Ты — всё, что мне нужно

      Чимин стоял около кондитерской и рассматривал ассортимент. У него слюнки текли на прекрасные маленькие эклеры. Омега уже представил, как нежное пирожное тает на языке. — Ну, и долго ещё будем стоять на улице и мерзнуть, Мин Чимин?       Насмешливый голос мужа заставил омегу от неожиданности ойкнуть и схватиться за протянутую руку. — Юнги-хён.       Альфа всё никак не мог привыкнуть, что его муж превращался в самую сладкую булочку, когда хотел чего-то, а попросить боялся. И это очень печалило мужчину. Внешне они всем казались самой любящей парой, но оставаясь наедине, Юнги так и не мог достучаться до сердца Чимина. Альфа думал, что его забота смогут залечить несчастное сердце, но шрамов было слишком много. — Чего хочет моя беременная радость? — Юнги отогнал в сторону непрошеные мысли и взял холодные пальчики мужа, согревая их своим дыханием. — Мы… я могу купить себе парочку эклеров? — Чимин-а, у меня на карте денег на целую кондитерскую фабрику и маленькую палатку, а твоя карта привязана к моей. Ты без проблем сможешь купить всё, что захочешь ты и наш кроха.       Альфа уверенно накрыл своей широкой ладонь очаровательный животик, который даже в теплом пальто был заметен. — Только единственное не бери кофе, помни, что у тебе давление, и кофеин тебе нельзя. Возьми шоколад или какао. — Давай ещё возьмем твои любимые круассаны и посмотрим тот детектив, про который ты говорит позавчера? — Отличный план.       Альфа прижал мужа и поцеловал его в макушку. Чимин отказывался носить шапку и лишь иногда закидывал на голову шарф, при этом забавно фыркая, но слушаясь мужа, который заботился о его здоровье. Юнги смотрел, как Чимин делал покупки, и в его сердце теплилась надежда. Омега помнил, что он говорил про фильм, знает о его любимой сладости, может для их ещё не все потеряно? И когда-нибудь Чимин протянет ему раскрытую ладонь без тени страха.

***

      Юнги сегодня пораньше смог вырваться с работы и приехал домой. Около двери был концентрированный аромат сладкой мимозы, и это удивило альфу — не случилось ли чего с Чимином, мелькнула первая мысль у него. И открыв дверь, он понял, что так и было. На пуфике около входа в квартиру сидел Чимин и размазывал слёзы по своим пухлым щёчкам. — Боже, Чимин-а, что случилось? Почему ты плачешь? Что-то болит? Юнги сразу опустился перед мужем, и обеспокоенно осматривал его с ног до головы. — Как я могу тебе нравиться? — Что? — Посмотри на меня, я одно ходячее недоразумение! Я не могу даже обувь снять! — горько бросил омега и снова начал лить слёзы.       Альфа постарался скрыть свой смех, чтобы ещё больше не печалить мужа, и понял, что случилось. Чимин был уже на седьмом месяце, на дворе была зима и обувь они купили для омеги на шнуровке. Юнги предлагал ему более удобный вариант, но красота взяла вверх. Нет, сама обувь была отличная, но с достаточно большим животом Чимину было очень тяжело справляться со шнуровкой. Вот бедный омега и сидел в коридоре и никак не мог развязать шнурки. Рядом валялась теплая крутка, перчатки, шапка и шарф, но вот ботинки… Юнги с улыбкой аккуратно развязал злосчастные шнурки, а после взял худенькую ножку Чимина, поддёрнул носочек, чтобы не свалился, и надел на ножки мужа тапочки. — Не надо переживать, скоро ты снова будешь стройным омегой и об этом моменте, когда ты был пухленьким и кругленьким, мы будем вспоминать только по фотографиям.       Альфа поцеловал животик своего мужа, а потом его носик. И это было так мило, что Чимин вспыхнул нежным румянцем. — Ты лучший муж в мире, Мин Юнги. — И как лучший муж я приготовлю нам ужин. Что хочешь? — Вообще-то я уже приготовил стейки и салат. А в магазин выходил за фруктами. — Боже, ну и кто самый лучший муж в мире.       Чимин забавно поморщился и чмокнул Юнги в щёку. — Раздевайся, я пока накрою на стол, мой рыцарь злобных шнурков.       Альфа лишь покачал головой, а на кухне один беременный омега ещё пару минут пытался успокоить заполошно-бьющееся сердце. Он сам не понял когда и как, но он впустил в своё сердце Юнги и теперь не знал как быть с теми чувствами, что будил в нем его красавец муж. Может в этот раз стоило рискнуть и поддаться чувствам.? Ответа на этот вопрос не было, а вот заботливые руки на его округлом животике уже были, и они дарили поистине прекрасное чувство, что завтра у него, Чимина, будет прекрасным. Так может стоит рискнуть?

