Этого у тебя не отнять, — соглашается Станис, и Юра про себя кивает тоже. — Так примете меня в свою команду? — Твои друзья распрощались с тобой? — Да, бросили. У них теперь новые увлечения… — Ты хотел сказать, что у них появились брачные партнёры, — поправляет его безжалостно Зар, и Станис лишь поджимает губы. — Как будто это важно! — Ты прав, — кивает Зар. — Это в самом деле не имеет значения. Оставайся. — Светозар! — возмущается Руся. Ей Станис нравится ничуть не больше, чем Юре. Голос её громок, и взгляд впивается в Зара. Юра так и не понял, когда они успели сдружиться. Сын советника и дочь обычного кузнеца. Прежде Зар дружил только с Юрой и его братьями, ходил хвостиком за Марой, а потом будто бы вырос и исчез. Теперь его можно встретить исключительно в сопровождении Маруси. Они вместе отправляются на охоту, чистят лошадей, оценивают клинки — у новой подружки большой опыт с железом. В самом деле Руся, словно молодец в сарафане: крупная, с сильными руками и бойким взглядом. Однажды Юра видел, как она гоняла детвору от кузнецы… Устрашающее зрелище! И всё же… Всё же Зару она сильно нравится. Юра ни разу не нашел повода, чтобы заговорить о ней. Были ли у Зара планы насчёт неё, он не ведал, но очень хотел бы знать. Просто так. По-дружески. Хотелось поддержать Зара хоть в чём-то, ведь тот делал это постоянно для него. — А что же? — Зар пожимает плечами. — Разве мы на свидании? — Точно нет! — пыхтит Руся и глядит на Станиса с раздражением. — Сделаешь какую ерунду, и я подвешу тебя на крюк! — Я буду нежен и послушен! — Что-то я сомневаюсь… Юра сомневается тоже. О Станисе бродит много слухов. Поговаривают, что в любви он жесток, что не видит границ, не слушает свою пару, а ещё у него минимум трое детей, которых он не признаёт. И это в двадцать один год! У Станиса все либо друзья, либо знакомые, и вообще он молодец простой, скорее даже вульгарный. Ему ничего не стоит предложить кому-нибудь ночь и отдаться. Он часто приговаривает, что любит охотиться, но на людей, и смеётся при этом противно. Негодный человек. Юра вновь бросает взгляд на Зара. Что если он его новая добыча? От этой мысли некомфортно. Терпения Юры хватает ещё минуты на две, и он таки поднимается, чтобы присоединиться к спорящим друзьям Зара, несмотря на недовольный возглас дочери купца и удивление друзей. Он знает, что они вновь решат, что он либо выслуживается перед кем, либо просто скучает с ними. А Юра… Юра вдыхает тёплый вечерний воздух и чуть щурится во хмеле. Наверное, не стоило столько пить… Завтра с утра у них собрание, где отец со старшим братом опять будут отчитывать его за несдержанность и безответственность… Что ж уж поделать с тем, что князь из него вышел посредственный, а бытие воеводой больше не было его мечтой… На самом деле Юра не любит войны и разговоры о битвах. Он тренируется с Заром и учит младших братьев, но так лишь… в качестве физической нагрузки. С тем же успехом он мог бы идти по полю с плугом и быть этим счастлив. Наверное. Братья и сёстры бы посмеялись над ним, потому что где Юра, а где плуг, но воображать это приятно. Юру огорчает то, что отец так и не выделил ему земельный надел, как остальным старшим братьям, хоть Юре и исполняется двадцать в этом году. Неужели он настолько плох средь всех? Даже выпивоха Встеслав получил свою землю, которой толком не занимался, так и торчал в столице, обещаясь жениться, но за три года родители так и не увидели ни одну кандидатку в будущие супруги. Встеслав, как Юра и Добрыня, надеялся на Максарму и много об этом говорил. Юра шумно вздыхает. Иногда