Любовь после тебя

Залог на освобождение был внесен вовремя, и это позволило Чонгуку выйти на свободу до суда. Однако никто не спешил забирать заявление, поэтому дело продолжали рассматривать. Но самого Чонгука это не беспокоило. Как только он вышел и получил обратно телефон и машину, он сразу же отправился к Тэхёну. Все мысли альфы были только о нем: как он держится, что делает, думает ли о Чонгуке? Ведь омега навещал его только один раз — в день ареста. Ему было страшно услышать слова сожаления об их поцелуе и о признаниях. Даже если Тэхён снова даст заднюю, Чонгук не отстанет. Он продолжит добиваться его до тех пор, пока не растопит сердце омеги и не докажет, что теперь тот в безопасности. Что теперь нечего бояться. — Чонгук, постой, — останавливает его Юнги, закрывая дверцу автомобиля. — Что, хён? Я спешу. — Надо поговорить. — Можем потом? я хочу увидеть Тэхёна. — Во-первый сейчас восемь утра и он спит, во-вторых разговор серьезный, он касается Тэхёна. Чонгук хмурится, блокирует автомобиль и идёт за другом обратно в участок. Они заходят в кабинет, наливают горячий чай. Юнги греет завтрак, который ему любезно приготовил Дохён. — Ты даже не ел ничего, надо позавтракать. — Я не голоден. Юнги лишь тяжело вздыхает, пододвигает другу тарелку с рисовой кашей и садится напротив. — Ешь молча. Чонгук закатывает глаза и берёт ложку, начиная завтракать. — Дохён-хён готовил? — Да. — Обожаю его стряпню, — довольно улыбается альфа, — блин, я всё-таки чертовски голодный. Юнги усмехается, и подкладывает ему каши из своей тарелки, добавляя туда кимчи и мяса. — Так что за разговор? — Это насчет Тэхёна, — отвечает Юнги, кусая губы от волнения. Он понимает, что Чонгук может потерять контроль и совершить действия, которые точно не приведут к хорошему исходу. Однако он надеется, что его разум возобладает. — Я понял, не тяни! — обеспокоенно и нетерпеливо восклицает. — Обещай, что воспримешь всё адекватно, без глупостей. — Хён, — Чонгуку становится не по себе от тона Юнги и его нервного взгляда, даже в голосе слышится волнение, и это лишь больше добавляет масла в огонь и заставляет сходить с ума от представления, что могло случиться с его омегой. Юнги тяжело вздыхает, берет ладони альфы в свои руки и сжимает их, проявляя поддержку. — После того как Тэхён узнал о твоём аресте, он ходил к Ким Намджуну и просил его забрать заявление, — на одном дыхании произносит он. Чонгук приоткрывает рот, глупо глядя на друга, и молчит, переваривая услышанное. Он прикрывает глаза, шумно выдыхая через нос, и Юнги чувствует, как сильно сжимают его руки. — Успокойся, с ним всё нормально. — Что он сделал ему? — словно не своим голосом произносит альфа, готовый прямо сейчас встать и пойти увеличить свой срок до пожизненного заключения. — Хён, ответь, пока я держу себя в руках, — просит он, когда Юнги не спешит рассказать. — Этого никто не знает, сам Тэхён молчит. Они очень сильно поругались с Чимином в тот день, когда мы всё узнали. — Откуда вы узнали? — На Намджуна копают из прокуратуры, и нам повезло, что сын Лисана оказался на нашей стороне. — Дядюшка всё-таки перезвонил тебе, — улыбается Чонгук. — Да, и очень во-время. Мы виделись с Хосоком, тот ведет двойную игру, и кажется скоро накроет этого урода. — Ясно, — пожимает плечами Чонгук, продолжая завтрак. Юнги пристально наблюдает за альфой. Он совсем не такой реакции ожидал, и это настораживает ещё больше. — Они помирились? — интересуется Чонгук о ссоре омег. — Тэхён после ссоры вернулся вечером домой, но они вроде не разговаривали. Чимин-и мне ничего не рассказал. — Как у вас с ним дела? — играя бровями, интересуется Чонгук. — Всё отлично, он замечательный, — смущенно улыбается