Opening Sequence

      — Я не понимаю, — падает лбом Минхо в учебник, хныча. — Кто вообще это придумал? Какому шизофренику дали за это Нобелевскую премию? Я хочу узнать и посмотреть на этого человека.       Подготовка к экзаменам идёт полным ходом. Пока Джисон навёрстывает литературу, по которой пропустил несколько книг из-за своей нелюбви к чтению, Ли сидит за математикой.       Хан хохочет, откладывая книгу открытыми страницами на одеяло рядом с собой, и подсаживается ближе к Минхо, заглядывая в учебник.       — По математике не дают Нобеля, Хо. Если он что-то и получил, то это была Филдсовская премия.       — Ой, вот давай хоть ты не умничай. Мне хватает этого, — Ли кивает на учебник, раскрытый на страницах с формулами по теории вероятности, — умника–шизофреника. Ну серьёзно, кто это понимает вообще? — хмурит он брови. — Это не логично. Но это же математика, она должна подвергаться логике! Почему с теорией вероятности такое не прокатывает?       — Тебе объяснить? — поглаживает плечи старшего Джисон, стараясь поддержать хотя бы так.       — А ты понимаешь? — распахнув глаза, смотрит на него Минхо.       — Ну… вроде что-то понимаю, да, — кивает смущённо Хан.       — Гений, — фыркает Ли. — Или сумасшедший. Это две стороны одной монеты, ты знаешь? Ты уверен, что ты не сумасшедший? — наклоняет он голову к плечу, щурясь. — Ладно уж, объясняй эту свою теорию вероятности давай.       — Нет, это невозможно! — роняет Минхо голову в сложенные на столе руки. — Я всё понял. Я слишком тупой для этого дерьма. Можешь не пытаться дальше.       — Дальше ещё формула Бернулли, — смеётся Джисон.       — Это ещё что за чёрт? — хмурится Ли, подняв голову и уставившись на младшего непонимающим и неморгающим взглядом.       — Математик вроде, — хмурится Хан. — В общем, он вывел формулу, по которой–       — А–а, нет! — зажимает Минхо уши ладонями и мотает головой из стороны в сторону. — Если я ещё хоть слово о математике услышу, моя голова взорвётся. Я и так уже чувствую себя тупым, что расплакаться готов, пощади гуманитария, человек-технарь, — дует губы он, опуская взгляд.       Джисон протягивает руки, обхватывая старшего руками, и обнимает покрепче, зарываясь лицом в его шею.       — Ты не тупой, Хо, — шепчет он, щекоча дыханием чувствительную кожу. — Просто ты хорош в других областях. Ты очень красиво танцуешь, много читаешь — и при этом любишь читать! — самые разные жанры, не зарываясь в один только, ты хорошо знаешь биологию и географию, хорошо ладишь с животными, ты даже эластичный бинт накладываешь так, что он не сползает. Чёрт, ты реально гений. Я тогда перевязал его, только когда пошёл в душ, и я старался запомнить, чтобы повторить, но у меня ничего не получилось. После того, как я перевязал ногу, бинт начал сползать уже через два часа, представляешь? А твоя перевязка держалась почти сутки. И я уверен, что продержалась бы и дольше.       Ли краснеет с каждым произнесённым словом всё больше. Неловко. Неужели Джисон так много видит в нём?       — Это я ещё молчу — ну ладно, получается, не молчу — про твои качества, не касающиеся знаний и мозга. Ты очень мягкий, тебя приятно обнимать, ты тёплый и уютный, я вечно улыбаюсь от твоих сообщений и смеюсь с твоих шуток. А ещё ты очень красивый. Ты видел себя в зеркале вообще? Сколько сердец ты уже разбил своей внешностью, м? — тараторит Хан, заставляя щёки Минхо краснеть всё больше и больше.       — Ладно–ладно, я понял, перестань, пожалуйста, — мотает головой Ли, прикладывая холодные ладони к щекам, чтобы остудить их.       — Почему? — не понимает Джисон. — Я ещё не закончил. Как я могу не упомянуть… м–хм–пф, — морщится он, когда Минхо, подорвавшись, накрывает его рот ладонью, не давая сказать больше ни слова.       — Молчи, — шепчет Ли, вдруг понимая, что их лица разделяют буквально несколько сантиметров.       Джисон кивает неуверенно, переводя взгляд с глаз на губы старшего и шумно сглатывая.       — А твои ресницы? — продолжает он уже шёпотом. — Они такие длинные и солнце так красиво застревает в них.       — У тебя тоже длинные ресницы, — также шёпотом отвечает Минхо, поняв, что затыкать младшего — бесполезное занятие. Проще ответно атаковать.       — И твой нос такой красивый. Ни у кого не видел таких идеальных носов в реальности, — Хан останавливается взглядом на носу, словно договариваясь с собой, чтобы двинуться дальше, — и твои губы… они кажутся такими мягкими.       — Твои тоже, — в тон ему отвечает Ли, также скользя взглядом к губам.       — Можно я проверю? — вновь поднимает взгляд к глазам Джисон, спрашивая разрешение.       — Проверишь что? — хмурится Минхо, не понимая.       — Просто… просто не бей меня, пожалуйста, ладно?       Минхо кивает настороженно, всё ещё хмурясь. Зачем ему бить Джисона? Он хочет обнимать его, засыпать в его объятиях, целовать, но никак не бить. Зачем он такое просит? Разве непонятно, что он не стал бы бить его?       Хан, получив кивок, пару секунд ещё дышит глубоко, словно размышляя, стоит ли это делать, и, плюнув на всё, наклоняется ближе к Минхо, накрывая губы старшего своими.       Джисон прикрывает глаза, не замечая, как Ли свои распахивает шире, и чуть наклоняет голову, целуя, кажется, онемевшие губы. Минхо моргает непонимающе пару раз, пока его мозг вопит о происходящем, и пытается в ответ двигать губами, отвечая на поцелуй.       Минхо никогда раньше не целовался. Он никогда не смотрел видео на ютубе «как научиться целоваться?», как многие его одноклассники и одноклассницы, он даже в теории не представляет, что нужно делать. Всё, что он знает о поцелуях, — это то, что это должно быть приятно, иначе люди бы этого не делали, и то, что ему безумно хотелось поцеловать Джисона. Он часто зависал, смотря на губы младшего и представляя, как это ощущалось бы — целовать его.       А сейчас Хан действительно целует его. Сам! И даже не в фантазии. Охренеть можно. Что и сделал Ли — охренел так, что потом ему нужно будет долго обдумывать произошедшее. Минхо всегда много думал.       Подумав о том, что ему бы тоже, кажется, надо что-то сделать, он начал неумело двигать губами в ответ.       — Подожди–подожди, — оторвался Джисон, смеясь. — Щекотно.       Ли опускает голову, кусая щёку изнутри, и хмурит брови.       — Но это не плохо, — подхватывает пальцами его подбородок Хан. — Просто щекотно немного. Но хорошо. Приятно, — улыбается он ласково.       — Правда? — доверчиво спрашивает Минхо.       — Да, — уверенно кивает Джисон. — Это же… Подожди, — хмурится Джисон, — это твой первый поцелуй?       Ли хочет сквозь землю провалиться. Он никогда не ощущал стыд рядом с Джисоном, или что-то подобное, но сейчас почему-то становится стыдно. Нет ничего такого, что в свои 18 лет он ещё ни разу не целовался, но всё равно появляется какое-то неприятное, свербящее под рёбрами ощущение, похожее на стыд.       Минхо опускает голову ещё ниже, желая сейчас только одного — спрятаться от Хана. Может, уехать к морю, чтобы подумать и отпустить все неприятные эмоции?       — Хэй, Хо, посмотри на меня, — просит его Джисон, легонько надавливая пальцами на подбородок, но Минхо упрямо держит голову опущенной. — Хо… это нормально. Какая разница, первый не первый? Это не отменяет того, что это всё равно приятно. Ну же, Хо, посмотри на меня, — успокаивает его почти не ощутимыми поглаживаниями по подбородку Хан.       — Тебе не стало неприятно, когда ты понял, что это мой первый поцелуй?       — Боже, Минхо, ты… Мне, наоборот, приятно, что ты разделил свой первый поцелуй со мной, — шепчет Джисон, смотря ласково.       — Даже несмотря на то, что я не умею целоваться? — хмурится Ли, вскидывая голову. Смотрит на младшего внимательно, как обычно, наклонив голову к плечу.       Джисон смеётся тихо:       — Дело практики. Хочешь проверить со вторым поцелуем?       Минхо кивает немного неуверенно. Шепчет:       — Хочу.       И сам наклоняется, сокращая расстояние между ними, чтобы поцеловать Хана.

