Убийственные сожители

— Давай повторим еще раз, — Эрик вздохнул и потер переносицу. Конечно он знал, что научить ребенка хорошо рассказывать выдуманную историю о его же собственной жизни будет намного сложнее, чем саму историю, собственно, придумать. Но сделать это было необходимо. Время после Нового Года пролетело незаметно, и теперь до школы оставались считанные дни. — А почему нельзя рассказать правду? — Рина правда не понимала, зачем ей все это помнить. Эрик попытался объяснить еще раз: — Потому что так нельзя. Никто не должен знать, как было на самом деле, — молодой человек прекрасно понимал, вряд ли это проясняет хоть что-то. Но как рассказать, не наболтав лишнего при этом, не знал. — Попробуем еще раз? Рина кивнула соглашаясь. На самом деле, хоть запоминание и давалось ей сложно, происходящее казалось весьма интересным. — Как тебя зовут? — тренировка заключалась в том, что Эрик задавал разные вопросы, которые могли бы задать в школе, а Рина должна была отвечать согласно легенде. — Ринари. — Ну а фамилия? — Мане… Мон… Не помню… — вздохнула девочка. — Монтрей, — напомнил Эрик. — А почему? — Потому что это моя фамилия. А теперь и твоя. Так, всё, не отвлекайся. Сколько тебе лет? — Восемь. — С кем ты живешь? — самый опасный вопрос. Рина от такого вновь растерялась. — Со всеми вами… Эрик вздохнул. — Да нет же… Ну, вернее, да, живешь с нами, но отвечать должна другое. Вспоминай, я говорил уже. — С братом?.. — неуверенно предположила Рина. Эрик кивнул. — Молодец, правильно. — Но ты ведь мне не брат… — поскольку ей так и не объяснили, почему необходим обман, вопросы каждый раз были одинаковые. — Не брат, — согласился Эрик, несмотря на то, что это, вероятно, продолжало путать девочку, — Но другие должны думать по-другому. Тут на кухню заглянул Марк. Постояв несколько десятков секунд в дверях, он понял, что происходит и усмехнулся. — Мозги ребенку промываешь? — Нет, я лишь слежу за тем, чтобы мы все были в безопасности, — раздраженно отозвался Эрик. — Посредствам промывания мозгов, — не очень дипломатично подытожил за него Флинт. — Ты вообще че пришел? — Эрику хотелось побыстрее его спровадить. Марк пожал плечами и заглянул в холодильник. — Да так, убиваю свободное время. Ну, если ты разумеется знаешь, что это такое. Рина наблюдала за сценой молча. Как она уже успела заметить, здесь у всех были очень разные отношения. Например, Эрик с Марком друг друга вроде как недолюбливали, пусть они не ругались, но Флинт постоянно так и сыпал всякими подколами и шутками, что Эрика явно очень раздражало. Жан на Марка чаще всего просто не обращал внимания, пока тот не доставал гитару, разумеется. С Мелиссой хорошо общались все. А вот у Жана с Эриком все было очень странно, Рина до сих пор не поняла, как именно. С одной стороны, они практически не разговаривали, но зато очень часто проводили время в одной комнате молча и как бы совершенно случайно. Самая частая и загадочная сцена была такова: Эрик сидел на кухне, вчитываясь в какие-то свои бумажки, приходил Жан и начинал долго-долго заваривать чай. Медленно ставил чайник, еще медленнее искал сам чай, хотя даже Рина уже запомнила, где он лежит. А потом очень долго ждал, оперевшись спиной на столешницу, пока он завариться. И все это время поглядывал на ничего не замечающего Эрика. Когда ждать дольше было уже просто невозможно, Жан брал чашку и вроде собирался идти к себе, но тут как бы внезапно отвлекался на телефон, ставил чашку Эрику и просто уходил без нее. Монтрей замечал далеко не сразу, минимум через две трети часа, когда чай уже был совершенно остывшим и вряд ли вкусным. Эрик недоуменно оглядывался по сторонам и всегда этот злополучный чай выпивал. Если бы подобное произошло всего раз, то Рина, вероятнее всего и вовсе не заметила. Но это повторялось удивительно часто, уж точно не реже двух-трех раз в неделю.

***

Перед тем как начать ходить в школу постоянно, помимо кучи бумаг и документов, ребенку требовалось пройти что-то вроде собеседования. Чистая формальность конечно, но Эрик волновался даже больше Рины. Ведь, в отличает от обычных детей, для нее это что-то вроде экзамена, где ни в коем случае нельзя ошибиться. Большую часть дороги до школы девочка молчала лишь с интересом рассматривая все, что попадалось на пути. Внезапно, у нее появился очень важный вопрос: — А что будет, если я все перепутаю, и все узнают что мы врем? — по правде говоря, чем страннее все становилось, тем сильнее в ее глазах походило на удивительную игру, но, все же, хотелось понять возможные риски. Эрик не сразу нашелся с ответом. Откровенно врать не хотелось, но и обнадеживать слишком сильно тоже не стоило. — Сложно сказать, — все же сознался он. — Ситуация получиться неудобная, но, думаю, я что-нибудь придумаю. Голос молодого человека звучал достаточно уверенно, и Рину это успокоило. Она перевела свой взгляд на проезжающие мимо автомобили. — А ты умеешь ездить на машине? — еще один необычный вопрос. Когда, Эрик, все же, его понял, то удивленно поднял брови. — А почему спрашиваешь?.. Рина неуверенно пожала плечами и ничего не сказала. Но явно все еще хотела получить ответ. Эрик покачал головой. — Нет. Девочка удивилась. Почему-то она ждала услышать обратное. — Правда? А почему?.. Самых разных причин было просто море. Но ведь это просто болтовня с ребенком, так? Нет смысла как-то особенно серьезно отвечать на такое, достаточно обще удовлетворить чужое любопытство. — У меня никогда не было времени учиться, — «и денег тоже», но этого Эрик добавлять уже не стал. Может, девочке и показалось, но почему-то она была абсолютно уверена, что расслышала в чужом голосе нотки разочарования.