Юнги, — он правда такой. Добрый, с ним очень весело, и мне все время хочется его увидеть. Мне кажется, что он мой человек. У нас много общего, и это не про интересы, а про жизнь в общем, — он усмехается, отпивает чай и продолжает делиться накопившимися чувствами, — я не знаю, спешим мы или нет, но всё идёт так хорошо, что я не задумываюсь об этом, а просто наслаждаюсь. Чимин с характером, и мне очень это нравится. Он не такой, как другие, я… В общем, я влюблён в него. Чонгук широко улыбается, слушая признания своего друга, и действительно счастлив за него. Видеть Юнги таким влюблённым — это как бальзам на душу. Он столько раз пытался помочь ему наладить личную жизнь, используя самые разные методы, и наконец-то дождался этого счастливого взгляда с сердечками в глазах. — Ты признавался ему? — Нет, ещё нет. Я немного переживаю на этот счёт, — поджимает губы альфа. — Хён, ты дурак что-ли? — Чонгук-а, он недавно развелся, переживал ад с придурком-мужем, который до сих пор продолжает ломать его жизнь, а тут я со своим «люблю». Нет, ему сейчас нужна моя поддержка, а не признания. — Как у вас всё сложно у стариков, — смеётся альфа. — А у вас всё так просто, я посмотрю. — Да у нас просто, — фыркает Чонгук, — я люблю Тэхёна, и плевать мне на то, что мы почти не знаем друг друга. Вот здесь, — он прикладывает ладонь к груди слева, — всё рвётся к нему, любит его и желает его. Оно обманывать не будет, хён. — Что ты думаешь делать с тем, что он ходил к Киму? — осторожно интересуется Юнги, молясь всем богам, чтобы альфа не наделал непоправимой глупости. — Я хочу, чтобы он мне всё рассказал. Я не могу сам придумывать что там было, но знаешь, я прямо сейчас готов придушить эту мразь голыми руками. — Вот этого я и боюсь. Держи себя в руках, друг, — советует полицейский. Юнги знает жаркий пыл своего друга, но верит, что тот всё-таки остудит его и спокойно поговорит с омегой. — Только ради него. — Просто помоги ему понять, что его вины нет, — в ответ лишь молча кивают, — Чимни очень соскучился по своему дяде, кстати. — Я тоже соскучился. Как он? — Каждый день пытается тебе позвонить, говорит, что ты забыл о вашей традиции видеозвонков, — вспоминает Юнги, как сын умолял найти Чонгука и позвонить ему, ведь он ни дня не может прожить без любимого дяди Гуки и не пожаловаться на отца. — Что ты ему сказал? — Чонгук сожалеет о том, что оставил малыша одного и заставил переживать. — То, что ты в командировке и сегодня вечером приезжаешь. — Я заберу его из сада сам сегодня, — Чонгук убирает посуду в раковину и идёт к двери. — Ладно. Ты к Тэхёну? — Да, хён. Не надо меня останавливать, — недовольно говорит альфа, — если ты не хочешь поссориться. — Будь осторожен. Я не собираюсь останавливать, просто сделай так, чтобы тебя снова не закрыли. — Обещаю. Юнги верит, потому что Чонгук всегда выполняет свои обещания. Полицейский возвращается за стол и берёт телефон, набирая номер. Кто: Чимин-и. — Алло? — раздается сонный хриплый голос омеги, отчего Юнги улыбается, чувствуя, как внутри всё обжигает теплом. Что же он с ним делает… — Доброе утро. — Мин Юнги, пол девятого утра! — возмущается Чимин. Юнги тихо смеётся, пока слушает забавные возмущения, и понимает, что это становится невыносимо. С каждым днём чувства, что давно спали, пробудились каким-то неугомонным вихрем. Внутри всё пылает, и там совсем не легкие воздушные бабочки, которые дарят приятные, еле ощутимые чувства. Внутри бушевал какой-то немыслимый ураган, словно там одна сумасшедшая, бешеная бабочка, что в агонии билась о его живот, стоило ему услышать Чимина или увидеть его. Поцеловать или же просто быть рядом. И Юнги понял, что влюблён. Безумно сильно влюблён.