ему кажется, что они все настолько трусы, что лишь говорить горазды. Он мусолит эту идею уже месяц и всё чаще приходит к выводу, что нужно просто сделать предложение. Может, тогда отец, наконец, оглянется на него и одобряюще кивнет. «Раз уж удумал жениться, то получи ты и землю». Юра был бы рад. — Зар, — подходит он с улыбкой и бросает на Станиса злой взгляд. — Ты позабыл, что мы обещались вместе к костру пойти… — Да? — взгляд у Зара растерянный. Он совершенно точно не ожидал, что Юра вдруг подойдёт к нему посреди оживлённой улицы. Такого и правда не случалось уже пару лет. Юре кажется, что все на них оборачиваются, хотя он знает, что это не так. — Царевич может и со мной сходить. Не думает ли княжеская семья, что отбирает у племени царевича Светозара? — Станис делает шаг вперёд. Он на полголовы ниже Юры и Зара, но напорист и прям. А ещё он выходец из племени змей, и это ярит особенно сильно. В его словах есть доля правды. Юре очень не нравится, когда дети бывшего советника общаются с кем-то ещё. Он ещё может принять Русю скрепя сердце, но вот ушлые змеиные засранцы — это уже чересчур. Зар и Максарма под защитой княжеской семьи, это всем известно! И Юра с братьями внимательно следят за ними, выполняя долг, возложенный на них родителями ещё в детстве. Они друзья на всю жизнь. — Не мы относились к ним как к чужакам, — выступает Юра и делает ещё один шаг к непонимающему Зару. Заслушался сладких речей и совсем не мыслит, что попал в беду! — Зар? — А я бы и не относился к ним как к чужим, если бы жил здесь прежде, князь Юрий, — Станис холодно сощуривается. — Я, наверное, со Станисом пойду… — А со мной, значит, не хочешь? Зар неуверенно бросает взгляд на Юру. Он сильно отличается от своей самоуверенной сестры, что иногда это раздражает. Не умеет перечить и отказывать, хотя Юра знает, что Зар давно бы ушёл с ним, если бы на жаждущий Станис. — Чего ругаемся, молодцы? — встревает в разговор Руся. — Светозар со мной идёт. Разве не я здесь слабая девица? Юра поджимает скептично губы, разглядывая сбитую краснощёкую дочь кузнеца. Да в ней уместилось бы два жилистых Зара! — Тогда я просто с вами! — улыбается радостно Станис и берёт Марусю под локоток. — Царевич Светозар? — И я с вами, — вздыхает Юра, потому что чувствует себя старшим братом несмышлёного Светозара. Если Максарма узнает, что Юра не помог, то голову откусит… А Юра ещё надеется на её благосклонность, потому берёт уверенно своего друга за руку и кивает. У Зара дыхание перехватывает — Юра это видит и предпочитает не замечать. — Ты злишься на меня? — Почему бы мне на тебя злиться? — не отвечает Зар, а, значит, действительно раздражён. — Не знаю, — врёт Юра, потому что ощущает вину вместо прежней бравады. — И я не знаю, — пожимает плечами Зар и отводит взгляд печальный. Они неспешно идут позади развесёлого Станиса и уставшей от болтовни Руси. Светляки мерцают в траве и журчат квакши на берегах реки. Рука Зара тёплая и грубая как у человека постоянно держащего в руках меч или плуг. Их ладони с Максармой такие разные… Этих сестру и брата, наверное, не стоит даже сравнивать. Они будто и не родные вовсе. Одна — тонкая грациозная блондинка с длинной косой и лисьими глазами, а второй — короткостриженый чернявый молодец, равный Юре и по силе, и по росту. Зар до странного не похож ни на кого из своей медвежьей семьи. Юра внимательно изучает его профиль. Светозар явно пошёл в отца статью, хотя всё детство был мелок и тощ, но больше ничего общего. Тёмно-каштановые волосы сливаются с загорелой кожей и карими глазами до