***

      Минхо понравилось целоваться. Он делает это постоянно. До саднящих губ у обоих и сбившегося дыхания. Он целует Джисона у себя, как только тот переступает порог его комнаты; целует Джисона у него дома, как только начинает подниматься по лестнице, а младший спускается, чтобы встретить его; они целуются несколько минут в машине, остановившись за несколько улиц от школы, чтобы никто не увидел, перед началом уроков; целуются перед тем, как Хан вылезает из машины, когда старший подвозит его после уроков. Ли часто ловит его на переменах и тащит в пустые кабинеты, где тоже целует, пока не прозвенит звонок.       Единственное «но» — было грустно видеться, зная, что не будет возможности дотронуться, или поцеловать, или просто посмотреть так, как они смотрят друг на друга.       Джисон отодвигает стул около стола, за которым в одиночестве сидит Минхо, заткнув уши наушниками и читая книгу. Для чего ещё создана столовка, верно? Хан протягивает руку к проводу и выдёргивает один наушник, хитро улыбаясь.       Ли поднимает хмурый взгляд, которым при желании убить можно, но улыбка в мгновение расползается на его лице, когда он, ещё не успев найти нарушителя спокойствия, слышит:       — Привет.       — Привет, — улыбается Минхо до счастливых лучиков около глаз. — А ты чего здесь? Ты же обычно за столом баскетболистов сидишь… — непонимающе тянет он.       — Захотелось с тобой посидеть. Что читаешь?       — Перечитываю. «Пятнадцатилетний капитан» Верна, — показывает обложку Ли.       — Что-то на умном, я понял, — фыркает Джисон. — У тебя сейчас что?       — История, — отвечает Минхо, хмурясь. — А что?       — Мне в ту же сторону. Идём, — Хан подрывается с места, подхватывая рюкзак старшего, и ждёт, пока Ли положит закладку в книгу, чтобы не потерять момент, на котором остановился, а потом хватает за пальцы и тянет куда-то за собой.       — Куда мы идём? — интересуется Минхо, тем не менее следуя за Джисоном без сомнений.              — Увидишь.       Хан заводит его под лестницу, оглядываясь, проверяя — не ходит ли кто-то любопытный мимо, и накрывает губы опешившего Минхо своими, сминая пальцами мягкую кожу на талии под свитером.       — Ты чего так неожиданно-то? — улыбается Ли, отстранившись на сантиметр, чтобы набрать воздуха лёгкими.       — Ты сидел в столовке и читал такой красивый, и при этом чего это я? — цокает языком Джисон. — Сначала ответь на вопрос, откуда ты такой красивый взялся?       Минхо улыбается смущённо, прикрывая веки, и вместо ответа тянется к губам Хана, снова целуя. Он запускает пальцы во вьющиеся волосы, неосознанно оттягивая у корней, когда Джисон прикусывает его губу, услышав над их головами звонок на урок.       — Запомни, на чём мы остановились, — улыбается Хан, чмокая на прощание в щёку, и выныривает из-под лестницы в коридор, замечая вывески о выпускном бале.