♡

Чимин не разговаривал с Тэхёном после их ссоры. Он до сих пор был зол и безумно обижен на друга. В голове не укладывался его поступок, и желания общаться не было. Всю ночь он размышлял, на что ещё был способен Тэхён ради Чонгука? Если бы бывший муж попросил раскрыть место нахождения Чимина, омега влегкую смог рассказать? Любовь бывает настолько слепой и глухой, что за свои поступки мы иногда не несем ответственности, если подвергаем опасности лишь себя, но ведь у Тэхёна ребёнок, маленький живой человечек, который растет внутри него в надежде, что его будут любить и оберегать, а что делает он? Чимин плачет. Снова плачет, лежа на кровати, и не верит, что омеге может быть плевать на всех вокруг. Неужели он лишь притворяется таким милым и наивным, когда внутри него сидит стервозная сволочь, способная на всё ради своей выгоды? Нет. Нет. Нет. Тэхён не такой, он добрый мальчик, милый, ласковый и хороший. Чимин чувствует это. Любить можно сильно, но не так, чтобы терять разум и совершать безрассудные поступки. Чимину плохо. Больно. Неприятно. Человек, который сломал их жизнь, должен быть навсегда забыт и убит в воспоминаниях, они должны избегать этого чудовища всеми способами, чтобы защитить себя и построить долгожданное светлое и счастливое будущее. Чимин делал всё для этого, чтобы у каждого была беззаботная жизнь, а что сделал Тэхён? Одним мгновеньем разрушил все старания Чимина, Юнги и даже Чонгука. Альфа тоже тот еще дурак. Конечно, Чимин не может винить всех, ведь понимает, на что иногда идут люди ради друг друга, ради взаимной любви и счастья. Любовь эгоистична в каком-то роде, он тоже это понимает, но неужели, чтобы вновь полюбить и стать счастливым, нужно испытать все стороны этого чувства? Неужели, чтобы всплыть на поверхность, нужно задыхаться на дне страданий и вечного страха? Он также задавался вопросом: на что он был бы готов ради любви? Ради Юнги, человека, который делает его дни ярче и теплее? Может ли он вообще называть то, что между ними происходит, таким громким словом «любовь»? Скорее всего, нет. Потому что не готов ещё окунаться в чувства с головой, хотя с каждым разом это труднее сдерживать. Злость на Тэхёна была лишь защитной реакцией. Чимину страшно, и он перегнул палку, отчитывая друга. Но иногда кнут куда полезнее пряника. Вставая с кровати, он решает поговорить с Тэхёном, молчание ведь ни к чему не приведет. Тэхён, на удивление, сидит на кухне за столом и пьёт чай. Ноутбук сломан, работать омега не может, и Чимин чувствует укол вины за свою грубую несдержанность. — Доброе утро, — тут же отзывается омега, заметив Чимина. — Привет, — Чимин отодвигает стул и садится рядом, — давай поговорим? — Давай, — Тэхён убирает чашку с чаем и разворачивается к другу. — Расскажи мне всё от начала и до конца, без вранья, — просит Чимин. — Когда я узнал, что Чонгука арестовали, я сразу решил пойти к Намджуну, — рассказывает Тэхён, борясь со стыдом, глядит прямо в глаза омеге, — просил у него забрать заявление, потому что я хотел помочь, хоть и понимаю, что не могу повлиять на поступки Чонгук-и, но все равно чувствую вину… — слезы наворачиваются на глаза, и он их смаргивает, не давая воли, — тогда Намджун предложил мне сделать минет ему, — смело признается. Чимин сжимает кулаки и прикрывает глаза, медленно выдыхая воздух через нос. Слушать это мерзко и неприятно. Он не представляет, каково же было Тэхёну тогда… — В первую секунду, — продолжает омега, — я хотел убежать, а потом на меня нахлынула такая ненависть к нему, — он вздрагивает и обхватывает себя руками, вспоминая наглую усмешку чудовища, — и я сделал вид, что согласился. Я… — он сглатывает, прикладывая ладошку к горлу, и морщится, стараясь не думать об этом, не вспоминать, но фантомный вкус все