бледности, незаметности… — Ну, чего? — смущается вдруг Зар. — А? — Чего ты меня разглядываешь? У меня на щеке что-то? — Я не разглядываю, — резко отворачивается и смотрит вперёд Юра. Ну вот же… задумался о Максарме, и опять! Он бросает взгляд по сторонам, не хохочут ли над ним где братья? Но оказывается, что они с Заром сильно отстали. У реки веселится стар да млад, братья затеяли кулачные бои на берегу. Кажется, будто вот-вот из реки сверкнут русалочьи хвосты. Вольготно дышится этим вечером, и от песен протяжных в груди щемит вдруг. Юра невольно сильнее сжимает ладонь Зара. — Как считаешь, а вышел бы из меня князь? — Так ты и есть князь, — хмыкает Зар, но всё равно прекрасно понимает, о чём Юра речь ведёт. — Ты прежде чем думать о таком, учился бы боле… — Обижаешь! Мой папа, знаешь, как следит за нашим образованием! — Знаю, — улыбается Зар, учившийся вместе с ним. — Тогда думаю, ты бы справился, князь Юрий. — Правда? — А отчего ж неправда? Ты добрый, справедливый и умный. — Добрее, чем остальные? — Юра склоняет вопросительно голову. Так нравится ему слушать сладкие речи Зара. — Твой старший брат Михаил самый добрый, но и в тебе много доброты. Это удивительно, насколько Зар всегда честен. Максарма бы его наверняка высмеяла: «На похвалу напрашиваешься?» Но Светозар, быть может, и понял, но не предал этому значения. — Значит, умнее других? Зар улыбается, а следом начинает смеяться. — Σύ οὐ σοφός ἀντί ἐγώ. — Чего? — морщится Юра. — Я ответил, что ты не умнее меня. На греческом. — Я понял. Частично, но понял! — Потому-то я и умнее, князь Юрий, — Зар показывает язык с задором и довольно улыбается. Странно это. Юра совсем не зол на него за такую правду. Смешанные чувства теснят грудь. Глупый Зар… — Не знал, что ты настолько меня любишь… — зло подшучивает Юра, отчего Зар мгновенно замирает, краснеет и отворачивается. Его ладонь становится влажной. Юра испытывает привычное удовлетворение. Он не знает, зачем так всякий раз поступает, но иногда и он бывает плохим. — Ничего подобного! — Зар так убеждённо это говорит, что Юра даже почти ему верит. Всё-таки он просто привык к шуткам братьев. — Я же знаю, что мы не пара… — Ага! Мне нравится княгиня Максарма, — кивает Юра и не понимает, почему Зар ускоряет шаг. — Ты куда? — Так дошли! — улыбается Зар, будто не слушает его, вырывает руку, торопится. — Смотри, уже очередь к костру! Станис! Руся! — Зар, эй! — не успевает поймать его Юра. Да сдался ему этот костёр?! Юра раздражённо цыкает, смиряя взглядом Станиса. Зар хватает за руку Русю, и они смеются свободно. Отличная ведь вышла бы пара! Наверняка родителям Зара они бы понравились. Руся идеально вписывается в современные представления о спутниках жизни. Но почему-то Юра не верит, что произойдёт нечто подобное. Может, потому, что видел однажды этот особенный мужской взгляд Зара. Женщины ему совсем не интересны, а потому следить стоит именно за Станисом… — Братец, вот ты где! — улыбается Добрыня, повисая у Юры на плечах. — А! С Заром гуляешь! — Максарму поджидаю, — усмехается Юра, догадываясь, что дева из семьи бывшего советника где-то здесь неподалёку. — Так она с другими девицами в реке плещется! Не там ищешь! — Добрыня смотрит на очередь к костру. — А стоять тебе здесь ещё до-о-олго! Айда на реку! Аль хочешь пропустить? Юра неоднозначно хмыкает. Зар оборачивается в их сторону и машет приветливо Добрыне, подзывает в их маленькую компанию. С реки доносятся весёлые визги. — Подожди, — кивает Юра и идёт к Зару, слыша в спину: — Пошёл у муженька спроситься? — довольный голос Добрыни привычно сочится