Чему не учат в универе

— Арсений Сергеевич, я бы с вами хотела побеседовать об Антоне, вашем практиканте, — сразу же начала Тамара Васильевна, когда все учителя вышли из кабинета. — Что он еще натворил? — напряженно спросил Арсений. — Ничего такого, чего вы так напряглись. Он просто не всегда следит за своим языком и делится неуместными идеями со школьниками. А это, я вам скажу, чревато последствиями. Вы же не поверили в прорыв канализации, ведь так? Я следила за вашим скептическим выражением лица. — Да, на порыв это с натяжкой похоже. А что это идея моего оболтуса? Это точно? Он что, дрожжи в туалет кинул?! Так я поспособствую, чтобы его из университета исключили! — начал сердиться Попов. — Остыньте, а то я точно поверю семиклассникам, что вы собираетесь убить Антона. Нет, он, наоборот, отговаривал их и даже больше, он прекратил драку. Но вот первоначально он нечаянно подал идею, что можно дрожжи кинуть в туалет, — рассказала завуч. Арсений вздохнул, но больше не перебивал. — А ученики восприняли это, как призыв к действию. Антон тут виноват лишь в том, что не может удержать язык за зубами. Поэтому я прошу вас провести разъяснительную беседу с ним на предмет того, что можно говорить ученикам, а что нет. И можете даже назначить какое-нибудь наказание, в пределах разумного. Тетради дайте ему попроверять или пусть концерт помогает вам готовить, или еще чего. — посоветовала Тамара Васильевна. — Надеюсь на вашу богатую фантазию, только без фанатизма. Антон, в общем, парень хороший, и я смотрю он становится ответственным. Слышали бы вы, как он отчитывал школьников! Но иногда все еще проявляется его хулиганская натура, поэтому его нужно направлять в правильное русло. Я знаю, что у вас получится сделать из него замечательного учителя и человека, — добродушно закончила свою речь завуч. — Хорошо, я Вас понял, Тамара Васильевна. Я обо всем позабочусь, — сказал Арсений серьезно. — Ну-ну, Арсений Сергеевич, только не переусердствуйте и не запугивайте студента. Помните, что все мы в душе немного дети, — улыбнулась Тамара Васильевна. Арсения аж передернуло. Но в мыслях он уже прорабатывал ситуацию, как следует разобраться с Антоном, как до него предельно ясно донести правильные образцы поведения. И как это закрепить навсегда в уме мальчишки. Внутренний садист ему подсказывал, что крепкая порка — это самый верный способ в этом случае: и наказание, и надежное запоминание, что так поступать не стоит. Но все-таки Антошу было жалко. Арсений помнил, какими глазами смотрел на него Антон, когда он его шлепнул пару раз ремнем за опоздание. Видно, что его никогда таким образом не наказывали. «Ладно, посмотрим, если еще что-нибудь учудит, то тогда качественно накажу сразу за все», — подумал светлая сторона Арсения-душки-Сергеевича. — Всего доброго, Тамара Васильевна. До вторника, — попрощался Попов. — До свидания, Арсений Сергеевич. Берегите себя, — не осталась в долгу Тамара Васильевна. Арсений быстро забрал вещи и несколько пачек тетрадей и пошел к машине. «Кстати, а где этот пакостник? Он же меня должен был подождать, чтобы ко мне ехать. Или я ему забыл напомнить… Сейчас приеду домой, может он меня возле подъезда ожидает», — с такими мыслями Арсений выехал со школьной стоянки. Естественно, возле подъезда его никто не ждал. «Ну да, я наивный. Интересно, он домой пошел или к друзьям гулять? Сейчас все узнаем», — Арсений быстро достал телефон и позвонил Антону. Мало того, что трубку никто не взял, абонент был не в зоне доступа. — Неужели отключил телефон, паршивец?! Ничего, завтра у тебя все равно дополнительное занятие на полдесятого. Вот тогда и проведем беседу. Как раз я подготовлюсь, чтобы не было спонтанно. Но как же перевязка? Я сейчас ему добрых слов в «Телеграм» напишу! — закончив диалог с умным человеком, то есть, с самим собой, Арсений открыл чат с Антоном.