же ощущается во рту, и на секунду кажется, что он никогда об этом не забудет, — я укусил его до крови, Чимин, — он снова смотрит на друга, замечая удивленный взгляд, — я так сильно укусил его, я хотел разорвать его, правда, — сдержать себя не удаётся, и он начинает плакать, — я так хотел сделать ему больно. Чимин чувствует, как жжёт его глаза от слёз, и он притягивает Тэхёна к себе, крепко обнимая. — Мне так хотелось, чтобы он за всё ответил, чтобы узнал, каково это, когда больно. Мне так жаль… — Он обязательно получит своё и за всё ответит, — гладя по спине омегу, отвечает Чимин, — но если ты снова сунешься к нему… — Нет, — перебивает Тэхён, — никогда! Прости меня. Прости, что я так повёл себя. Я правда не подумал о тебе и о нём, — он прикладывает ладони к животу и снова плачет. — Успокойся, — просит Чимин, пододвигая другу чашку с чаем, — всё будет хорошо, Тэхён. Но больше никогда не делай так, договорились? — Да, — кивает омега, отпивая теплый чай, — прости. — Ты тоже меня извини. За то, что накричал, и за то, что чуть не ударил. Я очень испугался за вас, ты должен меня понять. — Я не обижался на тебя, — Тэхён обнимает Чимина, целуя его в щёку, и облегчённо выдыхает, когда его обнимают в ответ. — Сейчас самое главное — это твой малыш, понимаешь? Нет ничего важнее. — Я понимаю. Чимин отстраняется, когда слышит входящий вызов и берёт телефон. Кто: Номер скрыт Он хмурится глядя на экран, и отвечает на звонок. — Да? — Чимин, привет. Это Чон Хосок. — О, привет. — Мы можем встретиться, поговорить? — Что-то случилось? — Мне нужны некоторые данные о твоем бывшем супруге. — Ну хорошо. — Давай в том же кафе через час. — До встречи. Он сбрасывает вызов и встает со стула. — Ты куда? — интересуется Тэхён. — Юнги-хён звонил? — Нет, мне нужно по делам, я ненадолго. Кстати, собери ноут, я завезу его в ремонт. Омега кивает и следует просьбе, наконец ощущая, как внутри него разливается спокойствие, а тревога, бушевавшая в груди, начинает утихать. Молчание никогда не было благом, и он очень рад, что наконец-то смог поговорить с Чимином. Тэхён клянётся, что никогда больше не будет делать каких-либо действий, которые могли бы разлучить их. Если бы такое произошло, он никогда бы себя не простил. Чимин — близкий и дорогой ему человек, и омега действительно любит его как друга и старшего брата. Теперь жизнь без него не имеет смысла, Тэхён понял это. Он понял, что на первом месте всегда должны быть близкие, те, кто любит и заботится о нём. Говорят, что любовь требует жертв, но Тэхён больше не собирается быть жертвой. Пришло время становиться смелее и учиться защищать себя. Мысли о Чонгуке не давали ему покоя. Тот разговор в полицейском участке постоянно всплывал в его сознании. Признания Чонгука и их поцелуй, казалось, пробудили в омеге давно забытые и неизведанные чувства. Постепенно страх начал отступать. С Чонгуком всё было иначе, не как с Намджуном. Здесь царило что-то чистое, светлое и искреннее, в отличие от того, что было с тем — грязного, тёмного и фальшивого. Тэхён осознавал, что его сердце наполняется любовью к Чонгуку, и не желал терять такого замечательного человека. Альфа проявлял искренность в своих словах и поступках, и ни одной мысли «против» не возникало. Лишь страх. Страх — липкий и ужасный — охватил омегу, словно холодный ветер, и пробирал до костей. Он понимал, что альфа узнает о его поступке, и ему придётся пережить всё заново. Однако он понимает, что за свои поступки нужно нести ответственность. Собравшись с мыслями, он решает рассказать обо всем Чонгуку, и пусть будет, что будет. Если альфа откажется от него, это станет для него суровым уроком на будущее. Жизнь — это таинственный учитель, который каждый день преподносит нам новые уроки. Проводив