Святоша

Чан перевернулся на бок, натягивая одеяло до подбородка и совсем медленно, лениво открывая глаза. Парень чуть жмурится, мысленно коря себя за то, что не закрыл вчера шторы, и сейчас через окно ярко светило солнце, слепя глаза. Бан отворачивается, утыкаясь носом в одеяло и радуясь тому, что сегодня выходной, и он не слышит звона будильника. Парень медленно перебирал в голове планы на сегодняшний день, думал, какие лекции нужно дописать к понедельнику и что купить на ужин, сходив с Феликсом в магазин. Постепенно мысли начали медленно покидать голову, и сон уже почти взял своё, как вдруг резкая картинка сегодняшней ночи врезалась в голову, заставляя парня подскочить на кровати и оглядеться. — Ликс?.. В комнате было пусто. Половина кровати, на которой должен был быть Феликс, свободна. Даже была холодной. Одеяло скомкано, подушка помята. У Чана внутри вмиг всё похолодело и оборвалось. Он тянется к подушке ангела, беря её в руки, и вдруг прижимает к лицу, вдыхая запах ванили. Парень оторвался от неё только через несколько секунд, лишь мельком глядя на часы, показывающие полдесятого утра, а потом вскочил с кровати, чуть не запутавшись в собственном одеяле. Бану показалось, что он никогда так быстро не натягивал штаны. Парень буквально вылетел из спальни, проверяя по очереди каждую комнату в квартире с дрожащим сердцем. Он не знал, чего боялся больше: не найти Феликса в квартире или найти и заглянуть в его глаза. Мозг всё подкидывал картинки проведённой вместе ночи, и Чан всё больше переживал о том, что ангел посчитает всё произошедшее ошибкой. Что начнёт извиняться, говорить, что ему было хорошо, но этого не должно было случится. Что просто уйдёт. Крис боялся, переживал, кусал губы, но всё равно открыл дверь ванной, заглянул в гостиную и с последней крупицей надежды поплёлся на кухню. Комнату озаряло утреннее солнце, играя бликами на поверхности стола, кухонного гарнитура и светлых волос. Бан неосознанно выдохнул, увидев Феликса возле плиты. Он что-то тихо напевал себе под нос, роясь в одном из шкафчиков и не замечая чужого присутствия. Пара секунд разглядывания хрупкого тела, и Чан буквально налетает на ангела, сразу сгребая его в объятия. Он подбежал не особо тихо, но быстро, поэтому Феликс не успел обернуться. Ангел чуть вздрогнул, но тут же расслабился, позволяя Чану пробраться ладонями под футболку и пересчитать пальцами рёбра. Крис крепко прижал парня к груди, зарываясь носом в растрёпанные волосы, и наконец облегчённо выдохнул. — Доброе утро, — тихо усмехнулся Феликс, переворачивая омлет на сковороде. — Садись, завтрак почти готов. — Я так испугался… — лишь тихо ответил Крис, ещё сильнее сжимая тонкую талию. — Подумал, что ты ушёл. Ты ведь обещал проснуться рядом со мной. — Я не сплю, — хмыкает Феликс, разворачиваясь в чужих руках и целуя парня в кончик носа. — Прости. Я не думал, что ты проснёшься так рано. Хотел приготовить завтрак и вернуться к тебе. Но не успел. — Больше никогда так не делай, — шепчет Чан в самые губы ангела, а после сразу целует. — Плевать, что я останусь голодным. Главное не уходи. Я хочу проснуться в твоих объятиях. — Учту, — лишь смеётся Феликс, вновь целуя парня в губы. Ангел разрывает поцелуй только для того, чтобы выключить плиту. Он вновь возвращается к чуть подгоревшему омлету, беря тарелку и перекладывая его со сковороды, пока Крис слегка отодвигает ворот его футболки и изучает собственно оставленные красные следы. Несколько — возле уха, потом чуть ниже — на шее, и наверняка есть ещё, просто скрытые за тканью футболки. Она слишком большая, явно чанова, и оголяет одно плечо, которого Крис мягко касается губами. Парень кончиками пальцев ведёт по коже возле уха, по затылку, очерчивая несколько позвонков, и целует кожу мягко, почти невесомо и мягко улыбаясь. — Тебе так идут мои