Вы:

Антон, ты где? Почему отключен телефон? Ты помнишь, что повязку нужно менять

ежедневно? А медикаменты и перевязочные материалы все у меня. А ты ушел, и даже не сказал куда! Как только прочитаешь это сообщение, напиши или позвони обязательно!

12:30

Арсению по итогу никто сразу не перезвонил и не написал. Он немного погипнатизировал висящее сообщение и вышел из чата. Ожидая ответа, учитель решил пообедать. Да, это еще один пункт беседы: своевременное принятие пищи в достаточном количестве. Он начал разогревать суп, как вдруг раздался звонок телефона. — Сергеич, привет еще раз, как хорошо, что наши обалдуи сделали нам выходной! — весело начал Павел Алексеевич. — Привет, привет. Так Тамара Васильевна сказала, что это был порыв канализационной трубы. — А ты, такой наивный и доверчивый, сразу в это поверил, что из-за порыва туалеты на всех четырех этажах фонтанировали фекалиями, — ехидно подначил Воля. — Я обычно верю в то, что говорит мне начальство, — отбрил Попов. — Ладно, я не поэтому звоню. Что ты делаешь сегодня вечером? Мы просто сегодня собираемся потусить в баре. Пойдем с нами. Чего тебе дома киснуть? Расслабимся, пообщаемся, потанцуем, в конце концов. Тряхнем, так сказать, стариной, — начал соблазнять веселым времяпрепровождением Павел. — Ну да, ученикам не хватает компромата на пьяных учителей, — саркастично заметил Арсений. — Мы мальчики взрослые и не будем по заведениям типа кафе-мороженое шариться, а пойдем в серьезный взрослый бар с алкогольными напитками и фейс-контролем на входе. Так что вероятность повстречать наших учащихся там приближается к нулю. Пойдем, не тошни! — продолжал рьяно уговаривать Павел Алексеевич. — Без тебя будет не айс. У меня не будет объекта над кем поиздеваться. — И это говорит взрослый человек! Стыдитесь, Павел Алексеевич! — Да ну тебя! Не нуди, давай собирайся, и в шесть встречаемся у ресторана «Своя компания», сначала там начнем, а потом двинем в бар «Пиковая дама». Там сегодня интересная программа намечается. Приоткрою тайну, там будут наши знакомые со студенческих лет увлечений, — воодушевленно вещал Паша. — Я не собираюсь возвращаться к извращениям, — сразу предупредил Арсений. — Мне этого уже не надо. — Ну да, ну да, свои садистские наклонности ты с удовольствием реализуешь в школе на учениках и студентах. Никто тебя не заставляет! Просто посмотрим программу, выступления разные, пообщаемся, вспомним молодость. — Да я как бы еще не стар. — Ты себе льстишь, — выдал Воля. — Так что не выпендривайся, а собираться начинай. Пока намоешься, выберешь шмотки, аксессуары, так и другой день начнется. Тебя вообще в последнее время, никуда не вытянешь. Не опаздывай, я тебя жду, — и Павел сразу же отключился, чтобы Арсений не смог сразу отказаться. — Вот же ж, пиявка приставучая. Хотел проверить тетради, посмотреть фильм, проконтролировать Антона. Все сделал! Но делать нечего, нужно и вправду начинать собираться, а то не успею, — с этими словами Арсений пошел в ванную.

