Любовь после тебя

Тэхён крадётся на цыпочках ко входу, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Чимина. Он уверен, что омега лёг спать под утро, так как когда проснулся в половине пятого утра, слышал тихую музыку, доносящуюся из кухни. Сам же Тэхён проснулся в восемь, чувствуя лёгкую тошноту и головокружение. Кое-как прибравшись и перемыв всю посуду, он приготовил оладьи, позавтракал, и решил отправиться в больницу. На сегодня у него запланирован приём к гинекологу, обычный плановый стандартный осмотр. Оставив завтрак и записку для Чимина, он одевается и выходит из квартиры, запирая дверь, и пару раз дёргает ручку, чтобы удостовериться, что она точно заперта. Ветер на улице довольно холодный, даже ледяной, мгновенно пробирается под лёгкую куртку и свитер, заставляя съёживаться сильнее от каждого порыва. Пальцы за секунду замерзают, и он прячет их в карманы. Главное, чтобы не было дождя, потому что зонтика у Тэхёна нет. Свернув направо, вспоминает, в какой стороне находится метро и точно ли он идёт в верном направлении. Людей на улице в такое раннее время ещё нет, скорее всего, все сидят дома, не желая выходить в такую погоду, или же давно уехали на работу на личных автомобилях, поэтому спросить дорогу не у кого, и остается лишь надеяться на интуицию. Его оглушает сигнал, и он, вскрикнув, подпрыгивает на месте. Сбоку от него останавливается автомобиль, и Тэхен делает шаг назад, чувствуя внезапный липкий страх. — Тэхён! — дверца открывается, и омега видит внутри салона Чонгука. — Ты куда? И почему здесь один? — Альфа выходит из машины и, подойдя ближе, приобнимает его за плечи, обеспокоенно заглядывая в глаза. — Я иду к врачу. А ты чего здесь? — Я ехал к вам, хотел проведать, — поглаживая плечи парня, отвечает альфа. — где Чимин? Почему ты один? — Он спит, я не стал будить его, — по прежнему съеживаясь и шмыгая покрасневшим от морозного ветра носом, отвечает Тэхён. — Бегом в машину, на улице ужасно холодно, а ты так легко одет, — переживает Чонгук, и за руку ведет несопротивляющегося парня за собой. Затем сажает на переднее сидение и пристегивает. Сам же быстро оббегает машину и садится на водительское. — Ты же выпил вчера, как ты сел за руль? — беспокоится Тэхён. — Я выпил-то немного, хорошо поспал и поел, всё нормально, — успокаивает его Чонгук. — Говори адрес больницы. — Не нужно, я сам могу… — Тэхён, — перебивает Чонгук, — я не отпущу тебя одного, — серьезный тон заставляет омегу прекратить спорить, он называет адрес, и они выезжают. Чонгук тут же включает подогрев сиденья и ног, убавляет радио и кидает на притихшего омегу взгляды. Как он мог додуматься пойти один, почему не позвонил? Ведь еще вчера они говорили об этом, омега обещал обращаться к нему. Неужели не хочет? Может, он противен Тэхену? Или он просто банально его стесняется? — Тэхён-а, почему не позвонил мне? — У меня нулевой баланс, — не врёт омега. Деньги действительно закончились, а сказать об этом Чимину он постеснялся. — Зачем тебе к врачу? — Чонгук делает себе пометку пополнить его баланс на пару месяцев вперёд, чтобы тот всегда оставался на связи. — Плановый осмотр. Обычно на приём нужно являться два раза в месяц, иногда три, как врач скажет, — тихо отвечает Тэхён, опустив голову, нервно перебирая пальцами по ремню безопасности. Ему жутко неловко и всё ещё очень стеснительно находиться с этим альфой вдвоём. — Хорошо, — кивает Чонгук, продолжая следить за дорогой. — Спасибо, что подвез, но я правда мог бы сам… — Нет, Тэхён, — перебивает альфа, поворачивая на него голову, пока они стоят на светофоре, — я пойду с тобой, потом отвезу в кафе, накормлю блинчиками. Ты пробовал те, что Юнги принёс вчера? Уверен, что тебе понравится, — он подмигивает и снова отворачивается, смотря на дорогу. — Чонгук-и, не стоит, правда, — нервно кусает губу и сгорает от неловкости Тэхён, — мне неудобно. — Неудобно спать на потолке, — шутит Чонгук, щелкнув парня по кончику носа. Тот смущенно улыбается и отворачивается, смотря в окно. Нет смысла спорить с этим человеком, Тэхён уже понял это. После приёма врача, где Тэхён прошёл все необходимые процедуры, они с Чонгуком направляются в кафе на обещанные блинчики. Аппетит у омеги мгновенно разыгрывается не на шутку, едва они вошли в кафе. Глаза разбегаются от огромного количества начинок, хочется попробовать всего и сразу побольше, но он останавливается на одной порции блинов с грибами и картофелем. Чонгук же выбрал себе с мясом и заказал ещё со сладкой начинкой, два с абрикосовой и два с вишневой. — Что ты будешь пить? — уточняет Чонгук, глядя в меню. — Можно чай? — тихонечко просит Тэхён. — Мозьно, — передразнивает его альфа, умиляясь со своего стеснительного Скорпиончика, — тебе можно всё, что угодно. Хочешь Луну с неба достану? Тэхён поначалу хмурится, а после хихикает, прикрывая рукой рот, чувствуя, как щеки наливаются теплом и, скорее всего, вновь предательски порозовели. — Сегодня у меня в гороскопе удачный день и судьбоносная встреча, — с улыбкой говорит Чонгук, игриво