вещи, — шепчет Чан, водя носом по шее ангела, оставляя невесомые поцелуи и всё ещё обнимая за талию, — и мои метки… — Крис… — М? Феликс вновь разворачивается в чужих руках, смотрит прямо в глаза Чана так, что парень на секунду теряется, а потом чуть поджимает губы, будто не решаясь что-то сказать. — Сегодняшняя ночь… — Ликс… — тянет Чан, вновь чувствуя, как внутри всё обрывается. — Только не говори, что ты жалеешь. — А я должен? — как-то потерянно спрашивает Феликс, смотря на парня большими глазами. — Ты ведь сказал, что тебе было хорошо… — Да, очень, — уверенно кивнул Чан, смотря в шоколадные глаза. — Но… — Но? Какие могут быть но? — Если ты счастлив, то никаких, — подвёл разговор к концу Крис, вновь прижимая ангела к себе, — всё хорошо. — Я счастлив, — мычит в плечо парня Феликс, сцепливая руки за его спиной. — Как никогда. — Я тоже. На кухне воцаряется молчание, нарушаемое только еле слышным гудением холодильника. Чан крепко сжимает ангела в объятиях, слегка поглаживает по спине и волосам, иногда мягко целуя в макушку. Феликс тоже молчит, лишь довольно жмурится, вдыхая еле заметный аромат духов Бана, смешанный с запахам его кожи, и жмётся ещё ближе. Вдруг он отстраняется, рассматривает кожу на шее и груди Чана, задерживая взгляд на нескольких красных следах, а потом прикусывает губу, отстраняясь ещё больше. — Прости… — шепчет ангел, смотря Чану в глаза, на что тот лишь не понимающе хмурится. — Я должен был сдерживать себя. — Нет, не должен был, — качает головой Крис, поняв, о чём говорит Феликс, чуть улыбаясь и поправляя светлые волосы. — Ты показал эмоции. Всё то, что ты ощущал в тот момент. Я ведь сам просил тебя не сдерживаться. И я очень горжусь тобой, Ликс. — Хочешь, я их уберу? — предлагает Феликс, уже поднося ладонь к шее парня. — Нет, не стоит, — усмехается Бан, перехватывая руку парня и целуя костяшки, — мне нравится. Феликс неверяще смотрит на лицо парня, а Чан лишь тянется к его губам, вновь прижимая к себе. Феликс обнимает за шею, прижимается сильнее, перебирая короткие пряди на затылке, и это простое движение заставляет мысли Чана поплыть, а тело расплавиться и собраться заново. Ангел сам углубляет поцелуй, прикусывая чужую губу и пробираясь языком в рот, проводя по нёбу. Он скользит ладонями по оголённым плечам и рукам Чана, невесомо проходится пальцами по шее, касается уха и вновь перебирает короткие пряди, заставляя парня рассыпаться. Крис медленно выдыхает, пробираясь пальцами под футболку парня и обнаруживая, что ангел лишь в ней и боксерах. Он ведёт ладонями по бёдрам, чуть сжимая их, отчего Феликс выгибается навстречу, не сдерживая тихий стон. Бан усмехается в поцелуй, ведёт ладонями выше по телу парня, останавливая их на талии, и вдруг резко подхватывает его, сажая на столешницу. — Ты чего?.. — чуть смущается Феликс, опуская глаза. — Ты сейчас такой сексуальный… — шепчет Чан, притягивая парня ближе к себе за талию и целуя возле уха, — такой красивый. Тёплый. И полностью мой. Ликс резко выдыхает, когда Чан спускается поцелуями к шее, чуть прикусывая кожу у плеча. Парень целует ненапористо, мягко, почти невесомо, исследуя чужую шею губами, а тело — руками, ловко орудуя под футболкой. Феликс выгибается, откидывает голову назад, несильно ударяясь ею о шкафчик и давая Бану больше места для манёвров губами, тихо стонет и ёрзает от прикосновений, вновь обнимает Чана за шею, зарывая пальцы в волосы. — Крис… Чан не отвечает, лишь чуть прикусывает кожу у ключицы, и ангел вновь тихо стонет, закусывая губу. — Знал бы ты, как прекрасен твой голос… — хрипло шепчет Бан, водя носом по чужой шее. — Как сильно влияет на меня твой запах… Как ты на меня влияешь… Ангел не отвечает, лишь покрывается мурашками и вздрагивает от этих слов. Он утыкается лбом в плечо парня, дышит чуть прерывисто, пока Чан вновь