Ant's Ars

*** — Пусти, Поз! Я пойду и набью его смазливую морду! — орал пьяный Антон, вырываясь из цепкой хватки Димы. — Шаст, угомонись уже! Ты налакался как свинья. Протрезвей сначала, потом бей морду кому захочешь, — устало произнес тот, оттесняя его от выхода из курилки. — Я закажу тебе такси, и ты свалишь домой, пока не нажил себе неприятностей. — Я не хочу домой! Я хочу тусить! У нас же корпоратив. — Натусился уже, — проворчал Дима, доставая телефон. — По-о-оз, ну не будь скотиной! — загорланил Антон. Дима горестно вздохнул. Достался же ему друг! Совсем с катушек слетел сегодня. Впрочем, у Антона были для этого все причины: недавно босс нанял какую-то компанию для оптимизации бизнес-процессов. И те мало того, что перекраивали всю их работу и должностные обязанности, так еще и закрепили за каждым отделом собственного коуча. Антону достался некий Арсений. Изначально тот заявился в царство строгих костюмов, галстуков и договоров в вызывающей майке с надписью "Служба спасения" и драных джинсах, у которых отсутствовала ткань на коленках. Но внешность — это еще полбеды! Характерец у этого Арсения был дюже сучливый и выебонистый. Антон мысленно сравнивал его с говнюками-поварами из кулинарных шоу: те тоже издевались и высмеивали все на свете. Только этот Арсений не учил правильно шинковать капусту, содержать кухню в порядке или пассеровать лук. Вместо этого он читал письма клиентам, изучал коммерческие предложения, слушал записи переговоров и сопровождал сотрудников на встречи, а затем уже высмеивал их работу, навыки, формулировки и все на свете. И если раньше Антон любил свою работу — быть менеджером по продажам, конечно, не предел мечтаний, но в целом занятие веселое, похожее на игру, — то теперь под чутким надзором засранца Арсения начал подумывать о смене компании. К величайшему сожалению Антона, оптимизация бизнес-процессов принесла реальный результат уже к концу первого месяца, поэтому их гендир Добровольский закатил этот мини-корпоратив прямо в офисе. Разумеется, с тимбилдингом и шведским столом. И все бы ничего, да только этот Арсений продолжал донимать подколами и придирками даже в неформальной обстановке. Антон, конечно, огрызался в ответ, да только тому хоть бы что. И это бесило еще сильнее. В итоге он перебрал с алкоголем и воронежские корни дали о себе знать: Антону захотелось подвигов и драки. А точнее, набить одну конкретную смазливую рожу. Поэтому Димка и уволок его от греха подальше, а теперь собирался запихать Антона в такси и доставить домой в целости и сохранности. — Через пятнадцать минут водитель подъедет. Я пойду схожу за вещами. У тебя ж только сумка и куртка, правильно? — Да, — вяло отозвался Антон, усаживаясь на скамейку из скрепленных между собой стульев. — Шаст, ток очень прошу! Носа отсюда не высовывай и проблем не ищи. Лады? Тот закатил глаза и показательно надулся, но все же вяло ответил: — Лады. — Рот на район? Антон фыркнул и улыбнулся. Потому что это обещание круче любой клятвы. — Рот на район, — подтвердил он. Дима недоверчиво его изучил, но от былого куража Антона почти не осталось следов: тот сидел скорее уставший и разморенный алкоголем, нежели воинственный. — Главное тачку не заблюй по дороге домой, — взмолился Дима. — Идеальное напутствие! — усмехнулся Антон. Дима хмыкнул и направился за его вещами. Антон же достал сигарету и смотрел на нее, прикидывая, закурить или нет. Его раздумья прервал звук открывающейся двери, вот только на пороге показался не Дима и не просто какой-нибудь рядовой коллега, а обладатель той самой смазливой рожи — Арсений. — Бля-а-а! — эмоционально протянул Антон. — Так рад меня видеть? — ухмыльнулся Арсений, доставая из переднего кармана джинсов пачку сигарет. — Да пиздец как! — не стал лукавить Антон, внимательно за ним наблюдая. — Как, разгуливая в таких обтягивающих штанах, можно умудриться хоть что-то запихать в карманы? Арсений склонил голову набок и самодовольно спросил: — Тебя устроит устный ответ или предпочтешь визуальный пример? В голове мелькнули слова Димы про рот на район и еще бородатый анекдот про кузнеца, который кодировал мужскую часть поселения не самым