***

      Чимин проснулся ночью от странной боли. Та не была похоже на то, что он испытывал раньше. Немного покрутившись, он всё-таки включил ночник и сел на кровать, стараясь не потревожить мужа. Но как бы омега не старался быть тихими, резкая боль пронзила всё его тело и он невольно застонал. —Чимин-а, что случилось? — Болит… — Что болит? — Мне кажется, мы рожаем… — прошептал омега немного испуганно. — Кажется или рожаем? — Я не уверен, может быть это ложные схватки? — Так, спокойно.       Юнги быстро растёр лицо руками, разгоняя остатки сна, и сел рядом с мужем. Как старший, как альфа и как врач, он был более собранным, а потому сразу осмотрел мужа и понял, что им нужно ехать в больницу. — Чимин, собираемся, поехали в больницу. — Я не хочу. Слушай, а давай ты договоришься со своим сыном, и мы отложим роды? А? — Договорюсь? — Ну да… я не готов. Совсем… — Чимин-а, ты прекрасно прошёл курсы молодых родителей, ты прочитал за время беременности столько медицинской литературы, сколько студенты в университете за четыре года не изучают. Ты молодой, здоровый, крепкий омега, я рядом буду с тобой, я же врач. — Клянись на мизинчиках.       Альфа успел поклясться аккурат перед схваткой. А потому Чимин на редкость быстро оказался сидящим в машине и едущим в больницу рожать.       Будущий малыш Мин явно спешил в новый мир, а потому не прошло и часа, как Чимина уже переводили в родовой зал. Юнги всё это время был рядом и помогал мужу как мог. — Юнги, а если со мной что-либо случится? — Ничего с тобой не случится, Чимин, всё будет хорошо, — перебил его альфа. — Нет, Юнги, пообещай мне кое-что. — Что? — Если со мной что-то случится, ты воспитаешь нашего ребёнка. — Чимин, во-первых, с тобой ничего не случится, а, во-вторых, конечно, я не брошу нашего малыша. Я знаю, что ты сейчас не готов услышать от меня такие слова, но Мин Чимин, я хочу, чтобы ты знал, что я действительно люблю тебя, ты тот самый омега всей моей жизни, с которым я хочу гулять по пляжу на Чеджу в свои девяносто пять лет и кормить чаек. — Юнги-а… — Я знаю, что твоё маленько сердце всё ещё в шрамах, но я не перестаю верить, что я и моя любовь когда-нибудь излечит их все. Я буду ждать того часа, когда ты сможешь принять мои чувства, мою любовь. Неважно сколько это займет времени, года, два или всю мою жизни, но я готов к этому. А теперь ты сосредоточишься на дыхании и давай подарим жизнь нашему малышу. — Ой… — Что такое? — А мы же так и не решили, какое имя ему дать. Ты — отец, а я жду альфу. Это твоя обязанность придумать ему имя. — Хорошо, пока ты будешь рожать, я что-нибудь придумаю. — В смысле что-нибудь? Это должно быть красивое имя! Ой… — Чимин-а? — А мы ещё твоим родителями не сказали. — Не переживай, я позвоню родителям и сообщу, что они без пяти минут дедушка и бабушка.       