мягко целует в оголённое плечо и чуть оттягивает футболку, чтобы взглянуть на тату. — Надо же… — тихо тянет Бан, рассматривая засос возле одного из крыльев. — Я окончательно запятнал твою святость. — Будто ты жалеешь об этом, — тихо смеётся Феликс в чужое плечо. — Нет, — легко отзывается парень, целуя рисунок. — Главное, чтобы ты не жалел. — Никогда, — слегка качает головой ангел, а потом отстраняется, смотря Чану в глаза, — это было лучшее, что со мной случалось. — Это ты лучшее, что случилось со мной, — качает головой Крис, поглаживая парня по щеке. — Самое светлое, самое тёплое. Ты потрясающий, Ликс. — Крис… — мягко усмехается ангел, устраивая ладони на щеках парня и смотря ему в глаза. — Я ангел. Я рождён таким. А ты человек, и ты поистине удивителен. Отрицай сколько хочешь, но это правда. Чан лишь качает головой, а Феликс тянется ближе и быстро находит его губы, затягивая в поцелуй и пресекая все дальнейшие отрицания. — Крис, ты потрясающий, — лишь шепчет ангел, разрывая поцелуй. — И я не хочу слышать возражений. Чан лишь слегка улыбается и трётся носом о нос Феликса, а после прислоняется своим лбом к его, прикрывая глаза. — Тебе всё ещё больно, — через пару минут подаёт голос Феликс, не меняя положения. И это даже не вопрос — утверждение. — Немного, — через время отвечает Крис, чуть сильнее сжимая ладони на талии ангела. — Хочешь поговорить об этом? — Не думаю, что смогу. — Ты можешь мне доверять, Крис. — Я доверяю, Ликс. Честно. Просто не знаю, что сказать. — Что угодно. О том, что ты чувствуешь или думаешь. Мы оба сорвались и сделали то, что не должны были. Ты можешь рассказать мне всё, я выслушаю, — выпаливает на одном дыхании Феликс, а потом чуть тише добавляет, — и постараюсь помочь. — Спасибо, ангел, — тихо отвечает Крис и прижимает парня к себе настолько близко, насколько это возможно, утыкаясь носом ему в шею. Феликс обвивает чужую талию ногами, прижимаясь ещё сильнее и прикрывая глаза, устраивая голову на плече. — Хочешь, я сотру все воспоминания? — вдруг спрашивает Феликс, и Чан отстраняется, глядя на него с вопросом. — Ну, обо мне. — Зачем? — шепчет Бан, озадаченно глядя на его лицо. — Чтобы тебе не было так больно. Я могу стереть всё, весь этот месяц. Ты не будешь меня помнить, не будешь знать. И тебе не будет больно, когда я уйду. — Нет, — тут же качает головой Крис, смотря на лицо ангела с какой-то паникой. — Нет, Ликс, конечно нет. Я не соглашусь на это. Никогда и ни при каких обстоятельствах. — Но почему? — чуть наклоняет голову ангел. — Тебе ведь так будет легче. — Потому что я хочу помнить каждый день, — отвечает Чан, целуя парня в щёку, — каждую минуту, — поцелуй в нос, — каждую секунду, — в лоб, — каждый момент, — в висок, — с тобой. Хочу помнить всё, Ликс. Потому что я был действительно счастлив. Ангел довольно жмурится, трётся носом о нос Чана, а потом вновь целует его в губы, поглаживая по щекам. — Расскажи про свои глаза, — тихо просит Бан, разрывая поцелуй. — Я не могу это контролировать… — шепчет Феликс, поджимая губы. — Это мои настоящие глаза, и я не могу… — Это твои настоящие глаза? — с каким-то восхищением спрашивает Чан. — Да… Раньше, без чувств, я всегда мог их не показывать, но теперь… — Ты показал их вместе с крыльями Хану и Чанбину. — Да, я был слишком взволнован тогда. Поэтому они и проявились. И вчера… Из-за всего того, что я чувствовал, из-за большого количества разных эмоций я просто не смог. — Они потрясающие, — лишь улыбнулся Чан, заправляя светлые пряди за ухо. — Я увидел в них море. Феликс, услышав его слова, тоже улыбнулся, быстро чмокнул Чана в нос, а потом чуть отстранился, смотря ему в глаза. — Пообещай мне кое-что, — просит ангел, внимательно рассматривая чужое лицо. — Что? — прищуривает глаза Крис, смотря в ответ с интересом. — Ты больше никогда не будешь себя