***

А тем временем Антон, практически убежав из школы, шел по улице в хорошем настроении. Сегодня все удалось, так как даже и не планировалось. Он провел урок в одиннадцатом классе, от которого ученики пришли в восторг, и смылся от приставучего Арсения-закомфорчу-до-смерти-Сергеевича. Тут он вспомнил, что нужно делать перевязки каждый день, и уже хотел было поехать к Арсению Сергеевичу домой и подождать его там у подъезда. Но на глаза попалась аптека. Антон решил быть самостоятельным мальчиком и попытаться сделать перевязку самостоятельно. Тем более нужно же было когда-то начинать учиться это делать. Он решительно зашел в аптеку и перечислил все, что помнил. Мазь оказалась не очень дорогая, всего триста рублей и антисептик за двести рублей. Вот гелевые салфетки для перевязки ожоговых ран, конечно, стоили прилично, но, как оказалось, можно было покупать не всю упаковку, а поштучно. Поэтому купил две на всякий случай. Потом пришлось купить еще пластырь, чтобы это все фиксировать. Когда ему фармацевт предложил весь ассортимент, Антон растерялся, так как было аж семь наименований от разных производителей. Чтобы долго не думать, студент выбрал самый дешевый. Ещё Антон решил купить и обезболивающих таблеток, потому что дома они закончились, а Арсений не выдал новый блистер. После аптеки Шастун решил зайти в магазин и купить себе вкусняшек и каких-нибудь фруктов, потому как пришла стипендия. В магазине глаза разбежались от разнообразия. Антон решил себя побаловать пивком с чипсами. Из полезного купил пару килограмм яблок и два апельсина. Затем он наткнулся на свое любимое печенье и упаковку мишек «Барни», которые также отправились в корзину. Захотелось купить большую упаковку сосисок — на них была приличная скидка. Хлеб вроде бы еще оставался, но он был черствый. Антона это не пугало, он всегда жарил гренки. Поэтому в этот раз на этом можно и сэкономить. И уже на кассе не удержался и взял, как обычно, «Kit-kat». Полностью собой довольный пошел домой. Дома разложил продукты по местам. Сосиски решил положить в морозилку, чтобы есть их экономно — по две в день, и чтобы они не испортились. В холодильнике оставалась каша в кастрюле еще с прошлого раза. Это обрадовало, что не нужно готовить, поэтому две сосиски и тарелка каши были замечательным обедом, по мнению Антона. Плотно пообедав, Антон решил посмотреть, что нужно сделать по практике. Каково было его удивление, когда он понял, что у него нет распечаток и ничего не нужно делать на завтра. Арсений в суматохе забыл ему дать распечатки с материалом и задания. — Вот бы у него склероз развился серьезный и он забыл, что завтра дополнительный, — вслух помечтал Антон. — Если не напомнит, не пойду завтра. Скажу, подумал, что учителей заставили убирать то дерьмо в школе, и Арсений Сергеевич будет занят. Следовательно, дополнительного не будет, — решил бесстрашный студент. Со спокойной совестью Антон решил сначала сходить в душ, а потом провести весь вечер или перед телевизором, или в телефоне, зависая на любимых сайтах и общаясь с друзьями. В ванной, слава богу, никаких приключений не случилось, не считая того, что чуть не сомлел, когда глянул на рану без повязки. Рана смотрелась еще как свежее мяско. Пришлось по быстрому облиться антисептиком и намазать толстым слоем мазь. Антон почувствовал себя рождественским гусем, которого намазали сверху маслом и горчицей, для получения румяной корочки. Как бы осторожно он ни накладывал повязку, рану все равно растревожил. Шастун, может не так и аккуратно как Арсений, но очень тщательно заклеил края пластырем. Посмотрев на себя в зеркало, он ухмыльнулся: повязка сидела кривовато, но зато надежно. После этого Антон выпил таблетку и прилег на кровать. Конечно, у Арсения Сергеевича был очень комфортный диван и еда была на несколько порядков разнообразней и полезней, но дома был тот незабываемый дух свободы. Пошарив немного руками, Антон вспомнил, что телефон забыл в кармане куртки, поэтому пришлось тащиться в коридор. Какое же было разочарование Антона, когда он понял, что телефон разрядился полностью. Он же вчера у Арсения Сергеевича постеснялся попросить зарядное устройство вечером. Дав себе зарок, что без зарядного он из дома не высунется, даже