ехидством. Он явно уже считает себя победителем в борьбе за сердце Максармы! И вовсе это не так! Не стал бы Юра никогда Зара упрашивать! Просто ждёт же… Некрасиво. — А Добрыня не с нами? — интересуется Зар, заглядывая Юре за плечо. — Тут… Это… Понимаешь… Зар делается серьёзным и склоняет голову вопросительно. Он будто бы уже знает, о чём Юра сказать хочет, но отказывается помогать. — Очередь длинная на костёр… — Ага… — И, может, я… отойду? К реке. — Иди, — пожимает плечами Зар. На лице его плохо скрываемое разочарование, и Юра чувствует себя подлецом. Обнадёжил друга, хотя сам же напросился. — Я вернусь скоро… — Хорошо, Юр. — Да мы и без вас скучать не будем, князь! — Станис усмехается и протягивает Зару яблоко, которое Юра зло отбирает и сам вгрызается в сочную мякоть. — Сказал же, что вернусь! Зар удивлённо смотрит на вспылившего Юру. Не понимает он, что Станис к нему подбирается. Наивный! Не друг он совсем! Не друг! Гадюка! — Вы же не помолвлены? — уточняет Станис, доставая откуда-то новое яблоко. — Нет! — в один голос отвечают Юра и Зар, и оба краснеют, хотя на смуглой коже сына бывшего советника это не столь заметно. Как же надоели эти сплетни! Ей Богу! Юра отворачивается и направляется за Добрыней к реке, прежде чем вопросы Станиса станут ещё более неудобными. Шагает всё ближе к крикливой толпе и всплескам, но совесть грызть начинает. Зар обидится скорее всего за то, что Юра проигнорировал его. Да и Максарма, верно, будет занята лишь водным развлечениями… Посмотреть на неё сласть как хочется! В мокрой рубахе, прилипшей к ладной фигуре, она смеётся, и нарумяненные щёки её налиты жизнью, а чёрные глаза сверкают радостью… — Юра? — А? — Ты чего остановился? — Добрыня, — Юра оборачивается на танцующих возле костров людей, их фигуры скользят, словно расплывчатые духи. — Я, пожалуй, вернусь… — Чего? — брат поражённо вглядывается в Юру, но взгляд его меняется. Новая шуточка уже готова, да? — Я скоро буду! — Эй! Юрка! Но Юра уже торопится к быстро движущейся очереди. Люди в ней смеются и целуются. Кто-то обнимает кого-то. Счастливая толпа парочек скачет через костёр и просит у медвежьих богов исполнения желаний. В этом гудящем рое из людей Юра хватает сухую шершавую ладонь. Зар вздрагивает и оборачивается резко. — Юра? — Здравствуй. — Но… — Решил, что потом на реку сходим. Тут быстрее. Губы Зара вздрагивают в улыбке. — Я же говорил, что ты самый добрый. — После Михаила… — После Михаила, — смеётся Зар и сжимает его ладонь сильнее. Юра не знает что, тот подумает о его возвращении, потому что для него самого этот поступок просто правильный. Он не бросил друга, почти брата. В эту секунду Юра, наконец, перестает ощущать себя подлецом и летит с Заром, смеясь и крепко сжимая его ладонь, через костёр. Интересно, что попросил Светозар у медвежьих богов? Когда они пробираются к реке, Максарма ещё там. Она всходит на берег с красивой улыбкой и быстро приближается к Зару, чтобы обнять. Её затвердевшие соски видны через тонкую ткань нижней рубахи, и Юра догадывается, что та сняла верхнюю рубаху намеренно, потому что будь ей так жарко, она могла бы купаться и голышом… Однако Максарме не интересно быть такой же, как и остальные… От неё дрожь гуляет по телу. Братья Юры правы: наблюдать за Максармой — величайшее наслаждение. — Из-за тебя я мокрый! — восклицает Зар и пытается отстраниться от своей сестры. — Ну зачем?! — Я делюсь с тобой своим благословением, — улыбается Максарма, и Юра, кажется, не видит уже никого, кроме неё. Она перекидывает тяжёлую светлую косу через плечо и театрально