калечить. Никогда. Как бы тяжело и больно тебе не было. Потому что если я вернусь, то я хочу вернуться к тебе. Живому. — Думаешь, ты сможешь? — Не знаю. Но если… Чан некоторое время смотрит в глаза ангела, медленно перемещает ладони с его талии на поясницу, заставляя того чуть прогнуться, а потом уверенно кивает, прислоняясь лбом к его плечу. — Обещаю, ангел, — шепчет Крис после пары минут молчания, целуя в губы. — Обещаю. Феликс слегка улыбается и вновь тянется за поцелуем, чувствуя, как Чан тянет его ближе к краю столешницы. Ангел обнимает за шею и касается губ, сразу углубляя поцелуй и сплетая языки. Крис, в свою очередь, сжимает ягодицы парня, прижимая его к себе вплотную, и изучает языком чужой рот, мягко поглаживая внутреннюю сторону бедра. Феликс стонет в поцелуй, крепче сжимая волосы Чана, на что тот лишь усмехается и чуть отстраняется. — Ты так чувствителен к прикосновениям… — шепчет Бан, мягко целуя чужую шею. — Кажется, будто всё твоё тело — сплошная чувствительная зона… Парень ведёт ладонями по бёдрам выше, касается паха, уже чувствуя бугорок возбуждения, и накрывает его ладонью, слегка сжимая. Ангел тут же выгибается, откидывая голову назад и вновь стукаясь затылком о шкафчик. Он стонет в голос, чуть царапает чужую спину короткими ногтями, и Чан ещё несколько раз проводит по возбуждению через ткань, будто дразьня. — Крис… — тихо стонет Феликс, ёрзая и ища трения. — Что, ангел? — подаёт голос Бан, прикусывая мочку уха. — Пожалуйста… Чан, будто понимая, что Феликсу всё ещё сложно говорить что-то слишком откровенное или пошлое, лишь мягко целует его ключицу и вдруг подхватывает за талию, только чтобы за секунду переместить на стол. Пара вилок и салфетки летят на пол, сброшенные одним движением, и Крис сажает на их место ангела, под его недовольный взгляд. — Эй, вообще-то, я их для завтрака достал, — дует губы парень, скрещивая руки на груди. — Я совсем не против съесть на завтрак тебя, — усмехается Крис, сразу целуя чужую шею. Ангел царапает голую спину, целует кожу на шее и плечах, иногда слегка прикусывая её, проводит языком по мочке уха и ёрзает, потираясь возбуждением о пресс Чана. Бан лишь тихо смеётся в чужое плечо, оставляя на нём новый поцелуй, и отстраняется, слегка толкая Феликса в грудь, чтобы тот лёг. — Эй, я не сделаю больно, — шепчет парень, видя какое-то опасение во взгляде напротив, — обещаю, ангел. Феликс молчит, тянет руки, как маленький ребёнок, обнимая Чана за шею и получив беглый поцелуй, всё же ложиться, благо стол у Криса в квартире большой, и у ангела свисают лишь ноги. Чан разглядывает тело парня, задерживаясь на губах, шее и выглядывающей ключице, тонкой талии, скрытой большой футболкой, которая всё равно выдавала его возбуждение. Парень прикусил губу, устраиваясь между ног ангела и проводя ладонями по его бёдрам, заставляя вздрогнуть и резко выдохнуть. Парень легко подхватил ноги ангела, сгибая их в коленях и устраивая на столе, а Феликс лишь что-то невнятно промычал, но сопротивляться не стал. — Ты такой красивый… — шепчет Чан, наклоняясь и касаясь правой коленки губами, — такой открытый для меня… Феликс чуть дёргается и тихо стонет, когда Бан рывком задирает его футболку, открывая живот. Парень ведёт губами выше по бедру, иногда прикусывая кожу и проходясь по ней языком, целует тазовые косточки и касается вставшего члена через ткань боксеров, слыша очередной несдержанный стон. Чан проходится по бугорку языком, а потом тянет ненужную ткань вниз, заставляя ангела приподнять бедра, чтобы её снять. Бан сразу берёт в рот головку, посасывая её под протяжные стоны. Феликс мечется под ним, и Чан слышит, как скребут по столу короткие ногти. Парень лишь дразнится, то выпуская совсем и слегка дуя на возбуждённый орган, то беря почти полностью и обводя языком каждую венку. Он уже второй