гуманным способом. И это все вдруг показалось куда более достойным наказанием для Арсения, нежели обычный мордобой. Он внимательнее вгляделся в Арсения: все та же смазливая рожа, поджарая, стройная фигура, яркие и озорные глаза. Пожалуй, его можно назвать симпатичным. Глаза Антона потемнели, и он поднялся с места, направляясь к Арсу чуть пошатывающейся походкой. Тот наблюдал за ним, вежливо приподняв брови, но при этом его поза не выражала расслабленности, в конце концов, он знал об отношении персонала к своей персоне — мало ли что взбрело в голову Антону. Он подошел к Арсению и, просунув указательный палец в передний карман его джинсов, пошарил там. — Слишком узко на мой вкус, — это было сказано максимально развратным тоном. Антон никогда не считал себя героем-любовником или мечтой всех девиц и парней, но он был взрослым человеком, знающим о своих достоинствах и недостатках. И, как взрослый человек, да еще и менеджер по продажам, он умел выкатывать преимущества. Поэтому в ход пошел его хорни-режим. В пьяном виде выкручивать на максимум образ соблазнителя и произносить двоякие фразы было даже проще. Тем более трезвый Антон никогда бы не взглянул на Арсения в эротическом плане. Обычно все его фантазии о нем сводились к избиению, удушению и прочим уголовно-наказуемым деяниям. Арсений же приподнял брови, и его лицо на миг застыло, судя по всему, он растерялся. Антон же не сбавил оборотов и потянул его за карман ближе к себе, а потом обхватил за талию. — Шастун, отпусти, — велел Арсений. Только голос его звучал не так властно и твердо, как обычно. Не так сучливо. — Или что? — самый банальный ответ, но пьяный мозг Антона ничего лучше выдать просто не смог. Зато он ухмыльнулся и ткнулся носом тому в висок. — От тебя вкусно пахнет. Гвоздика и цитрусы, да? Арсений напрягся в его хватке и уперся одной рукой Антону в грудь. — Я тебе даже название своего парфюма скажу, если отпустишь и оставишь меня в покое. — Тшш! — только и сказал Антон, крепче его обнимая и прижимая к себе. — Ты так напряжен. Хочешь, я тебе массаж сделаю? — Ты пьян, — вздохнул Арсений. — Так что отпусти меня, пока сам же не пожалел о своих поступках. — С чего мне жалеть? Ты красивый мужик и понравился мне сразу. — Ты меня ненавидишь, — фыркнул Арсений, пытаясь оттолкнуть его. Антон нагло врал, и это было очевидно для обоих, но Арсения иррационально хотелось переубедить. — В плане работы ты меня бесишь так, что удушить хочется. Но если смотреть шире, то... — Антон облапал его за задницу и притянул ближе. — Я ведь тебе тоже нравлюсь, так почему бы и нет? Он блефовал, не уверенный в отношении Арсения к нему, но кто не рисковал — тот обламывался, даже не попробовав. А так... вдруг ставка сыграет? Арсений нахмурился и удивленно взглянул на него. И в этих прекрасных голубых глазах можно было прочесть: он сорвал джекпот! Довольный своей победой Антон ласково ему улыбнулся, очертил линию подбородка большим пальцем и приник к губам, целуя нежно и мягко. Арсений сначала не отвечал, но затем все же поддался и приоткрыл рот, откликнулся на его действия. И это стало сигналом: движение разрешено. А Антон был водителем с огромным стажем, и раз уж ему позволено мчать вперед на всех скоростях, так он и помчит. Мозг, затуманенный неожиданно нахлынувшей на него похотью и алкогольными парами, отключился, потому что Антон весьма смутно помнил, как забрался ладонями под футболку Арсения, как целовал его, изучал губами шею, как втиснул его в стену. Все эти образы быстрой нарезкой крутились в сознании, но более-менее он пришел в себя, только услышав голос Димы: — Простите, парни, не хотел мешать, но там твое такси прибыло, Шаст. Антон отстранился от Арсения и уперся одной рукой в стену, а второй продолжал прижимать его к себе. У Арса же глаза были как блюдца: тот удивлялся собственной распущенности и тому, что его вот так запросто застукал один из сотрудников в объятиях другого сотрудника. Позор на его седины! — Поехали ко мне, — предложил Антон. Только сказано это было не вопросительным тоном, а утвердительным, будто это вопрос решенный. — Ты пьян, Шастун. Антон прижался к нему тесно-тесно и