Чимина, Тэхён поспешно оделся, взял запасные ключи и телефон и вышел из квартиры. Но не успел он выйти из подъезда, как его сердце учащенно забилось, словно готовое вырваться из груди, а колени задрожали. Перед ним стоял Чонгук, и его взгляд был настолько холодным и пронзительным, что кожа Тэхёна покрылась мурашками от страха. Ему хотелось убежать, но ноги словно приросли к земле. Они молча смотрели друг на друга, пока в один миг Чонгук не схватил Тэхёна и не повел его обратно в их с Чимином квартиру. Чонгук забрал ключи, молча открыл дверь, снял верхнюю одежду и выжидающе смотрел на омегу. — Нам нужно поговорить. Тэхён сглотнул и кивнул, медленно разделся и, словно на ватных ногах, прошёл в гостиную. Чонгук сидел на диване и продолжал испепелять его пронзительным взглядом. — Чонгук-и, — тихо начинает омега, присаживаясь рядом с альфой. — Тэхён, — голос Чонгука звучит как сталь, от чего по спине бегут мурашки. — Юнги-хён заплатил залог, да? — зная ответ, но всё же интересуется. В ответ он слышит лишь тишину и осознает, что альфа не желает обсуждать эти неважные вопросы. Сейчас ему совсем не до этого. Тэхён догадывался, что будет непросто раскрыть свой поступок, но не предполагал, насколько тяжело это окажется. Как же ему надоело бояться! Почему все вокруг запугивают его? Да, Тэхён наивен и в некоторых моментах глуп, но это не дает никому права так унижать его, рычать на него и использовать в качестве груши для битья. Он больше не жертва и не позволит так с собой обращаться. Внезапно внутри него ощущается жар, словно лава, и злость, поднимая нервы, разливается по телу. Он сжимает кулаки, стараясь сдержать себя от истерики. Чонгук должен понять, что не может так себя вести, ведь всё, что сделал Тэхён, было ради него! — Да, я ходил к нему, — смелостью разрушает напряженную тишину, но голос всё же дрожит, — я просил забрать заявление, потому что я хотел тебе помочь. Тебя арестовали из-за меня, Чонгук, разве я мог сидеть и ничего не делать? Разве мог я позволить ему забрать тебя? Чонгук прикрывает глаза и молчит. Он ждёт, когда Тэхён расскажет всё, что было в кабинете ненавистного уёбка. — Он сказал, что заберёт заявление, если, — он кусает губу от волнения, боясь озвучить ту мерзкую просьбу. Он видит, как напряжён альфа, как крепко сжимаются его кулаки, и снова становится страшно, в этот раз за него. Вдруг он снова сорвётся, и тогда уже ничего нельзя будет исправить. Но и молчать Тэхён не в силах больше, каждый должен знать правду, какой бы горькой она ни была, — если я… Если я встану перед ним на колени… И я встал, Чонгук. Альфа резко подрывается с дивана, нервно расхаживая по гостиной. — Ничего не было, — Тэхён продолжает раскаиваться, глядя в пол, — я ничего не сделал. Потому что я понимал, как это ранит тебя, я просто не мог… Тэхён вздрагивает от громкого хлопка входной двери и с горькой усмешкой понимает, что навсегда потерял Чонгука. Слёзы мгновенно собираются в уголках глаз, и он всхлипывает, закрывая ладошкой лицо. Хватит плакать! Хватит нервничать! Подумай о своем состоянии, о своем ребенке, о себе! Никто не достоин твоих слёз! Сделав глубокий вдох, он стирает солёные капельки с щёк и решает больше не думать о том, что способно сломить его. Но дверь снова громко хлопает, и в дверях появляется Чонгук. Он загнанно дышит, глядя на омегу, и в два шага сокращает между ними расстояние, крепко обнимая. — Чонгук… — Тэхён растерянно обнимает его в ответ. — Больше никогда так не делай, — надломлено просит альфа. — Я… — Обещай! — требует Чонгук. Он отстраняется, обнимая ладонями лицо омеги, и смотрит в глаза. — Обещай. — Обещаю, — тихо шепчут в ответ. — Мой маленький, — прикрывая глаза и прижимаясь лбом к чужому, шепчет Чонгук, — что же ты делаешь со мной, а? — Я