если просто пойдет за хлебом, Шастун поставил заряжаться телефон. А сам пошел на кухню за пивом и чипсами. Водрузив себе поднос на ноги, он с удобством устроился в кровати, предвкушая замечательный вечер с пивом и хорошим сериалом. Включив телефон, Антон удивился количеству сообщений и пропущенных звонков. Несколько было от его родителей, которым он решил сразу же перезвонить. — Алло, мама? У меня телефон разрядился, поэтому я не знал, что вы звонили. Что-то случилось? — обеспокоенно начал Антон, когда мама взяла трубку. — Привет, сыночек. Нет, ничего, просто соскучилась. Так давно с тобой не говорила, — сказала Майя грустным голосом. — Мама, а почему ты таким печальным голосом говоришь? Точно ничего не случилось? Ты же меня не обманываешь? — запереживал Шастун. — Нет-нет, просто устаю в последние дни, много работы накопилось, — устало ответила женщина. — Ты не перенапрягайся, отдыхать больше надо. Сходила бы с папой в кино или кафе, развеялись. Или в парке погуляли бы. — Не волнуйся, Тош, все в порядке. Лучше скажи, как сам-то? — перевела тему Майя. — У меня все хорошо, вот практику проходим в школе. Я уже провел два урока. Я не знал раньше, что это так сложно. Меня так трусило, как первый раз на сцене. Но все получилось неплохо. Арсений Сергеевич даже немного похвалил. Я не ожидал такого от него, — поделился Антон. — Вот видишь, а ты переживал понапрасну. Арсений Сергеевич — очень хороший человек и профессионал своего дела. Так что я думаю, тебе очень повезло, что он твой наставник. Надеюсь, ты уже не строишь козни ему, как в школе. Ты же уже большой и умный мальчик. Правда же? — уточнила женщина, усмехнувшись. — Конечно, мам, все нормально. У нас полное взаимопонимание и я стараюсь не хулиганить, — соврал Шастун, а сам подумал: «Знала бы ты, сколько раз уже моя жопа была в опасности из-за этого «хорошего» человека, но я в долгу не останусь». — Ты хорошо кушаешь? Деньги нужны? — спросила Майя. — Нет, мамочка, все окей, я стипендию получил, дай бог, не последнюю. Поэтому денег на покушать есть в избытке, — отчитался Шастун. — Умничка мой! Я так горжусь тобой! Не пропадай, позванивай, когда будешь свободным, — попросила женщина. — Хорошо, мам, не перенапрягайся. Погуляйте там с отцом. До скорого! — Антон дождался, когда мама попрощается и отключился. Антон посидел некоторое время, ощущая тепло от общения с родительницей. Как хорошо, что есть человек, с которым он мог обсудить многое, что его беспокоило. — Так, кто тут еще такой настырный? Опа, а что этому нужно-то? Соскучился? Ишь ты, аж два раза позвонил. Интересно, он не сильно будет орать на меня, из-за того, что я смылся? Вот что ему нужно? — вздохнул Шастун, когда увидел пропущенные уведомления от Арсения Сергеевича. — Не, сейчас только четыре часа, не буду звонить, а то навалит еще каких-нибудь заданий, а у меня пиво непитое и сериал несмотренный, — кинул взгляд он на часы. — Извините, Арсений Адольфович, не до вас мне, голубчик, не до вас. Позвоню или напишу ближе к восьми, может быть. А там сказать нужно будет, что очень утомился. Во, так и сделаю, — решил Антон. Антон удобно уселся в кровати с пивом и чипсами, включил сериал «Закрытая школа» и погрузился в увлекательный сюжет. Однако посмотрев пару серий, стало скучно. Он каждый день выполнял кучу заданий. А сейчас как будто чего-то не хватало. Не долго думая, Шастун открыл папку с набросками и распечатками к проекту. Он понимал, что нужно поторопить ребят с работой, чтобы все успело хорошо высохнуть и не потрескаться. Просмотрев свои эскизы, начал представлять ту или иную композицию. И неожиданно на Антона снизошло вдохновение, и он решил сделать какой-нибудь макет из пластилина в уменьшенном виде. Полез на антресоли, где был склад его всех инструментов и материалов для скульптуры. Там он нашел дощечку, стеки, петли с резцами и три килограмма скульптурного пластилина, который был немного задубевшим. Антон начал тщательно разминать большой кусок, но с непривычки руки быстро устали. Потом решил подогреть пластилин на батарее. Поэтому положил доску на радиатор и водрузил на нее этот ком. Ожидая размягчения своего колобка, начал копаться в своем телефоне, просматривая новости у себя и у друзей. Fortsetzung folgt...