прошептал на ухо: — Зато ты трезвый и у тебя стоит. — Сначала протрезвей, а потом поговорим, — решил Арсений, вырываясь из его хватки. Он встал спиной к Диме, чтобы тот не увидел его приподнятого настроения — штаны реально были слишком уж обтягивающими. — Уверен? — уточнил Антон. — Уверен, — твердо заявил Арсений. — Как хочешь, — тот спокойно пожал плечами и поплелся к выходу. — Погнали, Поз. Пора по домам. Оставшись в одиночестве, Арсений оправил одежду и занял место на скамейке из скрепленных между собой стульев, чтобы отдышаться и успокоиться. Он раскурил сигарету и затянулся, когда телефон сообщил о новом сообщении в Телеграм. Арсений достал его и увидел имя отправителя — Антон Шастун. Его послание было максимально лаконичным: "На случай, если передумаешь, вот мой адрес: улица... " Арсений кусал губы и смотрел, смотрел, смотрел на чертово сообщение от чертового Шастуна. Это была плохая, ужасная, отвратительная идея — заводить служебный роман. Тем более с человеком, которого Арсений бесил до красной пелены перед глазами (что бы там Антон ни говорил, но он довольно часто выходил из себя по вине Арса). Но эти их подростковые обжимания в курилке окончательно сбили какие-то отлаженные настройки в голове Арсения. Он уговаривал себя не делать этого, хватался за остатки здравого смысла и курил одну сигарету за другой, пытаясь принять правильное решение. *** Антон успел поспать по пути домой, поэтому водителю пришлось потратить время, чтобы растолкать его. Он кое-как пришел в себя и выбрался на воздух, ежась от холода. Зябко кутаясь в куртку, Антон вошел в подъезд и поплелся к квартире, широко зевая. Спать ему больше не хотелось, но в голове прояснилось и вспомнилась сцена с Арсением. Он же не сделал этого на самом деле, правда?! Антон хоть и пьяный, но не конченый придурок. Или?.. Оставался только один способ все проверить. Антон добрался до квартиры, торопливо стянул ботинки, повесил куртку и поспешил на кухню, чтобы выпить воды. Попутно он ковырялся в телефоне и проверял мессенджеры, с ужасом разглядывая отправленный в Телеграме адрес. — Бля-а-а-а! — протянул Антон. Он налил себе водички и уселся на табурет, таращась на две зеленые галочки, кричавшие: сообщение прочитано, удалять его поздно. Пока Антон прикидывал, как будет завтра смотреть Арсению в глаза и как станет оправдываться, пиликнул домофон. Время позднее, гостей он не ждал, но совсем недавно успел отправить свой адрес одному-единственному человеку. Сердце сделало кульбит, три кувырка и двойной тулуп (что бы это ни значило), но Антон, как истинный мужик, собрал яйца в кулак и пошел открывать двери. Разумеется, это был Арсений. Такой же смущенный, потерянный и задающийся вопросом "какого хуя я здесь делаю?". Когда тот вошел, они с Антоном молча посмотрели друг другу в глаза, не зная, то ли здороваться, то ли что. Неловкая секунда сменилась еще более неловкой второй секундой, но третья все разрулила, ведь вместе с ней пришли пресловутые искра-буря-безумие. Шаг — и они уже целуются, второй — и срывают друг с друга одежду, третий — и идут в спальню к Антону. *** Наутро оба чувствовали себя все так же неловко, но сделанного не воротишь, а секс был хорош. — Думаю... нам стоит все поставить на паузу и вернуться к тому, на чем мы остановились, через три недели, когда мой контракт с вашей фирмой закончится, — произнес Арсений. Он был обнажен и прикрыт тонким покрывалом, покрыт засосами, взлохмачен и нереально мил. А еще пытался быть тем же рациональным Арсением, каким бывал в офисе. Еще минуту назад Антон и сам хотел предложить нечто подобное (на самом деле ему просто хотелось сбежать подальше из-за неловкости и смущения), но теперь, представив себя без Арсения еще на целых три недели... — Не, Арс, так не пойдет. Я уже не буду воспринимать тебя так, как раньше. К тому же не хочу лишать нас, — он поцеловал его в обнаженное плечо, — всего этого на целый месяц. Давай лучше чё-нибудь закажем и поболтаем? Или посмотрим что-нибудь. А вечером можно еще, если хочешь. Арсений прикусил губу, сделав сложное лицо, после чего вздохнул и сказал: — Я буду пасту. Только сначала покажи, где здесь душ.