думал, что смогу помочь тебе… Прости… Тэхён вскрикивает и хватается за плечи парня, когда тот поднимает его на руки и сажает на стол, становясь между его ног. — Это я должен тебе помогать, только я во всём виноват, Тэхён, — опаляет горячим дыханием чужие губы, — не смей думать иначе. Прости меня, — он наклоняется, оставляя лёгкий поцелуй на щеке, и смотрит в глаза, гладя большим пальцем скулы омеги, — прости меня, Тэхён-а. Я так скучал. — Я тоже скучал, — шепчет тихо в ответ и прикрывает глаза, когда его начинают жадно целовать. Страх постепенно уступает место умиротворению. Тело, нежно обнятое и согретое ласковыми прикосновениями, не ощущает холода. Сердце в груди словно стремится к другому сердцу, чтобы слиться с ним в одно целое. — Я, кажется, люблю тебя, Тэхён. — Что? — выкрикивает омега, удивлённо раскрывая глаза. — Можешь не отвечать мне взаимностью, — он улыбается, чмокая омегу в кончик носа, — я буду ждать сколько потребуется. Просто знай, — он берёт его руку, прикладывает к своей груди, — ты уже здесь. И моё сердце бьётся для тебя одного. Тэхён кусает губу, пряча смущённую улыбку, и утыкается альфе в грудь. Даже если звёзды были неправы, и их знаки не подходят друг другу. Чонгук уверен, что никогда не откажется от своего маленького Скорпиончика. После разговора с Юнги его жутко трясло. Хотелось поехать не к омеге, а в офис Кима и разнести там всё, убить его голыми руками, задушить, заставить чувствовать себя самой никчёмной и последней мразью на свете, но он вовремя успокоился и решил сначала услышать всё от Тэхёна. Слушать было неприятно, и он, как и ожидалось, не сдержался, вышел из квартиры перевести дух, чтобы не напугать своими резкими действиями омегу. Но оставить своего любимого одного просто был не в силах. Знал, что тот плачет, что накручивает себя и топит в вине от своего поступка. Чонгук не мог позволить гнобить себя Тэхёну. Он вернулся, чтобы утешить, чтобы дать понять, что он рядом, что любит и не оставит одного. Чонгук не знает, как пройдёт судебное заседание: будет ли он освобождён или всё же получит срок. Если им и придётся расстаться с омегой, это будет лишь временно, пока сын господина Чон не поменяет их с Намджуном местами. И когда наконец всё встанет на свои места, он начнёт действовать и воплощать в жизнь свои планы, чтобы сделать Тэхёна счастливым. Любовь требует большого терпения, и им придётся пройти через это вместе. — Ты голодный? — интересуется Тэхён спустя пару минут уютного молчания. — Очень, — честно признается альфа. — Я сейчас что-нибудь приготовлю, — омеге помогают спуститься на пол, но из объятий не спешат выпускать. — Ты такой красивый, Тэхён, — теряя голову от чувств, признается Чонгук, — самый невероятный человек, которого я когда-либо встречал. — Хватит, — смущенно пищит омега и опускает взгляд, чувствуя, как горят щеки. Чонгук приподнимает его лицо пальцем за подбородок и прижимается к губам, Тэхён тут же отвечает, вплетает пальцы в мягкие волосы альфы и сжимает, чувствуя чужие руки на своей талии. Он прижимается теснее всем телом. Поцелуй выходит шумным и глубоким, что ноги подкашиваются. Ведь они так скучали, нуждались и желали друг друга. Они не могут остановиться. Чонгук вновь усаживает омегу на стол, не переставая нежно целовать его. Забравшись рукой под футболку, он с наслаждением ощущает мягкость бархатистой кожи под своими пальцами и тихо стонет в губы. Слегка отстранившись от губ, он тяжело дышит, облизываясь, и смотрит в глаза Тэхёна, чувствуя, как тот дрожит. — Если Чимин увидит, что я сижу на столе, он будет ругаться, — улыбается омега. — Я не дам тебя в обиду, — усмехается Чонгук и снова прижимается к губам. — Или купишь новый стол, — хихикает Тэхён. — Всё, что угодно, сделаю ради тебя, маленький.