раз думает, что ему нравится доводить ангела до такого состояния. До несдержанных стонов, до потери в собственных ощущениях и чувствах. — Такой нуждающийся… — тянет Крис, водя носом по внутренней стороне бедра и иногда прикусывая кожу, — беззащитный… доверяющий мне… — Крис… — лишь стонет в ответ ангел, сжимая кулаки до побеления костяшек. — Пожалуйста… я не могу… Чан мягко улыбается, целует возле коленки, а потом вновь берёт в рот головку, собирая языком выступающую смазку. Феликс выгибается, громко стонет, пытаясь двигать бёдрами, чтобы Чан взял глубже, но парень крепко удерживает его на месте одной рукой. — Лежи спокойно, ангел, — лишь просит Бан и будто в наказание кусает кожу на бедре. Ликс всхлипывает, но успокаивается, продолжая лишь несдержанно выстанывать имя Чана, иногда срываясь на вскрики. Бан посасывает головку, потом берёт почти полностью и помогает себе рукой, сжимая ей член у основания. Он обводит языком каждую венку, надавливает на головку, сжимает орган щеками, отчего Феликс буквально умоляет его о чём-то. О чём именно — он не озвучивает. — Крис… Я… Да, ещё… Здесь… Боже, да… Крис… Бан чувствует, что ангел на пределе. Он не отстраняется, лишь последний раз берёт чужой член полностью и чувствует, как рот быстро заполняет выделяющаяся сперма. Феликс гортанно стонет, выгибается и мелко дрожит, будто в бреду зовя Чана по имени. Тот отстраняется, глотая чужие выделения, и протирает рот ладонью, садясь на стул. Ноги чуть дрожат, дыхание сбилось, и парень на секунду прикрывает глаза, вдруг вздрагивая, когда на его коленях появляется Феликс. Ангел крепко прижимается к груди и утыкается носом в шею, стараясь восстановить дыхание. Чан лишь мельком замечает его лазурные глаза. — Ты в порядке? — тихо спрашивает Крис, обнимая в ответ и поглаживая по спине. Ангел лишь быстро кивает и вдруг тянется рукой к паху Чана, сжимая ладонью возбуждение. Хватает пары уверенных касаний и надавливаний, чтобы Крис громко простонал, уткнувшись в чужое плечо. Он медленно выдыхает, сильнее прижимая ангела к себе, и прикрывает глаза, слушая шум в ушах. — Спасибо, что доверил мне своё тело, Ликс, — вдруг тихо говорит Чан после пары минут молчания, — это очень ценно для меня. — Ты доверил мне свою душу, — так же тихо отвечает ангел, чуть улыбаясь. — Это намного дороже. Бан усмехается в ответ, целует парня возле уха, потом в щеку и отстраняется, чтобы посмотреть в глаза — карие. Оба парня одновременно вздрагивают, когда на столешнице пиликает телефон Чана, оповещая о новом уведомлении. Парень тянется к нему, второй рукой продолжая держать Феликса за талию, и открывает общий чат с Ханом и Чанбином. Ангел заинтересованно глядит на экран, загораживая своей головой обзор Чану. — М, Джисон зовёт нас в клуб завтра, — говорит Феликс, прочитав сообщение. — Хочет провести время всем вместе. — Клуб? — переспрашивает Чан и поднимает телефон выше, чтобы самому прочитать сообщение. — Хочешь пойти? — Думаю, можно, — кивает ангел, устраивая голову на плече парня, — я бы сходил. — Тогда напишу ему, что мы придём, — отвечает Крис, быстро печатая: «Тогда завтра в 20:00. Встретимся у входа». В ответ на сообщение Чана в ту же минуту ему приходит новое уведомление: «Смотрите не опоздайте, голубки; ⁠-⁠)» Он лишь фыркает, посылая в ответ раздражённый смайлик, и убирает телефон, тут же целуя Феликса у линии челюсти. — Почему он назвал нас голубками? — спрашивает Феликс куда-то в шею парня. — Разве мы похожи на птиц? — Так часто говорят про возлюбленных, — отзывается Чан, выводя узоры на чужом бедре. — Они как голуби, заботятся друг о друге, воркуют. Феликс не отвечает, лишь трётся носом о шею Бана и тяжело выдыхает, на секунду прикрывая глаза. — Пойдём в душ, — у самого уха парня произносит Крис, закрепляя свои слова поцелуем под утвердительный кивок.