Магистр Хогвартса

"Если позволите, мы, поскольку у меня есть несколько мест в этом совете, можем проголосовать за то, чтобы лгать или не лгать волшебникам?" смело заявил Гарри, увидев, как несколько человек испуганно сглотнули. "Все за то, чтобы сохранить ложь?" Гарри был разочарован, увидев, что голоса разделились на пятьдесят пятьдесят. "Ах, забудьте об этом, я всё равно очищен". Гарри встал, когда Фадж стукнул молотком. "Отличная работа, Гарри, блестящее маневрирование в этой односторонней ситуации", - сказал Дамблдор, догоняя Гарри, Полумну, Эмму и Лилит. "Хотя ты должен был догадаться, как пройдёт второе голосование". Гарри улыбнулся, но продолжал идти. "Я ожидал худшего, но я все предусмотрел заранее", - сказал Гарри, когда они вошли в лифт. Когда они вошли в парадное фойе, Гарри прижал палочку к виску, копируя в памяти образ Волдеморта и извлекая его вместе с запоминающейся фразой. "Шаг первый: рассказать всему Министерству!" Гарри направил палочку на большой плакат с изображением Фаджа. Они наблюдали, как воспоминание попало на плакат, изображение Фаджа перевернулось, и лицо Волдеморта появилось позади него, там, куда он смотрел. Эмблема Министерства исчезла, и ярко-красными буквами появилась фраза. "Отрицание Фаджа заставляет Волдеморта улыбаться!". Появление лица вызвало массовую панику, так как более мелкими буквами Гарри вывел слова. "Он вернулся; не выдавайте правду Фаджу!" "Не совсем тонко, мой мальчик", - тихо сказал Дамблдор, когда они подошли к каминам. "Я и не стремился к тонкости, это был лишь первый шаг". Гарри ответил, и прежде чем Дамблдор успел спросить, Гарри, Полумна, Эмма и Лилит шагнули в камин и исчезли. "Это блестяще, мой мальчик, блестяще!" радостно сказал Ксенофилиус, просматривая записи интервью, которые перо записывало слово в слово. "А фотография наверняка попадет в заголовки газет, особенно если учесть, что об этом знает все Министерство". "Убедитесь, что к утру они выйдут в большом количестве по всей Британии", - улыбнулся Гарри, просматривая вместе с Ксенофилиусом черновой вариант статьи. "Но я не могу выпустить целую газету за один день, особенно по всей стране", - ответил Ксенофилиус, но улыбка Гарри осталась. "Тогда сделайте листовку, плакат, что угодно, лишь бы это изображение было по всей Британии к завтрашнему утру, тогда наша работа будет успешной", - поспешно сказал Гарри, у него был ещё один шаг к его генеральному плану. "Конечно, лорд Поттер, я направлю всю свою команду на выполнение этой задачи, кстати, как вы собираетесь остановить "Пророк", пытающийся наврать об этом?" спросил Ксенофилиус, забирая черновик. "Скажем так, у меня есть агент, внедрённый в их ряды, который сделает всё, чтобы они нас не остановили, если я лично попрошу". Гарри усмехнулся; Ксенофилиус улыбнулся и поспешил в свою издательскую комнату. Рита Скитер сидела в своём кабинете в газете "Пророк", отчаянно пытаясь организовать выпуск завтрашней газеты и придумать оправдание последнему скандалу в Министерстве. Неизвестная ведьма или волшебник сорвала в атриуме Министерства баннер с пропагандой, подтверждающей, что Волдеморт вернулся. В тот момент, когда она уже собиралась сдаться и лечь спать, она услышала, как оживает огонь. "Я думала, я... О Боже!" Она вскрикнула, когда из углей образовалось человеческое туловище, голова которого была объята пламенем, но странно знакомым, и только когда он заговорил, она сразу узнала его. "Добрый вечер, Рита", - сказал Гарри Поттер, выходя из огненной формы. "Как дела со времени нашего последнего разговора?" Рита бросилась к двери, убедилась, что за дверью никого нет, заперла её и наложила на дверь чары "Оглохни". "Что тебе нужно, Поттер, я очень занята". Рита сердито шипела на мальчика. "Вообще-то это лорд Поттер Певерелл Гриффиндор Хаффлпафф Слизерин, и я просто проверяю здоровье своего отпрыска". невинно сказал Гарри. "Потомство, я не беременна от твоего... ты ублюдок!" - завопила она, когда к ней вернулись воспоминания о том роковом дне в Хогвартсе, когда она трахалась с Гарри и Флер Делакур как обычная шлюха, наполняясь его спермой, и забеременела от этого. "Успокойся! Скажи, что твоя жизнь не стала лучше с тех пор, как я тебя обрюхатил, все эти месяцы назад", - сказал Гарри, сохраняя спокойный тон. Скитер знала, что он прав. Она притворилась, что это ребёнок босса, и у старого ублюдка от шока случился сердечный приступ, а теперь она возглавляла редакцию "Пророка" и решала, что будет опубликовано, а что нет по всей стране. "Что вам нужно, милорд?" Скитер откусывала каждое слово, ненавидя себя, но почему-то чувствуя растущую привязанность к нему. "Мне нужно, чтобы вы вытащили "Пророк" из задницы Министерства и не пытались скрыть факт вандализма со знаменем", - прямо сказал Гарри. "Отрицание этого на данном этапе приведет к гибели тысяч людей, пусть правда выйдет наружу, и мы сможем спасти жизни, подготовившись к неизбежной войне". "Мой босс не позволит, чтобы это было напечатано", - солгала Рита, желая остановить его, но в глубине души чувствуя, что не должна этого делать.