♡

— Ты ради этого меня сюда позвал? — усмехается Чимин. — Да, и хотел выпить кофе, — подмигивает Хосок и улыбается, откидываясь на мягкий диванчик, — разве не прекрасный повод? — Я, конечно, очень рад, но мы могли бы обойтись звонком, — коротко улыбнувшись, Чимин встает с диванчика, но его хватают за руку. — Сейчас принесут напитки, останься ненадолго. — На двадцать минут, — все же соглашается омега. Он садится обратно, не совсем понимая, зачем прокурор позвал его сюда. Зачем лично рассказывать о том, что он нарыл достаточно информации, чтобы упечь бывшего в тюрьму? Чимину не интересно на самом деле всё это, ему просто хочется быть в спокойствии и безопасности. — Дело с Тэхёном будет также рассмотрено в суде, а заявление на Чонгука никак не поможет положению Кима, поэтому я думаю, Чона скоро отпустят. — Сонхи очень помогла, сдав своего босса, предоставив договоры, в которых также заинтересовались в налоговой. Дурочка не понимала, что делала, и это было на руку Хосоку. — Это действительно отличная новость, — кивает Чимин, — я бы хотел наконец-то почувствовать себя в безопасности. — Я понимаю, — улыбается Хосок, — и всё для этого делаю. — Почему ты не позвонил Юнги? — Разве его это как-то касается? — выгибает бровь альфа. — Представь себе! Он полицейский. — И что? — не понимает Хосок и усмехается. — Он помог мне, предоставил все данные, дальше я разберусь сам. — Думаю это не очень красиво, — фыркает Чимин. — Да ладно тебе, — усмешка с губ так и не сходит, что слегка начинает раздражать омегу. — Хочешь, расскажи сам, — пожимает плечами Хосок, — но в кафе я хотел сходить с тобой. Это что ещё за новости? Чимин нахмурился, ощутив неприятный спазм внутри. Конечно, Хосок отлично справился с работой, но сейчас он что, пытается флиртовать? — Ты флируешь со мной? — Да, — широко улыбается Хосок. Чимин не сдерживается, начиная хохотать в голос. — В чем дело? — недовольно сдвинув брови, интересуется прокурор. — Ты пытаешься засадить моего бывшего в тюрьму и флиртуешь со мной, вот в чём дело, — усмехается Чимин, — давай прекратим это всё. — Почему я не могу этого делать? — удивляется Хосок. Он встретил милого молодого человека, который ему понравился, и почувствовал к нему интерес. Разве в этом есть что-то странное или необычное, как считает омега? — Извини, но мне это не интересно, — Чимин встает с диванчика, в это время официант подносит напитки, он забирает свой кофе, оставляя на столе за него деньги, — моё сердце уже занято, — и выходит из кафе. Что с этими альфами случилось, как с цепи сорвались, увидев разведенного омегу. Чимин снова смеётся. Чон Хосок неплохой и вполне симпатичный молодой человек, но сердце тянется к другому. Милому, доброму и замечательному полицейскому. — И кем же, интересно, оно у тебя занято, не Мин Юнги случайно? — усмехается Хосок.

♡

Юнги потягивается и зевает, бросая взгляд на время. От рабочего дня прошло всего ничего, а он уже безумно устал. Хочется в отпуск, и альфа думает, что возьмёт пару недель, как только завершит дело с Ким Намджуном. Сегодня как раз в участок должен приехать прокурор Чон Хосок обговорить некоторые моменты. У них практически всё готово, осталось доложить капитану, и можно будет начинать операцию по захвату этого заносчивого бизнесмена. Чимин с утра молчит, видимо, у него появились свои дела, альфа очень надеется увидеть его сегодня и поужинать вместе. Сына забирает Чонгук, значит, пару часов Юнги свободен. Он всё думал признаться в своих чувствах и не тянуть. Разъяснить наконец-то, кто они друг другу, и стать парой. То, как они относятся друг к другу и как ведут себя, уже можно считать самыми настоящими отношениями, но Юнги важно поговорить об этом. Вдруг Чимин не готов, альфа не станет спешить и оставит всё как есть до момента, пока его не попросят. Весь в предвкушении он пишет омеге сообщение и зовет на ужин, и Чимин не заставляет себя ждать, отвечает моментально согласием, заставляя Юнги улыбаться, словно сумасшедшему. — Здрасти, — в кабинет беспардонно входит Хосок, — не помешал? Юнги вздрагивает, совершенно не ожидая посетителя так рано. Он замечает, что прокурор не в духе, и внутри поселяется некая тревога. Неужели снова проблемы с этим Кимом? — Привет, как дела? — Не важно, — отмахивается Хосок. — В общем, заявление подано, налоговая собирает документы, и мы ждём ордер на обыск. — Отлично, надеюсь