поигрывая бровями. — А у меня? — вдруг с интересом спрашивает Тэхён. Он уже знает, что Чонгук обожает предсказания звёзд и верит в гороскопы. Вспоминает, как вчера вечером у них дома альфа рассказывал о звёздах, о знаках зодиака и, конечно же, не упустил момент рассказать об их идеальной совместимости. — У тебя сегодня день сюрпризов, и звёзды просят тебя не расстраиваться. Побольше есть и обратить внимание на одного альфу, его имя начинается на Чон. — Там такого нет, — смеётся Тэхён. — Есть, — невозмутимо спорят в ответ, что смешит ещё больше. Тэхён лишь мотает головой и улыбается. Он не знает, куда себя деть от пристального взгляда, что безумно смущает. Намджун никогда так не смотрел на него, с тем альфой Тэхён не смущался, не краснел и не робел, не зная, что ответить. С ним было проще, видимо, потому что Намджун не испытывал к нему никаких романтических чувств, помимо похоти. Это очень ощущается, сейчас омега замечает разительную разницу. Видит, что настоящая симпатия проявляется иначе и гораздо чище одного лишь желания, что тяжело давило, подчиняя своей воле. К примеру, как у Чимина с Юнги, которые так же смотрят друг на друга, порой так пристально, из-за чего потом смущенно улыбаются и отводят взгляды. Это очевидно и заметно со стороны, и кажется чем-то настоящим и куда более возвышенным. Интересно было бы увидеть их с Чонгуком со стороны, потому что скрывать, что альфа симпатичен и нравится Тэхёну, было бы глупо. Возможно, не будь его прошлое таким ужасным, он дал бы шанс альфе, принял бы его ухаживания и непременно ответил взаимностью. Чувство первой влюбленности ни с чем нельзя сравнить. Его хочется ощущать постоянно, особенно к такому замечательному человеку, как Чонгук. Он совершенно другой. Он добрый, заботливый. Умеет поднять настроение и заставляет улыбаться и чувствовать себя самым-самым, Тэхёну правда приятно. Невольно он вспоминает свои уже остывшие чувства к Намджуну и понимает, что в них никогда не было взаимности. Он понял, что Намджун лишь использовал его юное доверчивое сердце ради своего удовлетворения. Конечно, Тэхёну и самому нравилось то, что происходило между ними, слишком глупо отрицать очевидное. Влюбившись без оглядки, доверился, поверил в любовь, которой и не существовало вовсе. Омега всегда мечтал о первой любви и видел ее именно такой: окрыленной, легкой, воздушной и головокружительной, чтобы с одним человеком и навсегда, и ему правда казалось, что всё так и есть, пока его слишком открытое сердце не разбили жестокие слова и поступки того, кого он считал тем самым. Чимин был несомненно прав, частенько называя его глупым, и по большей части Тэхён согласен с его словами. Теперь даже испытывает к Намджуну нечто вроде благодарности за столь суровый урок, который теперь поможет выбрать правильный путь с правильным человеком. Считает ли он Чонгука тем самым правильным человеком? Он не знает. Говорить категорическое «нет» Тэхён не хочет. То, как альфа старается привлечь к себе внимание и старается заботиться о нем, подкупает, в его поступках и словах нет скрытого подтекста, он уверен в этом. Однако впустить его в свой разбитый мир и попросить склеить хрупкую жизнь Тэхён не может, потому что знает, что пока стены его мира не окрепнут, просить об этом глупо. Чонгук интересный, забавный и очень симпатичный молодой человек, но разве данного факта хватит для того, чтобы поделить с ним жизнь и ответить взаимностью? Обижать альфу Тэхён не хочет, даже мысли такой нет, но остановить пока они не перешли ту самую черту просто обязан. — Чонгук-и, — тихо зовёт Тэхён. — Что такое? — тут же отзывается альфа, глядя на омегу с нескрываемой нежностью. — Не нужно этого всего, ладно? — набравшись духа и глядя прямо в глаза, просит омега. Чонгук тут же хмурится, не понимая, о чем именно его просят. — Ты про блинчики? Думаешь, много заказали? — широкая влюбленная улыбка не покидает счастливого лица альфы, и Тэхёну так больно продолжать говорить это всё, но он должен, иначе сделает только хуже. — Нет, я про нас. Ну, то есть, про твои ухаживания. Мне очень приятно, честно, — слабая улыбка касается губ, и он опускает голову, нервно бегая глазами по столу, затем снова смотрит на альфу. Заметив напряженный, полный непонимания взгляд, набирается духу, чтобы продолжить. — Я не тот, кто тебе нужен. — Почему ты решаешь за меня? — Чонгук вмиг становится серьёзным. — Я не решаю, прост… — Нет, — перебивает альфа, — ты сейчас решаешь за двоих, Тэхён. Я тебя обидел как-то? — расстроено интересуется он, и омега клянется, что ненавидит сейчас себя, видя, как гаснет блеск в глазах напротив. — Нет, — спешит остановить поток нехороших о себе мыслей, — нет. Ты не обижал меня. Просто не нужно за мной ухаживать, — несмело продолжает. — Тебе нужен другой, не такой, как я. — Какой не такой? — не понимает Чонгук. — Мне нужен именно такой! Ты идеально мне подходишь. — Как ты понял это? Мы знакомы всего ничего… — Мне одного взгляда хватило, чтобы это понять, разве ты сам не чувствуешь? — Чонгук тянется к его