вздыхает. — Ты не ценишь моих даров… — Ценю конечно! Но! Но я же сам сейчас войду в реку… — Это не то же самое! В обычном заплыве не будет моей любви! — Твоя любовь всё равно всегда со мной, — Зар отчего-то серчает, и Юра удивлённо вскидывает брови. Неужто Максарма говорила правду о том, что их отношения испортились? — Я просто хочу… сделать всё сам. — Так делай! Если тебе всё равно, то делай, что хочешь! — Мара! Ну, Мара! Прости меня! Юре хочется заступиться за Светозара, но он не решается на публике. Друзья и знакомые переглядываются, кто-то даже неодобрительно вздыхает. Максарма выжимает свою косу и оборачивается к Зару. Кажется, Юра даже затаивает дыхание в ожидании прощения, будто обиделись на него. — Я привёз новый бочонок медовухи! Кто хочет? — врывается в неловкую сцену Встеслав, только что вернувшийся из центра города. — Я всё пропустил? Княгиня Максарма, не простудишься? Держи мою рубаху, — он без промедления снимает свою верхнюю одежду, словно у Максармы нет своей. — Братец, ты раздражаешь, — комментирует Добрыня, потому что сам не догадался предложить ей помощь. Да он явно так же, как и Юра, просто жадно рассматривал фигуру змеиной царевны. — Чего? — ухмыляется Встеслав. — А через костёр уже прыгали? — Тебя дожидались, — улыбается очаровательно Максарма и не отказывается от рубахи Юриного брата. — Идёмте. Светозар так и остаётся на месте, качает головой. Наверное, не стоит брать это всё в голову. Максарма уже позабыла про случившееся, смеётся, раздаривает сияющие взгляды, зовёт Юру поближе, чтобы взять под руку. Максарма считает его забавным, хотя Юра с трудом может вспомнить и пяти шуток, и всё же приятно, что та его выделяет. Шанс есть! — Царевич Светозар! Давайте кто первый в воду! — кричит Станис, и Юра бросает взгляд через плечо, слыша смех. Дикая троица спешно раздевается, не обращая ни на кого внимания. Рубахи и порты Зара летят прочь, полностью обнажая молодое тренированное тело. У Зара оказывается крупное родимое пятно на левой ягодице в виде расплывчатой летящей птицы. Юра не может его вспомнить, хотя детьми они частенько ходили в баню вместе. Всплеск звучный — это Станис практически падает в воду, а не ныряет. За ним с разбегу в реку прыгает Зар и так ладно входит в самую глубь, словно русалочий сын. Руся костерит их обоих последними словами и в воду спускается постепенно, шипя, что та холодная. Станис громко смеётся; Зар выныривает, запуская ладонь в свои тёмные волосы… — Юра, медовуху будешь? — отвлекает его Встеслав, вынуждая вновь посмотреть вперёд. Оказывается, они практически вышли к кострам. Юра довольно сильно пьян, однако всё равно кивает. Нежная рука Максармы до сих пор покоится на Юрином локте, но она сама будто бы не здесь мыслями. — Княгиня Максарма? — Да? — улыбается она мгновенно. — С тобой всё хорошо? — Конечно! Просто духи что-то шепчут… Юре каждый раз не по себе, когда он слышит про духов. Поёжившись, он осматривается по сторонам. Никаких мёртвых предков он не видит, да и даром волшебным никогда не обладал. Жутко. Максарма такая необычная… Сердце стучит быстрее то ли от страха, то ли от наслаждения. — И что же они шепчут? — Юра крайне осторожен, задавая вопрос. — Сказывают не прыгать через костёр… — Отчего ж? — Я не знаю, — пожимает плечами она и странно ухмыляется. — А зачем оно нужно? Это же забава для влюбленных. — И вовсе нет… — Юра смущается, хотя ему бы хотелось перепрыгнуть через костёр с Максармой. Поговаривают, что в этом случае пару ждёт крепкий брак, а он очень сильно хотел бы стать её супругом. Они бы славно правили