все пройдёт гладко. — По-другому не работаем, — усмехается Хосок, — Залог за Чона внесен? — Да. — Пусть пока не суется никуда, сидит тихо. Если нужен будет, мы сообщим. — Без проблем. У тебя всё нормально? — хмурится Юнги. — Всё круто, ходил с Чимином на свидание, — улыбается прокурор, и Юнги замирает от услышанного. Что? Какое свидание? С Чимином? С его Чимином? — С Чимином? — переспрашивает альфа, — с… — Да, — перебивает Хосок, — с Пак Чимином, — снова усмешка, — а что, он разведен и дьявольски красив, блять, — он мечтательно вздыхает и прикрывает глаза, — я бы его… — Я понял, — грубо перебивает Юнги, — мне работать нужно. Давай в другой раз. — Без проблем, — Хосок встает со стула и выходит из кабинета. Юнги молча смотрит перед собой, пытаясь переварить информацию о свидании Хосока и Чимина. Что за хрень нёс этот Чон? Какое, нахрен, свидание, если омега… Стоп, он поэтому на связь не выходил так долго? Или что… Да не может быть этого! Он мотает головой, прогоняя тревожные мысли, но внутри всё неприятно сжимается лишь от мысли, что Чимин мог действительно сходить на свидание. Стараясь себя не накручивать, он решает прямо сейчас увидеться с омегой, чтобы удостовериться, что прокурор просто пофантазировал на этот счёт. Стоя перед дверью квартиры омеги, его слегка потряхивает. Обвинять омегу он не будет, да и, скорее всего, не имеет права, но деликатно поинтересоваться всё-таки обязан, иначе спокойно спать точно не сможет. Чимин открывает ему с широкой улыбкой и набрасывается с крепкими объятиями, как всегда это делает. Говорит, что скучал, и целует первый, всё так же сладко и вкусно. — Привет, проходи скорее, — он тянет его за руку в квартиру и закрывает дверь, — Тэхён с Чонгуком уже ушли, сказали, что хотят погулять, а после заберут Чимни из сада. Может, посидим сегодня у нас все вместе? — гладя щеки альфы и целуя его в губы, лепечет воодушевленно. — Ты чего такой радостный? — улыбается Юнги, чувствуя, как внутри всё дрожит от волнения. — Ты издеваешься? — смеётся омега. — Ты такой сюрприз мне сделал, как я могу не радоваться? — он обнимает альфу за шею и снова прижимается к губам. — Спасибо тебе, они очень красивые. — О чём ты? — хмурится альфа. — Юнги, — Чимин бежит на кухню и несет оттуда букет из белых роз, — я об этом! Курьер принес. — Что это? — внутри всё медленно рушится, и Юнги еле удаётся держать себя в руках. — Цветы, Юнги! От тебя! — улыбается Чимин, принюхиваясь к букету. — Я не дарил тебе цветов. — В смысле? — улыбка тут же меркнет, когда он замечает недовольный и хмурый взгляд, — а от кого… — Ну, может, от того, с кем ты на свидании сегодня был? — нервно посмеивается альфа. — Чего? Какое свидание? — не понимает Чимин. — Чимин, что за цирк? — усмехается Юнги. — Это я тебя спросить должен! — Чимин смотрит в глаза альфе, чувствуя, как начинает заводиться от этого разговора. Его в чем-то пытаются обвинить сейчас? — Какое свидание?! О чем ты? — О вашем свидании с прокурором Чон Хосоком. — О господи, — Чимин облегчённо выдыхает и улыбается, — это ерунда, он позвал меня на кофе и, типо, поговорить о деле Намджуна, — он убирает цветы на полочку и подходит к Юнги, но тот делает шаг назад. — Это не ерунда, — недовольно рычит альфа. — Ты чего так завелся? Я тебе сказал, что это не свидание было! — А это не цветы, да? — кивает на букет. — Так, Юнги, давай прекратим, — перебивает Чимин. Ему не нравится всё, что сейчас происходит. Альфа молча разворачивается и открывает дверь, но ему не дают выйти. — Совсем с ума сошел? — Чимин, мы взрослые люди, и я не собираюсь играть с тобой в игры. — Ты ведешь себя сейчас не очень-то по-взрослому. Ты слышишь, что я говорю тебе? Это не было свиданием! С чего ты вообще это взял? — Он сам мне сказал. — О, и ты поверил, да? — но в ответ молчат, и Чимин чувствует, как раздражение поселяется в каждую клеточку тела. Да как он, блять, смеет обвинять его? — Я понимаю, что мы не обсуждали, что между нами, и ты имеешь право ходить с другими… — Пошёл вон, — жестко перебивает Чимин. Юнги удивлённо смотрит ему в глаза, видя блеск обиды и нескрываемой злости. — Чимин, посл… — Пошёл вон, я сказал, — холодно глядя в глаза, требует Чимин и открывает дверь. Не желая сейчас видеть альфу. Юнги лишь кусает губу и выходит из квартиры, уже жалея обо всём, что успел наговорить. Вот и признался в своих чувствах, идиот!