руке, сжимая в своей широкой ладони, и чувствуя, как Тэхён вздрагивает. Он гладит ладошку пальцем, притягивает к себе, коротко целует и прижимает к своей щеке, прикрывая глаза и ластясь к ней. — Разве не чувствуешь? Не обязательно знать друг друга несколько лет, чтобы понять, что ты влюблён. — Ты даже не знаешь меня… — Я хочу узнать тебя. Узнавать каждый день своей жизни. — Я не такой хороший, как ты думаешь. — А мне и не нужен хороший, Тэхён! — Чонгук снова ластится к чужой ладошке, что до сих пор покоится на его щеке. — Не трать на меня свое время, пожалуйста, — просит омега, — у нас ничего не получится, извини. — Тэхен отнимает свою руку и, схватив куртку, быстро выбегает из кафе, не давая даже опомниться. Чонгук ударяет кулаком по столу и срывается вслед за омегой. Ни за что не даст ему просто так уйти. — Стой! Тэхён! — альфа бежит, промокая под дождём, что ливнем обрушился за секунду, добавляя ситуации грёбаной драматичности, словно они в какой-то дораме. Он хватает парня за руку, вынуждая того остановиться. — Ты мне нравишься, — открыто признается он. — С первого взгляда понравился, понимаешь? Такое тоже бывает. Почему ты не хочешь дать мне шанс? — Это ни к чему хорошему не приведет. — Да с чего ты это взял? — Хотя бы потому, что я ношу под сердцем ребенка от другого мужчины. — Мне всё равно, я буду его любить как своего собственного, — глаза омеги округляются на такое заявление, и он мотает головой, не в силах принять его слова за чистую монету. Делая уверенный шаг назад, пытается уйти, но его крепко удерживают. — Я же тоже нравлюсь тебе? — подходя ближе и приобнимая Тэхёна за талию, шепчет альфа. — Да, — уверенно кивают в ответ, не видя смысла скрывать очевидное, и Чонгук улыбается, и что-то в этот миг в душе омеги окончательно надламывается, — но у нас все равно ничего не может быть, прости меня. — Он целует парня в щеку и, натянуто улыбнувшись, разворачивается и спешит уйти, скрываясь под непроглядным осенним дождем. Чонгук срывается на бег за омегой, зовёт его по имени, почти не разбирая дороги из-за сильного ливня. Тэхен не успевает забежать в автобус, что так не вовремя подъезжает к остановке, как его хватают за руку и притягивают к себе, крепко обнимая. На секунду Тэхен теряется в пространстве, едва удерживаясь на ногах, но больше не вырывается. — Я не отступлю, слышишь? — шепчет Чонгук, приподнимая лицо парня за щёки. — Ты мне нравишься, Тэхён. Очень сильно нравишься, маленький мой. — Чонгук, пожалуйста… не нужно. У нас ничего не получится, — не сдерживая рыданий, молит Тэхён. — Зачем ты всё усложняешь, а? — Чонгук стирает капельки слёз с щёк омеги, но они лишь сильнее смешиваются с дождем. — Пусти меня в своё сердце. Ты не пожалеешь. Глупо отрицать чувства. — Но у меня нет к тебе чувств, — собравшись с духом, глядя в глаза, убивает словами Тэхён и делает шаг назад, отнимая руки альфы от своего лица. Слова Чонгука добавляют ему решимости, потому что Тэхен ни за что не позволит жизни такого прекрасного человека так глупо разрушиться из-за него. Чонгук достоин лучшего парня, чем он, достоин воспитывать и любить своих родных детей. — Не ходи, пожалуйста, за мной. Я не хочу этого. Чонгук молчит, чувствуя, как внутри всё болезненно сжимается от услышанных слов. Он видит, как Тэхён с каждой секундой отдаляется от него, становится дальше. Дождь не прекращает лить, он словно задался целью непременно скрыть омегу, спрятать, но вопреки всему Чонгук продолжает упрямо вглядываться вперёд, выхватывая взглядом хрупкую фигуру. «Почему он отказывается, если его альфа чувствует явную взаимность? Зачем омега пытается обмануть себя и свои чувства?» Чонгук знает ответы на эти вопросы, прекрасно осведомлён о том, кто сломал его маленького Скорпиончика, оставив после себя грязные следы издевательств. Тэхёна уничтожили, убили в нем всякую веру в чистые искренние намерения. Сломили и выкинули за ненадобностью, и теперь он не может поверить кому-то еще, боится поверить. Боится отдать своё израненное сердце кому-то ещё, ожидая каждую секунду, что его могут разбить окончательно, и тогда уже ничто не поможет собрать себя заново. Чонгук все понимает, но сделать с собой ничего не может. Он влюблен. Он хочет быть с Тэхёном, и он сделает всё, чтобы доказать, что никогда не обидит. Никогда не оставит и всегда будет рядом, даже если омега говорит обратное. За свои двадцать шесть лет Чонгук никогда еще не любил по-настоящему, и не потому, что не умел или не хотел, просто на его жизненном пути никогда не попадались достойные кандидаты. Да, полицейский довольно разборчив при выборе партнера по жизни. Альфа всегда чувствовал и знал, что когда встретит свою половинку, его будто ударит молния. Всё так и случилось в тот миг, когда он увидел Тэхёна. — Обернись, — тихо шепчет, глядя на то, как омега становится все дальше, — обернись, если дашь мне шанс, Тэхён… Ну же! Широкая улыбка озаряет лицо альфы, когда видит, как омега останавливается и оглядывается на него в последний раз, а после скрывается за поворотом.