змеиными землями и любили бы друг друга крепко-крепко. — Я же люба тебе? — вдруг спрашивает Максарма, заглядывая Юре в глаза. Становится не по себе. Она всё так же красива и изящна, но отчего-то пугающа. Это, верно, из-за вопроса. Юра краснеет и потеет. — Люба. — Тогда принеси мне медовухи и солёненькой рыбки. Юра определённо не рассчитывал на такую фразу, потому стоит рядом в замешательстве и не знает, что и делать. Что, простите? Нужно что-то принести? Он только что вытащил на свет своё волнительное чувство для того, чтобы вновь побыть слугой Максармы. Медовухи и рыбки. Ага. Юра кивает и направляется к столам, ломящимся от яств. Вон и бочка стоит Встеславова. Какой-то неверный вечер. У стола Юру задерживают захмелевшие друзья, которых он ранее оставил, чтобы следить за Заром. Встеслав уже ушёл с наполненными кружками, а Юра всё стоит и доказывает, что вовсе он их не бросил, но и его нужно понять. Он же старается для семьи возлюбленной! Солёная рыбка так и остаётся на самом краю стола. Юре никогда не удаётся выпутаться из бесед с той же лёгкостью, как другим братьям. Когда он всё же сбегает, то картина представляется ему необычная. Максарму Юра не видит, но на поваленном дереве сидит Зар с кем-то, на его голове венок из луговых цветов и трав. Юрины глаза прищуриваются, чтобы лучше в сумраке разглядеть происходящее. Некто тянется к Зару, а тот склоняется в ответ. Что происходит?! Ноги несут Юру вперёд. — Остановись! — рычит он, хватая Зара за плечо. Кто бы мог подумать, что он застанет такое, отойдя лишь на десять минут! Коль не Станис, так… Юра смотрит на человека напротив и хмурится. Это что за выбор такой? Неказистый купец Василий вскидывает светлую бровь. Одному Богу известно, каким ветром его занесло к молодым… И разве Зару нравятся такие?! — Что? — Что ты собрался делать?! — Что? — Он жених тебе?! — Юра просто в ярости от того, что Зар ведёт себя столь легкомысленно. — Юр… Так это же… испытание… — Зар удивлённо смотрит на него. — Ты чего? Юра оглядывает собравшихся, только сейчас вспомнив, что они не одни. И правда! Все собрались для игр, теснясь в кружок у костра, один он подумал о чём-то ином. Братья милостиво помалкивают или тоже в растерянности от поведения Юры, кто ж их знает. Максарма прикрывает рот рукой в удивлении. Тишина неуютная. Краем глаза Юра видит, как начинает тихо хохотать Станис. — Тогда я сам его поцелую! Раз испытание! — решает Юра в пылу. Смотрит на Василия и кривится мысленно. Такой себе первый поцелуй. Со старым некрасивым вдовцом… Фу! — А впрочем! Это сделает Встеслав! — Чего, братец?! — Помнишь, желание мне проиграл? Так вот моё желание! — Ах, ты! Паршивец! Я тебе это припомню, — хмыкает старший брат и поглаживает свою короткую светлую бороду. И это-то на глазах Максармы. А вот будешь знать! Юра улыбается победоносно и, сняв с головы Зара венок, почётно перекладывает его на голову старшему брату. Купец тяжело вздыхает и подходит к Встеславу. Может, не такой уж он и старый, но всё же старше них всех. Зар тяжело вздыхает, освобождая Юре место подле себя. — Зачем ты так? — шёпотом спрашивает он. — Он правда был мне должен… — Я бы мог и сам. Юра качает головой и улыбается. Ну да, ну да… Он бросает взгляд на Максарму, которая с благодарностью ему кивает. Да, Юра знает, насколько сильно она печётся о своём младшем брате. Юра будет защищать Зара, несмотря ни на что, ради неё. И однажды Максарма обратит на Юру внимание, обязательно обратит! Слышатся свист и вскрики, когда Встеслав целует купца. Юра всё сделал правильно. Сам Бог ему свидетель!