***

— Пришли, — сказал Эрик, когда наконец открыл калитку, ведущую на школьный двор. —Все помнишь? Рина постаралась вложить в кивок всю свою уверенность. Эрик тоже кивнул. — Тогда пошли. Около охраны их уже ждала женщина со строгим каре, у корней которого виднелась не закрашенная седина. Классная руководительница одного из первых классов. Лингвист, почему-то оставшийся работать в начальной школе. Учитель Люсин, пятьдесят три, в браке почти двадцать лет, есть сын и дочь с разницей в семь лет. Вообще, выяснять все это было абсолютно не обязательно, но Эрик слишком нервничал и просто не смог удержаться. Даже лишняя информация, по крайней мере, точно не помешает. Женщина поздоровалась с Эриком, а потом улыбнулась Рине. — А ты у нас, должно быть, Ринари? — голос звучал весьма мягко и приветливо, но что-то в незнакомке девочке сразу не понравилось. — Да. Рина поняла, что забыла поздороваться только тогда, когда все трое уже зашли в класс. Учитель Люсин пригласила всех сесть. — Для начала, представься, пожалуйста, — попросила она девочку. — А… Я… — из-за нервов смысл сложных слов доходил очень сложно. — Расскажи о себе, — не удержался и подсказал Эрик. Учительница улыбнулась. — Господин Монтрей, очень прошу вас дать мне побеседовать с девочкой самой. — Да, простите. — Молодой человек сам не знал почему, но чувствовал себя здесь жутко некомфортно. Но Рина успела воспользоваться подсказкой. — Меня зовут Ринари Маль… Монтрей. Учительница кивнула. — Очень приятно. А скажи, кто это? — женщина кивнула на молодого человека. Рина даже растерялась, но ответила быстро, пусть и неуверенно: — Эрик… — она ведь совершенно точно помнила, как он только что представился. Так почему теперь ее об этом спрашивают? Однако, думать об этом было некогда, собеседование продолжилось: — А кто он тебе? — Брат, — пожалуй, Рина ответила даже слишком твердо. Учительница улыбнулась. — Вы живете вдвоем? — Да… — тут уверенности в голосе уже поубавилось. — Хорошо, а теперь скажи, пожалуйста, какое сейчас время года? — Зима. — Верно. А ты вообще хотела бы ходить в школу? Рина закивала. — Да, очень! Учительница довольно пометила что-то в блокноте. Дальше шли довольно типичные вопросы и просьбы, вроде показать право и лево или посчитать от одного до десяти. Но в какой то момент прозвучал очень неожиданный вопрос: — А ты знаешь, кем работает твой брат? Рина замерла. Время потребовалось не только на то, чтобы задуматься над ответом, но и на то, чтобы вспомнить, кого она называла братом. Долгое молчание учительница расценила как незнание и перевела взгляд на Эрика, но ничего не сказала. После еще пары вопросов она попросила Рину немного пождать за дверью. — В целом, девочка не глупая, но почему вы не привели ее в начале года? На это ответ был готов, пусть и не блестящий. — Из-за работы и некоторых семейных обстоятельств я не смог бы никак ей помогать. Теперь все уладилось и было бы нехорошо отстать на целый год. Женщина понимающе кивнула. И задала новый вопрос, уже наверняка из чистого любопытства: — И все же, кем вы работаете? Ничего ни на лице, ни в голове Эрика не могло выдать бушевавшего волнения. Повисла совершенно лишняя пауза. Надо было срочно сообразить. — Я… Бухгалтер в небольшой компании. Глаза женщины странно прищурились, взгляд будто пронизывал насквозь. Это нагоняло панику, но, вдруг, учительница просияла. — Вы, можете мне не верить, но я сразу так и подумала. Эрик нервно усмехнулся. Пронесло. Уладив еще некоторые вещи, молодой человек вышел из класса и посмотрел на Рину, она нервно переминалась с ноги на ногу. Эрик не стал ничего говорить и просто повел ее за собой. Только когда они отошли от школы, он радостно положил ей руки на плечи и сообщил: — Ты умница! Нам поверили. Девочка просияла от счастья. Тепло от этих простых слов приятно разлилось по телу. Рина ничего не сказала, но для себя решила твердо: она все сделает, чтобы услышать это еще хоть раз.