♡

— Какого черта, Тэхён? — как только дверь в квартиру открывается, из кухни к нему спешит Чимин, явно не настроенный на спокойный разговор. Тэхён замирает у двери, сразу отмечая воспалённые глаза омеги и взъерошенное гнездо темных волос на голове. — Чимин-а, извини. Я был у врача. — Почему ты не берешь трубку? — повышает голос и трясет гаджетом перед лицом Чимин. — Для чего тебе тогда телефон? — У меня, наверное, закончились деньги, и сим-карту заблокировали, — не понимает, что привело омегу в такое бешенство, неужели то, что Тэхён ушел один, ничего не сказав? — А предупредить об этом заранее ты не мог? — сердится Чимин, испепеляя недобрым взглядом притихшего парня. — Мне было неудобно. Не злись, пожалуйста. — Где тебя черт носил одного столько времени? — Чимин подходит к омеге, хватая за рукав, — да ещё и в такой тонкой куртке! Ты видел погоду? Почему ведешь себя как маленький? Проснувшись утром и не обнаружив омегу дома, Чимин снова не на шутку испугался. Первая мысль была самой ужасной из всех, что лезли в голову, мучая догадками, куда мог деться Тэхён в такую рань. Учитывая, что Намджун влегкую может найти их и приехать в любой момент, омега, безрассудно уходит из дома, оставляя дебильные записки, совсем не заботясь о своей безопасности, о безопасности ребенка и Чимина. Неужели ему настолько все равно? Ему плевать, что о нем беспокоятся? Зачем Чимин вообще переживает о нем, когда его стараний не ценят, когда не думают о его чувствах?! Однако омега не может по-другому, ведь привык к глупцу, полюбил и считает другом, которого не хочется терять. — Чимин-а, прости, — голос Тэхёна срывается, и он начинает плакать, не совладав с собой. Еще после разговора с Чонгуком его нехило трясло от подступающей истерики, но он чудом сдержался. А сейчас, видя, как Чимин переживал, как места себе не находил из-за его отсутствия, на душе становится ещё паршивей. Он же знает, что за ними могут следить, как он мог забыть о таких элементарных вещах? Чимин тут же остужает свой пыл, видя, что довел до слёз Тэхёна. Становится стыдно за свою несдержанность, но беспокойство за него было слишком велико. — Извини, Тэхён, не плачь, — он подходит к нему и обнимает, прижимая к себе, и не обращает внимания на сырую одежду. — Не плачь, прошу тебя. Я просто сильно волновался за вас. — Я знаю, — всхлипывает омега, прижимаясь теснее. — Я всего лишь пошел в больницу, и был не один. — Кто с тобой был? — Чонгук. Он как раз ехал к нам и подвез меня. — Больше не уходи один, иначе я выпорю тебя ремнем! — угрожает Чимин и, обхватив ладонями заплаканное лицо, стирает слезы. — Переоденься в сухую одежду и будем завтракать. Разогрев вчерашние принесенные Юнги блинчики, они садятся за стол, включив для фона какой-то рандомный канал, чтобы узнать новости между разговорами или погоду на ближающую неделю. — Вы вчера долго сидели с Юнги-хёном? — пережевывая блинчик с ветчиной, интересуется Тэхён. — Мы? Эмм... Нет, недолго, — растерянно отвечает Чимин, отводя взгляд в сторону. — Допили вино, и он уехал. — Я ничего не слышал, видимо, очень крепко спал. «И слава Богу, что ты ничего не слышал», — думает про себя Чимин. Всю ночь он не мог нормально уснуть, несмотря на количество выпитого, ведь мысли о Юнги и их поцелуе на балконе не оставляли в покое. Губы до сих пор помнят вкус чужих. Тело до сих пор дрожит от воспоминаний, как его касались руки альфы. Все было так хорошо и так правильно, что Чимину становится немного страшно. Неужели чувства к полицейскому действительно настоящие и взаимные? Ведь альфа первым решился на поцелуй, а Чимин охотно ответил. Не оттолкнул, даже мысли такой не возникло, и алкоголь здесь ни при чем. Разве что, самую малость прибавил смелости, ведь желание поцеловать Юнги овладело им с первой минуты, едва альфа переступил порог их квартиры. Но что этот поцелуй значит для них? Для Чимина вцелом? Считает ли Юнги его доступным и неразборчивым? Теперь эти непрошенные, угнетающие мысли не дадут спокойно жить. Ему нужно поговорить с альфой обо всем, но нужен ли этот разговор самому Юнги? Что, если он не придаст значения их срыву, что, если для него это не больше, чем обычный пьяный поцелуй? Да и кто вообще сказал, что альфа помнит о вчерашнем? Чимину хотелось бы, чтобы помнил, потому что то, что вчера было между ними, просто незабываемо. Так сладко и, в то же время страстно, Чимин еще ни с кем не целовался, или ему хочется так думать, потому что все поцелуи с Намджуном не были чем-то новым, они не дарили ощущения легкости, не разжигали пожар в груди и не заставляли внутри все трепетать. Кажется, Чимин придает слишком большое значение их с Юнги поцелую, оно и понятно, почему. Ведь сейчас он переживает не лучшее время, а любое утешение и внимание от другого человека непременно покажутся чем-то особенным. Покоя не дает главный вопрос: учитывая специфику его службы, неужели альфа всегда всех так утешает, благодаря своему большому сердцу? Обвинять Юнги ни в чем не хочется, но жестокий урок, который вполне доходчиво преподали Чимину, заставляет много думать, прежде чем сделать определённый вывод. Он сделает вид, что ничего не помнит, и не станет поднимать эту тему, пока Юнги сам не захочет. — О чём задумался? — слегка сжимая руку омеги, интересуется Тэхён. — А? — отзывается Чимин, выныривая из потока мыслей. — Да так, — он улыбается и отпивает сладкий кофе, не решаясь рассказывать другу о том, что они делали с Юнги. — А я с Чонгуком поговорил, — расстроенно начинает рассказывать Тэхён. — Мне кажется, я самый ужасный человек в мире. — Что случилось? — убирая чашку с напитком и развернувшись к омеге, серьезно спрашивает Чимин. — Я сказал ему, чтобы он прекратил за мной ухаживать. — Почему? — удивленно выгибает бровь омега. — Потому что это неправильно, — мотает головой Тэхён, стирая непослушные слезы с щек, — он очень хороший, и я не для него. — А для кого? И с чего ты это взял вообще? — Чимин искренне не понимает Тэхёна. Неужели то, как Чонгук проявляет внимание и симпатию, может обижать или заставить чувствовать себя неправильным, не достойным счастья? — По-моему, ты не имеешь права решать за него. — Я знаю, он сказал мне точно так же, — несмело поднимая взгляд на омегу, шепчет Тэхён. — Он мне нравится, но я очень боюсь… — Чего именно? — Того, что я снова обожгусь. — Страх — это абсолютно нормально, Тэхён, — слабо улыбается Чимин, сжимая в своих ладонях чужие. — Мы все чего-то боимся, но прежде чем делать поспешные выводы, подумай хорошенько. Чонгук, конечно, слишком напористо себя ведет, — на этот раз омеги улыбаются вместе, вспоминая альфу и его нелепые и забавные попытки флирта, — значит, ты ему правда нравишься. Подумай, не прогоняй его. Если один раз попался мудак, это совсем не значит, что все такие. — Думаешь? — поджимает губы Тэхён, — а как же ребенок? — А что с ним не так? — усмехается Чимин. — Чонгук знает о твоем положении и, как видишь, не оставляет попыток. — А что, если он бросит нас, когда мы полюбим его? — Милый, — усмехается Чимин, — от этого никто и никогда не застрахован. Но если жить с мыслью, что «меня снова бросят», какой толк тогда в любви? Разве не любовь должна спасать от таких мыслей? Да, она может причинить боль, но если не рисковать, никогда не узнаешь, что есть что-то, гораздо более прекраснее и сильнее боли. — А как же ты? — смело вскидывает брови Тэхён. — А я — это я, — Чимин подмигивает и встает, убирая грязную посуду, решая не отвечать на вопрос. «У меня всё иначе, Тэхён-а. Я хочу полюбить вновь, но, видимо, не создан для этого».