На этом омегу забрали, а Юнги остался собирать себя по кусочкам. При муже он, конечно, не думал паниковать. Но одно дело когда рождается чужой ребенок, а тут твой. Но альфа смог собрать себя и набрал родителям. Те приехали быстро и застали своего сына, залипшего в телефон. — Юнги, как ты можешь быть таким?! У тебя ребенок на подходе, а ты в игрушки играешь! — возмутилась мать почти отца. — Что думаешь об имени Ши Юн? Мин Ши Юн? — Вы что, с именем до сих пор не определились?! Юнги! — Ну вот… да? — Ничего доверить нельзя тебе.       Дживон посмотрела на сына, а тот лишь нагло улыбался. — На, держи список, потом обсудишь с Чимином. Не хватало его после родов допекать ещё странным выбором имени. Ему и так всю работу делать. Надеюсь, с ним всё будет хорошо. — Мама, хоть ты не начинай, ей богу. Сначала я мужа успокаивал, а теперь ещё и тебя. Мы получим здорового Чимина, здорового Ши Юна, и мы будем жить очень долго и очень счастливо — Всё, всё, молчу.       Все ждали появление врачей, но по прошествии нескольких часов, так и никто не пришел к ним. — Юнги, может узнать почему так долго? — обеспокоенно спросил уже отец альфа. Но тут к ним пришел врач, который выглядел не самым счастливым. Это заставило всех слушать врача с замиранием сердца. — Доктор? — Сразу хочу сказать, что с малышом все в порядке. Альфа, 3750 кг. 52 см. — А мой муж? — Он… он в реанимации. — Что? Но как? — Во время родов возникли осложнения, и он потерял много крови. Нам удалось его стабилизировать, его жизни ничего не угрожает сейчас, но пока он побудет в реанимации под наблюдением. К нему пока нельзя, предвидя ваш вопрос. — А малыша мы можем увидеть? — Он для перестраховки эту ночь проведет тоже в кувезе, а завтра конечно. Самое главное, сейчас ни жизни папы, ни малыша нет угрозы, мы просто хотим перестраховаться. — Спасибо. — Пожалуйста.       Врач кивнул родным и ушел. — Юнги.       Дживон села рядом с сыном, который опустился на диванчик, и положил голову на сцепленные руки. — Поезжайте домой, а я тут останусь. — Может, стоит и нам остаться? — Нет, вас никуда не пустят, а я попробую как врач посмотреть на Чимина и малыша. А когда их переведут сюда, то вы будете им нужны. — Хорошо, милый. Но если вдруг что — сразу звони. — Хорошо, мам.       Юнги смотрел, как его семья уходит и мечтал сейчас пойти и выкурить сигарету. У него впереди будет не самая легкая ночь, но он надеялся на лучшее.