♡

«Чимин». Омега стал первым, о ком подумал Юнги, когда открыл глаза. Тело неприятно ломит от неудобной позы, виски пульсируют глухой болью, а во рту самая настоящая Атакама, и даже бутылки минералки нет рядом. Он совсем не подумал о себе вчера ночью, потому что, кроме как о том, что он натворил, думать о другом было невозможно. В памяти всплывает образ омеги и их горячие поцелуи на балконе. «Чимин». Юнги улыбается, прикасаясь кончиками пальцев к губам, и вспоминает вкус чужих губ. Хочется ещё. Пять лет альфа ни с кем не целовался и не позволял себе настолько тесное сближение с кем-либо. Но ночью всё, что он строил так долго и усердно, разрушилось, стоило лишь переступить порог чужого дома и невидимую черту, что навсегда изменила привычный мир. Чимин одним своим существованием пробил барьеры к сердцу Юнги, ещё со второй их встречи запомнился так отчетливо и поселился теплом в душе. Его не хотелось выгонять или просить оставить. Но вчера, находясь рядом с Чимином, Юнги впервые за долгое время понял, что ему спокойно, хорошо и безопасно рядом. Впервые за долгие годы отрицания любви, он понял, что хочет и нуждается в ней. Впервые он осознал, что готов кого-то впустить в свою жизнь, раскрыть объятия и опровергнуть слова омеги о том, что тот недостоин любить и быть любимым. Ему захотелось доказать, что не всякая любовь приносит боль. Возможно, они два одиночества, что так отчаянно нуждаются друг в друге… И судьба совсем не коварная и хитрая, как привыкли считать многие. Возможно, судьба наградила их болью лишь для того, чтобы они заполнили пустоту друг друга и залечили ожоги на сердце. И, наверное, было бы глупо убегать от неизбежного. Может, всё-таки стоит побороть себя и попробовать впустить в своё сердце того, с кем в нем чувствуется тепло? «Готов ли я попробовать снова полюбить?» — мелькает мысль в голове. «Готов ли я полюбить тебя, Пак Чимин?» Телефон под подушкой приглушенно вибрирует, Юнги с усилием приподнимается, достает гаджет и улыбается, глядя на экран. Кто: Чонгук-и — Алло? — Хён, спишь? — Уже нет. — Мне разбили сердце, ты готов выслушать? — Да, только захвати минералки. Звонок прерывается, и Юнги хмурится, глядя на экран смартфона. Разбили сердце? Чонгуку? Кажется, головная боль сегодня точно не отпустит.

♡

— Я ему говорю, что любить буду, что всё для него сделаю, а он всё одно и то же: «Не надо, не надо». А ведь я нравлюсь ему! Зачем он так поступает? Альфы расселись на диване в гостиной за сытным завтраком, что привез Чонгук. — Я пытаюсь запрыгнуть в поезд твоих мыслей, но ты едешь слишком быстро, — жмурясь от головной боли, говорит Юнги, отпивая большие глотки минеральный воды прямо из горлышка. Слава Богу, Чонгук не забыл прихватить ее по дороге к нему. — Притормози. Ты сказал Тэхёну о своих чувствах, а он тебя отшил? — Звучит грубо, но да! — И ты не собираешься выполнять его просьбу? — выгибает бровь альфа. — Само собой нет! Я тоже нравлюсь ему, он просто не понимает, что говорит. — Он сам тебе сказал, что ты ему нравишься? Или как обычно? — Что значит «как обычно», хён? — возмущается альфа. — Он сам сказал, но потом добавил, что он не тот, кто мне нужен. Ты понимаешь логику? — Не особо, — усмехается Юнги, — но одно я понял точно, ему нужно время. — Для чего? Какое время? — злится Чонгук. Он не понимает, зачем чего-то ждать, когда любовь и забота альфы помогут ему быстрее преодолеть все трудности и способны защитить от всех бед. — Чтобы в себя прийти! — закатывает глаза Юнги. — Он совсем недавно пережил такой кошмар, а тут ты со своим «люблю». Угомонись немного и дай время ему подумать. — Но разве то, что я буду рядом, не поможет ему? — всё же не понимает Чонгук. — Нет. — А если он за это время кого-то другого встретит? — вдруг пугается Чонгук. Одна лишь мысль об этом заставляет внутри всё гореть огнем от страха и ревности. — Ты дурак? — усмехается Юнги. — Хён! — Продолжай быть рядом, но тихо и аккуратно, чтобы не напугать. И если Тэхён попросил оставить его, уважай его выбор. Не нужно липнуть к нему, как вчера, к примеру. Парню неловко было, неужели тебе всё равно? — Но я не хочу оставлять его!!! — бесится Чонгук. — Он нужен мне, я хочу с ним семью! — Ты куда так разогнался-то? — посмеивается Юнги. — Мне уже двадцать шесть, а у меня ни омеги, ни ребёнка! — А тут два в одном, — слетает с губ Юнги дебильная шутка. Чонгук переводит на него нечитаемый взгляд и сжимает кулаки. Ему сейчас так паршиво, хреново, а лучший друг издевается и смеётся над искренними чувствами и переживаниями. — По крайней мере, я не боюсь любить. — Ты о чём? — не понимает старший альфа. — О том! Тебе нравится Чимин, но ты ведёшь себя как трус, — Чонгук решает выплеснуть всю правду в лицо друга. — Я видел, как ты смотрел на него, но из-за своего страха ты упустишь, возможно, единственный шанс в своей жизни. Юнги напрягается, недобро прищурившись, желваки под кожей напряженно играют, но он продолжает слушать. — Не видел, как Ингём за ним ухаживает? — усмехается Чонгук, помня, как коллега слюни пускал на Чимина еще со дня рождения. — Причем здесь это? Кто тебе сказал вообще, что мне нравится Чимин-и? — Хватит уже врать! — повышает голос Чонгук. Ему не хотелось ругаться, но то, что его