***

      Дживон приехала в больницу с надеждой увидеть Чимина. Омегу перевели из реанимации в обычную палату, но пока над ним и малышом как коршун вился Юнги, рыча на всех и вся вокруг. Максимум, что смогли увидеть родители альфы это фото внука, и они были в шоке от того, насколько ребёнок Чимина оказался похож на Юнги. Если бы Дживон верила в мистику, то решила, что это какая магия.       С другой стороны, а почему бы и нет? Юнги был мужем для Чимина и отцом его малыша и получить свою маленькую копию — что ж, это отличный бонус для их семейной жизни. Старшая омега приняла выбор сына, и не думала им мешать. Мало ли что Чимин сирота и без денег. Зато Дживон видела, как Чимин относится нежно к её сыну, заботится о нём, и совершенно не похож на инфантильного и меркантильного парня. Да и её холодный сын после брака стал выглядеть как живой, а не оживший зомби. Так пусть они будут счастливы оба, они того заслужили.       Она уже собиралась идти в палату, но решила пройти мимо отделения с новорождёнными, чтобы посмотреть на своего внука. — Мин Чимин, какого чёрта ты здесь делаешь!       Омега, которого застали около бокса, поморщился от командного голоса свекрови. Он схватился за стойку с капельницей и обернулся. — Тебя только что вытащили из того света! Так какого чёрта ты стоишь здесь, а не лежишь в палате?! Куда Юнги смотрит? — Но я хотел посмотреть на сына. — Всё с ним хорошо, неугомонный. Медсестра его принесёт тебе. Ну, ей богу, Чимин-а, как можно так относиться к своему здоровью? Ты только что родил, тебе лежать надо, а не бегать по больнице, тем более с капельницей. — Но я чуть-чуть, честно. Посмотрите какой маленький.       Дживон подошла к мужу сына и тоже посмотрела на младенца. Омеги немного постояли рядом, наблюдая за малышом, но старшая госпожа Мин всё-таки решила отправить Чимина в постель. — Так, а теперь пошли в палату, я попрошу, чтобы нам принесли нашего мальчика, и мы его посмотрим вблизи. — Какая милота.       Неожиданный голос заставил двух омега вздрогнуть. — Простите? — Зря радуетесь! Очень скоро, это исчадие ада будет орать и не давать вам спать. — Простите, а вы это к чему? — Ненавижу, всех ненавижу!       Незнакомка неожиданно метнулась к Чимину и собиралась уже ударить его, но её руку перехватила Мин Дживон. — Ты что себе позволяешь? Если ты родила, значит всё можно? — Нечего радоваться! Пусть также как я льёт слёзы!       Незнакомка стала намеренно выпускать яркий и удушающий феромон ладана, отчего Чимину стало плохо и тот закашлял. — Ах ты зараза! Дживон схватила нападающую и отвесила ей звонкую пощёчину. — Что тут происходит? Отпустите мою дочь!       К компании подбежала женщина и врач, который попытался понять, что произошло. — Если вы не можете следить за своей сумасшедшей дочерью, так наймите ей сиделку, — госпожа Мин оттолкнула в руки матери полубезумную дочь, которая притихла. — Это она что тут устроила! Мой ребенок только что родил, и эта хамка на него напала, ещё и своим феромоном тут чадит. Имейте ввиду, я накатаю жалобу и на больницу, и на вас. — Простите, моя дочь… действительно не совсем здорова. — И что? Это её делает какой-то особенной? Посадите её рядом с собой и пусть чадит у себя в палате своим ладаном!       Женщина тут же увела девушку с глаз долой, а врач принялся извиняться перед семьей Мин. Дживон приняла извинения, обняла Чимина и повела его в палату, желая закрыть тему. Итак бедному омеге досталось. — Как ты, детка? Она сильно напугала тебя?       Ворковала свекровь над своим чадом, устраивая Чимина поудобнее. — Мама… — Что такое птенчик? Ну чего ты плачешь? Всё же хорошо, тебя никто не обидит. И я буду рядом. — У меня никогда не было мамы. Я впервые почувствовал сегодня, что у меня есть она. — Ох, малыш, — Дживон опустилась рядом с Чимином и крепко прижала его, шепча что-то успокоительное, а тот крепко прижимался к женщине. В этот момент она как никогда понимала своего сына и его трепетное отношение к своему мужу. — Теперь у тебя всегда будет мама, Чимин, я за тебя всегда буду бороться. Не важно, что будет в будущем, будешь ли ты с Юнги или нет, но я буду у тебя всегда.       Чимин лишь смог кивнуть, а Дживон стала утирать слёзы и целовать омегу. Тут в дверь постучались, и им принесли Ши Юна. И старшая и младший омега принялись ворковать над их маленьким счастьем.