чувства не принимают всерьёз, выводит из себя. — Так и будешь всю жизнь один жить, только твой сын когда-то вырастет, заведёт семью и уйдёт, а ты один останешься, потому что трус! Я действую как могу, потому что чётко знаю, чего хочу, и действительно влюблён в Тэхёна. Плевать мне на то, что он меня отшивает, я добьюсь его и докажу, что способен любить и сделать его счастливым. — Следи за тоном, Чонгук, — сердится Юнги. — Причем тут вообще я?! — Потому что твои слова, что я должен его оставить, говорят лишь о том, что ты всегда сдаешься! Поэтому ты одинок! — Чонгук резко встает с дивана, задевая ногой стол, отчего проливается кофе. — Друзья должны поддерживать друг друга, а не насмехаться. — Чонгук! — Юнги встает с дивана, окликивая друга, пока тот уходит в прихожую. — Успокойся, я не насмехался! — Да пошёл ты! — рычит альфа и выходит из квартиры, громко хлопнув дверью, заставляя Юнги вздрогнуть. — Вот блять! Юнги запирает дверь и возвращается на диван. Его слегка шокировали слова и поведение Чонгука, неужели тот и правда так сильно влюблен в Тэхёна? Раньше друг никогда себя так не вел. Юнги привык видеть его добрым, спокойным и уравновешенным, если дело не касалось работы, да и там Чонгук старался держать лицо. Но сейчас в нём действительно говорила обида и непонимание. Нельзя было шутить и обесценивать его переживания. Даже если это и казалось Юнги слегка нелепым, он, как лучший друг, должен был поддержать, дать правильный совет или вовсе, молча согласиться и лишь пожелать удачи, убеждая альфу, что всё получится. Непременно добьется омегу и построит с ним счастливую семью. Но Юнги не привык жить в розовых очках, слишком много дерьма с ним случилось, чтобы дать себе слабину и верить в сказки. И все же он задумывается о словах друга. Неужели его симпатия была настолько видна? И неужели он настолько трус, чтобы признаться в этом не только самому себе, но и окружающим? Прикрыв глаза, Юнги снова вспоминает о Чимине и решает использовать предоставленный судьбой шанс, и, если у него ничего не получится, просто продолжит жить как жил, постаравшись как-нибудь заполнить пустоту внутри себя. Он берёт телефон, набирая уже знакомый номер: Кому: Чимин-и — Алло? — Привет, Чимин. Не отвлекаю? — Привет, нет. Как ты? — Я в порядке. А ты? — Я больше никогда не буду пить. Они оба тихо смеются. — Все мы так говорим на утро, — Юнги откидывается на диван, широко улыбаясь. Слышать голос и смех омеги так приятно сейчас. Под прикрытыми веками он видит, как очаровательно Чимин улыбался ему ночью, как его полные губы то и дело попадали в плен зубов, когда тот о чем-то задумывался. Губы омеги невероятно красивые и очень сладкие на вкус, да так, что язык невольно начинает собирать остатки их вчерашнего поцелуя со своих собственных. Он слышит тихий смех, и ему так сильно хочется заглянуть ему в глаза, и увидеть там радость от встречи. Может, позвать его на свидание? Нет. Это перебор. Может, позвать его просто погулять или угостить вкусным ужином, чтобы немного вывести похмелье? — Юнги? Алло? — Да, да, я здесь, — отзывается альфа. — Я думал со связью что-то. — Чимин. — Да? — Не хочешь поужинать вместе? — Помнится мне, что на свидания Вы не ходите, Мин Юнги, — тихо посмеиваются в трубке. — Может, это будет обычный ужин в компании двух алкоголиков? — смеётся альфа. — Я действительно голодный, а готовить у меня просто нет сил. — А что, если я хочу, чтобы это было свидание? Или я всё еще не в твоём вкусе? — Ты не оставляешь мне выбора. — То есть я сам напросился? Они снова смеются. — Я заеду за тобой к шести, ладно? — Ладно. — До встречи, Чимин

♡

Чимин стоит у зеркала, поправляя бежевую ветровку и черный берет. На нём широкие голубые джинсы и белый свитер. Он смотрит на себя и понимает, что лучше бы молчал и не говорил такие глупости о свидании. Какое, к черту, свидание! Юнги просто хотел поужинать с ним, возможно, из вежливости угостить, а он снова намекает на романтику. Неужели он чувствует в этом такую острую необходимость? — Ты кретин, Пак Чимин, — ругает сам себя омега. — То, что вы целовались, ещё ничего не значит! — Вы целовались? — слышится удивленный голос Тэхёна. — Ты чего подслушиваешь! — пугается Чимин. — Чимин-а, вы с Юнги-хёном целовались, что ли? — широко улыбаясь, омега подходит к другу и разворачивает к себе, ожидая услышать положительный ответ. — Да, мы целовались с Юнги-хёном. — Ура! — Тэхён обнимает омегу и хихикает ему на ухо, что вводит в заблуждение. — Что за реакция такая? — усмехается Чимин. — Потому что он хороший человек, и вы очень мило смотритесь вместе. — Тьфу на тебя! — фыркает Чимин. — Мы просто… То есть это просто воздействие алкоголя! — Ага, — хитро улыбается Тэхён, — а сейчас о свидании договаривались, — он принюхивается, на что Чимин хмурится и делает шаг назад, — но от тебя не пахнет, или тоже скажешь, что алкоголь? — Так, Тэхён-а, я запрещаю тебе подслушивать! — старается выглядеть серьёзным омега. — Чимин-и, может, нам правда всё забыть и попробовать стать счастливыми? Чимин надевает сумку через плечо и разворачивается к другу. — Я не знаю, — пожимает плечами, — но, — он кидает взгляд на часы, — скоро узнаю. — Хорошего вечера вам, — улыбается Тэхён, провожая друга.

♡

— Учти, если я не влезу в свои любимые джинсы, это всё будет твоя вина! — смеётся Чимин, когда им приносят две большие порции риса с мясом, токпокки и жареную курочку в кисло-сладком соусе. — Ничего подобного, — улыбается Юнги, наполняя бокал омеги грейпфрутовым соком, — даже если и так, у нас есть магазины для полных людей. — Вот же гад! — он комкает салфетку и кидает в смеющегося альфу. Благодарно принимает сок, делая большой жадный глоток. — Боже, как хорошо. Юнги смеется, абсолютно понимая аппетит и жажду Чимина, ведь ночью они действительно выпили очень много. Они пару минут не говоря ни слова наслаждаются негромкой музыкой и вкусным ужином, тихо причмокивая от удовольствия и бросая друг на друга взгляды, улыбаются. — Очень вкусно! — хвалит еду Чимин. — Курочка просто волшебная! — Не могу не согласиться, — альфа берет большой кусок, подкладывая на чужую тарелку. — Спасибо, — Чимин тут же хватает кусочек палочками и отправляет в рот. Он прикрывает глаза и качает головой в разные стороны, — как же хорошо! Альфа, следя за омегой, улыбается, кусая губу, и не может отвести взгляда от губ, что сейчас безумно привлекательно и маняще переливаются из-за соуса. Он берет салфетку и уже хочет поднести к чужому лицу, но вовремя себя одергивает и вытирает свои. — Как Чимни? Он еще не вернулся? — интересуется омега, и Юнги снова видит эту мягкую нежность в глазах. Взгляд Чимина всегда теплеет, когда речь заходит о сыне. — Еще нет, он приедет через пару дней. — Ты, наверное, очень скучаешь по нему. — Безумно. Чимин лишь улыбается. Он не знает, каково это — скучать по своему ребёнку. Не знает, что чувствуешь в этот момент, когда твой родной маленький человечек далеко от тебя… Не знает и может никогда не узнать. Глаза слегка жжёт от слёз, что за секунду собираются в глазах, но он лишь промаргивается, скрывая боль за улыбкой. — Расскажи о себе, — неожиданно просит Чимин. — Я вроде всё рассказал тебе. Мне нечего добавить, — пожимает плечами Юнги. — Зануда, — фыркает Чимин и улыбается, когда альфа закатывает глаза. — Ну а ты? Расскажешь? — Я душу тебе вывернул, что ещё сказать? — смеётся омега. — Мне так стыдно, — он неловко чешет кончик носа. — Извини, если вдруг это было неуместно или… — Всё нормально, Чимин, — успокаивает его Юнги, — иногда нужно выговариваться. Они глядят друг на друга, оба вспоминая произошедшее на балконе, и отводят взгляды. Не хотят поднимать эту тему, но чувствуют, что это необходимо. Пусть вечер и проходит довольно неплохо, но напряжение между ними проскальзывает, и это мешает спокойно провести время. Чимин понимает, что обсудить их поцелуй нужно. Нельзя оставлять всё как есть и делать вид, что между ними ничего не было. Может, альфа для этого позвал его на ужин? Юнги же словно читает его мысли. Снова. Он делает большой глоток сока и, набравшись смелости, говорит: — Мне стоит извиниться. — За что? — За тот поцелуй, — неловко прокашливается альфа, снова отпивая сока. Чимин тут же отводит взгляд, чувствуя, как внутри всё сводит от воспоминаний, а губы начинают покалывать. — Ты жалеешь? — Не знаю. А должен? — Тебе виднее, — Чимин смело вскидывает взгляд. — Ты извиняешься, значит, жалеешь, — всё логично и просто. — Нет, я извиняюсь, потому что не должен был. — Значит, ты не хотел этого делать? — хмурится омега, которому не нравится русло их разговора. — Хотел, но не подумал о тебе в тот момент. — Кажется, как раз наоборот. — Я не знаю, как реагировать, извини, — поджимает губы Юнги. — Слишком много «извини» за один поцелуй, Юнги. Неужели он так сильно жалеет, что поцеловал его? А Чимин размечтался… Точно кретин. — Давай просто забудем, — стараясь не злиться, отвечает омега. Он сам не понимает своих чувств сейчас, почему вдруг это «извини» настолько раздражает и выводит из равновесия. Такое чувство, что Юнги совершил ошибку, за которую теперь жутко стыдно. — Я не хочу забывать, — твёрдо отвечает Юнги. — Тогда в чём дело? — Ты развелся почти два месяца назад, разве я правильно сделал, что поцеловал тебя? — По крайней мере, я впервые почувствовал себя желанным. — Чимин… — Ты позвал меня, чтобы сказать, что всё это ошибка? — Чимин, пойми… — Ответь. Юнги молчит. «Нет, конечно нет. Какая, к чёрту, ошибка! Это был лучший вечер за все годы одиночества. Господи, Юнги, ты мудила! Трус! Чонгук был прав. Сначала поцеловал, позвал на свидание, решив, что не хочу упускать шанс, а теперь даешь заднюю!» — кричит разум в голове. — Я понял, — Чимин меняется в лице, не дождавшись ответа, делая вывод и понимая, к чему ведет альфа. «Глупый! Глупый! Глупый! На что ты рассчитывал вообще? Будь взрослее, Пак Чимин. Это всего лишь обычный поцелуй, никто не обязан нести ответственность за твои глупые чувства». — Спасибо за ужин, — он встает и забирает ветровку с вешалки, но его хватают за руку, не давая уйти. — Куда ты, ну? Хочешь уйти? — Я, видимо, не так понял твой поступок, — горько усмехается Чимин. — Я слишком много значения придал нашему поцелую, — ни капельки не лукавит, и этот ответ заставляет Юнги задуматься на секунду. Для него ведь тоже их поцелуй был чем-то особенным. — Мы взрослые люди, Чимин, давай начистоту, — он нервно облизывает губы, глядя в глаза. — Ты мне нравишься, и, судя по тому, что я услышал сейчас, я тебе тоже. Но… Готовы ли мы? Юнги смотрит на омегу. Заглядывает в его необычайно красивые глаза, замечая в них страх и надежду. Он вдруг понимает, что нет смысла играть в игры и бегать друг от друга. Нет смысла трусить и терять то, что само идёт в его руки. Прошлое не выкинуть из головы, но с ним можно научиться жить спокойно и больше не чувствовать вечную пустоту внутри. Так почему бы не рискнуть? Они — два одиноких человека, которым так нужно тепло. Зачем же им оставаться в одиночестве и холоде, если они способны согреть друг друга? — Не вижу смысла жить прошлым, Юнги. А ты? Но вместо ответа Юнги притягивает омегу к себе и прижимается губами к его губам. Он хотел это сделать с первой секунды их встречи сегодня. — Юнги? — Чимин рвано выдыхает от неожиданности и упирается ладошками в плечи, немного отстраняясь. — Не вижу смысла бежать от себя, если нас так тянет друг к другу, — шепчет в самые губы Юнги, поправляя локон выбившейся челки темных волос омеги. Чимин теряет дар речи, приоткрывая рот, и смотрит на альфу, пытаясь понять свои чувства. Коленки слегка дрожат, место, где его обнимают, горит огнем, а в душе все цветёт от зарождающейся изнутри нежности, вызывая улыбку на лице. Он прав. Почему они не могут рискнуть и попробовать создать что-то новое и прекрасное? Чимин аккуратно дотрагивается большим пальцем щеки альфы и мягко гладит. В этот миг всё иначе. Те чувства, что рождаются в нем, сейчас ярко пылают, и вино здесь ни при чем. — Так что ты скажешь? — Юнги начинает волноваться из-за столь затянувшейся паузы. — Не поцелуешь меня? — улыбаясь, шёпотом интересуется Чимин. Ему до покалывания кончиков пальцев хочется снова ощутить желанный вкус губ. — Я не такой доступный, — притворно возмущается Юнги. Чимин на это пожимает плечами и отходит от альфы к столу, отворачиваясь. — Хотя знаешь что? — тут же отзывается Юнги, подходя ближе, и обнимает омегу за шею, разворачивая к себе. Он широко улыбается, видя такую же ответную улыбку. — Я такой. Они оба смеются и, наклоняясь ближе друг к другу, сливаются в нежном поцелуе. Их объятия крепки, и они чувствуют, как пустота в их сердцах начинает понемногу заполняться. Не делают ли они ошибку, сдаваясь своим чувствам?

♡

Чонгук гонит по пустой дороге, сжимая руль до побеления костяшек. Юнги вывел его из себя своим скепсисом и нежеланием поверить в настоящие чувства. Неужели и Тэхён не верит, что альфа правда может полюбить? Неужели они думают, что его слова лишь пустой звук и совершенно ничего не значат? Омегу он еще может понять, возможно, тот правда боится доверить кому-то свое сердце вновь. Но как его лучший и единственный друг посмел посмеяться и просить оставить все попытки добиваться того, к кому тянется душа и сердце? Он не жалеет, что сорвался на Юнги. Друг должен понять, что единственный кто в их случае поступает верно — это Чонгук. Он не тот человек, кто избегает любви по всем понятным и непонятным причинам. Если хочешь быть счастливым, нужно бороться за своё место под солнцем рядом с любимым человеком. Юнги никогда так не делал, он всегда жил прошлым, ни разу не задумываясь о будущем. Альфа влетает в руль грудью, когда перед ним резко тормозит автомобиль. Он громко матерится и сигналит, но, видимо, его решают проигнорировать, потому что проехать так и не дают. Раздражённо выдохнув, он выскакивает из машины, громко хлопнув дверцей. — Съеби с дороги! — Чонгук стучит по крыше внедорожника, заглядывая в окна, но из-за тонировки ничего не видит. Его накрывает нестерпимой злостью, и он открывает дверцу, решая выбить из мудака всю дурь, потому что сил успокоиться нет. — Ты… — но он не договаривает, когда видит того самого ублюдка, Ким Намджуна, что смотрит на него так, будто перед ним куча дерьма стоит, а не человек, который чуть не попал в аварию. — Проблемы? — Не, — усмехается альфа, — у меня их нет. — Тогда проваливай, — рычит в ответ Намджун. — Они сейчас у тебя будут, сука, — со злостью рыкает Чонгук и хватает альфу за руку, вытаскивая из машины, и, не давая опомниться, наносит сильный удар по лицу кулаком. — Уёбок! — рычит и продолжает бить со всей неприязнью, злобой и отвращением на которые только способен. Перед глазами мелькает хрупкий Тэхён, его синяки на изящной шее, и воображение живо подбрасывает картинки произошедшего, где это чудовище издевалось над ним. Злость не дает мыслить, превращается в загустевший туман и обволакивает с ног до головы, оседая в каждую клеточку тела неконтролируемым гневом. — Ты что творишь? — хрипит Намджун, когда его прижимают за шею к капоту. — Сожми зубы, иначе ты их проглотишь, мразь, — шипит Чонгук и снова замахивается, оставляя глухой удар кулаком и ломая нос ненавистному ублюдку. Мысль о том, что этот альфа ехал к омегам, срывает к чертовой матери все тормоза. Вокруг начинает собираться народ, два мимо проходящих оттаскивают Чонгука от мужчины, пока другие вызывают наряд полиции.